Клетка

Глава 24

Нелли

— Как прошёл твой день вчера? — интересуется Олег.

У нас ритуальный завтрак.

— Как всегда, ничего интересного для тебя, — отмахиваюсь я.

— А вот сегодня очень интересно, как проводит время моя супруга, — с приторной улыбкой настаивает Олег.

— Обедала с родителями, кстати, папа был огорчён твоим отсутствием.

— Я принёс ему извинения. Чем еще занималась, милая? — отпивает кофе, заглядывая мне в глаза.

И его «милая» звучит очень фальшиво. Нет, это и раньше звучало неискренне. Но сейчас как-то по-особенному. Сердце ускоряет ритм, ладони потеют. Но я беру себя в руки, продолжая так же фальшиво улыбаться.

— Была в салоне, на процедурах, рано вернулась домой. В отличие от тебя.

Лучшая защита – нападение. Раньше это действовало на Олега. Но не сегодня. Отчего меня накрывает легкой паникой.

— Что за процедуры? — продолжает допрашивать и спокойно ест свой омлет. А мне уже кусок в горло не лезет.

— С каких пор тебя это волнует?

И это правда. Олегу никогда не были важны детали.

— У меня завтра день рождения. Может, поговорим об этом? — в нашу беседу вмешивается Лиза. За что я ей благодарна.

— Все будет, как ты захочешь. Свой подарок ты получишь. Есть конкретные пожелания? Кажется, ты отказалась от приема и сказала, что будешь отмечать с друзьями.

— Мои желания не поменялись. Но я хочу праздновать не дома, а в клубе, — надувает губы Елизавета.

— Исключено. Ты несовершеннолетняя, — отрезает Олег.

— Да какая разница?! — девочка повышает голос. — Мне семнадцать.

— Исполнится только завтра. И это тоже не возраст, когда всё можно.

— Папа… — пытается возразить Лиза.

— Я всё сказал. Празднуешь ты дома. Огромная территория в твоём распоряжении. Любые закуски, развлечения – что хотите. Я даже разрешаю тебе шампанское.

— Безалкогольное, — надувается Лиза.

— Не доросла еще до алкогольного. Не выводи меня из себя, доча. Или я всё отменю к чертовой матери. Цени то, что у тебя есть. Всё, тема закрыта! — отрезает Олег.

Лиза кидает на стол салфетку и убегает.

— В чем я не прав? — цокает Олег, снова обращая на меня внимание.

— Ты прав. У нее просто такой возраст, — соглашаюсь я.

— А мне кажется, это твое влияние. Дурной пример... — выдыхает Олег. — Она видит, как ты бунтуешь, и полагает, что ей тоже позволено, — с претензией выдает он мне.

— У Лизы гормоны, и это пройдёт с возрастом. Тебе, как отцу, надо запастись терпением. Контролировать, но сильно не давить. А я бунтую осознанно. Тебе ли не знать, — снова кусаюсь.

— Всегда восхищался твоим умом, дорогая моя жена, — в его голосе уже незавуалированный яд. Напрягаюсь. Словно что-то происходит. Но Литвин просто еще не раскрыл все карты. — Как все грамотно ты расписываешь с Лизой. Тогда позволь спросить, что мне нужно сделать с тобой?

Давит на меня своим холодным серым взглядом.

— Отпустить и забыть, — также смотрю ему в глаза, пытаясь выдержать давление.

— А мне кажется, за супружескую неверность мужчины совершают другие поступки. Например, убивают, — вполне серьезно произносит он.

И по моей спине бежит холодок. Сглатываю, теряя лицо.

Мне срочно нужно написать Денису. Он должен уехать немедленно. Не знаю, к чему клонит сейчас Олег, но кажется, что он всё знает.

— Я бы давно тебя придушила, если бы это не было уголовно наказуемо, — пытаюсь язвить и делать вид, что не понимаю.

— А мы сейчас не обо мне, дорогая моя супруга, — холодно усмехается Олег. — Что позволительно мне, то наказуемо для тебя. Что же ты из себя оскорбленную невинность строила, моя гулящая похотливая кошка? Я, знаешь ли, оскорблен. Со мной она фригидная и холодная, а с молодыми щенками – нет!

Мне кажется, мое сердце замирает и не бьется вовсе. Нет, мне не стыдно за то, что я изменила. Я бы сделала это еще и еще, тысячи раз. Мне страшно.

Молча поднимаюсь с места и быстро иду наверх. Мне срочно нужно позвонить Довлатову, чтобы, если надо, силой отправил Дениса подальше. Если еще не поздно.

Боже, пусть будет не поздно.

Залетаю в свою спальню, выдергиваю с зарядки телефон, не замечая, как Олег проходит за мной.

Он неожиданно вырывает из моих рук телефон и кидает его с размаху о стену позади меня. Шокировано распахиваю глаза, начиная пятиться назад, наступая на осколки телефона.

— Ну и как? Нормально он тебя трахает? Удовлетворила свои потребности, моя похотливая жена? — вкрадчиво спрашивает Олег, приперев меня к стене. Пытаюсь увернуться и избежать этого контакта, но он хватает меня за шею и вжимает в стену. Дыхание перехватывает. Нет, он пока не душит, но только я не сдержусь, и его пальцы сомкнутся сильнее. — Отвечай! — уже агрессивно повышает голос.

— Олег, — выдыхаю ему в лицо. — Давай поговорим спокойно.

— О чем говорить? О том, что моя жена трахается с охранником? Я вообще удивляюсь, как вошел в дверь и не снес своими рогами все косяки, — зло ухмыляется мне в лицо. — Лучше скажи мне, ты всю охрану у меня перетрахала? Может, был кто-то еще? Тренер или садовник, например? Мне всех сейчас начать закапывать? — встряхивает меня, ударяя затылком о стену. Всхлипываю от боли, его ладонь на моей шее сжимается сильней, дышать трудно. Цепляюсь за его руку, впиваясь ногтями, пытаясь освободиться и вдохнуть.

Олег резко отпускает, начинаю глотать кислород, почти сползая по стене. Тишина. Сажусь в кресло, потирая шею. Олег проходится по комнате.

— Не трогай его. Он здесь ни при чем, я сама его совратила, — беру всю вину на себя в надежде спасти Дениса.

— Да, конечно, я похож на лоха? Мою жену трахнул охранник. Может, мне ему премию выписать за то, что, наконец, удовлетворил мою всегда фригидную супругу? — со злой иронией произносит Олег.

— Я тебя прошу. Пожалуйста... Есть в тебе хоть что-то человечное? Наш брак – это фарс. Ты тоже давно мне неверен.

Олег останавливается возле окна, отодвигает шторы и смотрит на двор. Молчит. И это страшно. За годы жизни я его хорошо узнала. Самое страшное – не когда он кричит или душит меня. Самое страшное – когда он вот так молчит.

— Как ты узнал? — мне важно это знать, потому что под раздачу попадем не только мы, но и Довлатов. Мы втянули его не в ту войну. Она его не касалась. — Олег! Не молчи! — срываюсь.

— А твой ебарь сам на меня вышел.

— В каком смысле? — распахиваю глаза.

Денис... Зверь мой, ты что натворил?

— Где он?! — подскакиваю с кресла, подхожу к Олегу, встаю рядом.

— Ммм, как это мило, переживаешь за него? Подвлюбилась в мальчика? — снова зло иронизирует. — Эта падаль меня шантажирует. Требует отпустить тебя. Здесь он, рядом. Организовать свидание?

— Где он?! — уже кричу.

Денис... Сумасшедший. Я сама его готова убить собственными руками.

— Да пока жив-здоров, сучонок! — Олег стискивает челюсть. — Я ведь доверял тебе, родная моя. Не думал, что ты вот так можешь меня подставить! — рычит. — А знаешь, я ему тебя из принципа не отдам. Ты теперь не выйдешь из дома и средств связи тоже лишена, пока я не решил, что с вами делать! Будешь сидеть у меня на привязи! — кидает он мне и выходит из комнаты.

— Олег! — бегу за ним, но Литвин не реагирует, словно я пустое место. — Олег, стой! — подворачиваю ногу, пока спускаюсь за ним по лестнице. Но боли не чувствую. Меня начинает трясти, ведь я не знаю, что с Денисом и что может сделать с ним Литвин.

Олег садится в ждущую его машину, захлопывая дверцу перед моим носом, и уезжает.

Бегу в дом. Мой телефон разбит. Но у меня есть другой, по которому мы общались с Денисом. Набираю номер, но гудков нет. Совсем. Смотрю на экран – нет ни связи, ни интернета. Всё на нуле. Откидываю телефон, открываю свой ноутбук. То же самое – нет интернета. Забегаю в комнату Лизы, трясущимися руками беру ее планшет. То же самое – вся связь в доме отключена.

Сажусь на кровать, сжимаю голову руками. Думаю.

Что ты натворил, мальчишка? Куда полез?!

Мне страшно не за себя, мне до тошноты страшно за Дениса.

Выбегаю во двор, иду к дому охраны на входе.

— Нелли Константиновна, — тормозит меня один из охранников. — Вам нельзя покидать дом. Это приказ. Простите, — виновато сообщает он мне.

— Да не собираюсь никуда! — нервно выдаю я. — Где Вадим?

— Наверху, — указывает на кабинет Довлатова. Бегу туда.

Вадим сидит за своим столом.

— Скажи мне, с ним всё хорошо?! — умоляюще смотрю на Вадима. Он хмуро сводит брови. — Нет? — мне кажется, что ещё немного, и со мной случится истерика.

— Пока с ним всё хорошо. Если вам повезёт, то так и останется. Если нет – не обессудьте, — разводит руками.

Обессилено сажусь в кресло и закрываю лицо руками.

— Что происходит, Вадим? Объясни.

— Ну, Ден у нас большой мальчик. Затеял свою игру. Не устроил его мой вариант. Пусть делает, нам только остаётся наблюдать, чем это всё закончится.

И мне совсем это не нравится, настолько, что холодеют руки и начинает трясти ещё сильнее.