Красный бархат

Глава тридцать четвертая. Кира

— Он невыносимо самоуверенный наглый лис. Любит решать всё за меня, но мне почему-то это очень нравится.

— Твой отец в начале наших отношениях не пытался приглашать меня на свидания. Он просто приносил мне билеты в театр и просил взять с собой куртку, потому что вечером непременно похолодает. В первые несколько походов я специально не разговаривала с ним. Делала обиженный вид, а сама едва могла сдержать улыбку, когда он просил меня хотя бы пальцем ткнуть в понравившийся сорт мороженого, раз уж у меня словесный бойкот, — так тепло на душе становится от этих откровений.

Немного странно представлять родителей в возрасте младше моего, но я прошу мамулю ещё что-нибудь рассказать, внимательно слушая каждое её слово.

Она забавно описывает первую встречу моего отца с её родителями, и я думаю, что Руслан с моим папулей точно так же сталкивались бы мнениями в некоторых вопросах, потому что оба не любят уступать.

— Пойду пытать наших оболтусов. Я оставлю тебе печенье, в этот раз получилась большая партия. Не засиживайся, Кирочка, — мама чмокнула меня в щёку и выскользнула из комнаты, прикрыв за собой дверь, а я перекатилась на спину и развалилась на постели морской звездой, раскинув конечности во всем стороны.

Мне нравится, что в этом доме я всегда чувствую какое-то щемящее душу тепло, даже если в моей жизни происходят совсем не радостные вещи.

Помню, как после нескольких неудач в начале моего пути я приезжала к родителям, ночевала в своей старой комнате, а утром чувствовала такой прилив сил, что могла бы прямо в эту минуту покорить самую крутую гору. Кажется, я и в сорок буду ценить такие моменты, отправляя в рот очередную мамину печеньку. Лишь бы она ещё могла их печь.

Телефон вибрирует в стороне, когда я, обнимая подушку, наблюдаю за действиями на небольшом экране ноутбука. Шарю рукой по покрывалу и сразу отвечаю на звонок, увидев на экране имя того, кто недавно заслужил сравнение с рыжим хитрым животным.

— Не разбудил, птичка?

— Нет. У тебя случайно нет знакомых женщин-любительниц порки в обратную сторону? Я бы с удовольствием посмотрела, как какая-нибудь дама в коже отхлестала бы моего братца с кляпом во рту по голой заднице.

— Чего, слил родителям факт твоей личной жизни, в котором ты ночуешь у едва знакомого мужика за городом? — Руслан посмеивается, а у меня мурашки бегут по коже от этих звуков.

— Я бы лично прикопала его под яблоней в саду за такое. Всего лишь растрепал об изменении моего одинокого статуса. Маменька недавно выпытывала информацию о тебе.

— Ты, надеюсь, назвала меня самым идеальным мужчиной?

— Ну…

— Это что ещё такое?

— Твоя версия почти похожа на то, что сказала я, — хихикнула, закрыв динамик. Руслан всё равно расслышал мои игривые задорные нотки.

— Накажу.

— Накажи, — передразнила, а у самой вспышка по телу от воспоминаний о ремне в его руках.

— Я просто хотел убедиться, что с тобой всё в порядке, а ты, несносная женщина, заставляешь меня думать о развратных вещах, которыми можно было бы заняться в комнате твоего родительского дома.

— Извращенец, — я не смогла сдержать смеха, представляя, как мы предаёмся разврату под неодобрительные взгляды разных певцов с постеров на противоположной кровати стене. Может, неодобрительными они были бы только в моей голове.

— А об этом ты маме тоже сказала?

— Фу, какая гадость.

— Заберу тебя завтра. Во сколько ты планируешь возвращаться?

— Мне кажется, твоя империя скоро развалится. Ты столько времени со мной проводишь…

— Я тебе буду нужен с имуществом в виде какой-нибудь старой хрущёвки за плечами? — шутит.

Конечно, ты будешь мне нужен. Даже с одной только дорожной сумкой за спиной. В любом случае Руслан относится к тому типу мужчин, которые точно не позволят голодать своей семье и ночевать на лавочке.

— Об этом надо подумать. Никаких выходных в твоём шикарном домике, макароны вместо отменных стейков и штопаные носки. Нет, я определённо сразу же сбегу.

— Что ж, я не против стать альфонсом. Перееду к тебе и начну проводить время в зале днём, пока будешь работать. Ты же оплатишь мне абонемент, милая?

— Ужасно. Ещё скажи, что начнешь фотографировать свои кубики в зеркале и отвечать сердечками на комментарии поклонниц, — смеюсь, представляя Руслана в положении маленькой собачки, которой можно в любое время похвастаться перед подругами. Хорошо, что эти мочалки мне никогда не нравились — собаки, не подруги. Да и из близких знакомых у меня одна Ангелина, которая только фукать начнет в его сторону при таком раскладе.

— Найду среди них вариант побогаче и свалю, выпросив у тебя прощальный подарок.

— Пинок под зад если только, — забавно болтать с Русом вот так: легко и без всяких подтекстов.

Обычно говорят, что идеальная женщина должна быть и потрясающей любовницей, и хорошим другом, а мужчину рисуют добытчиком и опорой. Это, конечно, хорошо, но мы бы тоже не отказались от человека, с которым можно от души посмеяться и съесть здоровенный кусок пиццы — в моём случае сточить оставшиеся печеньки и теперь гладить выпирающий живот.

— Если серьёзно — во сколько тебя забрать? — Руслан выдыхает, а я начинаю чувствовать усталость на том конце провода. Пора сворачиваться, потому что я тоже начинаю засыпать.

— Не надо, доберусь сама. В доме родителей никогда не бывает точного времени выезда. Поеду вместе с братцем. Может, попрошу таксиста остановить в каком-нибудь безлюдном месте и за дополнительную плату помочь мне с телом, — нет, всё-таки как же меня бесит этот засранец. Вот надо ему было всё растрепать — мама теперь не успокоится и каждый день будет звонить мне с расспросами.

— Действуй осторожно. Свидания в следственном изоляторе — тот ещё отстой.

— А ты откуда знаешь?

— Спокойной ночи, птичка.

— Приятных снов.

На автомате отвечаю. Руслан сбрасывает вызов, а я думаю над его последними словами.

Изолятор?