Клетка

Глава 17

Денис

Выходной.

Я ждал его.

Было много дел и планов. Сейчас нет. Точнее, они есть, но стали неактуальны. В голове сумбур. Эмоции перекрывают здравый смысл. Уязвила мое самолюбие Нелли. С циничной ухмылкой наступила на мужское своим стальным каблуком. Хочется поныть, как бабе, что меня использовали и кинули. Обычно всё наоборот. И я так делал в свое время. Развлекся с девочкой и сливался.

Это карма?

Нет, если отмести эмоции, которые меня распирают. Всё правильно. Не уходят такие женщины от состоятельных мужей к таким, как я. Вопрос в том, что Нелли снова разорвала все мои шаблоны. Не ожидал, что она может вот так, как шлюха, запросто позволить себя трахнуть. Развлечься и вышвырнуть. Начинаю понимать частую смену охраны.

Она со всеми так?

Провоцирует, играет, соблазняет, а потом советует уволиться?

Противно от этой мысли, не верю. Точнее, не хочу верить. Но...

Нет, я знал, что будет нелегко, но глупо на что-то надеялся. Искал выходы. Ну допустим, выход я бы нашел. Надо понять другое. Нужно ли это Нелли? Оказалось, не нужно. Всё логично, но в моей голове не укладывается.

Беру себя в руки. Умываюсь холодной водой, бреюсь, привожу себя в порядок. Прохожусь по собственной квартире в простой девятиэтажке в спальном районе. У меня студия. Комната одна, но большая. При желании можно разделить на двушку. Но я не захотел. Мне нравилась моя квартира. Нравилось это зонирование пространства. Ремонт делал сам, мебель собирал сам. Вот эта расписная стена в стиле поп-арт – дело рук дизайнера. А шторы в зоне спальни повесила Анна. Ее не устраивали мои аскетичные жалюзи. Чашки, тарелочки, вазочки в моем кухонном шкафу – тоже дело рук Анны. Мы почти жили вместе. Здесь много ее вещей. Я был не против. После свадьбы всё равно предполагалась, что она окончательно съедет от родителей.

Всё на своих местах, бардака нет, но много пыли. Нас давно здесь не было. Взгляд останавливается на стойке, которая разделяет кухню и зону гостиной. Там лежат образцы пригласительных открыток на нашу свадьбу. Перед моим отъездом на новую работу их принесла Аня. Мы выбрали... Ей нравилась вот эта – с белыми розами и жемчугом. Мне – темно-синяя, минималистичная, с серебряными буквами.

Убираю их, пряча в шкаф.

Не будет теперь свадьбы.

Нет, если мыслить здраво и жить, как большинство мужчин, то мне надо забыть Нелли, как разовый загул, и жениться на хорошей девочке Анне. Всё, что было до свадьбы, там и останется.

Но я так не могу – врать хорошей девочке Ане, смотря в глаза.

Врать себе, что продолжаю ее любить и всё будет хорошо – еще хуже.

Открываю шкаф, одеваюсь: простые джинсы, футболка, часы на руку, очки на мои бесстыжие глаза.

Выхожу из дома, сажусь в свою тачку, еду к Ане.

Она не знает, что у меня выходной. Я не сообщил. Я вообще выпал из реальности.

Паркуюсь возле дома родителей невесты. Выхожу, звоню в ворота. Мне открывает сестрёнка Ани. Хорошая, забавная девчонка тринадцати лет.

Она меня любит, повисая на шее. Они с Анной вообще не похожи: внешность разная, характеры тоже. Светка – оторви и выброси, хулиганка, пацанка с короткой стрижкой. Аня – принцесса. Типичная девочка, мягкая, милая, за это я ее и выбрал.

— Родители дома? — интересуюсь я. Не хотелось бы смотреть в глаза их отцу, сообщая, что я слился.

— Нет, они на дачу укатили на неделю. Мы одни, — сообщает мне Света. Хорошо. — Вы же не свалите и не оставите меня одну? Останься, — просит меня Света.

Я бы остался. Но сейчас это уже неуместно. Чувствую себя инородно в этой семье. Я уже не свой. Я чужой. Все мои мысли занимает другая женщина, вытесняя всё. Даже несмотря на то, что мысли и эмоции больше негативные.

— Анька! — кричит с порога Света, проходя в дом. — Ах да, она же хромая, — смеётся. — Не прибежит. Иди, она в гостиной, — взмахивает рукой в сторону комнаты.

Иду. Пытаюсь прочувствовать себя. И ничего. Ничего, из-за чего мне стоило бы солгать и жениться на хорошей девочке.

Нет, между нами и раньше не было фейерверков. Всё очень ровно и логично. Меня никогда так не накрывало, как от Нелли. Не было такой страсти и одержимости. Что, наверное, и хорошо. Стабильность и гладь в отношениях – куда лучше урагана, когда кидает из стороны в сторону.

Но зачем этой девочке терять время на того, у кого в голове другая женщина?

Анна сидит на диване. Простые белые шорты, топик, лямка которого немного сползла, Аня увлечённо смотрит сериал, не замечая меня. Облокачиваюсь на дверной проем, рассматривая ее. Без косметики, волосы собраны в простой хвост, нога в фиксаторе. Спокойная, естественная, маленькая, хорошенькая.

И так хреново на душе становится...

В этой ситуации мудак я.

Анна чувствует мое присутствие и резко поворачивает голову. Замирает, закусывая губы, а потом улыбается. Уверен, если бы не травмированная нога, она бы сейчас соскочила и кинулась мне на шею. Аня всегда очень ярко выражает эмоции. Никаких масок не носит.

— Привет, — выдыхаю я, улыбнуться не получается.

— А ты почему не сказал, что приедешь? — раскидывает руки. — Иди ко мне.

Иду, сажусь рядом. Анна обнимает меня. Тоже прижимаюсь к ней в ответ. Вдыхаю ее запах, ощущая, как она поглаживает мою спину, плечи. Соскучилась. А я, блять, не скучал. Я трахал чужую жену, удовлетворяя ее потребности.

— Ты надолго? Сколько у тебя выходных? — начинает тараторить Аня. — У нас столько дел. Надо съездить выбрать ресторан. Бронировать надо задолго, все хорошие дни занимают быстро. Тебе срочно надо заказать костюм. Мерки снять и там еще много всего. Я тебя ждала, не хочу участвовать во всем одна. Мне важно твое мнение. Это же не только моя свадьба, — говорит и говорит, без остановки. Все глубже и глубже закапывая меня, вынуждая чувствовать себя мразью.

И как мне сейчас ей сообщить, что ничего уже не нужно?

И будет хорошо, если я просто получу по лицу. Я к этому готов, я даже хочу этого. Заслужил.

— Голодный? Мы там со Светкой пирог с курицей и грибами испекли, как ты любишь. Я чувствовала, что ты приедешь. Пойдем, я тебя накормлю, — пытается встать. — Ну как пойдем… — смеётся. Счастливая такая.

Счастливая, оттого что я приехал.

И меня накрывает. А может, ну его на хрен? Стоит промолчать, самому себя загнобить за этот косяк и действительно увольняться, жениться и строить свою жизнь с женщиной, до которой я могу дотянуться. Которую потяну. Которая счастлива быть со мной, несмотря ни на что, которая любит меня и счастлива со мной. Вычеркнуть и выбросить из головы эту больную одержимость, которая мне не по карману и не по зубам.

Да нет, я готов рвать за Нелли, готов к войне с сильными мира сего, готов полечь в этой войне, сдохнуть за нее. Только Нелли всего этого не нужно.

— Ты иди, а я пока доковыляю, — продолжает смеяться Анна.

— Да зачем? — тоже натягиваю улыбку, заставляя себя сделать вид, что счастлив. — Подхватываю ее на руки и несу на кухню.

Когда ставлю Аню на ноги возле кухонного стола, она не спешит садиться, а обвивает мою шею, прижимаясь.

— Ты кое-что забыл, — шепчет и тянется к моим губам.

Если бы наша встреча состоялась недели две назад, то я не просто поцеловал бы ее при встрече, а первым делом затащил бы в ванную, заперся бы с ней там и взял бы без разговоров, закрывая поцелуями рот, чтобы не было слышно наших стонов. А сейчас не могу даже ответить на простой невинный поцелуй. Мои губы еще вчера целовали другую женщину. Не просто целовали и не только губы. Но я на каком-то упрямстве расслабляюсь, позволяя себя поцеловать. И не могу ответить невесте как следует. Быстро разрываю поцелуй, съезжая, что безусловно на меня не похоже. Анюта сразу замечает перемену, даже не скрывая недоумения в глазах, но не комментирует.

— Садись. Я чайник поставлю, — говорю, усаживая ее на стул, разрывая наш контакт. Я-то отмылся после секса с другой женщиной, но мне кажется, запах нашего секса во мне, въелся и отпечатался навсегда.

— Да давай я сама. Отдохни, — Аня пытается встать. — Я немного хожу, не совсем немощная.

— Сиди, я сам. Руководи, — снова натягиваю фальшивую улыбку.

— Пирог – вот, — стягивает с блюда салфетку, где уже лежит нарезанный пирог. — Сливки к чаю – в холодильнике, там еще варенье смородиновое достать, ты же любишь. Чай – в правом верхнем шкафу, — снова начинает тараторить, наблюдая за мной. Она знает всё, что я люблю, как люблю, когда люблю, все мои привычки и недостатки. Мне казалось, что я тоже про себя всё знаю.

Но нет...

Не знаю.

Сажусь напротив Ани за стол, мешаю сахар в чае, Анна подливает сливок, двигает тарелку с кусочком пирога. А мне кусок в горло не лезет.

— Ну, пробуй, — настаивает.

Пробую. Вкуса ни хера не чувствую.

— Вкусно, как всегда, — киваю. Смотрю на нее, а она на меня. В голубых глазах немые вопросы. Перемена во мне разительна.

— Как дела на работе? Расскажи. Я так и не поняла, кого ты там охраняешь? Это вообще опасно?

Очень, сука, опасно. И самое страшное уже случилось.

— Это неинтересно, Ань. Как ты? Как нога? — пытаюсь о чем-то поговорить. И пока она рассказывает, я не слушаю, в голове белый шум. Я смотрю. Смотрю на нее и пытаюсь понять, что мне нужно и дорого. И понимаю, что нет. Не смогу я сейчас лицемерно ей солгать, жениться, ложиться с ней в постель, рожать детей.

С Нелли тоже нет перспектив. Но и с Анной ничего не получится. Я не смогу...

Не хочу.

Если я способен одержимо запасть на другую женщину, изменить, то, значит, любви как таковой во мне нет и не было. Нет, Аня и сейчас мне дорога. Она что-то родное, понятное, теплое. Но на этом отношения не построишь. Да и не заслуживает она такого, как я. Надо дать девочке шанс на человека достойнее меня.

Аня замолкает. И я молчу. Не ем, не пью, просто смотрю на нее, подбирая слова.

— Ден. Что-то случилось, да? — всё-таки решается задать вопрос.

— Случилось... — выдыхаю, собираясь с мыслями. Она же сильная девочка, надеюсь, переживёт то, о чем я ей сейчас скажу.

А как, сука, сказать?

Как?

Я ей кольцо на палец надевал...

— Ань, свадьбы у нас не будет...

Надо как-то по-другому сказать. Но я говорю то, что говорю.

— В смысле? — распахивает глаза. — Да не переживай. Ну не хватает денег, папа сказал, добавит, урежемся. Мама вообще против ресторана, говорит, можно дома отметить. Я кредит могу взять. Нам деньги подарят, и мы его закроем. Дело же не в этом. А хочешь, вообще распишемся просто и на юг рванем, как хотели. Нафиг эти церемонии? Переживу. Ты слишком буквально принял мои мечты, — отмахивается она.

Сглатываю, отодвигая от себя чашку.

— Дело не в деньгах. Я понял, что нам вообще не нужно жениться. Ты достойна другого мужчины. Я...

Хочется сказать правду об измене, но я трусливо глотаю слова.

— Я не люблю тебя, как должен любить.

Вижу, как ее глаза сначала шокировано распахиваются, а потом очень быстро наполняются слезами...

Пиз*ец.

Я мразь…

А потом Аня долго рыдала, а я пытался оправдаться. Наговорил всякой чуши, пока заслуженно ни получил по морде. Она меня выгнала из своего дома. И я ушел.

Всю ночь бухал с братом в каком-то злачном баре. Второй выходной отходил от пьяного угара. А на третий день поехал на работу. Назад, к женщине, к которой не следовало ехать. Но мне стало важно понять: она действительно такая или солгала во благо? Мне жизненно важно это понять. Но на самом деле я просто дико одержим этой женщиной, и мне надо ее увидеть. Скручивает без нее. Что-то больное и ненормальное. А я настолько жалок, что не могу от этого отказаться.