Голод

ГЛАВА 25

- Падай. Саша, быстро, - прокричал Денис.

А я бы и рада упасть, но ноги задеревенели. Илья больно дернул меня, и я заметила кровь на его рубашке. На плече, на груди… стреляли в него?

Да, в Илью.

И стрелял Денис.

Что он творит, Господи? У Ильи же охрана, сейчас его изрешетят. На моих глазах убьют. Мне бы в ноги мужу упасть, как сказал Денис, закричать, замолить, чтобы не трогал, но я пошевелиться не могу. Обмерла от ужаса, времени не осознаю. Все будто замедлилось, как эффект слоу-мо в кино. Лишь чувствую, как запястье болит, и ладонь покалывает от стальной хватки Ильи.

- Соболев, волыну брось, - прорычал Илья, и вытащил свой пистолет. И кивнул заполнившим кухню мужчинам: - Уведите его.

- Не так быстро, - покачал Денис головой. И пистолет не убрал. – Ничего не замечаешь, брат? - это слово он процедил насмешливо. – Здесь большинство моих.

Илья щурится, оглядывает мужчин, но лица их слабо видно. Все они высокие, свет от лампы падает так, что выбеливает верх. Просто огромные мужики в черном. И у каждого в руках пистолет, некоторые из которых направлены на Дениса.

Или на Илью.

- Сученыш! – прошипел Илья, и дернул меня на себя. – Ну а если так? Дорога тебе моя сучка?

К щеке прижался ствол, прижимая кожу к зубам, и Денис побелел. Но пистолет не опустил. Он все также направлен на Илью. Вернее, на нас с Ильей.

- Кто из вас продался этому щенку? – проорал муж, и не думая убирать оружие от моего лица. – Я вам платил мало?

- Что делать-то? – прогудел мужской голос – вроде это начальник охраны мужа.

- Стреляйте в него, - приказал Илья.

Денис не обернулся к мужчинам – их восемь, я посчитала. Главе охраны Ильи преградил дорогу какой-то парень, и покачал головой. Напряжение повисло в воздухе, теперь мужчины не просто держат в руках оружие. Они целятся друг в друга.

- Убьют меня, убьют и тебя, - низким голосом произнес Денис. – Я же говорю, здесь не только твои. Твоих только двое. Остальные – мои. Сашу отпусти.

- Х*й тебе, а не Саша, - рассмеялся муж, и смех его прозвучал истерично. А пистолет начал приносить ощутимую боль – Илья надавил изо всех сил, кажется.

- Давай разберемся как мужик с мужиком. Просто отпусти ее.

- Может, пристрелить ее, чтобы не мешала? – зло предложил муж. – А потом поговорим. Как мужик с мужиком.

Денис промолчал. Застыл с револьвером, напряженный и готовый к броску. Одна рука сломана, зафиксирована. Но и Илья ранен. Я, не моргая, смотрела на Дэна, и слезы потекли по щекам, стекая на губы, на пистолет, прижатый к коже.

Илья просто блефует. Я ведь его ребенка жду, он не убьет меня. Может, не будь я беременна, он бы не пожалел. Но сейчас… он просто не сможет, это блеф, дутый козырь.

- Она ребенка твоего ждет. Вдруг выкидыш будет от стресса, - тихо сказал Денис, на что Илья рассмеялся.

- Да похер мне. Что, другая не сможет мне родить? Эта дефективная столько лет залететь не могла, этого вряд ли выносит. А вы, - рявкнул Илья, - за тряпку впрягаетесь, мужики. Ради тупой шлюхи вас в расход готов пустить, бойню устроить. Сколько он вам предложил? Я вдвойне дам.

- Они со мной, - отрезал Денис.

Никто из мужчин не дрогнул, никто не переметнулся. Все продолжили держать друг друга на прицелах, одна я без оружия. Денис целится в Илью, а Илья держит на волоске мою жизнь.

Дефективная… нет, я не дефективная. Просто пила таблетки. Илья, думаю, знает об этом. Уверена, он обо мне знает все.

- А ты крутым решил стать, сученыш, - зло прошипел Илья. – Откуда бабки на бригаду? Никогда не подумал бы, у тебя же кишка тонка. Из колонии доносили, что ты как баба орал от ударов охранников.

- Ты бы вообще блевотой захлебнулся. А я выдержал… брат, - с ненавистью ответил Денис.

- Что, и это узнал?

- Как видишь.

- Твоя сука-мать…

- Еще хоть слово о моей матери, - покачал головой Денис, - и одной пулей в висок не отделаешься. Подыхать долго будешь.

- Ты, - зло рявкнул муж, - такой же, как твоя мамаша. Она в семью влезла, ублюдка специально под одной крышей с нами поселила, чтобы отец наблюдал. И он наблюдал, я видел это. Ты ему нахер не нужен был сначала, он на аборте настаивал, но Марина родила тебя. А потом, когда папа начал видеть тебя ежедневно, он, блть, поговорил со мной. Рассказал о тебе, о твоей мамаше, с которой опять любовь закрутил. Жениться собрался, а тебя в дело ввести. «Дельный пацан растет» - так он сказал мне. Дельный, мать твою, пацан.

- Но он не был против, когда ты упек меня за решетку.

- Еще бы он был против, - процедил Илья. – Условие было: ты сидишь, зато твоя мамашка живет. И не опасается, что идя по улице, не дойдет до дома. Не самая большая цена. Папа выбор сделал, и ты на зону отправился. По-моему, я отлично придумал – из тебя, брат, делают тупое, забитое животное, и я сажаю тебя на цепь.

- Сорвался, какая жалость, - рассмеялся Денис. – А теперь Сашу отпусти.

- Ублюдок твой? – выкрикнул Илья. – Раз ты бригаду себе нашел, значит, и анализы в клинике мог купить. От тебя моя женушка залетела?

- От тебя, - ответил Денис. – Потому отпусти ее.

- Саша, говори. Правду, блть, говори. Я почувствую ложь, и тогда тебе пиз*ец, - громко зашептал муж. – Мой ребенок, или его?

- Твой, - ответила я не своим голосом, и нажим на щеку стал сильнее – Илья не верит. – Твой, - выкрикнула я, плача, - я бы хотела, чтобы не твоим был, но он твой, Илья!

- Верю. Жалкая ты потаскуха, - с нежной злостью произнес муж.

Но оружие не убрал. А я закрыла глаза, устав видеть то, что вокруг происходит. Это кошмар какой-то, непрекращающийся ужас. Раньше, несмотря на ситуацию, я бы раскричалась, надавала пощечин за оскорбления. А сейчас… привыкла, кажется. Дура, шлюха, потаскуха – и все из-за идиотского решения выйти замуж не за того человека, которого никогда не любила, и за связь с тем, кого полюбила.

Вообще все это из-за меня.

Наверное, было бы лучше, если бы не Алиса тогда шла мимо стройки, а я попалась бы им раньше. И захотели бы изнасиловать не ее, а меня. Меня бы не запугали, не купили. Я бы правду на суде сказала, кричала бы об этом громко. Денис бы не сел, может, мама бы его была жива. Я бы не стала женой Ильи, влюбилась бы в Дэна, и ребенка от него бы родила.

- Так что, Соболев? Хочешь ее к себе? – муж ударил меня дулом по щеке, и я открыла глаза. – Нужна тебе баба с моим ребенком в животе?

- Просто отпусти ее.

- Ха, чтобы ты меня грохнул? – хохотнул Илья. – Я на дебила похож? Ушлый ты, парень. Кто над тобой стоит? Не сам же ты застройку заморозил мне, травлю в сети организовал. Руки коротки.

- Уже не коротки. Стимул был отличный, - кивнул на меня Денис.

- Тьфу. Хоть бы попытался разыграть карту, что тебе насрать на Сашу. Может, я бы поверил, и отпустил ее. Но ты снова как тряпка себя ведешь, - презрительно бросил Илья. – А так твоя Сашенька – моя защита. Я на тот свет не тороплюсь.

- Здесь не только мои люди, но и твои. Оба в одинаковом положении. Просто дай Саше выйти из дома. Или наверх подняться. И мы с тобой поговорим.

Нет.

Меня нельзя отпускать.

Мне дико страшно, я, как и Илья, на тот свет не тороплюсь. Какая бы ни была в последнее время дерьмовая жизнь, но это жизнь. Я дышу, я чувствую, у меня планы есть на будущее. Но сейчас я отчетливо поняла: если Илья позволит мне выйти из кухни, если мужчины останутся без меня, кто-то выстрелит. Илья, Денис, люди Ильи или люди Дениса. Кто-то из них обязательно сделает первый выстрел. А за ним будут следующие. А значит, кто-то погибнет.

- Нет, - прошептала я.

- Что ты там бормочешь? – не расслышал Илья, а Денис…

Он расслышал. И понял. Осуждающе покачал головой, приказывая молчать. И я замолчала. Лучше не лезть, не встревать. А если Илья отпустит – я просто не уйду. При мне они друг друга не поубивают… я надеюсь на это.

- Ничего, - ответила я мужу.

- Так о чем ты хотел поговорить, Соболев? Надеюсь, не о наследстве? Если да, то увы, официально ты – не мой брат. Ты просто непризнанный ублюдок моего отца. Хрен знает, сколько таких по бывшему совку ходит, он тот еще был по молодости лет, - гадко прошипел Илья. – Так что тебе нужно?

- Хорошо. Мое предложение: ты остаешься в живых, отпускаешь Сашу, даешь ей развод, и не мешаешь жить. Я в ответ не трогаю тебя.

- А если я откажусь?

- Ты умрешь, - просто ответил Денис. – И я заберу Сашу. И твои деньги. И наследство, о котором ты пи*дел. Выбор очевиден.

- А ребенок? Как же мой сын? – хмыкнул Илья.

Денис на секунду замолчал, потемнев лицом.

- Не твое дело, - бросил он.

У меня чуть сердце не остановилось.

Денис остался рядом. Но он так и не сказал, что примет меня с ребенком. Он даже сейчас не ответил Илье, что воспитает его, как своего. И что мой сын будет называть отцом не Илью, а Дениса. Так ведь он должен был сказать, раз уж остался рядом? В конце концов… черт, но ведь кровь-то общая. У Ильи, у Дениса, у моего ребенка. Да, не сын он Денису, а племянник. Ведь можно же постараться, представить, что полюбишь его, или хоть примешь.

Может, все не ради меня, а ради мести? Забрать у Ильи то, что он отдавать не хочет – меня. Может… может, Денис не так уж и любит меня? Была детская влюбленность, но мы не виделись долгие годы, и неужели он не представлял, как свернет мне шею за суды, на которых я против него показания давала, и за то, что не любила раньше?! Может, не любовь это, а просто жажда обладать тем, что не твое?

- Не дергайся, милая, а то шмальну нечаянно, попорчу личико, - ласково пропел Илья, и обратился к Денису: - Разговаривать на моих условиях будем. А сейчас пошел нах*й отсюда, выбл*док. Или нашей общей красавице конец.

- Ты ее не тронешь, - зло бросил Денис. – И я не уйду.

- Я тебе еще раз говорю: поговорим. Но не здесь, и не сейчас. Свали, и шакалов своих забери. За воротами мои люди, стоит кнопку нажать, и они…

- Они мертвы. Все мертвы, - Денис ударил пистолетом по кухонному столу, и раздались выстрелы. В кухне. Запахло порохом, и двое мужчин упали на пол. Один из них – глава охраны мужа.

Я вновь отчетливо почувствовала, как промокла одежда на моей спине от крови из раны Ильи. И как дрожат его руки – одна ведь лишь недавно зажила после перелома, да еще эти постоянные раны.

Денис с тревогой посмотрел на меня – бледный, как смерть. И я лишь сейчас осознала, что Илья ведь мог выстрелить просто от испуга. Автоматически. Я поняла это, и вскрикнула. Денис, кажется, тоже только что это понял.

- С-сука, - прошипел Илья, и больнее обхватил меня за талию, как клещами впившись в меня.

- Теперь никого. Даже тот сосунок, который на втором этаже был, тоже жмурик.

- Зато у меня есть Саша.

- Ты не убьешь ее, брось.

- Проверим? – нервно засмеялся Илья. – Так, блть, ты не хочешь свалить отсюда. Ок. Уйдем мы с женой.

- Никто не выйдет отсюда, - жестко произнес Денис.

Илья дернул меня за волосы так, что я закричала – с меня будто скальп снимают. Подзажившая рана на щеке открылась от удара пистолетом, и на губы потекла теплая кровь – почему-то очень густая, металлическая на вкус.

Всюду кровь – на Илье, на мне, на полу. И столько смертей. Эти люди… Боже, они ведь и правда мертвые! Сейчас они на полу лежат, как изломанные огромные манекены. На черной одежде крови не видно, но она на светлой плитке растекается, и в ней лики смерти.

И правда, проклятый дом. Может, и я в нем умру.

- Так, блть, - заорал Илья. – Мне похрен на нее уже. И на ребенка, не козыряй им. Как щитом буду прикрываться Сашей, ясно тебе? Я выйду отсюда, и Саша поедет со мной. Встречу назначу, и условия будут моими, если хочешь, чтобы женушка моя осталась целой и такой же хорошенькой. И ты будешь делать так, как я тебе скажу. Или мне доказать серьезность слов?

Илья снова двинул стволом по моей начавшей опухать щеке, и я застонала, сдержав крик.

Денис приподнял ладонь, большим пальцем придерживая пистолет. Илья дернулся, продвигаясь к выходу, но у меня банально ноги отказали. Не могу идти, путаюсь в них, страшно. А Илья не может меня нести, он каким-то чудом держится пока, хотя крови много потерял. Да еще и меня на прицеле ведет.

- Сука, шевели ногами, - прохрипел Илья мне на ухо. – Живее двигайся.

Я стараюсь. Я правда стараюсь. Не понимаю от паники ничего. Как все так перевернулось, что в доме Ильи люди Дениса? Откуда они вообще? И почему мы уходим? Почему нас отпускают?

- Не так быстро, - перегородил нам дорогу какой-то мужчина в годах. – Никто не уйдет.

- Вик, пусти их, - жестко бросил Денис. – Пусть уйдут, потом порешаем.

- Ты прости, парень, но на твою бабу мне плевать. Этот отсюда не уйдет. Живым, - произнес мужчина.

- Что за хрень? Я ей сейчас мозги вышибу! – Илья, кажется, впервые испугался, и заверещал громко, надрывно. – С дороги. Соболев, отзови своих.

Но все мужчины опустили оружие, отошли, повинуясь Денису. Дали нам дорогу. Все, кроме одного – того, кто так и не прекратил преграждать нам дорогу.

- Вик, уйди, - Денис быстрым шагом приблизился к нам, а Илья сдавил меня так крепко, и так больно, что это уже невыносимо. – Дай им дорогу, блть, ты же знаешь, ради чего все затевалось!

- Я встрял не ради твоей бабы, - этот Вик взвел курок, и раздался щелчок. – Прости, Денис, но…

Он не закончил. Прицелился. Может, в Илью, но такое чувство, что в меня.

Муж закричал, отпустил меня, и Денис подхватил одной рукой, которой еще и пистолет удерживал. Илья выстрелил, но выстрелил и Вик. Совсем близко, рядом с нами. Так, что меня, кажется, опалило порохом, пулями, или это мне показалось?!

А дальше я услышала хрип.

И свой визг – громкий, отчаянный. Оказывается, я умею так вопить!

- Тише, милая. Тише, все закончилось, - Денис баюкает меня, как ребенка, а я не могу глаза открыть.

Этот хрип в ушах стоит. И стон.

- Добей его, - жестко добавил Денис.

И я поняла – Илья выжил. Это ведь не Вик хрипит от боли, иначе бы Дэн не говорил добить. А я устала от смертей, я не могу больше, сама сейчас умру. Все ведь закончилось, зачем новые смерти? Зачем убийства?

- Нет… нет, - закашлялась я, пытаясь встать на ноги. – Хватит!

Опустила глаза на пол, и встретилась с ненавидящим взглядом мужа.

- Не убивайте его, - попросила я.