К чёрту мечты!

Янгелис

Сделала приветственный круг над фермой и дала Метелице команду снижаться.

Дома уже ждали. Работники высыпали на взлётно-посадочную площадку у пегасен и радостно махали нам руками. Соскучились, и я их понимаю, потому что тоже скучала. Мы все здесь одна большая и дружная семья.

— Янгелис, ты никогда не догадаешься, кто у нас в гостях!

Кэлвин подбежал, выдавая раздирающие его новости, как только мы приземлились, и перехватил поводья Метелицы. Я спешилась и поддержала разговор, не желая обидеть парня. Не думаю, что новость сенсационная.

— Кто?

Со дня на день мы ожидали от Фратов племенного жеребца на случку. По договору он покроет двух наших кобыл, и мы получим по жеребёнку. Думаю, Кэл говорит об этом. Неужели он подумал, что я могу забыть о делах фермы за три дня?

— Гром! Тот самый!

— Да ты что! Как он здесь оказался?

Что ж, конюху удалось меня удивить. Конечно же я знала, кто такой Гром. В прошлом сезоне они с Бестемьяном Фратом, его хозяином, стали победителями Королевских гонок, но что им делать в нашей глуши?

— На реабилитации он. Со специалистом и Ураганом прислали.

Уф, хорошо, что не с хозяином. Вот таких молодых аристократов как этот Бестемьян, я на дух не переносила. Смазливый красавец только и делал, что кутил и развратничал. Хорошо, что Аскетиан не такой.

— Здорово! Хочу на него взглянуть, их разместили в первом изоляторе?

— Да, он самый комфортабельный, всё-таки, столичные гости.

— Правильно. Займись Метелицей. К гостям я пойду одна, чтоб не нервировать пегасов большим количеством незнакомых людей.

Лучше бы мы пошли всей толпой, потому что дальше события разворачивались совсем не так, как мне бы хотелось. Сначала ничего не предвещало неприятностей: вошла в изолированную пегасню, не снимая шлема — технику безопасности никто не отменял.

В помещении никого кроме пегасов не было, и я решительно направилась в стойло к Грому. Не терпелось познакомиться поближе.

Жеребец оказался норовистым, и поначалу даже пытался меня запугивать грозным рыком, но я перешла на ментальный контакт и послала ему волну спокойствия и дружелюбия. Гром постепенно успокоился и вскоре позволил мне оглядеть его копыта. Я нагнулась посмотреть подковы и не успела как следует всё изучить, как появился сопровождающий и обозвал меня «мальцом». Я так растерялась и испугалась, разглядев его получше, что ответила на резкость резкостью. Слово за слово и между нами произошла та безобразная ссора, за которую мне теперь очень стыдно.

Видимо, он принимал душ и выбежал на рык Грома практически в чём мать родила, и я уставилась на него, как последняя бесстыжая девица. Ну а как я могла удержаться? Такого породистого экземпляра мужчины я никогда вживую не видела.

Капли воды стекали по мощному загорелому телу, и мой взгляд невольно следовал за ними, пока я неимоверным усилием воли не заставила его подняться выше. Мокрые тёмные волосы немного завивались на кончиках, лицо покрывала щетина, которая придавала хозяину дикого, животного магнетизма и делала только привлекательней. Чувственные губы похотливо растянулись в улыбке, заметив мой интерес, а карие глаза блеснули вожделением, блуждая по моей обтянутой кожей фигуре. Он разглядывал мою грудь так откровенно, что я залилась краской. Показалось, что он чувствует, как намокли мои трусики, и я позорно бежала из изолятора.

Боги! Я видела, как вставал его член! Наблюдать за этим было завораживающе стыдно, но приятно. Ведь он приветствовал меня. Самооценка резко вернулась на место.

К дому шла медленно, пытаясь бороться с пылающими щеками и всерьез раздумывая, не надеть ли опять на голову шлем перед встречей с семьёй. То ругала себя за неуместные чувства, то опять покрывалась мурашками, вспоминая его тело, а потом одёргивая себя. В общем, путь был тяжёлым.

Конечно же, я не собиралась просить отца выгнать этого сопровождающего. Как я могу поступить настолько непрофессионально? Но разузнать о нём подробности все равно надо. А как же? Новый человек на ферме. Мало ли, как он себя уже зарекомендовал? Нам ведь вместе работать. «Мой интерес связан только с делами и ни с чем другим. У меня в голове только Аскетиан Вач» — повторяла как мантру я. Но, чёрт, это не помогало, ведь Аск не вызвал и десятой доли тех чувств во время нашей встречи у академии, что этот проходимец в полотенце. За это мне тоже стало стыдно.

Подойдя к дому, я немного успокоилась, поэтому в крайности впадать не стала и шлем оставила в руках. Хорошо, что изолятор находился за углом и не просматривался с крыльца, потому что вся моя семья дружно выстроилась на нём, встречая блудную дочь. Блудную… вот уж действительно, блудную… даже не блудную, а блудливую! Как я могла так засмотреться на обычного конюха, пусть и сопровождающего от Фратов? Мне нельзя расслабляться. У меня в жизни есть цель!

Настроившись таким образом, я подходила к особняку, почти поверив, что проблемы позади. Радостно всех обняла и расцеловала, а потом сбежала в свою комнату, отговорившись, что нужно принять душ с дороги и собраться с мыслями перед ужином, а на самом деле, что б унять своё не вовремя проснувшееся либидо.

Стоя под струями воды и вспоминая случившееся в изоляторе, я внезапно осознала: похоже, теперь у мужчины из моих эротических сновидений появится лицо.

— Его зовут Тимьян Рафт. Он толковый парень, Янис. Себастиан его рекомендует как первоклассного специалиста по разведению пегасов, — сообщил отец, когда я завела за ужином разговор о сопровождающем.

— Да, да, он очень толковый, Яни, очень! — мечтательно закатила глаза сестра, и мне внезапно очень не понравилось выражение её лица.

Почему? Я представила, как сестра с ним целуется, и меня окатила волна негодования. Только бы это была не ревность!

— Как он себя ведёт с окружающими? Мне он показался немного высокомерным.

— Тебе показалось. Хорошо он себя ведёт, никто не жаловался! — папе Тимьян явно импонировал. — Представляешь, Гром — дитя любви.

Ах, вон оно что! Теперь понятно, почему отец так к нему расположен. Что-то подобное о чемпионе я предполагала. Уж очень этот пегас талантлив: достойный соперник Метелице, победить такого без хитрости будет сложно.

— Путается с Маленой, — поделилась своими знаниями Лолис.

Вот зачем мне они? Меня совершенно не касается его личная жизнь! Нахлынуло раздражение.

— Когда ты планируешь осмотреть Урагана, чтобы он мог приступить к делу?

— Завтра утром.

А сегодня вечером пойду и извинюсь перед Тимьяном за грубость. Если Гром — дитя любви, неплохо бы было познакомить его с нашими девочками. Вдруг он встретит среди них свою пару?

— Отлично!

— Хватит о делах! Яни, расскажи, как там моя сестра? Как выглядит? А то когда мы говорили по коммуникатору, мне показалось, что она чем-то расстроена.

Остаток ужина я убеждала маму, что в семье тёти Линдес всё хорошо и ей не следует волноваться.

Ну а после, конечно же, настал черёд расспросов от сестры и не тех, что задают за общим столом при родителях.

— Ну, рассказывай, как там в столице? Что интересного видела? Целовалась с кем-нибудь? Лолис опять плюхнулась на кровать с ногами, как только мы вошли в мою комнату.

— Аскетиана видела, — созналась, вздохнув.

Как бы это ни было стыдно признавать, мне нужна консультация сестры. Что я мастерски умею делать с мужчинами, так это отшивать. Флиртовать и кокетничать мне ещё не доводилось. В душе скребнула досада на этот факт: вспомнился Тимьян и то, как я с ним разговаривала. Само собой, столичный конюх мне совершенно не нужен, и заводить с ним отношения я не собиралась, но то, что я растерялась и предстала перед ним злюкой меня нервировало. Даже удивительно, что он так по-мужски на меня отреагировал. Неужели мужчинам нравятся стервы?

— И как? Пообщались? Как он выглядит? Лучше Тима?

Опять этот Тим. Везде он. И в моих мыслях, и в мыслях сестры, да и половины местных девушек, скорее всего, если не всех.

— Не важно, как он выглядит, Лоли, важно, что при встрече он меня не узнал и не упал на землю, пораженный моей красотой.

— А я тебе говорила! Предупреждала! Ты, небось, вырядилась как заучка?

— Нормально я выглядела. Платье, то самое, красное надела, туфли на шпильке.

— Так-так, а прическа? Что ты сделала с волосами?

— В пучок собрала.

— Вот! Пучок! Наша бабушка такой носит! Янгелис, это немыслимо!

Сестра спрыгнула с кровати и нервно заметалась по комнате.

— Я поняла, что ты была права и готова меняться. Поможешь мне обновить гардероб? — решила я прекратить подхалимажем её мельтешения, и это сработало.

— Спасибо вам, Боги! — она театрально возвела очи к потолку, — Конечно, я тебе помогу! Завтра же посетим лучшие бутики в сети.

— Не люблю их.

— Потерпишь! Но, помимо одежды, нерешённой остаётся главная проблема: ты не умеешь флиртовать!

Она грозно сдвинула брови и указала на меня карающим перстом.

— Я хочу научиться. Как это делают, подскажешь?

— Знаешь, я уже тоже не уверена в своих силах. Три дня строю Тиму глазки, а он на Малену повелся, — как-то резко сдулась сестрёнка, мигом растеряв свой боевой настрой.

— Тут я его осуждать не могу, — захотелось её обнять и подбодрить, — он просто понимает, что ты ещё маленькая и ловить с тобой нечего, а Малена сможет дать ему то, чего он хочет.

— Знаю! — Лоли вдруг вновь оживилась и в глазах её загорелись искорки азарта. — А знаешь, что? Попробуй отбить его у Малены, вот и будет тебе школа флирта. Если получится, считай, ты её закончила с отличием.

— Ой, да что его отбивать-то? Он и так на меня запал, я это своими глазами видела.

Ещё как запал. Чуть полотенце не потерял, как спешил сообщить, что рад меня поприветствовать своим внушительным достоинством.

— Нет, ты не поняла. Отбей — значит сделай так, чтоб он дал от ворот поворот Малене, зная, что ты ему не дашь того, что даёт она.

Хм… А может и вправду попробовать? Только надо будет сразу предупредить, чтоб ни на что не рассчитывал.

— А это не будет жестоко? Парень влюбится. Вдруг я ему сердце этим разобью?

— Тимьян? Не, он не из таких, ты сама смотри не влюбись, — с уверенностью заявила сестра, и я была склонна с ней согласиться. Столичный гость чем-то напоминал мне своего хозяина, Бестемьяна Фрата, который тоже был наглый, гулящий и не встречающийся ни на одном снимке дважды с одной и той же девушкой.

— За это можешь вообще не переживать. Мне нужен Аскетиан и его печать.

— Вот и прекрасно! Заодно научишься целоваться.

Прикинула перспективы и, как только представила себе поцелуи с Тимом, тело окатила теплая волна возбуждения. А ведь действительно, он — тот, кто мне нужен: с ним мне точно целоваться будет не противно, и меньше чем через три недели, он нас покинет навсегда. Идеально! Только нужно сходить извиниться, что я и собиралась сделать, выпроводив Лоли к себе.

Долго крутилась перед зеркалом, меняя наряды. В свете новых обстоятельств, мне нужно выглядеть привлекательно, если я хочу не отшить мужчину, как обычно, а наоборот — завлечь.

В конце концов, остановилась на обтягивающих брюках и тонкой рубашке без рукавов, которую завязала узлом на животе. Волосы оставила распущенными, убрала только прядки с висков, сплетя из них косичку: я помнила, как потяжелел его взгляд, когда я сняла шлем и тряхнула кудрями.

Сочтя свой вид вполне соблазнительным, отправилась в изолятор попросить прощения и попытаться начать наше общение с чистого листа. Конечно, я немного нервничала. Во — первых, извиняться мне было непривычно. Во-вторых, меня волновала реакция Тимьяна на мой визит. Вдруг он сочтёт его за приглашение заняться сексом? Ну а в-третьих, я не знала, как осуществить свой план и заставить конюха играть по моим правилам: флирт, поцелуи, но не более того.

Устав краснеть и нервничать, я решила действовать по обстановке. Наверное, у меня в крови тоже есть умение кокетничать, раз у Лолис оно есть. Доверюсь врождённым инстинктам и чутью.

Из дома вышла никем не замеченная, и прокралась под окнами за угол, на дорожку, ведущую к изолятору. Сердце стучало где-то в горле, ладони вспотели, но я упорно кралась к цели и, достигнув её, решительно толкнула дверь в изолятор. На цыпочках шагнула вовнутрь и прислушалась: откуда-то сверху играла завораживающая мелодия, призывающая расслабиться и поплыть на её волнах прямиком к удовольствию. Что здесь происходит, чёрт побери? Слуха достигли страстные женские стоны, и я с упорством маньяка пошла на них.

Развратники расположились на сеновале и прекрасно проводили время. Злость накрыла удушливой волной и вместо того, чтоб убраться домой и не мешать любовникам, я полезла наверх. Честно, не знаю, что на меня нашло. Как будто бес попутал.

От открывшейся взгляду картины в глазах помутнело. Этот столичный блудник развалился на расстеленном поверх сухого златоцвета одеяле и самозабвенно насаживал голову Малены на тот самый орган, который даже не удосужился вынуть из штанов. Он вставил ей его в рот, просто расстегнув ширинку. Малена, потаскушка такая, заглатывала его как самый вкусный леденец, купленный на деревенской ярмарке и подвывала, когда кобель шлёпал её по голому заду. С лестницы, где я стояла, он прекрасно виднелся из-под задранных на талию юбок девицы.

Ну, хватит! Это уже слишком!

— Заканчиваем разврат! Малена — на выход! — рявкнула я, позабыв о том, что собиралась извиняться и флиртовать.

Тимьян дёрнулся и болезненно поморщился. Подозреваю, что от испуга Малена его хорошенько прикусила. Жаль, что совсем не откусила. Моя злость набирала обороты, особенно, когда я поймала его полный негодования взгляд. Мне кажется, он был готов меня убить в этот момент.

— Я взрослая, свободная женщина, Янгелис! — поимела наглость сообщить мне, оторвавшись от своего лакомства дрянь, — может это тебе стоит пойти на выход? Не считаешь, что ты слегка не вовремя?

Так бы и оттаскала её сейчас за волосы.

— Пошла вон! — я на неё даже не посмотрела, потому что взгляды мы с Тимом так и не расцепили. — Хочешь, чтоб я рассказала всё твоим родителям?

— Какая же ты противная, Янгелис! Скучная моралистка и ябеда!

— Уйди, — хрипло сказал Тимьян, глядя мне в глаза, но обращаясь при этом не ко мне.

Как я это поняла? Просто рукой он легонько подтолкнул Малену в спину.

— Что? — возмутилась она, — Тим, мы никому ничего не должны! Скажи ей, пусть она уходит.

— Просто уйди сейчас. Завтра поговорим.

Малена, недовольно бурча, начала натягивать на себя спущенный верх платья, а я поняла, что сейчас, в гневе покидая лежбище разврата, она меня снесёт вместе с лестницей. Пришлось быстро забраться наверх и откатиться в сторону, чтоб не закрывать ей дорогу вон из изолятора.

Как только горничная, пыхтя и ругаясь, громко хлопнула дверями, Тим резко подался ко мне и, повалив на сено, придавил своим телом.

— Не можешь забыть нашу встречу? Мечтаешь занять место Малены?

Как в воду смотрела! Он истолковал мой визит именно так, как я и боялась.

— Слезь с меня, идиот! Я пришла поговорить и извиниться!

— Извиняйся! Мой член просто жаждет сейчас твоих извинений! Надеюсь, ты не хуже Малены умеешь работать ротиком?

Когда до меня дошло, что он имеет в виду, красная пелена застелила глаза, и я начала сталкивать его с себя используя все доступные средства: руки, ноги, зубы и страшные ругательства.

Но куда мне против горы мышц? Он был незыблем, как скала. Навалившись сильнее, Тим перехватил мои руки и завёл их за голову, а потом… Потом он заткнул мне рот поцелуем.

Вот таким должен был оказаться мой первый поцелуй, да? Мне стало обидно до слёз, и я укусила насильника со всей дури, ощутив солёный привкус крови на языке.