Измена в 45. Я болею тобой

Глава 26

Уже скоро я сижу в машине рядом с Денисом, мы едем в лабораторию. Не хочу, но нервничаю. Просто напряжение, которое я испытывала последнее время выливается в такую вот мелкую дрожь. И руки трясутся, наверное, впервые в моей жизни.

– А что если там ничего не найдут? – спрашиваю с паникой.

– Ну, не найдут, так не найдут, – пожимает Денис плечами. – Значит, будем рассматривать другие варианты доказать нашу правоту.

Вздохнув, киваю.

Потом смотрю на строгий профиль мужа и чувствую, как в груди расползается нежность к нему.

Такое чувство странное, почти позабытое. Из-за последних событий мои эмоции по отношению к Денису притупились, а тут… поговорили и дышать стало легче.

И ему тоже ведь легче…

Скрывать, недоговаривать, бороться в одиночку – тяжело!

– Ну что, легче стало? – не удерживаюсь от вопроса.

Сотников усмехается коротко.

– Определённо… чувствую себя лучше. Даже какой-то вкус к жизни появился.

– Ты два года притворялся.

Он цокает уголком рта.

– Иногда удавалось забыть, тогда жизнь казалась такой как раньше. Человеческий мозг уникальное творение – мы сами себе придумываем реальность. Иногда выбрасываем ненужное, о плохом забываем, хорошее храним и бережём.

– Не мозг, психика… – поправляю.

– Ну и она тоже, – кивает.

– Пожалуйста, больше ничего и никогда от меня не скрывай.

– Не буду, Рит, я уже понял, что ошибался. Моё желание уберечь тебя от волнения чуть не привело к катастрофе.

– Вот именно, – шепчу я. – Чуть семью не развалил.

Это я произношу вслух, но не уверена, что всё дальше будет так, как раньше. Что-то точно изменится.

Забыть до конца всё равно не получится…

– Пробка… навигатор показывает аварию впереди, – вздыхает он и включает музыку.

В салоне звучит энергичная мажорная музыка, что немного отвлекает от тревожных мыслей. Но как бы не опоздать.

Перед ближайшим перекрёстком Денис перестраивается в крайний ряд и сворачивает на небольшую боковую улочку. Объезд занимает больше времени, но точно меньше, чем если б мы толкались в плотном потоке.

Когда мы подъезжаем к лаборатории, я чувствую, как сердце колотится ещё быстрее.

– Что такое? – замечает моё состояние Денис.

– Дай руку, – прошу поддержки. – Не знаю, что он мне добавил, но голова как будто не моя.

Денис поддерживает меня за талию. Я с благодарностью смотрю на него и стараюсь собраться с мыслями.

Внутри лаборатории всё выглядит стерильно и немного холодно. Я подхожу к стойке регистрации, и медсестра приветливо улыбается, но я всё равно чувствую себя неуютно. Она объясняет, что нужно сделать, и вскоре я оказываюсь в кабинете, где будут брать анализы.

Поскольку Сотников договорился заранее, всё проходит довольно быстро.

Медсестра аккуратно берёт кровь, а я отворачиваюсь. Никогда не могла смотреть, как вводят иглу в вену и кровь заполняет пробирку.

– Вам плохо? Голова? Нашатырь? – предлагает медсестра, видя, как я бледнею.

– Всё в порядке. Не надо.

Когда мы выходим на улицу, я чувствую, как напряжение постепенно спадает, но ножки дрожат. Денис предлагает зайти в ресторан, и я с радостью соглашаюсь. Он знает, что мне нужно восполнить силы после сдачи анализа.

Занимаем столик, и вскоре передо мной появляется огромный стейк.

– Чтоб весь съела, – приказывает строго мой муж.

Я смеюсь, глядя на него.

– Я одна не справлюсь. Поможешь?

– Маленький кусочек.

– Он, что, с кровью? – орудуя ножом, приподнимаю бровь.

– Медиум просил…

– М-м-м… ну ладно… Если честно, кусок в горло не лезет… но я попробую.

– Под вино самое то? – поднимает винную карту.

– Какое же? Конечно, красное?

– Помогает повысить гемоглобин.

Закатываю глаза.

– Это винные алкоголики себе оправдание придумали и уверовали в него.

Денис смеётся, и я подхватываю, потому что на меня нападает какой-то неуместный приступ веселья.

Отсмеявшись, я прикрываю рукой рот и смотрю на мужа.

– Прости, – говорю уже более спокойно. – Я сама не своя…

– Да не извиняйся, – морщит лоб чуть хмуро. – Сам виноват.

Прожевав кусок стейка, откладываю вилку в сторону. Одна мысль уже несколько часов высверливает мой мозг, мне надо обсудить её с Денисом. Потому что он – самое что ни на есть заинтересованное лицо.

– Денис, нужно кое-что обсудить, – говорю спокойно.

– Да я уже понял, ты аж вся позеленела. Что такое?

Мне трудно озвучить эту фразу, но я очень стараюсь разлепить губы, чтобы произнести:

– Это насчёт… насчёт ребёнка… Насчёт твоей дочери.

– Рита… – вздыхает Денис, но я жестом прошу его помолчать.

– Погоди… не перебивай… иначе я так это и не скажу.

Сложив руки под грудью, наклоняет подбородок и смотрит на меня из-под бровей. Красивое породистое лицо Дениса – ровное и без эмоциональное. Ждёт, что я выдам.

– Насчёт девочки. Если Валерия сядет, как соучастница. Куда попадёт ребёнок? Она сейчас у бабушки, но бабушка не официальный опекун… а потом… если это твой ребёнок, надо выводить её из-под влияния этой семейки Зайцевых.

– Вот это правильная фраза, – перебивает Денис, открытым жестом прося помолчать. – Если… Если! Она мой ребёнок.

– А есть сомнения?

Поднимает брови, делая огромные глаза.

– Море… Если я договор на передачу своей части бизнеса не подписал, то я, возможно, и… как мужчина в ту ночь ничего не смог.

– А ты не устанавливал отцовство?

– Хотел, Валерия увезла её. Как раз, видимо, к бабушке.

Я подношу руки к вискам… Какая-то бешеная карусель лжи-обмана-правды. Натуральный микс, в котором не разобраться.

– По словам Валерии ты постоянно видишься с дочерью и у вас там идиллия.

– Ты ей веришь?

– О… она была очень убедительна! Особенно, когда говорила, что у тебя срочная командировка и мы не будем отмечать годовщину, что вместо этого у вас будет совместный «романтИк» на пляже, – делаю кавычки в воздухе.

А Денис хмурится ещё сильнее.

– Интересно, откуда у неё эта информация. Про командировку… Кажется, надо дать службе безопасности проверить сотрудников клиники на предмет связи с Анохиным или Зайцевой, – размышляет он.