Измена. Под защитой врага

Глава 5

Утро началось с шёпота.

Не утреннего, бытового, а того, который ползёт по дому, как яд.

Слуги переглядывались, женщины замолкали, когда я проходила мимо. Я привыкла к этому за последние дни, но сегодня — шёпот был другой. Тяжёлый, как грозовая туча.

Когда я вошла на кухню, старшая из женщин торопливо перекрестилась и выскользнула из комнаты.

Осталась только одна — молодая, с хитрым взглядом.

Она бросила фразу, будто случайно:

— Поздравляю, Лейла-ханум. Ваш муж снова встал на ноги. И не один.

Я замерла.

— Что ты сказала?

— Ничего… Просто слышала, что его «жена» рядом с ним в больнице. Мурад всё оплатил, Руслан тоже навещал.

Она улыбнулась — я почувствовала, как внутри что-то оборвалось.

Руслан тоже навещал.

Он вошёл вечером, когда я сидела во дворе, укутавшись в шерстяной платок.

Смотрел на закат. На горы, которые будто несли покой, но внутри — камни, острые, беспощадные. Я не повернулась.

— Ты знала, что он выжил? — спросил он.

— Знала. Спасибо твоим людям.

— Я хотел сказать сам.

— Но не успел? Или не захотел?

Он замолчал. Подошёл ближе, стоял позади, на расстоянии дыхания.

— Она рядом с ним, да? — спросила я. — Эта его новая.

— Да.

— А ты тоже туда ходил?

— Ходил.

— Зачем? Посмотреть на свою работу?

Он тяжело выдохнул.

— Ты всё время ищешь везде грязь, Лейла.

— Потому что стою в ней по горло.

Он шагнул ближе, взял меня за руку. Твёрдо, но не грубо.

— Перестань копаться в своем прошлом.

— А в каком мне копаться? В твоём?

Я резко повернулась, смотрела прямо в глаза.

— Ты ведь её знаешь, да? Ту, на ком он женился.

Он молчал.

— Руслан, скажи правду.

Он долго смотрел, потом коротко кивнул.

— Да.

— Кто она тебе?

— Долг.

— Какой ещё долг?

Он отвёл взгляд.

— Когда-то её отец помог мне. А потом продал твоему мужу.

Я замерла.

— То есть это ты их свёл?

— Не совсем. Я просто не помешал.

— Это одно и то же!

Я вырвала руку.

— Ты помог ему унизить меня, а потом пришёл спасать?

— Это была политика, — сказал он тихо. — И месть.

— Месть кому? Мне?

— Ему.

— Так ты решил уничтожить всю семью?

Он посмотрел холодно, почти без эмоций:

— Иногда, чтобы разрушить человека, нужно лишить его того, что он считал неприкосновенным.

— А я? Я что, просто средство?

Он не ответил.

Тишина была настолько густой, что я слышала, как бьётся сердце.

Моё. Его. Они будто сражались.

— Ты больной, — прошептала я.

— Возможно. Но я живой. А он — не будет.

Я ударила его кулаком в грудь.

— Уйди!

Он поймал руку и резко притянул к себе.

— Не надо, — прошептал. — Я не враг тебе.

— Тогда кто ты⁈

— Тот, кто знает, что за правду приходится платить.

Я чувствовала, как дрожит тело, но не от страха — от ярости. Он стоял слишком близко.

Так близко, что от его дыхания кружилась голова.

— Отпусти.

— Если отпущу, ты снова побежишь спасать того, кто тебя предал.

— Мне не нужен ни он, ни ты.

— Лжёшь.

Он провёл пальцем по моей щеке.

— Злишься — значит, не безразлично.

Я оттолкнула его.

— У тебя извращённое понимание чувств.

— А у тебя — наивное.

Он развернулся и пошёл к выходу.

— Завтра уезжаю на встречу. Не выходи из дома.

— Это приказ?

— Предупреждение.

— А если выйду?

Он остановился у двери:

— Тогда мне придётся вернуть тебя.

— Куда?

Он посмотрел через плечо, глаза блеснули сталью:

— Туда, откуда забрал.

И ушёл.

После его ухода я долго стояла у окна. На улице темнело, ветер шевелил деревья.

Вдали лаяли собаки. А я всё не могла понять, где правда, а где игра.

Он — мой враг. Он разрушил мою жизнь. Но когда он рядом — я дышу.

А когда уходит — в доме становится пусто. И это пугало сильнее всего.

Спасали только дети.