Жена из забытого прошлого

ГЛАВА 16. Решение ведьм

Верховная ведьма оказалась высокой худощавой женщиной лет пятидесяти на вид. Леди Сильва Аверти была элегантно одета, седые волосы собраны в строгий пучок, а в её ярко-зелёных глазах таилась глубокая мудрость. С первого взгляда она произвела на меня приятное впечатление.

Леди Сильва встретила нас на пороге, пригласила в дом, угостила чаем и только потом решила поинтересоваться, зачем мы, собственно, явились. Помимо меня, Кая и Адалиса за круглым столом сидела светловолосая симпатичная девушка лет восемнадцати-девятнадцати на вид, с такими же яркими зелёными глазами, как у верховной ведьмы. Её нам представили, как Магнолию, и если на меня она смотрела лишь с лёгким интересом, то на Кая бросала холодные взгляды, полные острой настороженности.

Когда же Кайтер коротко объяснил верховной ведьме суть нашей просьбы, она некоторое время всматривалась в брачные символы на его запястьях, потом попросила нас взяться за руки… а после этого вынесла свой вердикт:

– Нет, простите, – сказала она, скрестив руки на груди. – Я не пойду против воли богов.

– Но ведь вам по силам разорвать нашу связь, – ровным тоном проговорил Кай.

– Не уверена, – женщина отрицательно покачала головой. – Она крепкая, даже несмотря на то, что прошло столько лет. Я ведь хорошо помню вашу историю. Помню, Кай, как ты приходил ко мне за советом и как потом решил пойти против собственного дяди.

Она тяжело вздохнула и добавила:

– Мне жаль, что с вами обоими произошло так много плохого. Но если магическая связь между вами до сих пор так сильна, то рвать её – преступление против природы, против стихий и богов. Я не пойду на это.

– Леди Сильва, – обратился к ней Адалис, – если её не разорвать, им обоим будет грозить опасность. Канцлер не оставит их в покое. К тому же, через неделю Кай должен жениться на Алексис Арго Фэрс.

– Знаю, – покивала ведьма, – но своего решения не изменю, не уговаривай.

– Это может привести к катастрофическим последствиям, – продолжил Дал.

– Нет.

– Леди Аверти, – обратилась к ней я, обняв ладонями горячую чашку с чаем. – Наш брак был ошибкой, которая обошлась нам… мне слишком дорого. Сейчас вы – мой шанс на нормальную, спокойную жизнь, без оглядки на прошлое. Мы с Каем давно стали другими людьми, между нами нет чувств. Всё, что нас связывает – это магический брак, который нам обязательно нужно расторгнуть. К тому же, от его союза с леди Арго Фэрс зависит будущее страны.

– Пф, – бросила женщина, посмотрев мне в глаза. Под её пристальным взглядом я поёжилась. – Ты смотришь на всё только с одной стороны, с тёмной. Но я вижу больше и дальше. Если разорвать вашу связь, это всё только усложнит, но итог будет один. Боги не просто так связали вас настолько крепко, значит, в их великом замысле вы должны быть вместе.

– То есть, у нас нет права самим творить свою судьбу? – я нервно вздохнула. – Я не согласна, простите. За меня уже достаточно решали. И если разорвать нашу связь вам по силам, я готова взять на себя всю ответственность перед богами, стихиями, всем миром. Готова заплатить ту цену, которую вы назначите. Уверена, Кайтер со мной согласится.

Я повернулась к Каю, ждала, что он уверенно подтвердит мои слова, но он молчал, выглядел задумчивым и серьёзным, а смотрел при этом на сияющий золотом знак на своей руке.

Верховная ведьма всё сильнее хмурилась, Адалис нервно постукивал пальцами по столу, вокруг ощущалось нарастающее напряжение, которое грозило в любой момент обернуться взрывом. И он случился… но пришёл совсем не с той стороны, с которой можно было ожидать.

– Я могу разорвать связывающие вас магические нити, – вдруг сказала светловолосая ученица верховной ведьмы, но смотрела при этом только на Кая. – Но вы взамен дадите клятву, что снимете с Брана все обвинения и не станете привлекать его к противозаконной работе. И вообще, оставите нас с ним в покое.

– Мегги! – возмущённо воскликнула леди Аверти и в негодовании уставилась на ученицу.

– Простите, леди Сильва, что иду против вашего решения, – уверенно ответила Магнолия. – Но для меня это шанс обезопасить себя и своего жениха. Потому я готова пойти даже против воли богов. Тем более, что они сами наделили меня такой силой.

– Ты сделаешь лишь хуже! – взволнованно проговорила верховная ведьма.

– Капитан Гринстек и леди Карин пришли сюда с твёрдым решением. Проделали немалый путь. Я вижу, что их ауры и их души изранены. Связь между ними повреждена, искривлена и приносит обоим лишь боль. Она слишком сложная, восстановить её я не смогу, но убрать – вполне.

– Она бы сама со временем восстановилась, – леди Аверти приложила ладонь к своей щеке. – Мегги, нельзя лезть в то, что скреплено богами.

– Я лишь хочу всем помочь. В том числе, и нам с Браном, – не желала сдаваться девушка. Она снова посмотрела в глаза Каю и спросила: – Вы согласны на мои условия?

– Согласен, – ответил он, – но не могу принять ваше вмешательство без позволения вашей наставницы. Простите, Магнолия, но на конфликт с леди Аверти я не пойду.

Мне захотелось его стукнуть. С каких пор он стал таким правильным?

Верховная ведьма фыркнула, встала из-за стола и окинула нас всех холодным взглядом.

– Приходите после заката. Я должна всё обдумать, – произнесла она недовольным тоном.

Кай поднялся, протянул мне руку, в которую я, не задумываясь, вложила свою и тоже встала. Мы направились к выходу первыми, и уже на крыльце нас догнал Адалис.

– Идёмте ко мне, – сказал ректор. – Мой дом рядом, и комнат в нём хватает. Поживёте пока там.

– С чего такое щедрое предложение? – ровным тоном поинтересовался Кай.

– Оно в первую очередь для Карин, а ты просто идёшь прицепом, – съехидничал Дал. – Туда любопытные студенты точно не сунутся. Да и защищён особняк наилучшим образом. А ещё…

Он повернулся ко мне и, чуть помолчав, добавил:

– Мегги очень импульсивная и упрямая, как стадо баранов. Переубедить её может только Бран – её жених, но сейчас он вряд ли станет это делать. Она сильнее, чем леди Аверти, но и безрассудства ей хватает. Потому, я уверен, наша верховная ведьма согласится. Но поставит свои условия. В этом все ведьмы предсказуемо похожи.

– Им совсем не свойственно бескорыстие? – проговорила я с обидой на обстоятельства.

Дал вздохнул, а вместо него ответил Кайтер:

– У них на всё свой взгляд. Даже соглашаясь разорвать нашу связь, Магнолия сначала убедила себя, что делает доброе дело. Правое, правильное. А ради безопасности Брана она пойдёт на что угодно, это мы уже проходили. От своего решения она вряд ли отступится.

– Значит, – сказала я задумчиво, – связь будет разорвана?

– Вероятнее всего, – ответил Кай.

Вопреки моим ожиданиям он не выглядел довольным, да и руку мою до сих пор не отпустил. Так и вёл, аккуратно сжимая мои пальчики, будто мы были настоящей парой.

Я же, к своему стыду и слабости, не стала освобождаться от его мягкого, но уверенного захвата. Чувствовала пальцами тепло Кайтера и сама в ответ сжимала его ладонь. Именно сейчас, когда окончательный разрыв оказался так близок, я всё-таки позволила себе искреннее признание: мне нравилось находиться рядом с Каем, говорить с ним, касаться его. Но я слишком хорошо помнила, чем закончилась наша прошлая попытка быть вместе, и потому не строила никаких иллюзий.

***

Проводив нас до своего дома и показав свободные комнаты, Адалис вернулся в академию: всё-таки должность ректора подразумевала огромное количества обязанностей и важных дел. Кай тоже почти сразу ушёл, сообщив, что вернётся через несколько часов, и я осталась одна.

Сначала приняла душ, переоделась в прихваченное с собой домашнее платье – такое же серое и закрытое, как остальные. Попыталась даже поспать, но не смогла уснуть – слишком уж много в голове крутилось мыслей, вопросов и сомнений. Потому, решив хоть немного отвлечься, я отправилась изучать дом.

Дал не соврал, сказав, что у него много комнат: только на втором этаже я насчитала шесть спален. На первом располагались гостиная, кабинет, библиотека, кухня, столовая и даже небольшой зал для приёмов и танцев. Ума не приложу, зачем одному Адалису такой огромный особняк, но, скорее всего, это просто показатель статуса.

Побродив по дому, я остановилась на кухне и вдруг поймала себя на мысли, что хочу что-нибудь приготовить. На самом деле такого желания у меня не возникало уже очень давно, но сейчас оно оказалось настолько сильным, что противиться ему я не стала. Нашла в холодильном шкафу мясо и яйца, в кладовой обнаружила овощи, в шкафчике – муку, специи и даже сушёные травы, и в голове сам собой всплыл старый, почти забытый рецепт.

Что удивительно, едва начав готовить, я вдруг почувствовала, что на душе становится легче, будто все мои переживания, вся переполняющая меня тёмная энергия стала преобразовываться в созидательную. Я не просто смешивала и нарезала продукты, я творила особенное кухонное волшебство, не применяя ни капли магии.

В итоге приготовила мясо, запечённое с овощами, пироги с солёным сыром, сложносоставной салат по старому маминому рецепту и только после этого успокоилась. На душе стало светлее, дом наполнился приятными запахами вкусной еды, а мои мысли хоть немного упорядочились.

Когда вернулся Кай, я как раз занималась поиском тарелок. Правда, увидев меня на кухне, он странно замедлился, а потом и вовсе остановился. Переводил взгляд с меня на стоящие на большом столе готовые блюда и молчал.

– Закончил со своими делами? – спросила я, расставляя посуду.

– Не со всеми, – ответил он, садясь на ближайший стул. – Ты сама готовила?

– Да. Нужно было чем-то себя занять, а готовка прекрасно отвлекает. Правда, я давно не стояла у плиты. Наверное, в прошлый раз это было ещё с тобой.

Воспоминания нахлынули горькой волной, но вместе с ними пришли и другие – тёплые, приятные. Ведь хорошего тоже было очень много. Я действительно была счастлива с Каем… пока наше счастье не разбили чужие грязные амбиции.

– Пахнет вкусно, – сказал Кайтер, с интересом поглядывая на мясо. Потом обратил внимание на третью тарелку и что-то в его взгляде изменилось. – Предлагаю не ждать Адалиса. Он не обидится, да и вообще, скорее всего, поест в столовой, как обычно и делает. Удивительно, что на его кухне вообще обнаружились продукты.

– Невежливо начинать трапезу без хозяина дома, – я развела руками. – Может, спросишь его? Ты ведь владеешь тем способом отправлять записки?

Кай нехотя согласился. Быстро написал что-то на клочке салфетки, сжал её между ладонями, и та пропала. А спустя несколько минут на столе появился ответ.

– Он занят. Придёт после заката сразу к леди Аверти, – прочитал Кайтер и довольно улыбнулся. – Так что мы спокойно можем ужинать сами. И, признаться, Карин, я очень голоден.

Его глаза почти сияли, взгляд был удивительно открытым и довольным. Видя Кая таким, живым и искренним, я и сама не смогла сдержать улыбку. Наполнила наши с ним тарелки едой, налила чай и села напротив.

Кай смотрел на меня с благодарностью и тёплым интересом. Мясо пробовал без колебаний, скорее, даже с предвкушением, а потом едва не закатил глаза от удовольствия. Да, когда-то ему очень нравилось, как я готовлю, он даже несколько раз помогал. А мясо, приготовленное по этому рецепту, было его любимым блюдом. Но вспомнила я об этом лишь сейчас.

– Божественно вкусно, Карин, – с восторгом проговорил он, прожевав.

И это были самые эмоциональные слова за всё время нашего с ним повторного знакомства.

Кай ел с аппетитом, я тоже наслаждалась едой, и на какое-то время в кухне повисла тишина. Но она не была тяжёлой или неприятной, наоборот, показалась мне уютной, домашней, тёплой, умиротворяющей. Её не хотелось нарушать – ею хотелось наслаждаться.

– Я нашёл в библиотеке академии газеты, в которых писали о нашей свадьбе, – проговорил Кайтер, когда наши тарелки опустели. – Там даже были снимки. Да, их качество оставляет желать лучшего, но ты, Карин, там другая.

– Ты тоже другой, Кай, – я сказала это с грустью, но впервые за прошедшие пять лет она не была такой болезненной и тяжёлой. – Мы изменились и прежними никогда не станем. Но надеюсь, что после окончательного разрыва связи нам обоим будет легче.

– Сомневаюсь в этом, – он снова стал серьёзным, чуть отстранённым, а взгляд потух.

Потом вдруг посмотрел мне в глаза и спросил:

– В Шаразе у тебя остался возлюбленный?

Я от такого вопроса даже чаем подавилась. Напиток предательски пошёл не в то горло, заставив прокашляться. Но когда я пришла в норму, Кай продолжал выжидающе смотреть на меня и ждать ответа.

– Нет, – сказала я, не став ничего выдумывать. Да и зачем? – Ни любимого, ни жениха, даже подруг не появилось. Мне всегда было непросто сходиться с людьми, а после пожара и подавно. У меня, по сути, за всю жизнь была одна подруга. И именно её личину использовала убийца, чтобы проникнуть в наш с тобой дом.

– Ирма Серенити, – кивнул Кайтер. Видимо, моё досье он изучил хорошо. – Дочь лорда Итана Серенити, министра экономики. Кстати, она сейчас живёт в столице, открыла свою артефакторскую мастерскую на Вокзальной площади.

Я хмыкнула. С одной стороны, было бы интересно встретиться с Ирмой, но я понимала, что лучше этого не делать. Возможно, когда-нибудь позже я и решусь ей написать, но точно не сейчас.

– Скажи, неужели за все пять лет тебя никто ни разу не спрашивал о первой жене? – задала я давно мучивший меня вопрос. – Ты даже газету с заметкой о нашей свадьбе нашёл, да и многие люди в Карсте помнят о тех событиях. Та же леди Аверти.

– Я всего несколько раз за это время приезжал в Карст, и всегда исключительно по рабочим вопросам, – ответил Кай. – Да и о помолвке с Милайсой Арго Фэрс было объявлено, ещё когда я пытался оправиться после мнимого ранения, а точнее, от попытки насильственного разрыва нашей с тобой связи. И нет, Карин, не припомню, чтобы хоть кто-то задавал вопросы о моей первой жене. Хотя Адалис как-то давно что-то говорил про какую-то Карин, но я тогда не придал значения его словам.

Я кивнула, но душу кольнуло болью. Ведь за прошедшие пять лет не было ни дня, чтобы я не думала о Кае… он же всё это время просто обо мне не помнил и не пытался ни в чём разобраться. Да, ему тоже досталось, и забыл он меня не сам, но от этого всё равно не легче.

Улыбаться больше не хотелось, как и говорить с Кайтером. Поднявшись из-за стола, я принялась собирать грязные тарелки. Кай сначала молча наблюдал за мной, но потом сам вызвался помыть посуду. Отказываться я не стала, просто кивнула на его предложение и молча ушла наверх.

До заката оставалось около получаса, а значит, скоро вопрос с нашей связью решится так или иначе. И мы либо станем свободными от ошибок прошлого… либо нам обоим придётся существенно менять собственные жизни.

***

– Я приняла решение, – сказала встретившая нас леди Аверти, когда после заката мы снова пришли в её дом. – Проходите в гостиную.

Кай учтивым жестом пропустил меня вперёд, а сам старался держаться за моей спиной, будто готовился защищать. А ведь ещё днём он себя так не вёл, неужели теперь видит в верховной ведьме возможную опасность?

Не успели мы сесть за тот же круглый стол, накрытый белой скатертью, как явился Адалис. Он выглядел уставшим и напряжённым, а на Кая бросил очень недовольный взгляд, но вслух ничего не сказал.

Леди Аверти заняла место напротив нас, а Магнолия так и осталась стоять у её плеча. Девушка выглядела собранной и сосредоточенной, а на нас с Каем смотрела очень внимательно, точнее, даже не на нас, а на пространство между нами.

– Итак, – начала верховная ведьма. – У нас с Магнолией будут условия. Она свои уже озвучила днём. Мои же заключаются в следующем.

Я мельком глянула на Кая: он выглядел привычно равнодушным, будто ему вообще было всё равно, что скажут ведьмы.

– После того, как Мегги порвёт связывающие вас нити, вы должны оставаться вместе ещё месяц, – голос леди Аверти звучал холодно и строго. – Вам придётся проводить друг с другом не меньше часа в сутки. Это необходимо по двум причинам. Во-первых, так разрыв столь крепкой связи пройдёт постепенно и безопасно. А во-вторых…

Она посмотрела на Кая, потом на меня и сомкнула пальцы в замок.

– Считайте это моей прихотью, – закончила леди Аверти, чуть помолчав. – Если согласны, я прошу подтвердить ваши слова магическими клятвами.

– Карин небезопасно оставаться в Республике, – возразил Кайтер. – Она собиралась уехать в Шараз.

– Значит, ей придётся задержаться, а тебе приставить к ней охрану, – ответила ведьма. – Ну, или отказаться от нашей с Магнолией помощи.

Кай повернулся ко мне, в его глазах стоял немой вопрос, но только у меня не было ответа. С одной стороны, очень хотелось как можно скорее вернуться домой и постараться забыть всю эту историю. Но и месяц в Республике с ежедневными встречами с Кайтером – не такая большая плата за свободу.

– Я согласна, – ответила я, кивнув.

Но Кай перевёл взгляд на Магнолию и, глядя ей в глаза, спросил:

– Вы уверены, что сможете нам помочь? Или не стоит пытаться? Каков риск?

– Сделаю всё, что в моих силах, – ответила девушка. – Если согласны, давайте клятвы, и будем начинать. Работы предстоит много.

Магнолия потребовала подтвердить слова Кая кровью. А леди Аверти хватило устной клятвы, закреплённой лишь магией. В случае нарушения эта клятва не убьёт, но доставит массу неприятных ощущений в виде слабости и проблем с даром. Но теперь, если мы с Каем пропустим встречи на день или два, нам обоим будет просто плохо. Три дня разлуки, скорее всего, выльются в магическое истощение. Ну, а если не видеться дольше, то можно и вовсе полностью лишиться дара.

Когда с формальностями было покончено, Магнолия позвала нас в соседнюю комнату, оказавшуюся просторным залом. Там она сама скатала и убрала в сторону пушистый ковёр и указала нам на пустое место на полу.

– Ложитесь, беритесь за руки, только перчатки придётся снять, – скомандовала она. – Потом я вас усыплю, а разбужу, когда всё будет закончено.

Видя мои колебания, Кайтер первым сел на пол и протянул руку, приглашая меня присоединиться. Мне и так было не по себе, а теперь, когда до начала странного ведьмовского ритуала осталось совсем чуть-чуть, душу начал заполнять страх. А вдруг эти ведьмы во время разрыва связи просто меня убьют? Кай хоть и клялся защищать, но, если его сейчас усыпят, он никак не сможет помочь. Да, Адалис тоже здесь, но мы с ним и раньше не были близкими друзьями; что, если они все решат просто пожертвовать мной?

– Всё будет хорошо, – проговорил Кай, поймав мой взгляд.

У меня вырвался нервный смешок. Опять эта фраза, которой я раньше безоговорочно верила, а потом жестоко обожглась. Но как же хочется поверить снова!

Постаравшись взять эмоции под контроль, я стянула перчатки и всё-таки села рядом с Каем. Мою руку он поймал сам, сжал крепко, но не сильно, и от ощущения его тепла мне снова стало чуть спокойнее.

Мы медленно улеглись на пол. Смотрели друг другу в глаза, держались за руки… почти как в нашем счастливом прошлом, когда мы часто засыпали или вот так, или в обнимку. Сейчас же лежать приходилось не на мягком матрасе, а на жёстком полу, и даже это ясно показывало, как сильно изменились наши отношения и наши жизни.

– Спать, – негромко произнесла Магнолия.

Мои веки тут же сомкнулись, тело расслабилось, а сознание нырнуло в сон.