КОМ-11 (Казачий Особый Механизированный, часть 11)

20. КТО БЫ СОМНЕВАЛСЯ

А НЕ ПОДСТАВА ЛИ ЭТО?

В лес мы направились страшноватым для меня порядком — порталом. Значицца, всех участников Андрей Фёдорович на специальную загодя выбранную площадку закидывал. А дамы наши отказались. Ничего, говорят, им меж ёлок да сосен не видно будет. Они дескать, лучше «Пулей» — и сверху посмотрят, благо она с их прилётом на всякий случай в Железногорске была оставлена. Пусть хоть так пригодится!

К условленному моменту мы уже были на исходной. Густые кусты на краю неровной поляны были уже по-осеннему малолиственны, но — всё-таки хоть какое-то укрытие. Лежали, закопавшись в ворохи жёлто-оранжевых палых листьев. Ага, четыре аристократа, титька тараканья! Мы с Багратионом по-прежнему в человечьем обличье. Уж больно громадны мы стали для затаивания. Ещё ладно, он серый — тут хоть как-то за бугор можно было сойти. А я? Изобразить, будто на исходе лета невесть откуда гора снега образовалась? Тут хоть как маскируйся — не выйдет. Разве что рассчитывать, что среди немцев одни пеньки подобраны. Но вряд ли кайзер обеспечит нам такую преференцию.

Откуда точно появятся германцы, мы не знали. Только примерное направление. Как, впрочем, и они о нашем местоположении. Но мы надеялись, что угадали правильно, и первый удар получится нанести «Кайзерам» во фланг.

Взвилась зелёная ракета. Несколько секунд ничего не происходило — но вот уже урчание моторов выдало дойчей с головой! Мы с Серго переглянулись. Однако, угадали мы. Хорошо лежим! А вот и макушки леса чуть в стороне заколыхались.

— Идут, — сдавленно прошептал Витгенштейн. На два с половиной часа от нас из-за бурелома выбирались огромные пауки дойчевских шагоходов. Как Ваня и предполагал, они не стали разделяться и шли ровным строем.

И чего Пётр шепчет? Я в «Кайзере» сидел, нихрена они нас не услышат, даже если орать будем. Там одна оружейная машинерия так лязгает — ёк-макарёк! — орать, чтоб поговорить, приходится.

— Ждё-ё-ём!.. — а это уже Иван. Тоже шепчет. Петя покусал? — Ждё-ё-ём!

Ядрёна колупайка, чего он завёлся-то? Понятно же. Сговорились же: пока до половины поля не дойдут. Нервничает, Сокол наш сизокрылый. Или тоже успел ставку на какой-нибудь особенный фортель сделать, переживает теперь, что ему придётся на стульчик вставать и детские стишки на потеху собранию читать или ещё дурь какую…

Я лежал и размышлял, что щиты то у меня помощнее, чем у Багратиона. Хорошо бы мне вперёд выскочить, первый огонь на себя взять.

Но тут Сокол шикнул:

— Пошли! — и Серго вскочил, превращаясь. Солнце закрыла огромная волчья фигура. Серго ухватистым волчьим движением закинул Ивана себе на загривок и рванул вперёд. Аника-воин! Волчара былинный! Я мчал следом. Лишь бы Петя не свалился. А то он на своей кабинетной работе слегонца размяк.

Однако подсвечивал Петя слабые зоны «Кайзеров» — дай Бог! Такие уверенные жёлтые лучи от него тянулись, даже тряска и скачка их не сбивала. А уж из глаз Ивана в ближайшего «Кайзера» бил яркий, слепящий красный клинок. Не завидую я тем, кто был в этом шагоходе. С другой стороны — сами подписались!

Я исхитрился и во время очередного прыжка успел послать в «сустав» опоры всё того же ближнего «Кайзера» мощный ледяной заряд. Быстрее выведем из боя первого противника — с остальными легчее будет!

Шагоход запнулся и начал неуклюже заваливаться на бок. Что-то в азарте орал и кидался заклинаниями Петя. А потом я увидел за падающим силуэтом второй, успевший довернуть к нам корпус. Орудия его вспыхнули огненными цветами… и подо мной взорвалась земля!

НИ ХРЕНА СЕБЕ, «СОРЕВНОВАНИЕ»!

— Илья! Илья! Стой! Да остановись уже! — Кто это? Кому? Мне?

Я моргнул. Огляделся.

Ох, ядрёна колупайка! Ни хрена себе…

Я сидел на полуразорванном корпусе «Кайзера», и в лапах крошилась оторванная опора. А вокруг в разной степени повреждённости лежали ещё четыре шагохода. А орал мне Серго — в облике, понятно. И что характерно, покоцанный.

Картинка слегка покачивалась, и это было неприятно. Да ещё и непрерывные вопли Волчка…

Я встряхнул головой. Зря! Всё вокруг с утроенной силой закачалось, поплыло и заметлесило.

— М-м-м-р-х-х-х… — я поспешно прикрыл глаза и замер, успокаивая голову и потроха, отозвавшиеся неприятной дрожью. Так! Без резких движений.

Согласен. Публично гигантски обосраться — так себе идея.

— Илюха!!! — продолжал надсаживаться Серго. — Ты меня слышишь? Ты чего там бормочешь⁉

Ядрёна колупайка, хорошо, он хоть не разобрал, о чём я тут переживаю. Подколок потом не оберёшься.

Я медленно зажмурился. Крепко-крепко. Так же медленно приоткрыл глаза.

О! Так гораздо лучше. И Серго прямо напротив стоит — косить никуда не надо. Правда, нервный он какой-то…

— И чего ты орёшь?

— Очнулся? — облегчённо выдохнул здоровенный волк, но тут жк насторожил уши: — Это ты? Точно ты?

— А кто ещё? — удивился я. — Ни хрена вы их! Красавцы! — осторожно кивнул на обломки «Кайзеров» я.

— Издеваешься? — Волк немного успокоился, сел на задницу, и принялся вылизывать лапу.

— В смысле? Вот тут я чёт не понял…

— Илья! Это. Всё. Сделал. Ты! — по-раздельности произнёс Багратион. — Мы только и успевали, что пилотов дойчевских из-под твоих лап вытаскивать, всё ж таки бой-то дружественный. Да и то…

— Чего «да и то»⁈ Ты меня не пугай, до конца говори! — я принялся обалдело озираться с новой точки зрения рассматривая поляну… кхм, поляну побоища.

— Вот это видишь? — Серго показал мне лапу. И такие характерные пять кровавых борозды. Ах ты ж пень горелый, этоя́его⁈ — Сквозь все щиты…

— Успокоился? — из-за раскуроченного корпуса вышел Сокол.

— Да вроде как, — вместо меня ответил Багратион. — Больше не бросается.

— Вы чего про меня в третьем лице-то? Я так-то тут.

— Еще пять минут назад мы не были в этом уверены, — ворчливо ответил Иван. — Тут бешеный медведь носился. И крушил всё. И всех. Илья, что, в самом деле, на тебя нашло?

— Я думал, бэз Евдокии Максимовны нэ справимся, — с опаской сказал Серго.

Я очумело посмотрел на свои лапы:

— А правда, чего? Ни разу же такого не было! Нет, в боевая ярость пару раз была, но чтоб вот так, до помрачения сознания…

Э! Зверь, это чего было?

Не знаю. Это не я.

Чего? А кто тогда? Не ты, не я, кто?

Не знаю. Сам в шоке.

Обалдеть!

Ага.

Рядом из тени вышла Айко.

— Илья, господа, у меня есть основания полагать, что уведенное нами — действие зелья безумия. Раньше я только читала про него. В Илью попала ракета со странным желтым дымом. И потом — вот. — Она обвела поле рукой.

— А ты почему не остановила меня? — едрит твою налево, поубивал бы друзей!..

— Как⁈ Вы посмотрите, — она вновь обвела рукой поляну, усеянную обломками. — Если бы мы с дочерьми вступили с вами в столкновение, то лежали бы тут же.

— Значит, жёлтый дым, говоришь? — я всё ещё как-то сомневался. — А почему на других не подействовало?

— А ты что в щиты воздушный фильтр не вставил? — вытаращился на меня Иван. — При твоём нынешнем боевом уровне…

— Сокол! Это ты на боевом учился да с малых лет на такое натаскивался! А я экстерн-то еле как в два приёма добил! Защита у меня простая, стандартная — от кинематики и температуры. Магов-то в противники не предвиделось — шагоходы же.

— Стандартная? — с величайшим подозрением переспросил Петя, появляясь с другой стороны в сопровождении группы неопределённых служащих в серой форме. — Господа, все снаряды — изъять! — И снова обернулся ко мне: — А об этой твоей «стандартной» защите кто-то знать мог?

— Да кто угодно! — возопил Серго всплёскивая лапами. — Кто угодно, кто хоть раз через нужный артефакт на Илюху в бою бы посмотрел!

— Согласен, — покивал Иван. — Достаточно вспомнить, каким закопчённым он в Сирии с заданий прибегал, пока Хагена не подобрал… — Тут они с Петром уставились друг на друга, и Сокол от души хлопнул себя по ляхам: — Япону мать твою итить! Так получается это что — на Илью очередное покушение⁈

В подтверждение этого от шагохода дойчей, к которому Петя отправил группу по изъятию улик, начала доноситься ругань.

— Так-так, — покосился туда Серго. — Похоже, дойчи совершенно не горят желанием допускать наших к досмотру.

Было б чё там досматривать, — проворчал Зверь. — Порвано всё да пожёвано…

А это мы ещё проверим, — возразил я. — Ты слышал, что Айко сказала?

Иван тем временем дошёл до нужной великокняжеской кондиции и возмущённо набычился:

— В смысле — не хотят допускать⁈ Они там совсем страх потеряли, что ли?

— Или берега, — проворчал я, поднимаясь. Ничё, ноги, вроде, держат. — А мы этот досмотр щас организуем. Который тут нужный? — Я слез с обломка и отбросил опору в сторону.

— Вон тот, — ткнул Петя в один из корпусов и поковылял за мной следом: — От же ты быстрый Илья, а! Еле увернулся.

— Извини, — со смесью сожаления и разгорающегося гнева на неизвестного злоумышлителя сказал я. — Ща мы выясним, кто тут нам безумство буйных устроил!

«Кайзер» представлял собой душераздирающее зрелище. Мда. Не ошибся Зверь! Судя по повреждениям, я его реально ещё и пожевал.

Над лесом вдруг взлетела красная ракета. Это чего — только что дуэль закончена? Отморозились наконец-то!

Около пожёванного «Кайзера» нервно суетились насколько дойчей и что-то споро упаковывали в продолговатые ящики.

— Уроды, жить хотим? — ласково рыкнул я, выглядывая из-за смятого корпуса.

А этим хоть бы хны! Совсем бесстрашные или русского ругательного не понимают? Пришлось встать на задние лапы и зареветь. Проняло. Ага. Так, что они энтот ящик себе на ноги уронили.

— Айко, вещдоки охранять! — я сейчас ваще никому кроме своих не доверяю. — Этих — связать! Или парализовать, на твой выбор.

— Будет исполнено! — прошелестело справа.

Я думаю, по-любому, она их сейчас обездвижит. У лис все приёмы для противников через боль достигаются. Это им по природе, вроде как, надо. Так пусть приятное с полезным.

И всё равно, у нас поводов радоваться было гораздо больше, чем у кайзерской команды.

— Такой триумф надо отметить! — со всей решительностью заявил Сокол.

— Соперников приглашать будем? — негромко спросил Серго. — Надо бы.

— Так-то надо было бы, — с большим сомнением высказался Петя, — если б все они не числились по сю пору в разряде подозреваемых. Даже если мы захотим… — И он оказался совершенно прав. Не успели мы закончить наше совещательство, как явились совсем уж суровые дядьки в форме Третьего отделения и всех дойчей куда-то сопроводили, а кому на своих ногах идти было затруднительно, того на носилках унесли. Мы только в след им и поглазели.

— Вот такие пироги, — задумчиво протянул я.

— С котятами, — вроде как согласился со мной Сокол. — Их ешь, а они мяукают.

— Фу, гадость какая, — передёрнулся Петя, и тут один из суровых дядек подошёл к нам:

— Господа, распоряжением императора вам дано два дня на восстановление, после чего вы получите последующие предписания. О произошедшем во время состязания инциденте покуда не распространяться. Всё ясно?

— Так точно! — в числе остальных гаркнул я, наблюдая издалека, как император вместе с кайзером уходят в очередной портал.

Интересно девки пляшут, однако! Нет, наивно было бы полагать, что два императора с нами чаи гонять останутся. Да и неудобственно нам при них будет… Но картинка выглядела сюрреалистичной: эти упрыгали, тех увели — все разошлись, а мы тут, в лесу?

Не успел подумать — сверху закричали:

— Мальчишки!!! Ловите десантный модуль!

Ох ты ж, ёк-макарёк! Красавицы наши! Я и забыл про то, что они с дирижбанделя наблюдать собирались. А «Пуля» хоть и может к земле без причальной мачты спускаться, а на лесных прогалинах неудобно корячиться-то. Так что люлька десантная пришлась очень кстати. Забрались мы в неё и махом к серебряному брюшку вознеслись.

— Курс на усадьбу? — уточнил капитан.

— Всё верно! Гони! — махнул я рукой.

Кто бы знал, что он буквально погонит? Тут расстояния-то — всего ничего. В общем, долетели со свистом. А там уж нас ждут! Столы нарядные готовы, потому как никто в нашей победе и не сомневался — как ни крути, приятно.

Не успели сесть, первую здравицу поднять — нарастающий гул в окна вломился. Вот прям накрывающий, от горизонта до горизонта!

— Атака? — не веря сам себе спросил Петя.

— Когда государь здесь? — не поверила Дарья, окутываясь всё же маревом щитов. Да каким мощным! Зачем она этакие усилия прилагает, мне стало ясно, когда она довольно жёстко скомандовала: — Все гражданские — ко мне! Выходим вместе. Большой купол не удержу! — не иначе, на бомбёжку рассчитывает.

КАК ГРОМ СРЕДИ ЯСНОГО НЕБА

Но не успели мы вывалить во двор, как Петя, зыкрнув своим сияющим взглядом, с облегчением объявил:

— Отбой тревоги! Это Дашковы!

Полыхающий болид, с рёвом разрывающий воздух, держал курс прямо на нашу усадьбу. А Дарья продолжала держать щит. На Машин удивлённый вопрос она резонно ответила:

— Сейчас порой такие чудеса творятся. А вдруг Миша рассудком повредился и решил об нас убиться?

— А он какую-то непонятную бандуру с собой тащит, — добавил сведений Петя.

— Тем более! — отчеканила Дарья.

Это возымело на присутствующих довольно удручающее действие, и все маги без исключения накинули щиты. Но Миша оказался в здравом уме, и всё прошло замечательно, не считая неуклюжего приземления.

Над нашим двором Дашков сделал петлю, сбрасывая скорость. Теперь все мы могли разглядеть нечто вроде люльки, которую он тащил, перекинув через плечо.

— А стропы-то чем-то от высоких температур обработаны? — то ли спросил, то ли предположил Серго. — Или это цепи?

— И что за тряпка горелая болтается?.. — пробормотала, прищуриваясь, Серафима.

И тут наши барышни опознали ношу и хором поражённо воскликнули:

— Есения!!!

Да, в специальном кресле-люльке, намертво пристёгнутая к нему ремнями, на огнестойких цепях болталась Есения, и была она, что называется, ни жива ни мертва. На двор ступила на таких трясущихся ногах, что пришлось её со всех сторон поддерживать и чуть не на руках поскорее донести до ближайшей скамеечки.

— Мать честная… — бормотала наша целительница, мотая закопчённым шлемом. — Да чтоб я ещё раз!.. Это же… Это же ужас какой-то…

— Да как же вы так⁈ — на разные голоса восклицали дамы и не только они — мужской части компании тоже страшно хотелось узнать, что стряслось и почему чета Дашковых прибыла в таком виде. Все, конечно, сразу сбросили щиты и жаждали только разъяснений.

— Да как же, друзья! — отчаянно затряс руками Михаил. — Когда приносят свежие губернские «Вести» — а во всю передовицу ужасающий заголовок⁈ «ТРАГЕДИЯ В ЖЕЛЕЗНОГОРСКЕ!» А мы ведь знали, что вы здесь. Кто ещё мог высокопоставленную германскую делегацию принимать⁈

— Да! — Есения наконец-то слегка отдышалась. — И написано было: ведутся спасательные работы, поиск выживших среди завалов. Миша сразу вскочил: «Я лечу!» А я говорю: «От тебя там толку мало сейчас, кого ты жечь собрался? А вот мне бы…»

— Ну не смотрите на меня, как на монстра, дамы! — обиженно воскликнул Михаил. — Есения так распереживалась, я и предложил самый быстрый способ добраться… А что? Эту конструкцию мне, между прочим, Швец с Пушкиным смастерили! Мы её много раз опробовали.

— Но не на таких скоростях, верно? — с некоторой усмешкой уточнил Петя.

— Тут верно, не на таких, — немного стушевался Дашков. — Право слово, друзья, не учёл в ажитации!

— Ой, кошмар! — снова сказала Есения. — Надо было мне неладное заподозрить, ещё когда он меня теми ремнями к креслу притягивать стал. Спасибо, хоть шлем был… — она слегка закатила глаза. — Как понёсся! Ветер бьёт, эту люльку треплет! Я всю дорогу молилась — лишь бы желудок… Ну вы понимаете… От самого́огнём нестерпимым пышет! Меня мотыляет — то воздух ледяной, то жар опаляющий. Только самоисцелением и спасалась. Ладно, хоть шлем маленько от копоти защищал.

Михаил несколько покраснел:

— Убей — не пойму, душа моя, откуда копоть-то взялась? Никогда и не было…

— Так от меня! — усмехнулась Есения. — Как начало платье от жара по краям пригорать да коптить…

Кошмар — вот был вердикт всех присутствующих женщин, и подобный способ передвижения единодушно признан бесчеловечным.

— С другой стороны, — задумчиво сказала Дарья, — если б ты знала, как тяжко будет — неужель не полетела бы? Я бы, наверное, полетела.

Есения помолчала:

— Да полетела бы, твоя правда. Я ж думала, вас хоть кого-то спасу…

— Друзья! — остановил её Иван, прижимая руку к сердцу. — Еся, Миша, вы, верно, сейчас недоумеваете, но поверьте, что мы не можем в этот момент раскрыть вам всего произошедшего. Дело сие касается государственной безопасности двух держав, и разглашать суть событий мы не имеем права. Одно скажу: мы в действительности подверглись описанной опасности, и спасло нас только чудо. По окончании расследования, если будет на то дозволение, вы непременно узнаете все подробности.

— Однако, — добавил Петя, — я думаю, можно сказать, что один пострадавший всё же был. Но помощь местного целителя подоспела вовремя.

— Ангелина Афанасьевна смотрела? — тут же оживилась Есения. — Это очень, очень сильный маг, папа сам её рекомендовал на это место. А кто был ранен?

— Я, с ваш позволений, — слегка поклонился Фридрих. — Но всё уже есть проходийт, я чувствовайт себя прекрасный.

— Знаете, дамы, что я думаю? — посмотрела на женское общество Соня. — Надо Есю в баньку. После этакой нервической нагрузки, м?

— Я распоряжусь, — кивнула Серафима. И вскоре женский кружок нас покинул.