Гвендолин

Глава 15

Оборачиваюсь назад с точно такой же осторожностью, с которой я оборачивалась, когда за спиной был волк. Так и есть. Невозмутимо прислонившись плечом к стволу соседнего дерева, стоит ярл Ингвар собственной величественной персоной, и поигрывает длинным ножом, который вроде бы, называют саксом. Красивое оружие, такое только знать носит.

Глаза светловолосого варвара пылают холодной яростью, а еще скрытым любопытством. Он с интересом проходится взглядом по моей фигуре, остановившись на груди. Вспыхиваю словно тот же костер, и сама опускаю глаза, только сейчас вспомнив, что я сняла обмотку. Но широкое и балахонистое одеяние монахов настолько бесформенное, что скрывает полностью изгибы моего тела. Так что его там так заинтересовало? Или он уже успел меня ощупать. От подобных мыслей становится жарко, а краска уже не то, что щеки заливает, а всю меня с головы до пят. Стыдно-то как.

Снова поднимаю голову, но Ингвар больше не смотрит туда, теперь его внимательный взор прикован к моему лицу. И мне кажется, словно он может читать мои мысли.

– Ну, чего молчишь, – криво усмехается викинг. – Помнится, раньше ты за словом в карман не лез.

Мрачно смотрю на него. Так догадался или нет? Если догадался, то почему обращается ко мне, как мужчине?

– Думаю? – хрипло отвечаю. Даже и не подозревала, что болезнь настолько изменит мой голос. Но теперь он звучит более мужским. Жаль, что не надолго.

Викинг хмурится, склоняет голову набок, будто прислушиваясь к чему-то, и прячет нож за пояс.

– Думаешь? Думать надо было раньше… – спустя минуту отвечает он и подходит поближе.

Невольно отступаю на шаг, еще на один, пока не начинаю чувствовать жар костра.

– Что ты со мной сделаешь, – срывается с моих губ, прежде чем я успеваю сообразить, что уж этот вопрос, по крайней мере, в таком тоне, стоило бы попридержать.

– Снова зубы отрастил, щенок? – хмыкает Ингвар. – Пока не знаю. Может, высеку, может, мизинец отрежу, или привяжу тебя тут, в лесу, на радость лесному зверью. Что тебе больше по душе?

– Ничего, – снова вякаю, прежде чем успеваю подумать.

Но викинг, в ответ только скрипнув зубами, приказывает:

– Садись и ешь!

В руки мне пихают прутик с мясом, и я с тихим стоном наслаждения вгрызаюсь зубами в самый большой кусок, даже не обращая внимания на то, какой он горячий. Конечно же, сразу обжигаюсь, да так, что на глаза наворачиваются слезы, и впредь ем аккуратнее, дуя на блюдо каждый раз, перед тем как укусить.

– Быстрее давай, – торопит меня Ингвар. – Нам уже пора отправляться назад.

После этих слов аппетит пропадает напрочь, а в висках начинает болезненно стучать. Приложив ладонь ко лбу, снова начинаю ощущать, как поднимается жар.

– Я пить хочу, – тихо говорю, в надежде, что мне позволят спуститься к ручью. Но варвар небрежно протягивает небольшой мех. Прикладываюсь губами к горлышку и делаю большой глоток, но едва сдерживаюсь, чтоб не выплюнуть жидкость. В нем оказывается не вода, а эль.

Возвращаю сосуд хозяину и качаю головой.

– Можно мне воды.

– Нет у меня воды, – фыркает викинг.

– Я могу к ручью спуститься, – смотрю с надеждой на Ингвара. К воде мне нужно не только за тем, чтоб утолить жажду. Я должна в кратчайший срок придумать, как предотвратить лихорадку, а то, не ровен час, мой захватчик подумает, что у меня черная хворь, да и прикончит тут на месте, чтоб дальше заразу не несла. Откуда ему знать об отличиях в этих болезнях.

– Ты, заморыш, где рос? – подозрительно щурится варвар. – Под юбкой у мамки. Не знаешь, разве, что нельзя пить такую воду? Живот расболится, да и помереть можно.

– Знаю, но этот безопасный. Я уже пил из него… – упрямо смотрю на мужчину, мысленно умоляя меня отпустить.

– Ладно, идем тогда…

– Идем? – голос от удивления прорезается, и становится неожиданно высоким.

– А ты как думал – я тебя отпущу, а ты снова сделаешь ноги, – подозрительно бросает мне викинг, а я едва удерживаюсь от разочарованного стона. Ну и как мне теперь быть?

С вздохом поднимаюсь на ноги, придерживаясь рукой ствола дерева. Голова начинает кружиться, и появляется ломота в теле. Добро пожаловать лихорадка. Давно не виделись. Заставляю себя не слишком стучать зубами от озноба, пока мы спускаемся, а потом жадно припадаю к ручью, ухитрившись незаметно для викинга смочить прохладной водой пылающий лоб.

– Как тебя зовут щенок? – внезапно спрашивает мужчина.

– Гве… Гевин… – растерявшись, чуть не выдаю свое настоящее имя. Хорошо хоть быстро соображаю, и подбираю очень похожее по звучанию, но мужское.

– Шевелись Гевин, да побыстрее! Я хочу сегодня пройти не меньше пятнадцати миль.

Поднимаюсь с колен, стиснув зубы, и шагаю к своему захватчику.

– Ты меня не наказал… – смотрю исподлобья, ожидая худшего.

– Накажу. В лагере. Как и остальных, которые тебе помогали… Тебе не понравится, поверь.

В горле застревает колючий комок, который никак не получается сглотнуть. Что это животное сделало с добрыми монахами? Чудовище! Монстр!

Открываю рот, чтоб сказать все, что я о нем думаю, но не успеваю и, покачнувшись, падаю ему на руки.

– Гарм тебя раздери! Заморыш?! – слышу сквозь гул ошеломленный голос Ингвара.