Хранительница света для темного дракона

3. В режиме электровеника

Раз вернуться домой мне пока было не суждено, нужно было срочно что-то решать с моим временным местом жительством. А если точнее — наводить порядок и в режиме электровеника собирать тысячу, будь она неладна, свечей! Заодно решить вопрос с отоплением, проверить, работает ли водопровод, что-то сделать с дверью и крышей, и найти уже кухню. Ведь не может же ее просто не быть!

По идее в доме следовало разуваться, но увидев состояние дома при сером утреннем свете, я брезгливо передернула плечами. Нет, сначала здесь надо как следует убраться. И не просто смахнуть пыль, а отдраить полы, выбить все покрывала и вымести золу.

— Найду того, кто меня сюда забросил — руки оторву! — Я бурчала себе под нос, стоя посреди гостиной. Чувствовала себя здесь рыбкой в аквариуме. Два больших окна не были закрыты даже тюлем. И ко мне мог заглянуть кто угодно. Хорошо, что дом стоял посреди пустоши и в стороне от дороги, так что заглядывать было особо некому.

Дел было так много, что для начала я решила перекусить. Покопалась в сундуке, отломила кусок хлеба, откусила прямо от четвертинки головы сыра и дополнила свой завтрак полоской вяленого мяса. И только потом поняла, что дождь кончился, и как вчера наполнить кружку водой у меня не выйдет. А во рту уже все пересохло от перченого мяса.

С трудом проглотив остатки хлеба, я пошла в уборную в надежде, что из крана польется не самая тухлая и мерзкая на вкус вода.

Пришлось зажечь свечи, потому что в крошечное окошко в комнатке проникало слишком мало света.

Рычажки на стене возле душевой покрылись ржавчиной, и мне пришлось поставить подсвечник на пол, чтобы взяться за рычаг обеими руками. Я как следует уперлась и повернула рычаг. Раздался скрежет, и я уже решила, что все сломала, но из маленького краника с хрипом и каким-то надсадным кашлем плюнула струя воды. Кран хорошенько прокашлялся, и струйка побежала ровнее. Правда, цветом она была как и мои ладони сейчас — рыжая от ржавчины. Такое определенно нельзя было пить даже после длительного кипячения.

— А если так? — Спросила я неизвестно кого и вывернула рычаг на полную. Вода хлынула тугим потоком. Я подобрала подсвечник и стала ждать. Через несколько минут рыжина в воде иссякла, и пошла довольно чистая струя. Я протянула одну руку, зачерпнула воду горстью и принюхалась. Вроде бы ничем не пахло. Ни тиной, ни металлом. С сомнением покачала головой, но пить прямо из-под крана не решилась. Набрала кружку и повертела ее в руках. Интересно, можно ли вскипятить воду прямо в ней? Выбора особо не было, и я, закрыв кран, вернулась в большую комнату.

С разведением огня в этот раз справилась куда быстрее, сразу пожертвовав в растопку бумагу от свечных свертков. Дров оставалось буквально четыре полешка, и я добавила в мысленный список требований еще и их.

В очаге не было ни металлического прута, ни каких-то других приспособлений, куда бы прошлый хозяин, господин Альцгеймер, мог устанавливать котелок для еды. И я установила кружку прямо на пол, отодвинув горящие полешки чуть в сторону. Пепел в кружке не так страшен, как сырая вода непонятного происхождения.

Но главное, что отсутствие следов котелка убедило меня в том, что кухня просто обязана существовать. Не святым же духом питался этот свечевар?

Солнце постепенно поднималось над горизонтом, и в комнате становилось все светлее. И только сейчас я разглядела на одной из стен странную шторку, которую в темноте просто не замечала. Отдернув ее в сторону, я тут же расчихалась от пыли, но зато за шторой оказалась искомая кухня! Довольно просторная для меня одной. И главное, оборудованная практически всем необходимым, если принимать во внимание, что в этом мире явно не было электричества.

Шкафчики с посудой, мойка, разделочная поверхность, небольшой обеденный стол с двумя стульями и даже что-то напоминающее плиту! С чугунной дверцей, куда полагалось закидывать дрова, и двумя конфорками наверху. То есть никаких котелков даже не требовалось. Я могла пользоваться привычными кастрюлями и сковородками, которые тоже здесь нашлись. В общем, жизнь определенно начала налаживаться.

Я сбегала в зал за последним полешком и даже вытянула одно, уже занявшееся, из очага и закинула их в плиту. Переставила кружку на конфорку, покрутила рычажки и получила под ней равномерный огонек.

— Йес! — Я победно выбросила вверх руку и полезла по шкафам в поисках еще чего-нибудь полезного. Правда, продуктов не нашла. По крайней мере тех, что можно было употреблять в пищу. В жестяных коробках были какие-то крупы, давно уже покрывшихся плесенью, чай, если это был он, рассыпался в труху, а в последней коробке вообще расплодились мелкие жучки, так что я, скривившись от омерзения, поплотнее закрыла крышку и отставила ее в сторону для дальнейшей утилизации.

Еще в углу кухни была узкая дверца, ведущая в темное помещение, откуда повеяло холодом. Я сунула туда свечу и огляделась. Да это же настоящий погреб! Только почему-то устроенный не под домом. Здесь высились пустые полки, и было так холодно, что это место можно было использовать в качестве холодильника, когда я разживусь продуктами.

Пока вода в кружке закипала, я проверила рычажки над мойкой и убедилась, что вода здесь тоже течет без проблем. Оставила воду бежать, чтобы избавиться от рыжего цвета, осмотрелась в поисках запасов кухонного текстиля. На каждой уважающей себя кухне просто обязаны находиться разные полотенчики, салфетки, цветастые рукавички-прихватки. Но, видимо, только не здесь. Две засаленные прихватки, серые от пыли и времени, какая-то тряпка на столе — и все. Зато под столом нашелся таз. Не знаю, что он там делал, что я тут же потащила его в туалетную комнату, чтобы использовать для стирки тряпок. Раз мне предстоит грандиозная уборка, значит, и расходных материалов потребуется много.

В доме сразу стало шумно. Вода со звоном билась о дно металлического таза, где-то в гостиной потрескивали дрова, на плите шипела, нагреваясь, вода. А со стороны свечной мастерской что-то стучало. Так, стоп! А там что происходит?

Я резко выключила кран и прислушалась. Послышалось? Выглянула в коридор и навострила уши. Но из мастерской больше не донеслось ни звука. Зато в кухне что-то зашипело, и я бросилась туда, спасать свой кипяток, который бурлил так активно, что начал заливать огонь. Я сунулась голыми руками, но вовремя отдернула пальцы, не успев обжечься. Обмотала руку подолом платья и сняла чашку с огня. Поставила ее прямо на деревянную столешницу, не заботясь о сохранности покрытия. Осмотрелась в поисках тары, подходящей для того, чтобы хранить питьевую воду, но из подходящего на глаза попалась только одна из кастрюлек. Вздохнув, я стащила ее с полки, тщательно промыла с засохшим и растрескавшимся куском мыла, а потом ополоснула кипятком, который изначально предназначался для питья.

Во рту до сих пор оставался перечный вкус, но я хотела сделать все правильно. Почему сразу не догадалась вскипятить побольше воды?

Наполнила кастрюльку водой и поставила на конфорку, увеличив под ней пламя. Потерплю еще минут пятнадцать, зато потом напьюсь вдосталь.

Мастерская больше не пугала непонятными звуками, и я вернулась в ванную. Наполнила таз, кинула в него кусок мыла, а когда вода стала достаточно мыльной, принялась простирывать тряпку, что нашла на кухне, и штору, которая отгораживала кухню от гостиной.

Подумав еще немного, поставила на вторую конфорку кастрюлю побольше. Стирать в холодной воде было тем еще удовольствием, а судя по грязи, тряпки мне придется промывать частенько.

Пока вода нагревалась, я занялась сбором уже готовых свечей. В гостиной они были раскиданы по всем полкам, будто предыдущий хозяин дома просто забывал, куда их нес и бросал на ближайшую свободную поверхность. Свечи лежали и связками, и по одной. Какие-то были ровными, гладкими столбиками, а какие-то больше походили на детские поделки — конусообразные, длинные и неровные. Я складывала все находки на столе в гостиной, не торопясь проверять на наличие готового товара мастерскую. Пусть мне просто показалось, что я слышала оттуда шум, но я очень боялась узнать, что ошиблась. А неприятных сюрпризов за последние двенадцать часов мне хватил ос головой.

Когда я заглянула во все уголки дома, за исключением мастерской, у меня набралось около сотни свечей. А точнее, девяносто шесть. И при этом весь стол был завален свечами в два слоя. Я посмотрела на всю эту кучу и попыталась прикинуть, сколько места тогда займет тысяча свечей? Да мне отдельная комната потребуется просто для того, чтобы все это складывать и упаковывать. Не буду же я отдавать их охапками…

— Извините, мистер Дарх, но вам придется подождать. Тысяча свечей за полдня — это нереально. А хотите — приезжайте, будем вместе их делать. Чтобы вы сами убедились, что это ни разу не просто.

Я сортировала свечи по кучкам, продолжая ворчать себе под нос. Собирала бледно-желтые столбики по семь штук и связывала найденной бечевкой. На кухне нашелся туповатый нож, так что пришлось изрядно повозиться, чтобы отрезать достаточно кусков веревки. Но зато теперь завал на столе приобретал рабочий вид.

На кастрюле захлопала крышка, и я, затянув очередной узелок, бросила связку к остальным и побежала спасать воду.

Закипела та, что была в меньшей кастрюльке — питьевая. И так как у меня к этому времени во рту была уже настоящая пустыня, я зачерпнула кружкой кипяток, распахнула кухонное окно и выставила за него чашку, прочно утвердив ее на внешнем карнизе. От кружки сразу повалил пар, и я нетерпеливо облизала губы, ожидая, когда, наконец, смогу напиться. А чтобы не сверлить кружку взглядом, вернулась к работе.

Еще минут через пятнадцать я закончила с первой партией свечей и смогла утолить жажду. Еле теплая вода показалась настоящим наслаждением, и я повторила фокус с охлаждением.

Нужно будет обязательно найти какой-нибудь графин, чтобы иметь запас как горячей, так и холодной воды. Но это не сейчас. До посуды я еще доберусь. Гораздо важнее было придумать что-нибудь с дверью и очистить гостиную, где я собиралась спать.

Вторая кастрюля тоже нагрелась, и я, вооружившись прихватками, взяла ее за ручки и понесла в ванную, где меня дожидался таз с замоченными тряпками. Шла аккуратно, чтобы не споткнуться и не пролить кипяток.

И в тот момент, когда я поравнялась с дверьми мастерской, они сначала тихо скрипнули, а потом начали разъезжаться в стороны.

Я покрепче ухватила кастрюлю с кипятком. Что бы сейчас ни показалось из дверей, я буду готова! Отставила одну ногу назад для устойчивости и приготовилась. Если нужно — я могу и кипятком плеснуть! Потом швырну кастрюлей и побегу. Но не раньше, чем увижу, кто или что там такое.

— Мяяяяу! — С возмущенным воплем в приоткрывшуюся дверь просочился рыжий кот. Здоровенный, но такой худой, будто просидел здесь пару недель без еды. Он, совершенно не боясь, вышел в коридор, встал напротив и оценивающе глянул на меня зелеными глазищами.

— Ты откуда взялся?

Мне стало не по себе, но понятно, что воевать с несчастным животным я не стану. Шумно выдохнула и, осторожно обогнув кота, насколько это позволяла ширина коридора, я продолжила свой путь в ванную.

Мягкий топот дал понять, что кот последовал за мной. Легко обогнал меня и первым вошел в ванную, сунув нос в таз с замоченными тряпками. Повернулся, и в зеленых круглых глазах мне почудилось недоумение.

— Это не для питья. — Зачем-то объяснила я, будто кот мог что-то понимать. Но, как оказалось, мог. Кот дернул облезлым хвостом и легко запрыгнул на высокий подоконник узкого окошка. Я почувствовала на себе его взгляд и передернула плечами. Но тяжелая кастрюля, полная кипятка, не давала отвлечься. Так что я аккуратно перелила кипяток в таз, перемешала. Потом поставила греться новую партию воды и стала простирывать тряпки.

— Если тебе нечем заняться, найди мне инвентарь для уборки. А то у меня один таз и несчастная тряпка. — Обратилась я к коту, радуясь, что теперь можно говорить с кем-то кроме себя самой.

Кот бесшумно спрыгнул на пол и испарился в коридоре. Я как смогла достирала тряпки, отжала их и, прежде чем выливать воду, задумалась. Раз горячей воды нет, я намучаюсь кипятить каждый раз. А значит, нужно было использовать все максимально продуктивно. И я потащила таз в гостиную.

Когда-то я услышала выражение «танцевать от печки», но не была уверена, что правильно его поняла. И сейчас, когда оно пришло в голову, спросить было не у кого. Но раз это наверняка была народная мудрость, я решила последовать ей и начала помывку пола от печи, где деревянные доски были просто черными от золы.

Мыльная вода моментально потемнела, но я продолжила возить тряпкой по полу. Пусть мне придется раз десять повторить процедуру с кипячением и мытьем пола, я не собиралась жить в грязи. Даже временно.

И вообще, размышляла я, пока терла пол, если присмотреться, домик-то весьма неплох. Да, сейчас в нем бардак, но стоит только поработать над этим, решить вопрос с освещением, и можно будет жить с настоящим комфортом. К тому же он был гораздо больше моей обещанной квартиры, где меня ждали тридцать два квадрата в «отделке от застройщика».

Что-то снова застучало со стороны мастерской, а потом раздался такой звук, будто по полу что-то тащили. Я вскочила на ноги и сжала тряпку в руках.

— Рыжий, это ты?

Сначала в проходе показался рыжий хвост. А потом и весь остальной кот, который каким-то образом умудрился схватить зубами метлу на длинной ручке и теперь волок ее прямо ко мне.

Бросив метлу на середине комнаты, кот посмотрел на меня взглядом, в котором явно читался вопрос: «Ну и что дальше?»

Я нервно рассмеялась.

— Хочешь сказать, ты меня понимаешь? — Кот, не мигая, смотрел на меня, но, слава богу, молчал, иначе я всерьез начала бы беспокоиться за свое психическое здоровье. — Ну тогда найди инструменты, которыми можно починить дверь.

Кот то ли фыркнул, то ли чихнул и ушел. А я подошла к метле и аккуратно подцепила рукоять пальцами. Если сейчас она взмоет под потолок, я умываю руки!

Но метла оказалась обычной метлой. Летать на ней было невозможно, зато смести всю пылищу с пола — очень даже удобно! И тряпка с тазиком отправились в уборную полоскаться и ждать своей очереди.

Я растащила всю мебель по стенам и освободила себе пространство. Работалось на удивление легко, я ощутила странный прилив сил и мела как заправский дворник. Даже приоткрыла одно окно, чтобы пылища не копилась в воздухе. Окно, надо сказать, тоже требовало мойки, но это была не первоочередная задача. Сейчас нужно было расправиться с пылью и грязью на полу и горизонтальных поверхностях. И спустя час или два я закончила с полами. Нельзя было сказать, что они теперь блестели от чистоты, но по крайней мере, я теперь ходила в одних носках, не прилипая к полу и не морщась от брезгливости.

Заодно зацепила полы в прихожей. Собрала всю воду, вычистила из углов уличную грязь и постелила на пол большую тряпку, которая когда-то была кухонной шторкой. Теперь дождевая вода хотя бы не будет собираться на полу.

Настала очередь привести в порядок мебель. Мои руки уже опухли от воды, а возникшее из ниоткуда воодушевление точно так же в никуда и ушло. Теперь я чувствовала, как болит спина, как ноют ладони от постоянного выжимания тряпки. А заодно и голод напомнил о себе. Конечно, на завтраке из куска хлеба и полоски мяса далеко не уедешь. Но бросать работу на полпути было не в моих привычках. И я решила, что как только гостиная будет пригодна для жилья, я тут же займусь едой. Кажется, у Альды там была припасена овсянка.

Кот так и не появлялся, исчезнув после моего второго задания. Видимо, инструментов для ремонта в доме не было. А может, случай с метлой был просто совпадением, и кот просто отправился по своим кошачьим делам.

Из-за спины послышался стук, и я хмыкнула. Надо же, кот оказался, и вправду, ученым. Но когда грохнуло снова, а за стуком раздался резкий выкрик, я поняла, что, кажется, дождалась обещанного посыльного. Выпрямилась, отряхнула платье и, придав лицу самое суровое выражение, пошла открывать.

Хорошо, что моя дверь открывалась внутрь, потому что иначе я рисковала бы просто не открыть дверь. Посыльный, которым оказался какой-то тощий парнишка, заехал своей телегой практически вплотную ко входу, припарковавшись задом. Так, что открытый край телеги оказался прямо передо мной. В ней под темно-серым брезентом скрывались какие-то ящики и мешки, но места под свечи еще хватало.

— Эй! Ты, что ли, альда Аймейстер? — Крикнул парень, даже не пытаясь слезть со своего места спереди. Просто обернулся через плечо и нетерпеливо помахал рукой. — Давай грузи!

Я опешила от такого хамства. Ни здрасьте, ни как дела. Сразу — грузи. Да я сейчас тебя так загружу, депрессия обеспечена будет!

— Во-первых, доброго дня, Альда Аймейстер. — Отчетливо проговорила, накидывая на плечи шаль. Дождя не было, но холодный ветер заставил поежиться. — Во-вторых, можете представиться, а потом сказать, зачем вы пожаловали.

— Ишь ты! — С каким-то восхищением ответил парень. Спрыгнул со своего места и протиснулся между дверью и телегой. — Грамотная, что ли?

— Тебе словарик подарить? — Поинтересовалась я приторно-невинным тоном.

— Дарх Блэкторн велел забрать у тебя партию свечей.

— А больше ничего Дарх Блэкторн не велел? Например, прислать мне нужные материалы. Или дров, чтобы мне было, на чем воск растапливать.

— Сначала свечи, потом остальное. — Парень нахмурился и расправил плечи. Кажется, он пытался выглядеть больше, чем есть. Но до Дарха-дракона ему было далеко. Тот мог в дверном проеме застрять. А этот парнишка был едва ли старше шестнадцати и так худ, что одежда болталась на нем как модный в моем мире оверсайз. Над тонкой верхней губой начали проклевываться жидкие усики, которыми он, кажется, очень гордился. Иначе зачем регулярно потирал их?

— Смотри, обманешь — в следующий раз вообще ничего не получишь. — Буркнула я и пошла в гостиную. За четыре раза перетаскала все свечи, сгрузив их в подготовленный деревянный ящик. Судя по размерам ящика, Дарх Блэкторн явно рассчитывал на куда большее количество. Но если он адекватный человек, на что я очень надеялась, он должен понимать, что я только прибыла, и приготовить за полдня тысячу свечей — задача невыполнимая.

— Это все? — Разочарованно спросил посыльный.

Я кивнула.

— Через пару дней будет еще. А лучше — через недельку. Мне еще нужно с наследством разобраться и порядок в мастерской навести. Так что передай Дарху Блэкторну, что тысяча свечей будет готова нескоро.

— Ладно. Но ты бы поторопилась. — С упреком сказал парень. — Нам ведь очень надо. Видела, как рано нынче темнеет?

— Сделаю все возможное. — Я вздохнула. У парня теперь был такой расстроенный вид, будто мои свечи были единственным источником света во всем городе, откуда он явился. — Но мне правда нужно много дров. И еды у меня совсем нет. И воска бы побольше.

— Дарх велел тебе отдать. — Парень запрыгнул в телегу и вытащил из-под брезента два мешка. Один здоровенный и, судя по тому, с каким трудом его тащили, довольно тяжелый. А второй поменьше и полегче.

Свалив мешки с телеги прямо мне под ноги, посыльный сделал странный жест, прищелкнув сразу тремя пальцами. Запрыгнул на свое место на передке и гаркнул на лошадь так, что она тут же перешла сразу на третью скорость, увозя от моего порога странного парня.

— Нда, интересные у них тут жители.

Я подобрала мешок поменьше, перетащила его через порог и оставила в прихожей, чтобы не пачкать только что помытые полы. Со вторым пришлось повозиться. Он был так тяжел, что я сумела затащить его в дом только с третьей попытки. Зато он был не так туго завязан, и, справившись с веревкой, я обнаружила в нем дрова. Уже наколотые в аккуратные полешки. Сухие и, судя по чистым краям, довольно свежие.

Дрова я пристроила в прихожей, а вот второй мешок сразу понесла на кухню. Нутром чуяла, что внутри еда. А может, сработало внезапно обострившееся обоняние. И когда заглянула внутрь, я мысленно попрощалась с овсянкой. А живот тут же забурчал, напоминая о том, что есть хочется уже давно.

Единственное, о чем я не подумала, что на кухне тоже необходима уборка. Так что пришлось закинуть в себя горсть сухарей, запить их водой и со вздохом снова браться за уборку.

Но в этот раз я решила схитрить. Протерла полки в холодной комнате и выложила туда содержимое мешка, в котором не хватало разве что макарон и мясных и рыбных консервов. Здесь были и крупы, и связки сушеных грибов, и мешочки со специями, даже маленькая жестяная банка с чаем и глиняная баночка меда. Молоко, растительное масло, козий сыр, немного овощей: лук, чеснок, морковь и какой-то неведомый мне корень. А главное — большой кусок мяса.

После ревизии своих запасов я перелила в три чистых чашки питьевую воду, чтобы сварить кашу с грибами. К моему счастью, у меня была гречка! А что может быть проще, чем приготовление гречки?

Быстро вымыла еще один стакан, отмерила нужную пропорцию сухой крупы, и пока вода закипала, промыла гречку от шелухи и пыли. Дальше дело техники: три минуты на большом огне, потом еще три на среднем огне под крышкой и остальное время до готовности на самом маленьком.

В рыжих грибах я опознала лисички, залила их кипятком, нарезала четвертинку лука, половинку моркови и обжарила все это на масле. А когда гречка была готова, замешала все в кастрюле и дала чуток постоять, чтобы каша пропиталась ароматами грибов и овощей.

У меня едва ли не капала слюна, когда я несла все в гостиную, где было достаточно чисто для приема пищи. Обеденный стол в кухне я не рискнула трогать — все равно не справилась бы с ним до вечера. Настолько грязным он казался.

Стоило мне поднести ложку ко рту, как посреди гостиной возник рыжий кот. Глянул на меня с неодобрением и тяжело вздохнул.

— Ты голодный? — Я ощутила укол совести. Сама-то села есть, а кот здесь неизвестно сколько уже торчит без еды. А я даже о нем не подумала.

Ложка маячила перед лицом, и я подумала, что ничего страшного не произойдет, если я сперва съем хотя бы четверть тарелки, а потом быстренько сбегаю в кладовую и отрежу для рыжего кусочек мяса.

— Мндау… — Раздалось в ответ, и я подавилась и закашлялась.

— Ты что, говорящий?