Инженер. Система против монстров – 9

Глава 16 Пессимист

Я раскрыл инструменты редактирования и начал работать. Голограмма дрона послушно отвечала на касания моих пальцев и «громкие» мысли. Увеличивалась, поворачивалась, разбиралась на слои. Я вытащил на передний план нижнюю часть корпуса.

Очень хотелось встроить пулемёт покрупнее. Но эту мысль пришлось сразу отбросить. Дрон весом два с половиной килограмма и с четырьмя роторами не потащит ни «Печенег», ни любое другое оружие под автоматный патрон. Отдача снесёт его с курса прежде, чем первая пуля покинет ствол. Тут нужна математика, а не оружейная романтика.

Я набросал в уме условие задачи.

Масса дрона в снаряжённом состоянии около трёх килограммов с поправкой на дополнительную нагрузку. В эту цифру уже включён энергетический кристалл с понижающим преобразователем в нижнем отсеке.

Суммарная тяга четырёх роторов порядка шести-семи килограммов максимум, с учётом задела на манёвр. Стало быть, масса полезной нагрузки — оружие плюс боезапас — не должна превышать килограмма. Иначе дрон просто перестанет быть дроном и превратится в дорогостоящий булыжник.

Импульс отдачи при выстреле… это главная проблема.

Третий закон Ньютона никто не отменял. Дрон в воздухе — это не танк, прижатый к земле массой в сорок тонн. Пуля покинет ствол, и его швырнёт. Значит, нужен низкоимпульсный патрон. И, что критично, темп стрельбы нужно ограничить, чтобы система стабилизации успевала компенсировать каждый импульс до следующего выстрела.

— Прометей, — окликнул я, перебрасывая роботу данные из фракционного «Арсенала». — Включайся в процесс. Посоветуй, что лучше подойдёт для вооружения этого малыша.

— Обрабатываю, — ответил андроид. — Анализ доступных в Хранилище образцов. Крупнокалиберные и промежуточные патроны исключены по причине избыточного импульса. Рассматриваются пистолетные и специальные боеприпасы. Предложение первое: патрон 7,62×41,5 мм СП-4, применяемый в пистолете бесшумной стрельбы ПСС «Вул».

Да, неплохой вариант. Патрон с отсечкой пороховых газов внутри гильзы. Пуля выталкивается специальным поршнем, который затем запирает газы, делая выстрел почти бесшумным и, что самое главное, с минимальным дульным давлением. Импульс отдачи терпимый. Для трёхкилограммового дрона это реализуемо.

— Теоретически, это отличный кандидат, — согласился я, выводя названное оружие перед собой. — Но всё же патроны тяжеловаты. Давай ещё подумаем.

— Предложение второе: патрон 5,45×18 мм МПЦ. Штатный боеприпас для пистолета самозарядного малогабаритного ПСМ. Согласно информации из моей базы, состоял на вооружении руководящего состава КГБ и МВД. Малый импульс отдачи, дульная энергия около 85 джоулей. Масса патрона 5 граммов. Цилиндрическая форма гильзы обеспечивает надёжную подачу и экстракцию. Баллистика позволяет эффективно поражать небронированные цели на коротких дистанциях.

— Против серьёзного противника, как слону дробина, — я задумчиво побарабанил пальцами по столешнице, выводя себе описание.

Остроконечная пуля, крошечный калибр. Но для зачистки территории от мутантов первого-второго уровня или для подавления огнём живой силы без брони, вполне рабочая штука. А главное, простота. Под такой патрон можно спроектировать предельно лёгкое и надёжное оружие на основе схемы со свободным затвором. Никаких газовых поршней, регуляторов и прочей усложняющей механики. Проще, легче, надёжнее. Однако…

— Знаешь, Прометей, — я откинулся на спинку кресла. — Меня гложет сомнение. Восемьдесят пять джоулей в дульном срезе — это, конечно, не больно для дрона, но и не сильно больно для любого мутанта с толстой шкурой. Я не хочу, чтобы дрон превращался в летающую пугалку, раздражающую противника.

— Понимаю, — голос андроида оставался бесстрастным, но пауза перед ответом стала чуть длиннее. — Вы пересматриваете критерий минимального поражающего действия.

— Именно. Нам нужен патрон, способный гарантированно вывести из строя цель с одного-двух попаданий, но чтобы при этом дрон не кувыркался в воздухе.

— Принимаю корректировку. Пересмотр базы. Предложение третье: патрон 9×18 мм ПМ. Штатный боеприпас советского и постсоветского пространства. Масса патрона около 10 граммов. Пуля массой 6,1 грамма, дульная энергия порядка 290–320 джоулей в зависимости от заряда.

Я прикинул в уме.

— Для трёхкилограммового дрона импульс даст скорость отката около 0,6 м/с. В два с лишним раза больше, чем у МПЦ, но всё равно терпимо. Гироскопы с запасом потянут, если ограничить темп.

— Согласен, — подтвердил андроид. — Расчёт показывает: при скорострельности 250 выстрелов в минуту средняя реактивная сила составит около 7,5 ньютонов. Это эквивалент веса 750 граммов. Дрон удержится.

— А что с автоматикой?

— Рекомендую увеличить длину ствола до ста двадцати миллиметров, — ответил Прометей, выводя схему. — Это даст хорошее догорание и приемлемый вылет за пределы несущей конструкции дрона.

— Масса самого оружия?

— Затвор-кожух потребуется массивнее, чем под МПЦ. Ориентировочный вес стрелковой части около восьмисот граммов. Увеличение на триста граммов по сравнению с вариантом под 5,45×18. Но эффективность по живой цели вырастает втрое.

— Идёт, — я крутанул голограмму, разворачивая профиль дрона. — Принимаем 9×18 ПМ. Надёжно, сердито, и дрон не развалится от первого же выстрела. Запускай финальный расчёт.

Мы работали синхронно. Он набрасывал кинематическую схему, я занимался компоновкой и интеграцией в корпус дрона. После мысленно отправил запрос на системный анализ.

ВНИМАНИЕ!

Анализ проекта выявил критические несоответствия!

Центр масс смещён вперёд-вниз на 12% от расчётного. Прогнозируется нестабильность по тангажу при стрельбе.

Узел крепления оружия: недостаточная жёсткость фиксатора. При темпе стрельбы более 200 выст./мин. прогнозируется резонансная вибрация в узлах крепления несущих лучей.

Система компенсации отдачи: принципиально нереализуема в текущей геометрии, отсутствует пространство для хода штока амортизатора.

— Блин же блинский… — пробормотал я себе под нос. Сходу прикрутить пушку снизу не вышло.

Прометей не комментировал, а просто ждал.

Я начал перерабатывать схему. Убрал подвесное крепление и интегрировал оружейный модуль прямо в носовую часть корпуса, жёстко связав его с силовой рамой дрона. Центр масс сразу сместился в нужную точку.

— Для стабильной работы автоматики при таком темпе нужен буфер отдачи, — посоветовал андроид. — Предлагаю полимерный демпфер в затыльнике ствольной коробки. Иначе затвор начнёт отскакивать от крайней задней точки, нарушая цикл.

Я кивнул и перестроил чертёж. Прометей, проанализировав новую схему, предложил изменить угол оси ствола на три градуса вниз. Так при зависании на месте пули будут лететь не параллельно земле, а в точку под дроном, компенсируя высоту. Логично. Я снова внёс правку.

Вторая попытка.

ВНИМАНИЕ!

Анализ проекта завершён. Структура логична. Компоненты совместимы. Технологический процесс реализуем.

Создан новый чертёж: Дрон-разведчик боевой «Пессимист-1»

Чертёж добавлен в вашу базу данных.

Получено опыта: 200 × 3 = 600

Я удовлетворённо выдохнул.

— Первый пошёл.

— Можно вопрос, Создатель? — вежливо обратился андроид. Я кивнул, так что он продолжил: — Вы дали этой модели название «Пессимист». Это связано с вашими дурными предчувствиями о её судьбе?

— Просто лучше перебдеть, — хмыкнул я. — Пессимизм очень полезное качество. Так, теперь нужен запас маны, чтобы создать эту красоту.

Вспышка материализации, и на стол передо мной лёг офигенно важный предмет. Одновременно могущественный и наверняка опасный не только для моих врагов. Но ничего не поделать, придётся продолжать выкачивать из него энергию.

«Сердце Тьмы».

Чёрный кристалл размером с кулак. На свету он не блестел и не переливался, как обычные энергетические кристаллы. Он поглощал свет. Вбирал его в себя, как будто внутри воронка. Только если смотреть под углом, можно различить что-то. Тёмное движение, словно два силуэта кружили друг вокруг друга в медленном, вечном танце.

Дух Теневой Неясыти. И то, что осталось от Кладбищенского Голема.

Прометей вдруг произнёс:

— Содержимое артефакта классифицируется как «заключённые духи»?

— Верно. Но я предпочитаю относиться к ним, как к батарейкам. Всё равно никаких навыков Школы Тьмы у меня нет. У меня школа ровно та, что была до апокалипсиса, просто с плюшками. Ну и… Мне нужна энергия, а не духи.

Я достал Кровавый Рубин. Более тёплый на ощупь, чем «Сердце». Алый, живой. Поднёс его к чёрному кристаллу и коснулся.

Объект: «Сердце Тьмы»

Энергоёмкость: 4 000 маны

Поглотить?

Да/Нет

— Да.

Рубин вспыхнул изнутри, забирая ману. Мне показалось, что от «Сердца» протянулись тонкие, почти невидимые нити. Не световые, а состоящие из чего-то обратного свету. Тьма, текущая из тьмы в огонь. Секунда, две, три…

Кровавый Рубин восполнил: 300 маны

Рубин сиял ярко и больше не хотел кушать. Триста единиц из четырёх тысяч. Мизер. Честно говоря, мне очень надоело тратить время на эту чёртову перекачку, так что придётся заняться экспериментами по автоматизации процесса. Надеюсь, что знаний, которые я получил из свитка по техномагии вкупе с навыком «Понимание Техномагических Схем» хватит на такое творчество.

Я достал из инвентаря разряженные кристаллы. Белые и жёлтые, разного размера и уровня. Все погасшие. Пустые контейнеры. Я начал методично прикладывать каждый к Рубину, позволяя поглощать из него ману порцию за порцией. Один за другим они наполнялись и убирались обратно в инвентарь.

Процесс был монотонным, почти медитативным. «Сердце Тьмы» всё так же поглощало свет, и я почти не чувствовал, что из него что-то уходит. Я работал молча. Прометей стоял. Черничка шуршала в своём углу.

Стук в дверь подвала прервал тишину.

— Открыто, — крикнул я, не поднимая взгляда от кристаллов.

Дверь скрипнула. По ступенькам спустилась Алина.

Она выглядела как всегда: тёмные волосы, серые тени под глазами, которые у неё, кажется, не проходили никогда. Ну, как и у любого из нас. Чёрная толстовка, джинсы, осторожный взгляд, который всегда первым делом обегал комнату в поисках потенциальных угроз. Угрозу девушка заметила, так что вздрогнула. Гигантские пауки вообще хорошо умеют пугать.

В руке она держала кожаный браслет. Крохотный рубин в центре светился мягко, почти как живой.

— Я зарядила полностью, — сказала она, остановившись возле моего стола. — Тысяча единиц. Можешь использовать.

Она протянула мне браслет. Я взял его и почувствовал, как от него исходит тепло. Не физическое, а магическое, пульсирующее.

— Спасибо, — сказал я. — Это очень кстати.

Алина кивнула, но не ушла. Просто смотрела, как я начинаю переливать ману из браслета через кристаллы.

— Мне жаль, — произнесла она после паузы. — Что я осталась в стороне, пока вы там…

— Ты не пострадала, — перебил я спокойно, не отвлекаясь от работы. — Это уже хорошо.

— Я могла быть полезнее.

— Возможно. Но всё обошлось, так что не кори себя. Просто выполняй работу, которую тебе поручают. На ликвидацию тебя не позвали, потому что этого не требовалось.

— Или потому, что обо мне забыли, — вздохнула девушка.

Я отложил в сторону очередной заряженный кристалл и, наконец, посмотрел ей в глаза.

— Алина, у каждого своя функция. Ты маг тьмы, и должна развиваться в этом направлении. А во время ликвидации ты смогла бы только стоять в шлюзе и помогать Регине с Ларисой. Но четырёх рук там хватило. Однако прямо сейчас ты можешь пойти и узнать, чем помочь. Уборка после «вечеринки» тоже нужное дело.

Она на мгновение замерла, обрабатывая информацию. Потом на её губах появилась слабая, чуть уставшая улыбка.

— Вечеринка… — тихо повторила она. — Ладно, убедил.

Я вернулся к перекачке энергии. Девушка молча ждала, когда браслет опустеет. Я краем глаза заметил, что она смотрит на «Сердце Тьмы», которое всё ещё лежало на столе. Её взгляд прилип к нему так, как взгляд голодного человека прилипает к витрине с пирожками. Не жадность. Скорее… влечение. Магическая тяга мага тьмы к тёмной энергии. Понятная, инстинктивная.

Я деликатно кашлянул.

Алина вздрогнула, словно её застали за чем-то неприличным, и отвела взгляд. На щеках проступил слабый румянец.

— Извини, — сказала она.

— Всё нормально, — ответил я. — Это природа класса. Ничего страшного.

Протянул ей пустой браслет обратно.

— Держи.

Она взяла, мазнула пальцами по моей ладони — быстро и, кажется, неосознанно. Надела и поспешно ушла. Я перевёл взгляд на Прометея. Тот, разумеется, всё видел.

— Не говори ничего, — сказал я.

— Я ничего не говорил, Создатель, — отозвался робот.

— Продолжай в том же духе.

Благодаря приходу Алины я вспомнил про ещё одну барышню, способную служить батарейкой. Продолжая работать с кристаллами, открыл диалог с Ариадной. Мысленно набрал текст.

«Надеюсь, ты не думаешь, что форс-мажор освобождает тебя от работы? Жду результатов по Лунным Теням».

Отправил. Снова коснулся осквернённого кристалл своим красным мана-вампиром. Тишина продержалась секунд тридцать. Потом голографический экран засветился, а в голове тихо пиликнул сигнал входящего сообщения.

«ЧТО⁈ Я только что пережила химическую атаку, у меня вообще-то стресс, СТРЕСС, и вы хотите, чтобы я прямо сейчас шла общаться с летучими мышами⁈»

Три секунды паузы. Новое сообщение от поэтессы.

«И вообще у меня вдохновения нет!!! Как я должна работать с магией луны без вдохновения⁇»

Ещё пауза. Ещё одно сообщение.

«Это вообще законно? В такое время нагружать человека⁈ Мы в апокалипсисе!!!»

Я смотрел на экран с выражением человека, который не нашёл в себе сил удивиться. Не выдержал и захрюкал. Потом расхохотался в голос, на что Прометей отреагировал усиленным свечением сенсоров, но промолчал. Видимо, не придумал, что добавить. Я написал:

«Ариадна. Внимательно. Мы все пережили химическую атаку. Причём ты пережила её в оранжерее, не вдохнув ни единой молекулы токсина. Проблемы фракции не освобождают её членов от обязанностей. Наоборот. Апокалипсис — это наша новая реальность. Жду доклад сегодня до вечера. Помни, что на кухне очень много нечищенной картошки».

Секунд десять тишины. Я уже почти закончил с кристаллами.

«Хорошо».

Я усмехнулся и смахнул сообщение.

— Управление кадрами, мать его.

Теперь займёмся производством. «Плавка и Литьё», «3D-Принтер», «Нано-Принтер» и «Химический Синтезатор». В воздухе повисли голографические интерфейсы.

Активирован чертёж: Дрон-разведчик боевой «Пессимист-1»

Загрузить в «Тигель Инженера»?

Да/Нет

Разумеется, загрузить. И сразу же разбить по модулям. Я начал методично распределять задачи.

Корпуса дронов и детали, не несущие высоких нагрузок, — на «3D-принтер». Материал: порошковый сплав на основе алюминия AlSi10Mg. Он не самый прочный, зато лёгкий, коррозионностойкий и неплохо гасит вибрации, что для дрона с пулемётом критически важно.

Стволы и затворы — в «Тигель». Здесь нужна сталь посерьёзнее. Я выбрал марку 30ХГСА, конструкционная легированная, из такой делают самые ответственные детали в авиации. Она прекрасно держит циклические нагрузки и не теряет свойств при нагреве. Запас с металлобазы ещё остался, и я загрузил брикет в плавильный отсек.

Электронной начинкой займётся «Нано-Принтер». Контроллеры полёта, платы управления оружием, модули телеметрии. Тут нужны кремниевые пластины и медь для токопроводящих дорожек. Всё это у меня есть.

«Химический Синтезатор» получил задание на синтез порохового состава для партии патронов 9×18 ПМ. Гильзы и пули стали ещё одной задачей для «Тигля». Я сразу же выставил производство деталей партиями.

«Тигли» ожили. Температура внутри плавильных горшков начала расти. На голографической панели полз вверх столбик термометра, замелькали цифры, показывающие чистоту расплава.

Внутри «3D-принтера» начал вычерчиваться первый слой нижнего кожуха корпуса дрона. «Нано-Принтер» и «Химический Синтезатор» тоже вступили в работу. Подвал наполнился тихим многоголосым гулом работающих модулей. Это была музыка созидания. Я окинул взглядом эту маленькую автоматизированную фабрику. Прометей стоял в стороне, его сенсоры отслеживали каждый из работающих модулей.

Следующая задача: автоинъектор.

Концепция дрона-охотника с транквилизатором нужна давно. Главным образом для поимки мутантов, которых мы хотим приручить. Олеся не может гоняться за ними по всему Красногорску, а тащить мутантов на цепи, как делали Гладиаторы, мы не будем, это требует специальной подготовки и наверняка не очень хорошо сказывается на психике зверюшек.

Кроме того, нелетальная нейтрализация людей — бесценная опция. Живые источники информации куда ценнее трупов. Например, нам очень надо срочно поймать одного белобрысого летуна, который наверняка связан не только с пропажей бинтов и трусиков, но и с Игнатом.

Дротик с транквилизатором. Выброс только пневматический, чтобы избежать любого риска воспламенения. Сжатый азот в миниатюрном баллоне. Инертный, стабильный. «Синтезатор» просто выкачает его из воздуха. Игла-дротик из медицинской стали, ампула с препаратом в хвостовой части.

Сам транквилизатор — это уже задача для Олега Петровича. Он подберёт дозировки и составы. Моя задача лишь создать надёжное средство доставки в чужой организм.

Я начал набрасывать схему нового дрона. Тут дело пошло проще, чем с пулемётным. Компактный пневматический блок на четыре дротика, баллончик с азотом, простейший клапан с электромагнитным управлением. На этот раз Система одобрила чертёж с первого раза.

ВНИМАНИЕ!

Анализ проекта завершён. Структура логична. Компоненты совместимы. Технологический процесс реализуем.

Создан новый чертёж: Дрон-охотник «Комар-1».

Чертёж добавлен в вашу базу данных.

Получено опыта: 150 × 3 = 450

— Хорошее начало, — пробормотал я, откидываясь и разминая пальцы. — Создание бесшовных баллончиков задача для «Тигля», а созданием заправки для них займётся «Химический Синтезатор». Прометей, почему ты молчишь?

— Потому что вы велели мне молчать, Создатель.

— Тьфу ты, — я усмехнулся и покачал головой. — Надо научить тебя отличать фигуры речи от приказов.

— Это не простая задача, — честно пожаловался искин. — Симуляция по модернизации вашего тактического доспеха завершена пять минут и двенадцать секунд назад. Готов к передаче пакета данных.

— Замечательно, — кивнул я. — Передавай, но сперва займёмся нашей гостьей, а то она уже заждалась.

Активировал инвентарь. Материализовал необходимые предметы для работы с паутиной. Надел медицинские перчатки и протёр их спиртом, чтобы не прилипнуть. Встал из-за стола и прошёл к левому дальнему углу. Туда, где затаилась Черничка.

Паучиха сидела в тени за стеллажом совершенно неподвижно. Если бы не слабое перемещение хелицер, её можно было бы принять за скульптуру. Восемь глаз смотрели на меня без эмоций, без страха, без агрессии. Просто смотрели. Оценивали.

Вниз с потолка свисало несколько нитей толщиной со шпагат. Она успела разметить своё пространство. Я поднял руку, задел одну из них кончиком пальца.

Ощущение оказалось странным. Чуть липким, упругим. Как натянутая гитарная струна. Нить не рвалась и не тянулась, она просто держала форму, чуть вибрируя. Черничка немедленно почувствовала это касание. Её тело слегка напряглось, передние лапы сдвинулись на сантиметр.

— Паутина, — отозвался Прометей и начал зачитывать то, что нашёл в своей базе данных. — Из всех биологических материалов, которые природа когда-либо изобрела, паучий шёлк занимает особое место. Прочность на разрыв до полутора гигапаскалей. Удельная прочность выше, чем у кевлара. Феноменальная упругость, способность поглощать энергию удара без разрушения.

— И при этом практически нулевой вес, — добавил я. — Во всяком случае, у обычной паутины. Эти канаты наверняка лёгкие, но не настолько.

Черничка не нормальный паук. Она мутант, изменённое существо. Её паутина, скорее всего, превосходит по свойствам обычный паучий шёлк на порядок. Может, больше. И я намерен выяснить, на что он способен.

Мы с паучихой внимательно смотрели друг на друга.

— Ну что, восьминогая, — сказал я тихо. — Нам предстоит много работы.