Кровь не вода 3

Глава 19

Удивиться было чему. Мало того, что стены за зиму значительно нарастили и сейчас они возвышались на уровнем земли метров на пятнадцать (когда только успели?), так ещё и возле крепости народа суетилось как во времена Вавилонского столпотворения, очень много.

Когда мы приблизились к острову, у меня возникло ощущение, что сюда за зиму согнали всех казаков, кого только смогли отыскать.

От шастающих между берегами и островом саней, пешеходов и всадников в глазах рябило. При этом ни о каком упорядоченном движении речи не шло, все ходили, ездили и катались как кому больше нравится, и мне сразу вспомнилась Индия будущего и отсутствие там правил дорожного движения.

Не могу сказать точно, но на льду вокруг крепости суетилось не меньше пары тысяч казаков и это ничуть не преувеличение, скорее даже преуменьшение.

Так-то понятно, что это казаки готовится защищать теперь уже свою крепость, но я все равно не ожидал тут такой движухи. Что-то эдакое тут явно планируется, потому что для защиты этой твердыни в принципе столько народа не нужно.

Внутрь крепости мы попали без проблем, если не считать время ожидания в очереди среди саней, везущих камень. Оказывается, несмотря на зиму стройка здесь не прекращалась ни на миг, и это касается не только стен. Остров теперь было не узнать. Все пространство, примыкающее к стене, теперь было обрамлено двухэтажными зданиями, расположенными по контуру на одинаковых расстояниях друг от друга. В промежутках между этими постройками устроили широкие лестницы, позволяющие без проблем быстро забраться на крепостную стену.

Вообще работы тут было перелопачено столько, что я никак не мог поверить своим глазам. Собственно, стройка и сейчас продолжалась, притом довольно активная. Ведётся она в основном вокруг расположенной здесь горы, которую опоясывает один ряд зданий и начает уже просматриваться второй, вырастающий выше, который как бы образовывает подобие терасы. Интересное на самом деле решение, позволяющее с относительным комфортом разместить в крепости гораздо больше защитников, чем планировалось изначально.

С удивлением заметил, что среди строителей суетятся и наши люди, хотя договорённости с кругом были, что мы достроим волнорез и на этом все. Естественно, я не утерпел и первым делом попытался выяснить, что происходит. Выловил одного из рабочих и начал задавать ему вопросы, но не успел, просто потому что неожиданно попал в загребущие лапы Святозара, который будто материализовался из воздуха и сгреб меня в объятья.

— Прибыл наконец! Что так долго добирался? — спросил он, сжимая меня при этом так, что у меня реально кости хрустнули.

— Вообще-то мы договаривались, что я приду уже после того, как река вскроется, — с трудом прохрипел я в ответ. — Отпускай уже, а то раздавишь.

Святозар и правда увлекся с обнимашками. Отпустив меня, он негромко произнес:

— Соскучился просто, да и с твоим приездом теперь хоть вздохну посвободнее. А то ты взвалил все на старика и сбежал, а мне уже на отдых давно пора, да и других ещё дел навалилось — не разгрести.

— Каких еще других дел? — тут же попытался уточнить я, на что Святозар с улыбкой ответил:

— Пошли разместим вас, перекусим и тогда уж поговорим сразу обо всем. Только сначала отправлю кого-нибудь Макара найти, нам есть о чем рассказать. Да и ты тоже поведаешь, что там в слободе творится.

Выторгованный мной при продаже крепости участок (для себя) тоже изменился, построенное здесь нами здание превратилось в двухэтажное и снаружи было густо усеяно деревянными лестницами разных форм и размеров.

Святозар, глядя на моё офигевшее лицо, произнес:

— Маловато всё-таки места мы себе оставили, вот и пытаемся это исправить. Люди сейчас в основном наверху живут, а внизу все добром занято, обживаемся потихоньку.

Я на это только головой тряхнул, не особо понимая, о каком добре говорит наставник, вроде на складе же все хранится. Святозар, видя написанное у меня на лице непонимание, снова уточнил:

— Сначала людей разместим, перекусим, а потом все расскажу.

Пока размещались, а потом и ели, отправленные Святозаром гонцы отыскали Макара. Сразу после обеда эти двое монстров вместо того, чтобы поделиться новостями и ввести меня в курс дела, насели на меня с расспросами и, пока не выпытали все в малейших подробностях, не успокоились.

Только когда я рассказал обо всем, что произошло со мной за это время, и выслушал их замечания, что где делал неправильно, они наконец соизволили ввести меня в курс дела.

Оказывается, круг постановил сделать эту крепость чем-то вроде столицы казацкого войска, а ещё казаки решили плотно заселить междуречье, воспользовавшись моей идеей, и закрепиться здесь уже навсегда.

Во время рассказа Святозар повинился, что это он рассказал кругу о моих планах и о том, с чего я здесь собирался начинать. Казакам очень понравилась идея, и они недолго думая приступили к её осуществлению.

Если говорить коротко, то в ближайшей округе, (вернее, в своеобразном обрамленном реками треугольнике) казаки решили основать помимо основной крепости на острове сразу пять поселений. Притом укрепленных поселений, способных выдержать продолжительную осаду.

Конкретно на острове теперь будет сидеть все основное руководство казачества. Старшина неожиданно решил, что хватит уже мыкаться по разным станицам, пришла пора обзавестись постоянным местом дислокации.

На самом деле разговоры об этом велись давно, другое дело что договориться между собой не могли, какая из станиц станет главной, а тут вроде как нейтральная территория, которая всех устраивает.

В общем, судя по всему, мои идеи все же осуществятся, может, не в полной мере, но все же так или иначе скажутся на будущем казачества по-любому.

Дальше Макар рассказал об отношении старшины к идее появления ещё одного подконтрольного донцам казачьего войска.

В основном никто не против, но с условием, что все я буду делать за свой счёт, не заглядывая в казну войска. В принципе я так и собирался делать, поэтому ничего нового и удивительного в этом условии для меня нет. Что действительно хреново, так это запрет на пару ближайших лет сманивать к себе казаков с Дона. Среди хоперских казаков могу вести агитацию на переселение сколько угодно, на Дону же пока нельзя.

На самом деле никакие решения пока не приняты, по этому поводу еше будет собран круг, тогда и появится полная ясность, что, как и почему, сейчас же Макар рассказывал о предварительных договорённостях, которых он смог достичь и которые ещё могут измениться до неузнаваемости. Тем не менее уже грубо приблизительно понятно, чего стоит ждать в дальнейшем, а это тоже немало.

Была и ещё одна новость, вернее, сведения, добытые людьми Макара, которые меня неслабо напрягли.

Осман ни разу не сбила с толку продажа мной крепости и слухи, что я их громил по велению круга. Нашлась какая-то гнида, которая донесла до них правдивую информацию, и мне все равно теперь следует ждать ответки, где бы я ни поселился.

Хреново, конечно, но пофиг, просто потому что я и так не собирался с ними в десны целоваться. Придут с желанием наказать, встречу как положено, да и есть у меня кое-какие мысли, как нагадить этим товарищам похлеще прошлого раза.

Придёт время, и у них будет гораздо больше поводов для мести, по крайней мере, я на это надеюсь.

Но это ладно, дело будущего, сейчас же мы наконец-то добрались до злободневных вещей, и здесь Святозар меня порадовал и огорчил одновременно.

Порадовал тем, что нашим зимовавшим здесь людям удалось нормально подзаработать.

Круг не скупясь платил людям, задействованным в строительстве крепости, и благодаря этому и появившимся тут купеческим обозам люди смогли поправить положение со своим обеспечением и прикупить хоть какое-то личное имущество. Говоря «какое-то», я малость иронизирую, потому что, судя по наполненности добром первого этажа нашего дома, затарился народ на совесть.

Помимо этого есть ещё куча хороших новостей, но на общем плане относительно незначительных, о которых можно будет вспомнить позже между делом.

Огорчил же меня Святозар тем, что собирается от меня уйти.

Тут на самом деле не от него все зависит, вернее, и от него тоже, но отказать своим единоверцам в их просьбе он не смог.

Дело в том, что главного их волхва (или как он там называется) грохнули какие-то разбойники, и Святозара уговорили занять его место. Все бы ничего, но, согласившись, он, что называется, выбывал из жизни, другие у него теперь будут дела и интересы, некогда будет уделять время ещё и мне. Единственное, что он себе позволил, — это задержаться здесь до ледохода, помочь мне в переговорах с кругом и с отправкой моих людей на новое место, дальше мне придётся крутиться самому, что, по правде говоря, меня расстроило. Всё-таки за все это время Святозар стал если не родным мне человеком, то близко, очень уж он мне помог на этапе становления меня казаком, поэтому и грустно мне расставаться с таким наставником, помощником и другом.

Правда, он порадовал меня тем, что с изменением статуса выросли у него и возможности, поэтому хоть его и не будет рядом со мной, но помочь мне в удержании новых земель он сможет. По крайней мере, он сразу пообещал отправить ко мне сотню-другую молодых казаков из числа подопечных староверов. Не равнозначная замена наставнику, но хоть что-то.

Поймав себя на последней мысли, я невесело улыбнулся и подумал: «зажрался ты, Семен, ох зажрался».

Ближе к вечеру начали подтягиваться другие соратники, включаясь в беседу, что называется, без раскачки, и встреча плавно переросла в совещание.

На самом деле, говоря, что народ подтянулся к вечеру, я немного утрирую, потому что тот же Паша объявился чуть не одновременно со Святозаром и буквально бил копытом в желании рассказать, что тут, как и почему, но его лишили этой возможности Святозар с Макаром, задавив авторитетом. Пока эти двое не закончили меня пытать и не разложили все по полочкам в решении самых важных вопросов, слова Паше в принципе не давали, собственно, как и всем остальным командирам, присоединившимся к нам с определенной периодичностью.

Когда же народ наконец получил возможность высказаться, на меня вывалили столько информации, что пересказать все в подробностях — это потратить очень много времени.

Если коротко, то к переезду мы условно готовы на все сто процентов. Понятно, что все зависит от количества наемных кораблей, но уже понятно, что так или иначе мы справимся. Просто народ здесь в моё отсутствие не только строительством крепости занимался, но и постройкой стругов тоже.

Тут по большей части надо сказать спасибо Святозару, который своим волевым решением приказал изымать из обращения использованное ранее дерево, добытое после разбора галер. Дошло до того, что даже изготовленные ранее кровли разбирались, и сухое дерево менялось на сырое свежесрубленное, которое доставили с реки Воронеж.

Благодаря этому наши мастера изготовили без малого два десятка стругов. Ещё тридцать кораблей пообещали доставить по весне приходившие сюда зимой купцы. Учитывая активный поиск судов, ведущийся везде, где только можно на реке Хопер и в верховьях Дона, теоретически может получиться перевезти всех наших людей вместе с имуществом одним разом, но это, конечно же, неточно, слишком уж много всего нужно будет перемещать.

Немного расстроили меня немецкие кузнецы, которые занимались порученным им заданием по изготовлению оборудования, необходимого для чеканки денег. Они тоже, как и основная часть наших людей, захотели подзаработать на постройке крепости и из-за этого основному заданию уделяли внимание только от случая к случаю.

В целом, все у нас хорошо, нормально и идёт как запланировано, за небольшим исключением, не особо влияющим на ход событий.

После этого совещания я почти неделю плотно вникал в творящиеся здесь дела и занимался планированием будущего переезда уже всерьез, решая множество вопросов, вплоть до того, кто на каком корабле будет передвигаться и за сохранность какого добра будет отвечать.

Макар со Святозаром в это время обхаживали старшину, ведя множество переговоров в преддверии сбора круга.

В процессе мне пришлось малость раскошелиться для стимуляции некоторых особо одарённых, не желающих бесплатно даже рта открыть в нужный момент. На самом деле тратиться пришлось не то чтобы сильно и главным образом как раз благодаря Святозару, возможности которого действительно сильно возросли. Оказывается, мало кто из старшины сейчас захочет портить с ним отношения, чревато проблемами в будущем, поэтому и отделался я совсем уж небольшим количеством серебра.

К моменту сбора круга, по сути, уже все было решено, поэтому я в принципе не волновался, когда это событие наконец-то случилось.

Скажу больше, решение вопроса об организации ещё одного казачьего войска было принято между делом, будто речь шла о чем-то незначительном типа очередного мелкого похода. Правда, под конец все чуть не сорвалось из-за непредвиденных обстоятельств, нехило так напрягших старшину, благо Святозар с Макаром смогли успокоить народ, нашли, что называется, аргументы, как объяснить происходящее.

Дело в том, что в день, когда собрался круг, под конец этого мероприятия в крепость примчался один из дозоров, патрулирующих дальние подходы к острову с вестью, что в нашем направлении идёт большой отряд запорожцев.

Так-то ничего удивительного, довольно часто донские казаки объединялись с запорожцами для совместных походов, но всегда договаривались об этом заранее, и их появление обычно не было неожиданностью.

Это же отряд, насчитывающий более полутысячи казаков, никто не ждал, поэтому народ и напрягся, да и я, говоря по правде, охренел когда дозорные рассказали, что идут эти запорожцы конкретно ко мне.

Благо, что с дозорными прибыл один из атаманов этих запорожцев, который пояснил ситуацию.

Все дело в том, что когда Байдалинов ранее на сечи звал запорожцев из числа голытьбы переселиться к нам, его обломали, объявив большой поход.

Так вот, похода не случилось и голытьба обиделась, они сами организовались, собрали какой-никакой обоз, состоящий из полутора десятков повозок, и отправились ко мне. Кстати сказать, желающих уйти было гораздо больше, но припасов на дорогу смогли собрать только на такое количество переселенцев, а запорожский старшина во главе с Кошевым, что понятно, помогать в принципе отказались.

Все бы ничего, и пополнение, даже такому (об этом чуть позже) я рад, но появилось оно в самый что ни на есть неподходящий момент.

Собравшиеся на круге казаки задались вопросом: а что, собственно, происходит? Это что, я начал собирать ещё одно казачье войско, не дожидаясь решения круга? Или, может, круг для меня уже ничего не значит?

Это только небольшая часть заданных мне вопросов, на которые мне пришлось отвечать.

Понятно, что от меня сразу же не отходя от кассы потребовали ответов, и мне пришлось выступать перед кругом, хотя этого и не должно было случиться, планировали обойтись практически без моего участия, вернее, при минимуме этого самого участия.

Вроде как бы ничего страшного, я рассказал, что этому предшествовало и почему все так случилось, вот только не будь рядом Святозара, быть беде.

Не воспринял круг всерьёз слова молодого казака, у которого молоко на губах не обсохло, слушали, но не слышали, по-другому не скажешь.

Отдельные особо язвительные лица начали было разговаривать с наездом, но, как я уже говорил, вмешался Святозар и довольно резко заткнул недоброжелателей, притом сделал это очень необычно. Он просто начал в свою очередь задавать кругу вопросы:

— Казаки, а чего, собственно, вы ждёте? Сами запретили сманивать казаков с Дона и при этом хотите, чтобы появилось новое войско? А как оно появится, если там не будет этих самых казаков?

На самом деле дебаты развернулись серьезные и страсти кипели нешуточные, но по большей части не из-за организации нового войска, а моей, как выразился один из самых рьяных обвинителей, излишней резвости.

В итоге все закончилось благополучно, нужное мне решение утвердили, но неприятный осадочек у меня после этого круга остался, да и недоброжелателей я запомнил. Хоть я и не злопамятный, но хату при случае спалю. Шутка, конечно, но не то чтобы очень, память теперь молодая, а значит, помню не только добро, но и зло тоже, сочтемся при случае.

С появлением запорожцев добавилось у меня и головной боли тоже. Просто голытьба — это не просто название, а действительно нищета беспросветная. Что говорить, если пришедшие ко мне казаки были мало того что одеты в натуральную рванину (как только не поморозились по дороге), так ещё и практически без каких-либо припасов.

Последние дни пути вообще шли чуть не на подножном корму и уже собирались решать лошадей из обоза, чтобы тупо не сдохнуть с голоду. И да, шли казаки пеше, что в степи совсем ни в какие ворота. О вооружении же этого, по сути, сброда и говорить не приходится, его, считай, не было.

Единственное, что подкупало и вселяло надежду на более-менее благоприятный исход ассимиляции этих людей в наше общество — это их желание драться за свое будущее с кем угодно и как угодно.

На самом деле пришли к нам совсем даже не пропащие люди. Конечно же отчаянные, закаленные в невзгодах, не ценящие ни свои, ни чужие жизни сорвиголовы, но при этом живущие надеждой на обретение лучшей доли.

Материал, из которого при нормальном подходе можно вылепить несгибаемый стержень будущего войска, по крайней мере, мне так показалось.

Собственно, Святозар, который малость покрутился среди этих гостей, подтвердил эти мои выводы.

— Ты, Семен, не разочаруй этих казаков, не смотри, что у них за душой ни гроша и выглядят они не очень благообразно. Они воины, пусть по большей части и плохо обученные, эти точно свое наверстают, если у них появится такая возможность. Если сможешь дать им то, что обещал ранее, они за тобой в огонь и воду пойдут.

На самом деле с появлением запорожцев особо планы не поменялись. Конечно, головной боли у меня добавилось, в основном в плане организации их обеспечения, но и возможности у меня благодаря их появлению возросли значительно. Благодаря взятым с осман трофеям вооружить их проблемой не станет, а значит ногайский род, воинов которых мы побили на реке Воронеж, ждёт неслабый такой сюрприз. Может, даже теперь и не придётся уходить в глухую оборону, когда степняки попытаются нас наказать.

В общем, что ни делается, то к лучшему, и я даже с каким-то оптимизмом начал смотреть в будущее, невольно задаваясь вопросом: интересно, как это все скажется на течении исторических событий? Тут ведь речь уже идёт не о растоптанной бабочке, а о действительно серьезных вещах.