Глава 10

Восточный материк хайши 1398 год.


Капитан вытянул пробку из бутылки, не самого дешевого вина, зубами.

— Ох. Иди ко мне радость.

Его ладони слегка подрагивали, как у заядлых любителей веселых напитков. Со стаканами он был не в ладах, поэтому отдавал предпочтение вливать в себя виноградный эликсир прямо из горла стеклянного сосуда. «Команда при исполнении всегда должна быть трезвой, а капитан может находиться в более „творческом“ состоянии для принятия нестандартных решений» — так он обычно оправдывал свое пьянство. Хотя Лобрен очень хорошо чувствовал грань, за которую ему не следует переступать. Это касалось всех аспектов его жизни. Капитан любил рисковать, но и готов был отступиться, если чуйтуиция кричала об опасности.

В этот раз что-то пошло не так. Он отправился в безумное плавание на восточный материк. Капитан нарушил приказ ледлорда и ради чего? Лобрен сам не знал. Скорее всего, последствиями этого поступка станет его разжалование из членов ШЛС. На памяти капитана только одного человека постигла такая участь. Это был Рабах. Конечно, шпион мнил о себе много и точно заслужил свое наказание, а вот Лобрен ничегошеньки плохого не задумал. Если он привезет для ледяных островов что-нибудь полезное, да взять хотя бы древесину, тогда Гастис Бахум может будет не так строг к нему.

Размышления о своей судьбе неумолимо поглощали время, как и вино. Осталось совсем немного. Завтра на рассвете они должны прибыть на место. Свеча на столе капитана уже догорала. Он посмотрел в горлышко бутылки и увидел в нем дно. Писк отвлек Лобрена от этого увлекательного занятия. Прямо перед ним на столе сидел крысеныш, с вызовом смотревший ему в глаза.

— А ты храбрый малый. Такие мне по нраву.

Он перевернул бутылку и пару капель сорвались с горлышка на макушку серому зверьку. Тот испуганно шарахнулся, а затем, смешно скребя лапками скрылся из виду. Самодовольная улыбка расцвела на лице капитана.

— Хм. Зачем же я все-таки ввязался в это? — потирая висок указательным пальцем промычал Лобрен.

Одинокий корабль, с вырезанным на боку названием «Клык хадука», пришвартовался в безлюдном порту. Пока капитан отдавал приказы своей команде, с судна сошли двое. Впереди шел Кальдан — первое копье севера, держа в руке свое оружие. Следом за ним шагал человек, закутанный в темный плащ с капюшоном, а за его спиной на диагональной лямке находился замотанный в ткань продолговатый предмет. По длине он был идентичен копью северянина.

— Погодка отличная, — произнес Цежл сквозь свист ветра.

Копейщик молчал.

— Ты наверняка задавал себе вопрос: «Что мы здесь забыли»?

«Зачем ты его мучаешь?» — раздался голос в голове.

— Думаешь мои слова могут ранить? Это я не тебе Кальдан.

«Думаю лучшая версия тебя это та, которая молчит».

— Хм… Так вот, мой северный друг, мы здесь ищем нечто ценное. Возможно, оно поможет стать тебе сильнее.

«Это твой план?»

— Один из, — прошептал Цежл.

Портовый город выглядел обветшавшим. Ветер играл свою буйную симфонию, используя двери и окна бесхозных домов. Несмотря на казавшуюся расслабленность, человек в плаще цепко проходился своими глазами по окружающей обстановке. Складывалось впечатление, что по городу пронеслась неведомая стихия. Она оставила после себя глубокие порезы как на земле, так и на жилищах людей, а самих их унесла с собой.

«Надеюсь есть еще план получше, если ты хочешь противостоять императору».

— Мне не хотелось бы с ним вообще сталкиваться, но опыт подсказывает готовиться к худшему. Для начала я проверю свою теорию, а для этого нам нужен Шань или хотя бы то, что от него осталось. Кальдан, если заметишь что-нибудь необычное или странную тень, сразу кричи. Ты ведь умеешь кричать?

Северянин кивнул.

Они обошли весь порт, но везде их ждало одно и тоже — пустота. Далее их путь пролегал в столицу хайши. Дворец наместника был достаточно высок, чтобы его можно было заметить издалека. Там-то они и нашли самые сильные разрушения. Земля была растерзана широкими бороздами, стены дворца и ближайшие к нему дома перемолоты в большие кучи мусора. И даже в этих руинах не нашлось никаких человеческих останков. На исследования всей столицы хайши ушел целый день.

— Рыскать по лесу с факелами не очень хорошая идея. А ты как думаешь? — обратился Цежл к копейщику.

Тот просто уставился на своего спутника, словно пытался разгадать по его лицу правильный ответ.

— Переночуем во дворце. Там есть много мягких подушек. Тебе понравится.

Сам же айдонианец не нуждался во сне, поэтому мог выполнять роль охранника для северянина. Он сел у одного из окон в комнате наместника так, чтобы спящий Кайдан оставался в зоне видимости, и наблюдал за звездами. Мысленно Цежл продолжал беседу с другом в своей голове. По словам голоса Небес в империи все было спокойно, а люди не могли не нарадоваться наступившим миром.

Утром они продолжили поиски. В священном лесу хайши на поляне, где росло раньше таинственное дерево, ничего не изменилось. Но сам лес тоже был мертв. Он был похож на декорацию: растения, деревья, ручьи — все это присутствовало, а вот зверей и даже насекомых нигде не наблюдалось. Это вызвало сильное беспокойство у Цежла. Убийство всех людей и пропажу их тел еще можно было объяснить стремлением императора стереть этот народ, но вот куда исчезла вся живность с восточного материка?

— Что думаешь?

«Зря ты сюда сунулся».

После прочесывания леса они посетили второй город хайши. На следующий день третий. Результаты их поисков ничего не дали. Оставалось только вернуться на корабль и готовиться к отплытию. Провал своей миссии и большое количество потраченного зря времени комом в горле встали у айдонианца.

— Может прекратим Лобрену бочонок вина нам в дорогу? — больше пытался подбодрить себя, чем своего молчаливого спутника Цежл.

Кальдан остановился и развернулся к нему лицом. В этот момент из-за угла дома вышло нечто похожее на человека. Высокое, словно обгоревшее до костей тело с длинными руками, волочащимися по земле, повернуло свое безликое лицо в их сторону. Зрачки айдонианца расширились от смеси страха с удивлением. Он не успел предупредить копейщика об опасности. Черное нечто ударило своей длинной рукой словно хлыстом. Острые когти, слившиеся с пальцами, оторвали верхнюю часть тела северянина. Цежл не стал ждать своей очереди. Еще до того, как оставшаяся стоять часть Кальдана рухнула на землю, он со всех сил побежал в противоположном от чудовища направлении. Когда он забрался на высокое дерево в самой глубине священного леса, скачущее галопом сердце начало успокаиваться.

— Что здесь делает темный дьякус⁈

«Кхе, наверное соскучился по героям», — гадко съязвил голос в голове.

— Не смешно

«Почему ты убежал?»

— А, по-твоему, мне нужно было сражаться с ним? Я же не воин!

Цежл оглядывал местность с высоты дерева в поисках признаков погони. К счастью, их не было.

«За столько лет мог бы и научиться чему-нибудь. Зачем ты тогда носишь это копье за спиной? Лучше бы отдал его тому, кто умеет им пользоваться. Погоди, я знаю одного, ходил с тобой. Ах да, совсем забыл. Он же уже МЕРТВ!»

— Твои умные замечания, в данной ситуации, ничем мне не помогут.

«Какой теперь план? Построить гнездо и жить на дереве?»

— Нужно вернуться на корабль, — его взгляд был направлен в сторону порта.

Цежл спустился вниз и сделал большой крюк вокруг места злополучной встречи с чудовищем. Но когда он добрался до спасительного судна, там никого не было. Зато остались подсказки о том, кто побывал здесь ранее: следы крови, глубокие отметины по всей палубе, сломанный штурвал, сломанная мачта, половина которой уже скрылась под водой.

«Твою горе-команду забрали или съели целиком».

— Дьякусы не едят людей.

«Они могут быть здесь не одни. Все кошмары нашего прошлого оживают. Может император не зря запретил сюда плыть».

— Или это его рук дело. Скверные желания имеют привычку повторяться.

— Цежл, ты вернулся! Прости, но отплыть сейчас, при всем моем желании, мы не сможем, — послышался голос Лобрена со стороны трапа.

— Я рад, что ты выжил, — вздохнул он с облегчением. — А команда?

Капитан ступал по палубе своего корабля так осторожно, будто тот вот-вот рассыплется в труху. Приблизившись к айдонианцу, он полушепотом произнес:

— Если Небеса решили, чтобы мы наступили в дерьмо, то я в нем чуть не захлебнулся. Меня одним ударом отправили в полет через весь корабль. Я счастливчик, что выпал за борт. Судьба остальных была предрешена. Кальдан тоже?

Цежл кивнул на манер погибшего северянина.

— Возьми каких-нибудь припасов, сколько будет не тяжело нести. Лучше здесь не задерживаться.

— Будем играть с ними в прятки пока корабль сам не починится? — нервно произнес Лобрен.

— Я что-нибудь придумаю…


Около недели они провели в постоянном страхе за свою жизнь. Они все время меняли свое убежище и всегда продумывали пути отхода. То ли им везло, то ли монстры просто не вылезали из своих нор. В любом случае, каждый прожитый день для них был подарком судьбы. Лобрен все грезил, как ледлорд пошлет им корабль на выручку, или же они сами смогут каким-то волшебным образом починить «Клык хадука». Последний вариант был более правдоподобен. Однако, существовал еще и третий — они умрут на этом проклятом материке.

Цежл часто находился в состоянии глубокой задумчивости, говорил сам с собой и даже спорил. Его взгляд мог долго упираться в одну и ту же точку. Северянин готов был простить ему любые странности за то, как он готовил. Капитан никогда не считал себя гурманом, но Цежл слишком сильно разбаловал вкусовые рецепторы Лобрена. После каждого приема пищи северянин откидывался блаженно на спину и думал: «После такого и умереть не жалко». Правда эти мысли надолго не задерживались.

— Как ты можешь готовить такую вкуснятину практически из ничего?

— Большой опыт, — отстраненно отвечал айдонианец.

По части выживания айдонианец тоже оказался не промах, в отличии от привыкшего к относительному комфорту северянина. Цежл знал хорошо местность, умел ориентироваться в лесу, приносил съедобные ягоды и грибы, всегда оставался дежурить ночью у костра первым (и единственным). Обычно Лобрен просыпался утром от чудесного аромата очередного кулинарного шедевра айдонианца. В такие моменты их положение виделось капитану не таким уж скверным. Целый восточный материк в их распоряжении. По крайней мере с голоду они помереть точно не должны. Однако его тяготило состояние несущейся по волнам маленькой шлюпки в великом океане. Он хотел ясности. Хотел знать точку назначения. Хотел верить, что у Цежла есть отличный план.


*Щелк*


Айдон. Маленький городок, почти деревня, расположенный в самой середине центрального материка. Основным делом жителей было животноводство. Земля в этом месте не подходила для пашен, но от голода никто не бедствовал благодаря торговле между свободными городами.

Маленькому Цежлу было уютно здесь. Вокруг знакомые и доброжелательные люди, приятные запахи овечьей шерсти, маленькие улочки с низкими домами. Большего ему и не нужно. У их семьи имелось стадо овец в одиннадцать голов. Родители занимались состриганием меха и его обработкой, а Цежл — выпасом. Недалеко от города как раз находились просторные луга. Маленький айдонианец любил следить за овцами, но в сильную жару запах травы вызывал у него рвотные позывы. Он был одним из тех немногих, кто не особо любил лето. Свое предпочтение Цежл отдавал прохладному ветерку, который с собой мог принести новые интересные запахи. Мальчик любил сидеть в тени дерева и представлять жизнь в других городах. Завсегдатае торговцы обожали травить байки местной детворе, наслаждаясь их искренним вниманием и эмоциями. Цежлу нравились эти истории, но какими бы красочными они не были, он свою спокойную жизнь ни на что бы не променял.

На день рождения родители дарили ему какую-нибудь редкую сладость. Каждый раз разную. У мальчика была удивительная способность запоминать и воспроизводить вкусовые ощущения. Он мог накладывать их друг на друга, смешивать между собой, долго смаковать. Это помогало поднять настроение в особенные дни. В такие, когда грусть могла затопить твое сознание, не имея при этом какой-либо явной причины…


*Щелк*


Ночь наполнилась криками ужаса. Мать ворвалась в комнату Цежла. Схватив за руку, она поволокла на улицу еще не успевшего окончательно проснуться сына. Отец ждал их с топором в руках, а за его спиной, над городом, виднелась большая гора, которой там быть не должно. Но это и в правду оказалась не она. Горы не могут шевелиться, смотреть, скалиться, издавать чудовищный рык. В глазах родителей мальчик впервые узрел страх, отнимающий способность здраво мыслить и даже двигаться. Тогда, это ужасное чувство проникло в него самого. Темные человекоподобные силуэты приближались к ним со всех сторон. Мать беззвучно рыдала, а отец все сильнее сжимал топор.


*Щелк*


Цежла вытащили из-под обломков собственного дома какие-то незнакомцы. Они дали ему выпить воды из бурдюка и сочувственно смотрели на него.

— Ты везунчик, айдонианец. Помимо тебя, выжило еще пятеро, но ты самый целый из них, — сказал мужчина с пурпурным гербом на груди, которого мальчик никогда прежде не видел. — Хочешь пойти с нами? Мы воины Найдеши.


*Щелк*


Успокаивающий треск костра заглушали громкие голоса подвыпивших воинов. Цежл готовил похлебку на всех. Котелок бурлил и источал приятный аромат. Его стряпня всегда оценивалась высоко всеми членами отряда.

— Долго еще, везунчик? — навис над ухом один вояка, обдавая айдонианца противным запахом перегара.

— Скоро, — немного поежился Цежл.

Он все еще не мог привыкнуть к столь тесному общению, хотя пробыл в этом отряде уже шесть лет в качестве кашевара.

— Отойди от него, Раер, а то испортишь нам вкусное блюдо своими вонючими слюнями!

Смех разнесся по всей поляне, и даже юноша с разноцветными глазами не смог сдержать улыбку.


*Щелк*


Сердце стучало слишком громко. Казалось, что его можно отчётливо услышать на добрые десяток шагов от него самого. Цежл залез на высокое дерево и закрыв глаза трясся от страха. Его отряд погиб, а он выжил. Снова. Внизу слышался треск сухих веток. Черные тени искали айдонианца.


*Щелк*


Он снова попал в отряд. На этот раз, к лучшим наемникам Мирании, но все в той же роли. Они сопровождали королевских особ в город Ванри-Гаран. Там должно было произойти событие, которое бы изменило жизни всех людей. И оно произошло. Только не то, что все предполагали. Город атаковали темные дьякусы, а вел их страшный монстр размером с гору. Знакомый рев. Знакомый страх, обнимающий Цежла, как старого друга.


*Щелк*

Крики умирающих.

*Щелк*

Крики молящих о помощи.

*Щелк*

Стоны боли.

*Щелк*

Гонка со смертью.

*Щелк*

Пещера.

*Щелк*

Бледный человек.

*Щелк*

Звуки, лица, запахи, все проносилось в голове с невероятной скоростью. Ласковые слова, ранящие, ободряющие. Все не то.

— Дальше-дальше.

*Щелк-щелк-щелк*

Ветер, холод, удушающий зной, противный дождь, усталость.

— Дальше.

*Щелк*

Друзья смеются, стареют, умирают.

— Дальше.

*Щелк*

Улыбка, рыжие локоны, серо-зеленые глаза, робкое счастье, мучения, разрывающее душу в клочья.

— Дальше!

*Щелк!*

Синие губы, словно у мертвеца, говорят ему без всяких эмоций: «Были те, кто превращал людей в монстров».

Цежл открыл глаза. Три пальца, готовые сделать очередной щелчок застыли недалеко от его виска.

— Я нашел.

«Что?»

— Ответ, который нам поможет, — смотря на начинающийся рассвет, с надеждой произнес айдонианец.

Загрузка...