Игра на выживание, или Капкан для императора драконов (СИ)

Глава 56

Сдаётся мне, настало время для откровенного разговора. Почему бы и нет? Мои постоянные сомнения, словно отравленные стрелы, продолжают разрушать и без того хрупкие отношения с Дариилом. И если мы не выясним всё прямо сейчас, сомнения будут только усугублять ситуацию. Затягивать с не в наших интересах.

— Тогда расскажи, чтобы я лучше тебя поняла. Это пойдёт нам только на пользу. Нам действительно необходимо узнать друг друга ближе, иначе мы не сможем стать настоящей командой. — Он отрывает взгляд от пряди моих волос и смотрит в глаза.

— Я бы хотел, чтобы наши отношения были больше, чем просто командные.

— Ты намекаешь на секс?

— Как бы я ни мечтал о близости с тобой, но на одном только сексе прочных отношений не построить. Я хочу, чтобы у нас была настоящая семья. Понимаешь?

Мы с минуту смотрели друг на друга. Его взгляд был твёрд, словно говорил: меньшим он довольствоваться не намерен. Я же только начала допускать мысли о нашем совместном будущем, но этот «проект» пока на стадии разработки. Чтобы построить нормальные отношения, нужно исключить обман, поэтому я не стала юлить и сказала то, что действительно думала по этому поводу:

— Раз у нас сегодня день откровений, я опишу свою ситуацию, выслушай меня, не перебивая. — Он кивнул, и я начала: — Совсем недавно я мечтала только об одном — вернуться домой. Тебе сложно понять человека, который жил своей жизнью, строил планы… Пусть в личной жизни у меня и был полный штиль, зато работу я свою очень любила и пчёлок своих обожала. И вот в один миг все, чего я достигла и о чём мечтала, превратилось в прах. Такое сложно принять. Да и попасть в волшебный мир, о существовании которого даже не подозревала, тоже стресс. С трудом, но я смогла его принять, а вот отношения с драконом и то, что я его пара — нет. Мне даже представить страшно, что чувствуют в драконьих парах несчастные женщины. Я бы никогда на такое добровольно не пошла, ни за какие блага мира.

— Тебе и не придётся переживать, я даже мысленно не собираюсь тебе изменять.

— Перебиваешь! — усмехнувшись, я погрозила пальцем.

— Извини, не удержался от комментария, продолжай. — Милостиво кивнул он.

— Так вот, когда я тебя встретила, то хотела придушить, несмотря на твою шикарную внешность. — Он усмехнулся, явно вспомнив мои мысли. — Я настолько сильно тебя ненавидела, — во взгляде императора промелькнула боль, — и была ослеплена яростью, что упустила важное — тебя. — Он был удивлён, услышав последнее. — Да, тебя настоящего. Я всегда гордилась умением чувствовать людей и просчитывать наперёд, чего от них можно ожидать, но с тобой произошла осечка. Думаю, это произошло из-за эмоциональной перенагрузки и зацикленности на своих проблемах. Так вот, к чему это длительное вступление. Мои первые выводы о тебе были ошибочными — ты не таким уж и плохим человеком оказался. Думаю, у нас с тобой есть шанс стать хорошей парой. Но помни главное правило: в нашем союзе нет места предательству. Я осознаю, что у семейных пар часто бывают разногласия, и это не проблема — справимся. Это всё, что я хотела сказать. Теперь ты.

— Спасибо, что готова дать нам шанс, — хрипло ответил дракон. — Я сделаю всё, чтобы ты в моём мире чувствовала себя уверенной, как в своём.

Он вновь принялся перебирать пальцами пряди моих волос.

— Минуточку! — возразила я. Он замер. — У меня появилось дополнение: не нужно мне потакать, когда я в дурь пру! Останавливай, а я обещаю сильно ядом не плеваться. И помни: я, как и ты, в отношениях не спец, ошибок нам не избежать. — Он кивнул. — А теперь расскажи, что остаётся за гранью моего понимания о твоей жизни.

Император тяжело вздохнул и вновь перевёл взгляд на мои волосы. Я не настаивала на том, чтобы он смотрел мне в глаза — это, видимо, его успокаивало.

— Когда мне было семь лет, во мне пробудилась сила столь великая, что даже мои родители содрогнулись от страха. Никто в нашем мире прежде не обладал подобным могуществом. Родители решили скрыть мои способности от всех, чтобы не спровоцировать панику среди подданных. Все у нас прекрасно знают: рождение дракона, обладающего безграничными возможностями, вовсе не обыденное событие. Множество людей восприняли бы это как дурной знак, а враги моих родителей могли объединиться, чтобы избавиться от меня, уничтожить наш род прежде, чем я смог бы раскрыть свою силу. Увы, хотя мой отец и был одним из величайших драконов, он не смог бы справиться со всеми противниками. Так что я очень рано понял, что такое ответственность — любая моя оплошность стоила бы жизни не только моим родным, но и многие другие могли погибнуть.

Я всегда удивлялась, когда слышала о том, как люди мечтали стать королями. Как будто это самое важное достижение в жизни. Роскошь — это всего лишь мишура, а под ней прячется неприглядная реальность: постоянная борьба за власть, страх за свою жизнь, не говоря уже о лицемерии окружающих. Невероятно, что таких людей на нашей планете называют «высшим светом»! У них предательство в крови, они готовы на любую мерзость ради выгоды. А оказалось, что в любом мире существует такая проблема.

— Знаешь, на Земле у сильных мира сего нет магии, но борьба за власть — это часть их жизни. У нас уже не везде страной правят короли, но проблемы такие же. Власть искушает, а интриги плетутся вокруг тех, кто пытается занять тёплое место. Люди идут на всё ради статуса и влияния. Было бы смешно, если бы не было так грустно: во все времена, будь то королевские дворы или современные корпорации, всё крутится по одному и тому же сценарию. Наверное, в этом и есть истинная природа человечества: одержимость властью. И от их жадности страдают простые люди. Так что я понимаю, как рано груз ответственности начал давить тебе на плечи.

— Теперь ты перебиваешь, — улыбнулся император.

— Каюсь, не удержалась, — состроила я невинную мину. — Можешь продолжать.

— Небольшое уточнение: тут другая ситуация. У нас править может только мой род, другим это не под силу. Но если бы нас не стало, то развитие событий, скорее всего, пошло бы по сценарию твоего мира. И не забывай о клятве верности — её обойти нельзя. Честно говоря, она надёжна, но оставляет неприятный осадок. Не очень приятно сознавать, что люди служат тебе не по велению сердца, а из-за необходимости.

И не поспоришь.

— По мне лучше этот дискомфорт в душе, чем постоянно ждать удара в спину от приближённых.

— Властелина, не перестаю восхищаться тобой, — усмехнулся император, лаская меня взглядом. — С твоего позволения я продолжу. Долго мои родители и я искали ответы, почему это произошло, пока не наткнулись на один древний фолиант. Из него узнали, что мне суждено изменить мир. Мы решили, что моя миссия — избавить пару драконов от проклятия.

— Минуточку, я дико извиняюсь, что перебиваю, но ты сказал «пару драконов», а не «драконов»? Это оговорка? Или…

— Нет, ты правильно уловила суть. Именно женщины здесь больше пострадали. Неужели, по-твоему, я не знаю, что на самом деле происходит? С каждым днём многие из них медленно угасают, превращаются в безвольных кукол, в которых жизнь поддерживается лишь магией их драконов. Так быть не должно, и я хотел всё исправить. Перерыл много источников информации, но ничего полезного найти не мог. Пока во сне ко мне не явилась Мара. Она хотела, чтобы я нашёл свою пару. Я был против. В моём плане пара не фигурировала, не хотел я её. Не потому, что боялся потерять собственную независимость или наслаждался возможностью менять любовниц — это уже стало в тягость. Иметь дело с женщинами, которые ничего ко мне не чувствуют, не очень приятно.

— С чего ты взял? Может быть, кто-то из них испытывал к тебе искренние чувства?

— Для меня чужие мысли — не тайна.

Я невольно скривилась, вспомнив, что собиралась дракона забить и его шкуру на сумки с сапогами пустить. Ещё и рекламную кампанию для продвижении товаров обдумывать начала. М-да, неловко…

— И всё же здесь ты не совсем искренен. Если бы они увидели тебя в истинном свете, то многие пали бы к твоим ногам.

— Забыла, что только пара может видеть своего дракона в истинном обличии? И я хотел не слепого обожания. Но сейчас не об этом. Я был против пары, так как боялся, что может ничего не получиться. А жить как другие не хотел. Кстати, с Абелотом на этой почве мы и подружились. Он собственными глазами наблюдал, как его мать медленно угасла. Он пытался ей помочь, но не вышло.

— Мне кажется, ты сожалеешь о вашем разрыве несмотря на то, что сейчас он твой враг.

— Скорее чувствую вину. Эта интриганка ему действительно нравилась, и он хотел связать с ней жизнь, готов был отказаться от потомства. Мучения матери оставили в его душе неизлечимую рану. А я все его планы разрушил, убив единственную женщину, к которой он что-то чувствовал после смерти его матери. Но даже став моим врагом, он остался человеком чести. Абелот не будет действовать исподтишка и плести интриги. Он предпочитает действовать открыто. А враги так не действуют. Скорее он обижен и разочарован во мне, и на это у него есть веская причина.

— Знаешь, я думаю, ты прав. Абелот недавно отогнал от меня Нера и постоянно просит прекратить поиски — говорит, это опасно. Мне даже как-то жалко его наказывать.

— Хочешь сказать, что передумала? — с прищуром посмотрел на меня император.

— Ну уж нет! — усмехнулся император, и лукавые искорки запрыгали в его глазах. — Наказание он всё же заслуживает — за то, что пудрил голову и требовал казнить невинную девушку.

— Ты права, встряска ему не помешает, чтобы наконец прекратил прятать голову в песок. Я понимаю, что трагедия матери ударила по нему, но это не значит, что он обязан повторять судьбу родителей. За счастье нужно бороться… Хотя до встречи с тобой я был таким же и не хотел пару. В глубине души понимал, что это неправильно, и моему народу нужен наследник, но искал способ избежать этой участи.

— Подожди, как-то нелогично тут всё вырисовывается. Если ты понимал, что наследник необходим, пытался найти способ нарушить проклятие и знал, что тебе это под силу, то почему был против обретения пары?

— Я боялся… — Я удивлённо приподняла бровь. — Да, боялся, что моя пара будет алчной и жадной до власти. Если ты не заметила, но я сказал: некоторые пары драконов становились безвольными куклами. Были и другие, они стали помешаны на власти и роскоши. Оба варианта мне претили. Тем более таким женщинам опасно давать власть в руки — они думают только о себе, а императрица должна думать о благе своих подданых. Даже когда я полюбил тебя, мой страх никуда не делся. Я же видел, как ты наслаждалась своим положением.

Вот тут я обиделась.

— Меня вообще-то не власть радовала, а рабочий процесс и результат наших с пчёлками общих трудов.

— Я это понял, когда ты оказалась в моём мире. Но когда я тебя соблазнял благами, в глубине души боялся, что ты поведёшься. С одной стороны, я был в бешенстве, когда ты отказывалась меня целовать и признавать парой, лишая возможности защитить, а с другой — был в восторге. Мне пришлось поломать голову, пока придумывал, как тебя защитить, такую несговорчивую, зато теперь я знаю: из тебя выйдет превосходная императрица.

— Вот теперь ты мне льстишь! А насчёт императрицы… — Я задумалась, смогу ли я с места в карьер этим заняться без должной подготовки. Скорее всего, нет, и пытаться не стоит, дров наломаю. — Не думаю, что сейчас я готова к столь ответственному посту, тебе придётся тебе взять надо мной шефство. Единственное, чем могу тебя порадовать — я легко во всё вникаю.

— Я к твоим услугам, — изобразил шутливый поклон, насколько это было возможно лёжа на кровати. — А если серьёзно: у тебя большой потенциал. Уверен, у тебя получится. — Он замер, словно прислушиваясь к чему-то, едва уловимому. — О, кажется, кто-то у нас проснулся.

Дариил с лёгкой улыбкой сел на кровать и открыл объятья. В этот миг моя рыженькая влетела в комнату, словно яркая комета, и с размаху прыгнула ему на руки. Он рассмеялся, когда она обрушила на него шквал нежности, и в этом мгновении мир вокруг затих. Я смотрела на него и осознавала: он стоит того, чтобы рискнуть. Наш разговор помог мне принять это решение. Забавно, но даже страх отступил. И появилась только решимость сделать это красиво. Как я умею.