Контракт на плен

ГЛАВА 15

Юля

Даня уехал, пообещав звонить каждую свободную минуту, и то же самое потребовал от меня. После его отъезда мы с Таней полностью погрузились в работу по подготовке переговоров.

Дел предстояло действительно много, а ещё больше требовала организация самой встречи. Так как потенциальные партнёры относились к другой культуре, нюансов было много, а, кроме меня и Тани, их никто не знал. Начиная от внешнего вида, приветствия, меню на запланированный после встречи обед, проведения самих переговоров, — всё было важно. Учитывая, что представители Арабской культуры уделяют прямым переговорам больше времени и внимания, чем изучению документов, всё должно быть продумано до мельчайших деталей.

Ещё с учёбы я запомнила, что в Арабском понимании прямолинейность и категоричность недопустима, а проявление уважения и вежливости обязательно. Но, даже соблюдение всего этого абсолютно не даёт гарантии, что договорённость будет достигнута. Поэтому большую часть времени при подготовке мы с Таней потратили, наставляя Кирилла и руководителей других отделов, планирующих присутствовать на переговорах.

Мы с Таней тоже готовились, но наше присутствие на этой встрече предполагалось почти условным, так как переводчик для мероприятия уже был выбран. Поэтому наша задача сводилась к подготовке самого офиса, документов и, собственно, Кирилла.

— Вы меня, как к торгу на верблюжьем рынке готовите, — психуя, ныл обычно невозмутимый босс, запоминая наши с Таней наставления.

— Почти так и есть, — хихикнув, отозвалась Таня. — Они будут любезны и вежливы, но, доказывая свои доводы, применят всё своё красноречие.

— Бли-и-ин, — закатив глаза, протянул мой измученный босс. — Я-то думал — встретились, пожали руки, подписали контракт и в ресторан.

— Кстати, насчёт рук, — закусив губу, вмешалась я.

— А что не так? — округлив глаза, буркнул Кирилл.

— При встрече у них принято обнимать партнёра, касаясь щекой щеки, — едва сдерживая улыбку, продолжила я пояснения.

— Это, что, они и вас с Таней жамкать будут? — округлив глаза ещё больше, зарычал Кирилл и, зыркнув на жену, строго добавил: — Я вас тогда туда не пущу.

— Тебя только это беспокоит? — заулыбалась Таня и, подняв руку в успокаивающем жесте, пояснила. — И нет, нас они не тронут. Даже руки не коснуться.

— Почему? — буркнул босс. — Это же неуважение. Разве нет?..

— Как раз таки, наоборот, — рассмеялась я. — женщина, тем более чужая, у них неприкосновенна. Прямое обращение или рукопожатие, а тем более объятие исключено.

— Хорошо, что предупредили, — криво усмехнувшись, вздохнул Кирилл. — А то бы я полез с их помощницами за руку здороваться.

— Это вряд ли, — расплылась в улыбке Таня. — Женщин с их стороны на встрече скорей всего не будет. Не женское это дело…

— Странные они какие-то, — почесав затылок, проворчал Кирилл.

— А они считают странными нас, — подойдя к мужу, усмехнулась Таня и, взъерошив его шевелюру ещё больше, чмокнула в затылок. — Просто надо вести себя уважительно и помнить, что в каждой стране и культуре свои правила.

— В одном я с ними согласен, — заурчал Кирилл, притягивая жену ближе. — Я бы тебя дома запер и работать запретил.

— Не начинай, — буркнула Таня и, подмигнув мне, намекнула: — Вот Юльку замуж выдадим, а через год, глядишь, и она в декрет засобирается. Кто ее заменит?..

— Это да-а, — насмешливо протянул босс. — Даня долго тянуть не будет. И окольцует и обрюха… ой, простите, ребёночка сделает.

— Мы же просто… — заливаясь румянцем, попыталась оправдаться я.

— Да ладно, — хихикнула Таня. — Давно пора тебя за такую каменную стену спрятать.

— Данька стена-а-а, — кивнув, подтвердил Кирилл и, усмехнувшись, перечислил: — И защитит и любить будет и не обидит. Упёртый только…

— Так это же хорошо, — вступилась за Даню подруга.

— Так-то да, — нахмурившись, отозвался Кирилл. — Лишь бы дров не наломал.

— Ты о чём? — напряглась я.

— Да так…

— Говори, — подавшись вперёд, припечатала я.

— Не верю я в случайность этой проверки, — протяжно вздохнул босс.

— И-и? — настойчиво протянула я.

— Как бы его там ни прижали?

— Проверяющие? — громко сглотнув, пролепетала я.

— Не совсем, — горько хмыкнул он.

— Да говори ты толком! — вспылила Таня, и Кирилл прижал её к себе ещё крепче.

— Выманили его или подальше убрали, сам не пойму, — будто задумавшись пробормотал он.

— И что же будет? — закусив губу, выпалила я.

— А он взрывной и церемониться не станет.

— Но и рисковать тоже… — отрезала я, тут же намекая. — Он обещал быть осторожным.

— Юля-я, — устало перебил Кирилл. — Мы не знаем кто эти люди, а тем более их методы.

— А он звонил тебе? — забеспокоилась я, проверяя свой телефон и с надеждой уточняя: — Уже должен был долететь.

— Не звонил, — нахмурился Кирилл, набирая вызов, но после пары попыток, буркнул: — Может, в дороге ещё.

— Вот и думай теперь, что там с ним, — заворчала я, тоже пытаясь дозвониться.

— Хватит себя накручивать, — одёрнула меня Таня. — Пойдём документы готовить и с рестораном ещё надо бы договориться, отдельный зал забронировать и вообще.

— Скажи, если позвонит, — умоляюще посмотрев на Кирилла, попросила я.

— Если и позвонит, то тебе первой, — скептически хмыкнул он.

Несмотря на полную загруженность, до самого вечера я не находила себе места от волнения за Даню. Его признание в любви было неожиданным, и я всё ещё не понимала, что именно к нему ощущаю, но это чувство уже определённо превысило обычную симпатию. Его забота и напористость мне нравились и, вспоминая, как Таня сравнила его с каменной стеной, я всё больше думала, что он действительно подходит мне идеально.

С работы мы освободились почти в восемь вечера и, если честно, я буквально валилась с ног. Постоянно с тревогой смотрела на Таню, поражаясь, как в своём положении и на таком сроке, подруга продержалась весь день, ни разу даже не заикнувшись об усталости. Кирилл ворчал и то и дело намекал, что ей пора бы домой, но она стойко сопротивлялась его натиску.

— Ну чего ты геройствуешь? — не сдержалась я уже вечером, когда, ожидая Кирилла, мы расположились попить чай со сладостями.

— Не могу я дома, — вздохнула подруга. — Что мне там делать? Есть и спать?

— Скоро ни то ни другое в привычном режиме ты делать не сможешь, — улыбнувшись, намекнула я.

— Знаю, — погладив живот, расплылась в счастливой улыбке Таня. — Очень жду. Но пока я хоть чем-то полезна, буду помогать.

— Он же переживает, — упрекнув, подначила я.

— А так звонит по сто раз на дню, — фыркнула Таня и, отведя взгляд, поделилась: — Да и стыдно мне.

— За что? — опешила я. — И перед кем?

— Перед тобой, — покраснела подруга. — А перед мужем вдвойне. Я же подумала, что…

— Перестань, — перебила я и, придвинувшись на диванчике ближе, обняла её за плечи. — Это я виновата со своей манией преследования. Всех подозревала. Напридумывала…

— Тебя можно понять, — поцокав языком, возразила Таня. — Не представляю, если честно, какого тебе пришлось. Но Кирилл…

— Он же всё объяснил.

— Да, — вздохнула она. — И сайт показал. И даже возил меня в этот центр помощи.

— Зачем?

— Я потребовала, — поджав губы, призналась подруга. — Я же не знала, что он такое доброе дело затеял. А могла бы помогать.

— Он хотел оградить тебя, — покачала я головой.

— Знаю, — отозвалась Таня и, подняв взгляд на вышедшего в приёмную Кирилла, улыбнулась.

— Едем домой, — скомандовал Кирилл и, посмотрев на меня, добавил: — Тимур ждёт на стоянке. Теперь он твой охранник и водитель в одном лице.

— Теперь?.. — напряглась я.

— Пока Даня не вернётся, — поправил он сам себя, тут же уточняя: — Не звонил?

— Нет, — вздохнула я, опустив взгляд на телефон, который старалась не выпускать из рук.

— Не переживай, — воодушевлённо поддержал Кирилл. — Разгребает проблемы, чтобы быстрее вернуться.

— Надеюсь… — буркнула я.

Забрав сумки и вещи, мы спустились вниз и направились к стоянке, где нас уже ждал вечно хмурый и неразговорчивый Тимур. Попрощавшись с Таней и Кириллом, я села в машину и до самого дома не проронила ни слова. Тимур, судя по всему, абсолютно этому не возражал. Включив музыку, невозмутимо вёл машину, а по прибытии на место проводил до самой двери, коротко попрощался и ушёл.

Разувшись, прошла в кухню и, не включая свет, выудила их холодильника ингредиенты для бутерброда. Включила чайник и, подойдя к окну, начала лениво жевать свою быструю импровизацию ужина. Сил на полноценную готовку не осталось, а недавнее чаепитие с подругой значительно притупило голод.

Вечерние сумерки вполне позволяли разглядеть, что происходило на улице. А так как окно кухни выходило во двор, я залипла на разглядывании многочисленных клумб и гуляющих с собаками соседей. Потом мой взгляд скользнул дальше, где придомовую территорию красиво обрамляли деревья и недавно отцветшие кусты сирени. Уже хотела отвернуться, чтобы налить себе чай, но под одним из деревьев заметила странную фигуру.

Мужчина достаточного крупного телосложения стоял, прислонившись спиной к дереву. Его лицо закрывал козырёк бейсболки, выглядывающей из-под капюшона объёмной толстовки. Хмыкнула, удивляясь, чего это он так утеплился в достаточной тёплый июньский вечер, но потом он поднял взгляд на моё окно, и я невольно замерла.

Заметив, что я смотрю на него, мужчина резко опустил голову, сдвигая козырёк ещё ниже. Быстро развернулся и, вытащив из кармана телефон, приложил его к уху, в следующую минуту скрываясь за углом дома.

Трясущейся рукой отложила недоеденный бутерброд и, схватив телефон, тут же набрала номер Дани. Но если днём он просто не брал трубку, то сейчас монотонный голос автоответчика сообщил мне, что абонент находится в не зоны действия сети.