Коломбо. Пуля для президента

Глава седьмая

В управлении ходила шутка, что Коломбо никогда не садится за свой рабочий стол. Болтали, будто он просто стоит рядом, читает почту и звонит по телефону. На самом деле за столом он сидел, и даже чаще, чем ему хотелось бы. Ему приходилось писать отчёты, а значит — сидеть за печатной машинку, тыкая одним пальцем и подолгу выискивая нужную букву.

Однако сегодня утром он действительно не подходил к столу. Раскуривая первую за день сигару, он стоял и просматривал бумаги из лотка «Входящие»:

— Напоминание о том, что он не забронировал места для себя и семьи на ежегодный пикник Ассоциации детективов Лос-Анджелеса.

— Три листа инструкций по заполнению Формы 2301-11(d) — «Отчёт о повреждении полицейского транспортного средства».

— Служебная записка от администрации с жалобой на то, что многие детективы не в полной мере соблюдают установленные процедуры учёта рабочего времени.

— Обновленная Процедура 1167-201(b)(3) по упаковке изъятых контролируемых веществ в качестве вещественных доказательств.

— Запечатанный конверт.

Коломбо вскрыл конверт и обнаружил в нём факс:

4 июня 1993. 09:11. Всего стр. 01.

Лейтенанту Коломбо, Полиция Лос-Анджелеса.

Бенджамин Палермо, Офис ФБР в Лос-Анджелесе.

Конфиденциально.

Проверка отчётов наружного наблюдения за Филипом Склафани, составленных нашим офисом в Лас-Вегасе, показала, что в период с 01.01.92 по 12.04.93 Алисия Грэм-Друри была замечена в компании субъекта семнадцать раз. За исключением одного случая, все контакты представляли собой встречи за завтраком или обедом. Один раз АГД была замечена беседующей с ФС в лобби отеля «Пайпинг Рок». В каждом случае эти двое были одни, хотя к их столику периодически подходили другие люди.

В отчётах наблюдения не упоминаются другие три лица, названные вами.

Обращайся, если нужно что-то еще.

Ещё в лотке обнаружился розовый бланк телефонограммы, сообщавший, что у доктора Калпа есть для него информация.

— Коломбо!

Он оторвался от чтения и увидел капитана Шзигеля (который требовал, чтобы его фамилию произносили как «Сигель»); тот подошёл и обратился к нему.

— Доброе утро, капитан. Хороший денёк!

— Есть зацепки по убийству Друри?

— Э-э, да, сэр. Да, сэр. Зацепки имеются.

— Это не кража со взломом?

— О нет, сэр, это определенно не кража. Это хладнокровное убийство.

Капитан Сигель провёл ладонью по лысине.

— Значит, нужно искать мотив, — сказал он.

— Да, сэр.

— Идеи есть?

— О да, капитан. Видите ли, работа мистера Друри заключалась в том, чтобы предавать огласке информацию, которую люди предпочли бы скрыть. Иными словами, он делал достоянием общественности вещи, о которых многие предпочли бы забыть.

— И ты полагаешь, кто-то убил его, чтобы помешать ему это сделать. Разве это не дает тебе сотню подозреваемых, Коломбо? Или тысячу?

— Нет, сэр. Нет, сэр, не дает. Потому что убийство совершил тот, у кого была магнитная карта и код, отключающий сигнализацию и открывающий двери дома мистера Друри. Мало того, убийца был знаком с домом и знал привычки хозяина.

— Мне нужно подготовить заявление для шефа, которое он сможет озвучить прессе. Могу я написать, что мы отрабатываем версии и уверены, что произведем арест в течение нескольких дней?

— Ну… Не знаю, сказал бы я «уверены». Не хочу, чтобы вы подумали, будто я гарантирую…

— Как насчёт такого: «Полиция отрабатывает ряд многообещающих версий и полагает, что дело будет раскрыто в ближайшее время». Пойдёт?

— Я не эксперт в общении с репортерами, сэр, но так звучит лучше.

— Хорошо. Теперь так: я не люблю отрывать тебя от расследования ради административных формальностей, но ты просто обязан зайти в тир и пересдать нормативы с табельным оружием. Меня из-за этого прессуют.

Коломбо энергично закивал.

— Я сделаю, капитан. Я вчера вечером достал пистолет, почистил его и смазал. Детектив Циммер собирается дать мне быстрый урок, а потом я…

— Боже, Коломбо! Я сделаю вид, что не слышал, как ты сказал «достал его». Ты обязан носить его с собой.

Коломбо развёл руками.

— Ладно. Проехали. Просто пойди и сдай норматив.

— Да, сэр.

— О, и Коломбо, ещё кое-что. Ты никогда не задумывался о покупке нового плаща?

— Да, сэр. Задумывался. Я думаю об этом. Просто руки всё не доходят. Всё откладываю. Не то чтобы это было срочно. Этот ещё не сносился, в нём ещё ходить и ходить.

В кабинете судмедэксперта доктор Гарольд Калп сидел за своим столом.

— Садись, Коломбо, — сказал он, и ткнул пальцем в стоящую перед ним стеклянную банку. — Угадай, что это.

— Не уверен, что хочу знать, — отозвался Коломбо, уставившись на омерзительную комковатую разноцветную массу и решив, что он рад тому, что эта штука, чем бы она ни была, надёжно запечатана в стекле.

— Это, друг мой, часть содержимого пищеварительного тракта Пола Друри. Конкретно этот образец — из желудка. У меня есть и другие, из кишечника. И всё это — улики.

— Да? В смысле, это даёт ответ на то, что я хочу знать: сколько он прожил после того, как поел в «Ла Феличита»?

Доктор Калп кивнул.

— То, что вы видите в этой банке, попало к нему в желудок не более чем за полчаса до смерти.

— Вы в этом уверены? У меня есть улика, которая говорит, что он был жив в одиннадцать сорок семь.

— Значит, он закончил есть около одиннадцати семнадцати, — безапелляционно заявил доктор.

— Но свидетель утверждает, что он ушёл из ресторана до одиннадцати. Примерно без четверти одиннадцать.

— Если это верно, то к одиннадцати пятнадцати или одиннадцати двадцати он был уже мёртв.

Коломбо провёл рукой по волосам.

— Мистика какая-то! — Он покачал головой. — Видите ли, время одиннадцать сорок семь не зависит от слов свидетеля. Это время звонка, зафиксированное автоответчиком, который ставит временные метки на входящие. Интересно, а не… Ну ладно. А что именно он ел?

— Я уж думал, вы не спросите. В основном паста. Немного крабового мяса, немного креветок и мясо лобстера. Красное вино, кофе…

— Кофе. Значит, с ужином он покончил.

— Без десерта, — уточнил доктор Калп.

Прежде чем войти в лифт, чтобы подняться в офис Уильяма Маккрори, Коломбо затушил сигару и сунул её в карман. Люди вечно косились на него, когда он дымил в лифтах. Войдя в кабинет с пышными растениями и аквариумом с морской водой, он пожал адвокату руку и сказал:

— Ну, сэр, заметьте, я без сигары, из уважения к вашему аквариуму. Не хотелось бы, чтобы дым навредил вашим тропическим рыбкам.

Маккрори рассмеялся.

— Это очень чутко с вашей стороны, лейтенант, — сказал он. — Присаживайтесь.

— Если не возражаете, я бы постоял тут и посмотрел на ваш аквариум. Рыбы и впрямь невероятно красивые!

— Когда обстановка накаляется, я поворачиваюсь и смотрю на рыб, — ответил румяный адвокат. — Это успокаивает. Своего рода терапия, знаете ли.

— Охотно верю.

— Итак, чем могу быть полезен?

Коломбо оторвался от созерцания аквариума и сел напротив стола Маккрори.

— Всплыла одна очень любопытная деталь. Судмедэксперт проверил содержимое желудка мистера Друри и научно подтвердил, что тот умер не позднее чем через полчаса после того, как закончил ужинать. Я ещё проверю в ресторане, но мисс Бергман утверждает, что они ушли оттуда рано, где-то без четверти одиннадцать — в любом случае, точно до одиннадцати. Он отправил её домой на такси. Доктор абсолютно уверен в своих выводах. Вы видите проблему?

— Как он мог позвонить мне в одиннадцать сорок семь? Хм? Вот в чём проблема.

Коломбо кивнул.

— Есть ли какой-то способ, чтобы кто-то вмешался в работу вашей машины и выставил на ней неверное время?

— Для этого кому-то пришлось бы проникнуть в мой кабинет после того, как я ушёл в среду днём, сбить настройки времени, а затем вернуться до моего прихода вчера утром и выставить всё обратно.

— А по телефону этого сделать нельзя? Знаете, на некоторых аппаратах можно менять настройки, позвонив и введя код тональным набором.

— Время изменить нельзя, лейтенант. Не придя сюда лично. Не на этой модели.

— Нет…

Маккрори улыбнулся и пожал плечами.

— Конечно, я мог бы сделать это сам, чтобы обеспечить алиби себе или кому-то ещё.

Коломбо покачал головой.

— Нет… Чтобы это сработало, мистер Друри должен был бы подыграть вам, позвонив сюда и оставив то сообщение. Вряд ли он стал бы помогать вам обеспечивать алиби для своего убийцы, верно?

Маккрори снова улыбнулся и развёл руками.

— Исключено. Это не в характере Пола Друри.

— Хорошо. Вчера вы сказали, что миссис Друри может быть связана с мафией. Я попрошу вас быть более конкретным.

— Я сказал, что не могу этого доказать.

— Я и не прошу ничего доказывать, сэр. И всё, что вы скажете, останется между нами. Но я хотел бы знать, имели ли вы в виду что-то конкретное.

— Пол говорил мне, что она якшалась с одним мафиози в Лас-Вегасе. Ему это не нравилось.

— Это было, когда они состояли в браке?

— Частично. Иногда она ездила в Вегас, когда он не мог или не хотел. Это его реально бесило.

— Почему они развелись, сэр?

— Из-за подобных вещей. Плюс он встречался с другой женщиной.

— С Джессикой О’Нил.

Маккрори усмехнулся и хохотнул.

— Вы мало что упускаете, а, лейтенант?

— Только так я и могу преуспеть в своей работе, сэр — просто пахать и пахать, и быть дотошным. Я много читал о сыщиках, которые раскрывают дела благодаря гениальности, и я знал пару-тройку ребят, которые на такое способны; но я… всё, что я могу — это работать не покладая рук, узнавать всё, что можно, и, как вы сказали, ничего не упускать. Имя Филип Склафани вам о чём-нибудь говорит?

Улыбка Маккрори стала ещё шире.

— Я чертовски рад, что не я убил Пола и вы не висите у меня на хвосте, — сказал он. — Да, Склафани — это та самая фамилия, которую называл Пол.

— У вас есть идеи, зачем этому парню, Филипу Склафани, желать смерти мистера Друри?

— Нет. После того как Пол и Алисия развелись, она встречалась со Склафани открыто, и Пол об этом знал. Он летал в Вегас к Бобби Анжеле, а Алисия летела с ним и открыто виделась со Склафани. Пол называл его «сальным ублюдком» и всё в таком духе, но я не думаю, что между ними когда-либо была прямая конфронтация.

— Что ж… Я отнимаю у вас слишком много времени, мистер Маккрори. Просто меня всё ещё сбивает с толку время того телефонного звонка. Это серьёзное противоречие в уликах.

— Я не могу это объяснить, лейтенант. Хотел бы я знать ответ.

— Огромное спасибо за уделенное время, сэр. Я очень признателен. Надеюсь, мне не придётся вас больше беспокоить.

Выйдя из кабинета, Коломбо достал из кармана плаща сигару, а потом минуту смотрел на неё, вспомнив, что сейчас предстоит садиться в лифт. Он сунул её обратно в карман. Прикурит уже на улице.

Марта Циммер ждала у входа в «Ла Феличита», когда подъехал Коломбо. Завидев его, она сняла тёмные очки. Как обычно, на ней был синий блейзер и белая блузка, облегающая её пышный бюст, со значком детектива на кармане. Сегодня она надела серую плиссированную юбку.

Они вошли внутрь. Он показал значок и представился хостес; та сняла трубку телефона и вызвала владельца из кабинета.

— Ух ты, а здесь мило, правда? — сказал Коломбо Марте, пока они ждали.

Это был и впрямь симпатичный небольшой ресторанчик — из тех, что мог найти, оценить и сделать своим любимым местом такой подчеркнуто светский и искушённый человек, как Пол Друри. Стиль был итальянским, но с решительным южно-калифорнийским акцентом: тёмное дерево, кованые бра, скатерти цвета пожарной машины, свечи в янтарном стекле.

— Спорим, еда тут лучше, чем интерьер, — заметила Марта.

Вышел владелец: высокий, весьма обходительный мужчина с густыми чёрными усами.

— Я Винсент Конте, лейтенант Коломбо. Чем могу служить?

— Мы расследуем смерть Пола Друри, мистер Конте. У нас всего пара простых вопросов. Это миссис Циммер. Она тоже детектив полиции Лос-Анджелеса.

— Не желаете присесть в лаунже? Могу я предложить вам что-нибудь выпить?

— Ну, может, рутбир, — сказал Коломбо.

— Боюсь, у нас нет рутбира, — ответил Конте. — Кока-кола?

— О, годится. Ей то же самое.

Бармен услышал разговор и быстро наполнил колой два стакана, которые принёс к их кабинке.

— Мистер Конте, полагаю, вы знаете, что мистер Друри ужинал здесь и умер вскоре после ухода отсюда в среду вечером.

— Знаю. Такая трагедия! Я тоже потерял друга. Он ужинал здесь регулярно, раз в неделю.

Коломбо кивнул.

— У нас есть противоречивые сведения о том, когда он отсюда ушёл. Можете сказать, во сколько это было?

— Могу сказать точно. Он попросил вызвать такси для его спутницы около десяти сорока. Такси прибыло минут через пять-десять, и они вышли. Я вышел следом проследить, что всё в порядке. Он посадил девушку в такси и сел в свою машину. Я велел парковщику подогнать её одновременно с вызовом такси. Это должно было быть…

— Без четверти одиннадцать?

— Плюс-минус пять минут.

— Что он ел на ужин?

— Наше фирменное блюдо, «Паста Феличита». Это ассорти морепродуктов — лобстер, краб, креветки — в соусе из белого вина с травами, на пасте «ангельские волосы».

— Вино?

— Монтепульчано.

— Десерт брали?

— Нет. Заказали кофе, но без десерта.

— А что насчёт спутницы, сэр? Вы знаете, кто это был? Знаете её имя? — спросила Марта Циммер.

— Её зовут мисс Карен Бергман. Она работала на мистера Друри и бывала здесь с ним до этого дважды.

— Они спорили? Вы заметили какое-то напряжение между ними? Что-то такое?

— Нет. Мне они показались влюблённой парой.

— Что ж, это очень полезно, сэр. Мы признательны.

— Не окажете мне честь пообедать у нас за счёт заведения, лейтенант, вы и миссис Циммер?

— Вы очень добры, мистер Конте, но у нас ещё дела. Может, в другой раз.

— В любое время, лейтенант. Почту за честь.

Им пришлось забраться в горы, чтобы найти укромный овраг, где Коломбо мог бы тайком сделать несколько выстрелов из своего револьвера. Он вёл «Пежо», и через полчаса они нашли подходящее место: у небольшого ручья, с крутым глинистым обрывом на другом берегу, в который могли бы безопасно уходить пули.

Марта разулась и перешла ручей вброд, чтобы расставить полдюжины консервных банок, которые прихватила с собой в качестве мишеней.

Свой синий блейзер она оставила в «Пежо», и её собственный револьвер висел в мягкой наплечной кобуре под левой подмышкой. Обуваться она не стала, решив подождать, пока высохнут ноги.

Коломбо уставился на неровный ряд банок, хмурясь и нервно попыхивая окурком сигары.

— За все годы службы, и в Нью-Йорке, и в Лос-Анджелесе, я ни разу не сделал ни единого выстрела. Даже пистолет не доставал.

— Чтобы получить значок, вы обязаны были сдать норматив с табельным оружием, — возразила Марта.

— У меня сложилось впечатление, что инструкторы в тире всегда делали мне поблажку.

— Ладно, давайте. Стреляйте по банке.

Он притащил из машины револьвер «Кольт». Коломбо вытащил его из кармана плаща и прицелился в одну из банок. Он взвёл курок, попытался зафиксировать прицел, который всё равно ходил ходуном, и наконец нажал на спуск. Револьвер рявкнул и дёрнулся, а пуля выбила фонтанчик пыли из обрыва — фута на два выше банок.

— Видишь? Никогда у меня это не получалось. Плавать я, кстати, тоже так и не научился.

— Цельтсь с двух рук, Коломбо. Правила разрешают использовать обе руки. И не вытягивайте их так сильно, локти деревенеют. Оставьте немного гибкости.

— Можно двумя руками? Ну, тогда ладно!

Он снова взвёл курок, прицелился, на сей раз обхватив левой ладонью правое запястье. Пуля ушла в воду, подняв тучу брызг.

— Тут всего двадцать пять чёртовых футов, — пробормотала Марта. Она выхватила из кобуры свой револьвер. — Смотрите, Коломбо. Ноги чуть врозь, вот так.

Она выстрелила самовзводом, не тратя время на курок. Банка подскочила в воздух. Второй выстрел — подлетела следующая.

Коломбо вытащил изо рта сигару и отшвырнул её. Он скопировал стойку Марты и снова выстрелил. Его пуля пробила дыру в склоне, аккурат между двумя банками.

— По высоте нормально, — прокомментировала Марта. — Теперь сделайте поправку по горизонтали, и собьёте банку.

Коломбо снова встал в стойку. От усердия он высунул кончик языка в уголке рта и нажал на спуск. Банка упала. Он выбил песок прямо из-под неё.

— Мишени в тире больше, — заметил он.

— Да, но они и в два раза дальше.

Он расставил ноги и выставил револьвер вперёд, на этот раз для устойчивости обхватив левой ладонью правую кисть вместе с рукояткой. Коломбо попробовал зажмурить левый глаз и целиться правым, потом наоборот. Он взвёл курок, долго колебался, потом выстрелил.

Банка подпрыгнула и скатилась в ручей.

— Сойдёт, — заявил Коломбо. — Надо уходить победителем.

— Один выстрел из пяти? Не сойдёт. Мы должны выпустить из этой пушки хотя бы коробку патронов.

— Я тогда оглохну, — отрезал Коломбо, запихивая пистолет в карман плаща. — В любом случае, мне нужно навестить Джессику О’Нил.

— А мне что делать?

— Возвращайся в дом Друри с группой и поищи тайный сейф. Помни, парень был хитроумный, он мог спрятать его там, где никому и в голову не придёт искать.