Измена в 45. Я болею тобой

Глава 31

Три дня в Сочи проходят, как второй медовый месяц. Можно ли после двадцати пяти лет брака по новой влюбиться в мужа? Наверное, да… Когда ты близка к тому, чтобы потерять его, особенно да.

Утро перед вылетом мы решили провести у бассейна на нашей вилле. Солнечные лучи приятно согревают, а вода в бассейне сверкает, как чистый брильянт. Я смотрю на Дениса, как он, смеясь, прыгает в воду, и не могу удержаться от улыбки. Его радость заразительна. А его тело – идеально. Бывших спортсменов не бывает. Мы оба подтянутые и энергичные. Мы всегда смотрели в одну сторону, вот и сейчас я знаю, что мы одна команда, одна семья и мы сильны, пока мы вместе.

Нам нельзя по одиночке, иначе всё развалится.

Именно это и пытался сделать Анохин и Валерия – вбить между нами клин.

Сотников подходит ко мне, лежащей на шезлонге, и, словно огромный дикий волк, стряхивает капли воды с волос и тела на меня.

Я взвизгиваю, как девчонка, и отталкиваю его, когда он наклоняется ко мне и прижимается всем своим мокрым и прохладным телом к моему разгорячённому.

– Пшшш… – тянет Денис, посмеиваясь.

И я практически чувствую, как капли воды испаряются с шипением на моей коже.

А потом он подхватывает меня, будто пушинку, и снова уносит в спальню, чтобы заняться любовью перед вылетом в серый Петербург.

***

Три недели спустя мы собираемся у частного детектива вместе с адвокатами. У нас что-то вроде большого совета. Атмосфера напряжённая, но деловая. Я смотрю на адвокатов, которые обсуждают детали нашего плана. Словно аккомпанемент невесёлой повестке нашего собрания, за окном лупит дождь.

– Итак, – начинает один из адвокатов, – у нас появилась возможность нажать на Валерию. Она сейчас в сложном положении. И хоть слушанье по установлению отцовства через две недели, в суде уже шепнули, что пришли результаты ДНК.

Суд подключил опеку, чтобы надавать на мать, и Валерии пришлось везти ребёнка на экспертизу.

Я напрягаюсь и во все глаза смотрю на мужа. Денис тоже напрягается и весь подаётся вперёд.

Мне хочется воскликнуть: – И?! – и застучать ладонью по столу, подгоняя адвоката.

– Я документы сам видел, там чёрным по белому написано, что у Дениса Евгеньевича ноль процентов родства с дочерью Зайцевой. Так что… теперь это наш козырь.

Когда я слышу про это, моё сердце замирает на мгновение, а затем странный микс облегчения и нервозности заполняет мою голову. Не могу поверить своим ушам – дочь Валерии не от Дениса. Это открытие словно снимает с моих плеч груз, который я несла с того момента, как Валерия нарисовалась на пороге моей студии.

Внутренний голос шепчет, что теперь всё будет хорошо. Мы сможем восстановить справедливость и вернуть мир и спокойствие в нашу семью. И будем тщательно оберегать её от стервятников, желающих на чужом горбу в рай въехать.

– Как именно мы на неё нажмём? – спрашивает Денис тем временем.

Мы до сих пор не знаем, спал он с Валерией или не спал. Возможно, и не узнаем, только если не спросим в лоб, но главное – их сейчас ничего не связывает! И в дальнейшем не будет.

– Мы можем пригрозить ей иском о мошенничестве, – отвечает адвокат. – Если она не даст показания против Анохина, что это был сговор, у неё есть все шансы получить реальный срок причём по более тяжкой статье. Но, если она согласится сотрудничать, возможно, мы сможем смягчить её наказание. Или ходатайствовать об условном сроке и, поскольку у неё несовершеннолетний ребёнок, суд, скорее всего, пойдёт нам навстречу. Ну и сотрудничество со следствием, конечно, ей тоже в плюс.

– Рискованно, – качает Сотников головой. – Не факт, что она выступит против Анохина.

– Но у нас нет другого выбора. Мы можем предложить ей условный срок в обмен на информацию.

– И как мы её к этому подведём? – спрашиваю я, чувствуя, как сложно мне усидеть на одном месте. Хочется вскочить и действовать. – Она может просто отказаться. Послать нас.

– Мы организуем очную ставку, – предлагает Вербенов. – Дадим понять, что у нас есть доказательства. Материал мои ребята собрали, фото, копии документов, даже кое-какие разговоры выудили её и Анохина. Они, конечно, порой говорят не напрямую, но понять можно о чём речь. Если Валерия увидит, что мы не шутим, возможно, её мнение изменится. Она же не дура, зачем ей себя подставлять? Ради кого? Валерия понимает, что её положение сейчас крайне уязвимо.

– Мы должны быть осторожны, – добавляет Вербенов. – Если почувствует, что её прижимают, может начать действовать неадекватно. Но если мы всё сделаем правильно, она сдаст Анохина. – Денис Евгеньевич, – поворачивается к моему мужу. – Вам нужно будет встретиться с Валерией и объяснить ей, что у неё нет другого выхода, кроме как сотрудничать с вами.

Повисает недолгая пауза.

– Я готов это сделать, – кивает Дэн. – Что от меня требуется?

– Позвоните, назначьте встречу, и по срокам – как можно быстрее.

– Не факт, что она трубку возьмёт.

– А часто она раньше её не брала? – спрашивает Вербенов.

Денис пожимает плечами.

– Всегда брала, кажется, но мы редко общались. Эта девушка любит возникать в самых неподходящих местах и в лицо напоминать, чего хочет. Видимо, считает, что так надёжнее, чем по телефону.

– А… ну стиль такой манипуляции. На живца, как говорится. Айз-ту-айз.

– Да хоть фейс-ту-фейс или эс-ту-эс, мне всё равно. Быстрее бы уже расквитаться с этими аферистами и больше их никогда не видеть, – горько усмехается Денис, а потом тянет ко мне руку раскрытой ладонью вверх.

И я вкладываю в неё свою, даря ему своё тепло и поддержку.

Да, милый, быстрее бы,– мысленно соглашаюсь.