Кровь не вода 3

Глава 5

Пять дней мы спокойно шли вверх по течению. На ночёвки останавливались прямо на воде, просто бросая якоря, и татары перестали нас сопровождать только на четвёртый день. Наверняка продолжают слежку, но на глазах уже не маячат.

Из-за того, что шли против течения, удалились от османской крепости не то чтобы далеко, максимум километров на шестьдесят, но я посчитал, что этого расстояния будет достаточно, чтобы позволить людям отдохнуть. Ступить на твердую землю, размять, так сказать, ноги, а мне наконец решить некоторые важные вопросы.

Двигаться с подобной скоростью дальше в полном составе неприемлемо, время идёт, а работы впереди дофига и больше. Опять же, Паша закончил инвентаризацию, и сейчас будет самое время собрать круг и разделить добычу.

Нет, это, конечно же, ещё терпит, но мне край нужно отправлять своих людей по делам, и хотелось бы до их отбытия закрыть этот вопрос. Собственно, поэтому и нужна остановка хотя бы на один день.

Принеся мне все расчеты по добыче с конкретикой по причитающейся мне доли, Паша слегка растерянно произнес:

— Господин, причитающейся вам доли имущества и золота хватит на строительство серьёзной крепости. Может, стоит подумать об основании хорошо укрепленного города, а не станицы, как думают ваши люди? Я тут поговорил с Иваном Байдалиновым, он может кинуть клич на сечи среди голытьбы и привести сюда хоть тысячу человек.

— Паша, просил же, не называй меня господином, зови Семеном или на крайний случай атаманом, слух режет это твоё «господин». По поводу основания поселения и привлечения дополнительных людей думать будем вечером на совещании, уже после раздела добычи. Это ты считаешь, что моя доля будет настолько огромной, неизвестно, что круг решит, может, кто захочет долю имуществом получить или ещё что.

— Ой, да все уже понятно, все уже знают, кому что причитается и рады до безумия. Никогда ещё у казаков не было такой добычи, лет десять теперь им можно в походы не ходить и жить как у Бога за пазухой.

— Ладно, с этим разберёмся, ты мне другое скажи: подсчитал с мастерами, сколько можно будет изготовить нужного нам инструмента?

— Посчитали, конечно. Чтобы закрыть все потребности так, как ты хочешь, придётся всё-таки пустить в переплавку три, а может, и четыре бронзовые пушки, ну или где-то купить часть недостающего железа, но это если с учётом десятка плугов, которые ты придумал. Если их не делать и отказаться от всяких борон с вилами, то пушки можно будет и не трогать.

— Нет, ни от чего отказываться мы не будем и ждать покупки и доставки железа тоже не станем, дорога ложка к обеду, а сейчас у нас каждый день на счету, поэтому пока работаем с тем, что есть. Сколько по времени потребуется мастерам на изготовление всего заказанного?

— Не меньше месяца, всё-таки на кораблях не так много кузнечного инструмента, не хватает его.

— Так почему бы мастерам не начать именно с кузнечного инструмента? — уточнил я, на что Паша с недоумением ответил:

— Ты же сам сказал, что в первую очередь нужны будут лопаты топоры и пилы.

Я на это только вздохнул тяжело.

— Паша, сядь и пересчитай, как быстро кузнецы смогут выполнить наш заказ, если начнут с изготовления кузнечного инструмента.

Вот всем хорош у меня помощник, но инициативы от него хрен дождёшься. Все посчитает, разузнает и выполнит любое порученное дело, но сам по своей инициативе подумать и предложить какое-то рациональное решение — это не про него. Исполнитель он, не руководитель, идеальный помощник без авантюрной жилки. Поэтому мои надежды на то, что я нашёл себе толкового управляющего, не оправдались. На него можно положиться и оставить хозяйство под его руководством на незначительный срок, будучи уверенным, что все будет работать как задумано и оговорено, но не более того. Обидно, конечно, но я и так безумно рад, что у меня появился такой помощник, а дальше больше, может, и найду ещё подходящего человека, тем более что выбирать есть из кого.

Раздел добычи — это интересное и увлекательное занятие, понаблюдать за которым собралась уйма народа.

Обычно, по словам Святозара, все происходит не так, как в нашем случае. Добычу зачастую выставляют на всеобщее обозрение, делят на доли, количество которых предварительно подсчитывают, и потом уже раздают при помощи жребия, чтобы никому не было обидно.

В нашем же случае, как я уже сказал, было все по-другому.

Сначала Святозар спросил у казаков, есть ли желающие получить причитающееся каким-нибудь имуществом из взятого добра.

Когда убедились, что все нацелены взять серебром, последовал второй вопрос: доли будут считаться по самой низкой стоимости добра или казаки желают подождать, пока это самое добро будет продано по уже нормальной цене? При этом Святозар назвал сумму минимальной оценки, которую можно получить сразу, и максимальной, которую надо будет ждать, возможно, даже не меньше года.

Народ дружно решил брать деньги сейчас же, не дожидаясь продажи. Тут на самом деле с людьми провели беседы о том, что я хочу все добытое использовать на основание поселения, и тонко намекнули, что нежелательно ждать полной стоимости, и так все получат серебра дохрена и больше. Радует, что казаки поняли все правильно и отнеслись к этому с пониманием.

Собственно, только после всех этих согласований Святозар озвучил, каким образом будет разделена итоговая сумма и сколько будет стоить одна доля.

Довольно долго потом обсуждали, кого следует поощрить дополнительной долей, посчитали процент, который отойдёт кругу, и только потом начали высчитывать, кому и сколько причитается.

Для понимания размеров добычи достаточно сказать, что минимальная доля, которая приходилась на отдельно взятого казака без всяких дополнительных поощрений, получилась больше двадцати килограмм серебра.

Огромные на самом деле деньги по любым меркам.

Казаки, конечно, понимали, что мы взяли много, но даже они прихренели, услышав стоимость одной доли, про бывших невольников, ставших свидетелями этого дележа, и говорить нечего, те и вовсе потерялись.

На самом деле мне нужно было выплатить казакам, учитывая погибших и раненых, которым решили дать увеличеные доли, в общей сложности более четырех тонн серебра, у нас же есть только три с половиной тонны.

Я думал, часть придётся отдавать золотом, но Святозар рассудил иначе и предложил народу выкупить выданное им до начала похода огнестрельное оружие и взять часть причитающегося захваченным у осман холодняком, которого было очень много, и приличная часть всяких ятаганов была богато украшена.

В общем, если говорить коротко, мне пришлось отдать три тонны серебра и кучу холодного оружия, на которое казаки кинулись как сороки на все блестящее.

Кстати сказать, я совсем даже не хотел продавать нарезные янычарки, но народ распробовал эти винтовки и вцепился в них как в родные, пришлось смириться с их потерей, правда, уступил я их совсем даже не за дёшево.

Беда в том, что слухи между казаков расходятся быстро, и предполагаю, что теперь, после нашего выступления, выкупить огнестрел по дешевке вряд ли получится, благо хоть взяли его у осман немало, на первое время этого хватит.

После раздела добычи пришло уделить время внимание персидскому купцу. Я встретился с ним, вернувшись на захваченную в будущей Керчи галеру (как-то к ней привыкнуть успел за время морского перехода, да и каюта там оборудована толково).

Омар немного отьелся, повеселел, да и глаза начали гореть непонятным задором.

Поздоровавшись, он произнес с улыбкой:

— Глядя на размеры добычи, самому захотелось в казаки пойти.

— Так в чем проблема? У нас всем рады будут, особенно если человек не боится ходить под смертью.

Тот, услышав про смерть, как-то посуровел лицом и уже не так весело парировал:

— Не моё это — жить грабежом, да и о другом голова болит.

— Так и я не от хорошей жизни к османам ходил, — в тон ему отбрил я. — Я тебя и позвал, чтобы об этой твоей головной боли поговорить.

Омар подобрался, вся веселость с него слетела, и он приготовился меня слушать со всем вниманием.

— Изначально думал отдать тебе ту галеру, что перевозила шкуры, чтобы на родину ты мог вернуться как можно быстрее и с товаром, но обстоятельства изменились, поэтому помогу тебе немного по-другому.

— Это из-за того, что свое поселение основать хочешь? — уточнил перс, воспользовавшись паузой в моем монологе.

— Да, из-за этого. Шкуры сейчас очень пригодятся поселенцам по первости, да и на кораблик есть планы, поэтому в путь до Хаджи-Тархана отправишься на струге в сопровождении десятка моих боевых холопов. Когда доберётесь, поможешь моим людям выкупить три десятка рабов, желательно из числа взятых в московском княжестве. Дальше договоришься с соплеменниками о доставке тебя на родину, денег на дорогу я тебе выделю с запасом, надеюсь, не зря стараюсь.

— Не зря, поверь, я умею быть благодарным и договор свой исполню. Скажи, а где будет твоё новое поселение? Я тогда с торговлей шел бы сразу к нему. Так, наверное, тебе было бы лучше?

— Сказал бы, да пока сам не знаю, это место ещё предстоит выбрать.

Перс кивнул и задал другой вопрос:

— Не боишься мести осман, ведь они такую пощёчину не простят и наверняка будут мстить?

— Нет, не боюсь, не до меня будет османам ближайшие годы, они могут разве что послать татар, но с ними мы и так постоянно деремся, поэтому отобьемся. Когда же османы позже захотят меня наказать, сделать это им будет непросто, я ведь не собираюсь почивать на лаврах, даст Бог, успею укрепиться.

— Хорошо, я понял. Тогда куда мне приходить с товаром и как вас потом искать?

— Придёшь к переволоку, через который будешь проходить по пути к Хаджи-Тархану, там либо весточку тебе оставим у казаков, занимающихся перетаскиванием кораблей, либо, может, вовсе мой человек ждать будет, если сможешь назвать хотя бы в грубом приближении срок своего появления.

— Я постараюсь прийти уже в следующем году весной, по большой воде. Сейчас решу все свои дела, отправлю людей на восток и зимой займусь поисками нужного тебе товара в Персии, может, и наберу необходимое количество, если нет, другое что привезу, тебе сейчас много чего нужно будет.

Я, слушая купца, только кивал, размышляя о том, что он на ходу подметки рвёт. Понял, что я вполне платежеспособный, вот и торопится застолбить выгодное место.

— Хорошо, раз так, весной тебя будет ждать мой человек, а о нужных нам товарах поговори с Пашей, он подготовит список. В путь отправишься уже завтра, поэтому проведи остаток дня с пользой.

Тот кивнул, поблагодарил в очередной раз за помощь и распрощался. Я же после его ухода даже передохнуть не успел, как попал в загребущие руки Святозара, который, появившись у меня в каюте, начал с ругани.

— Семен, вот ты вроде умный казак, а дурак. Ты зачем велел Паше готовить долю круга от добычи к отправке? Разбогател и серебро лишнее появилось?

— Святозар, ты, прежде чем ругаться, объяснил бы, что не так?

— Все не так. Ты собрался за свой счёт ставить казачье поселение, вот и отправь с оказией весточку кругу с описанием, куда потрачена причитающаяся товариществу доля, а в селение вместо серебра, кторое ты собирался отправить, передай со Степаном пару пушек из тех, что поменьше размером, присовокупить к ним те, которые тебе отец подарил, и этого будет более чем достаточно, чтобы выказать уважение. В письме поведай о своих планах строить новую станицу и попроси помочь чем смогут твоим людям, доставившим весточку, в выполнении ими твоих указаний. Тем ты потешишь самолюбие старшины, глядишь, может, сподобятся и правда помощь какую оказать или просто Степану мешать не станут.

Я, внимательно выслушав наставника, немного подумал и ответил:

— Святозар, я, признаться, даже не предполагал, что можно поступить подобным образом. Хорошо, что ты вмешался и сэкономил нам кучу серебра, которое ой как пригодится. Ты же все равно решил поселиться в новом поселении, так?

Дождавшись от него кивка, я спросил:

— Так, может, тогда возьмёшь на себя все взаимоотношения с казаками?

— Какие ещё отношения? — недовольно буркнул наставник.

— Ну смотри, есть у меня мысль собрать самых нетерпеливых из пожелавших стать казаками бывших рабов и отправить их пробежаться по казачьим поселениям. Пусть посмотрят, как люди живут и, главное, сговорят на переезд к нам молодых вдов, которые никому в своих селениях не нужны. Естественно, что делать это нужно только в случае, если наши люди готовы будут жениться на той или иной вдове, так бабами разживемся, да и родней какой-никакой наши новички обзаведутся. Опять же, после похода в степь к ногаям, куда в этом году собирались казаки, наверняка в поселениях найдутся освобожденные из полона девушки, которых тоже неплохо было бы сговорить на переезд к нам.

Святозар странно на меня посмотрел, подумал и выдал:

— Ох и хитрец же ты, Семен, а ведь это правда может помочь нам быстро решить с бабами, может, и к османам за ними ходить не придётся, вдов ведь, мающихся без мужской ласки, и правда немало.

— Тут главное решить все так, чтобы без обид обошлось в казачьи станицах, сам знаешь их натуру, когда и сам не гам, и другим не дам, — на всякий случай уточнил я.

— Это да, казаки, они такие, придётся этим и правда мне заняться.

— Не только этим, Святозар, но об остальном, наверное, лучше будет поговорить вечером, когда соберёмся все вместе, есть кое-какие мысли, как нам значительно ускориться в постройке поселений.

— Казаков хочешь привлечь для строительства? — тут же спросил Святозар, как будто прочитав мои мысли, и, когда я кивнул в ответ, произнес:

— Даже не надейся, не пойдут они строить. Здесь можно было бы попросить помощи у круга, тогда добровольно-принудительно помогли бы, но раньше зимы большой круг не собрать, да и дорого это встанет, проще уж своими силами обойтись.

— Вот как, неужели не захотят получить серебро без риска для здоровья?

— Не захотят. Это казаки, Семен, помочь построиться родичу, другу или соседу — это всегда пожалуйста, а вот идти работать за серебро невместно.

— Плохо, я надеялся привлечь какое-то число казаков, самим нам до зимы не управиться, — задумчиво произнес я, на что Святозар, улыбнувшись, ответил:

— Так нас никто в шею не гонит, главное — оборону наладить и припасами запастись, а потом строй как угодно долго.

— Ага, а ещё жилье построй, землю распаши для посевов на будущий год, людей одень и обеспечь всем, необходимым и строй себе потом сколько влезет — не удержавшись, добавил я язвительным тоном.

— А ты как хотел, чтобы все само обустроилось? — ответил Святозар с улыбкой. — Так не бывает, если хочешь все ускорить, отправляй Нечая к отцу и проси помощи, в его силах договориться с царем, чтобы тот помог за золото.

— Царю-то это зачем? Да и нет желания у меня просить.

— Вот я и говорю, что умный ты, но дурак. Только царь может быстро сорвать с места много людей сразу, скажем, тысячу-другую молодых семей и, главное, не просто обеспечить их припасами, но и организовать переезд. При удаче переселенцы уже осенью будут здесь с достаточным количеством провианта и успеют выкопать землянки, чтобы перезимовать в тепле, а дальше только от тебя будет зависеть, как они здесь будут жить. Отец же твой помимо прочего сможет помочь выкупить и отправить сюда еще пару сотен боевых холопов, которые точно лишним не будут. Только ему для этого нужно серебра дать, чтобы свои деньги не тратил.

Святозар вещал, а я, слушая его, пытался для себя понять, что происходит. Изначально ведь думал и правда об обычной станице, а тут действительно городок рисуется. Перебивать, правда, его не стал, но заметочку себе сделал, что он будто подталкивает меня куда-то не туда.

Когда он замолчал, я спросил:

— Ты так и не сказал, зачем это царю.

Тот вздохнул как-то тяжело и ответил:

— Давно уже казаки ведут разговоры с царем о том, чтобы пойти под его руку, и все идёт к тому, что это случится. Может и десяток лет пройти пока все вызреет, но, что так будет я уже не сомневаюсь. Царю край как нужна помощь в борьбе с крымчаками и набравшими силу османами, которые этих крымчаков поддерживают и направляют на московские земли. Ты в первом же походе показал, что способен неслабо досадить и османам, и крымчакам, вот и думай, откажет ли царь в помощи столь многообещающему атаману, сыну его ближника? Но это ведь не все. Царь не хуже меня понимает, что, когда ты войдёшь в силу, не усидишь спокойно среди серой массы казаков и рано или поздно станешь в нашем обществе значимым человеком, а значит, ему гораздо выгоднее поддержать тебя на взлете, чем потом дорого платить за твоё к нему отношение. Или, может, ты и правда думаешь, что старшина смотрит в сторону Москвы по доброте душевной? Деньги сейчас многое решают, Семен, деньги и власть.

— Хорошо, допустим все так, как ты говоришь. Так, может, тогда наоборот не нужно лезть к царю в глаза, а потихоньку развиваться, чтобы в будущем быть независимым от него в принятии решений, попросту говоря, поиметь потом гораздо больше? Потому что сейчас все будет выглядеть так, что за мои же деньги меня милостыней осыпали.

Святозар, ставший каким-то совсем уж серьёзным, спросил:

— Семен, как ты думаешь, простят ли тебе османы твою выходу с грабёжом их казны и захватом такого количества кораблей?

«Вон откуда ветер дует», — с облегчением подумал я. Наставник в своём стиле пытается исподволь на меня влиять в желании уберечь от грядущих неприятностей. Отсюда и советы строить сразу большое поселение с мощной обороной, чтобы была возможность отбиться от жаждущих наказать меня осман.

— Точно знаю, что османам ближайшие годы будет не до меня, они смогут разве что велеть своим вассалам татарам найти и наказать посмевшего насолить им атамана.

— С чего взял, что им будет не до тебя? Можешь не говорить, откуда что знаешь, просто поделись, если есть чем, вдруг получится придумать, как этим воспользоваться для нашего же блага.

Проговорил это Святозар немного язвительно и с хитринкой в глазах и уставился на меня, как будто гипнотизируя.

— Да кому надо уже знают, что османы в следующем году будут воевать с Габсбургами и Персией, не до нас им будет, сейчас не успеют что-либо предпринять, а потом у них о другом голова будет болеть.

— Я вот об этом не знаю, — задумчиво произнес Святозар и уточнил: — Это точно так будет?

— Точно, не сомневайся.

Святозар остро на меня посмотрел, немного подумал и сказал:

— Это в нашем положении ничего не меняет. Год-два и по твою душу придут, татары это будут или османы, не суть важно, кто-то обязательно заявится, и нам к этому нужно быть готовыми. Поэтому хочешь ты или нет, а думай, как сделать так, чтобы к следующей зиме ты смог отбиться от сильного войска. Ну или откажись от основания своего поселения, тогда все будет проще, достаточно будет уехать к отцу, чтобы тебя не достали и ты не навлек беду на казачьи поселения. Ты не подумай, из казаков никто в твою сторону ничего плохого не скажет, но думать людям, которые умеют и любят это делать, никто не запретит.

С этими словами Святозар ушёл, а меня действительно одолели тяжёлые мысли:

«Как ни крути, а мне действительно сейчас кроме как упираться рогом и становиться сильным, ничего другого не остается. Вариант с тем, чтобы перебираться куда-то, вообще рассматривать не хочется, собственно, как и тихариться где-нибудь в глуши и жить в свое удовольствие. Раз уж выпало мне счастье стать попаданцем, кто я такой, чтобы идти против законов жанра. Буду менять на свой лад все, до чего только смогу дотянуться, а значит, нефиг париться, нужен вместо станицы город, то и будет город с крепостными стенами и жителями, способными за себя постоять!»

К началу намеченного совещания я уже все для себя решил и готов был к великим свершениям. Иронизирую, конечно, но не то чтобы сильно.

Но решение принято, а значит, нефиг комплексовать, будем работать, а там — куда кривая вывезет.

Поэтому начал я, когда все собрались, с вопроса Ивану Байдалинову.

— Скажи, Иван, сколько казаков ты сможешь привести из сечи? Пусть и голытьбы, но чтобы не пьяниц, а толковых людей, способных работать, не жалея себя, на свое же будущее.

— Трудно сказать, если бы для набега какого, привёл бы много, не меньше нескольких тысяч, а вот таких, чтобы и воевать, и работать, не могу сказать, вряд ли много. Там ведь среди голытьбы по большей части отчаявшиеся люди, живущие от похода до похода, и, наверное, проще будет нормальных набрать среди новых беглых. Но в любом случае много не приведу.

— Хорошо, что честно ответил, — прокомментировал я задумчиво и задал ещё один вопрос:

— С этим понятно, что можешь сказать про молодых вдов, найдутся такие, которые согласятся на переезд незнамо куда в поисках лучшей доли?

Тот с удивлением на меня посмотрел и ответил немного растерянно:

— Да откуда же мне знать? Может, и найдутся, смотря что им пообещать, но лучше будет попробовать набрать баб из освобожденных из полона, для тех за счастье будет не возвращаться домой, а выйти замуж за доброго казака.

— Что тебе нужно, чтобы добраться до сечи?

— Один струг дашь и пару десятков казаков, этого достаточно, только чтобы все, что ты хочешь сделать, много серебра придётся потратить.

— За серебро не думай, выдам с запасом. Отбирай из своей полусотни людей и готовься завтра с рассветом отправляться. Чем раньше ты приведешь людей, тем лучше.

— Раньше осени вернуться не получится, — сразу же ответил Иван. — И что, ты вот так вот отдашь чужому человеку серебро?

— За тебя слово Святозар сказал, а ему я верю.

Тот только кивнул в ответ, а спустя миг произнес:

— Правильно он сказал, я не подведу.

Закончив с Иваном, я повернулся ко всем остальным, улыбнулся и произнес:

— Теперь с вами друзья поговорим и порешаем, кому куда отправиться и кому за что отвечать.

— Начнём с тебя, Степан. У одной из малых галер, той, которая гружена шкурами, нужно освободить трюм, потому что домой ты пойдёшь на ней с нашими казаками. Повезёшь пару пушек и моё письмо к старейшинам.

Там после того, как чуть передохнешь и успокоишь родных, в том числе и моих, тебе нужно будет конно выдвинуться к реке Воронеж. Слышал про такую?

— Не только слышал, но было дело, ходил по ней. — Кивнув утвердительно, ответил Степан.

— Там, на этой реке нужно поискать имеющиеся там поселения и нанять людей для рубки леса, который потом надо связать в плоты и сплавить к нам в поселение.

Леса нам понадобится огромное количество, и это очень важное дело. Поэтому и посылаю туда именно тебя.

Родных, что твоих, что моих, пока перевозить не нужно. Обустроимся, тогда заберём.

Степан, выслушав меня внимательно, произнес:

— Если я правильно понял, о каких местах ты говоришь, то это — невыполнимое дело. Нет, там достаточно больших поселений, где можно нанять много людей. Как бы не в Елец придётся добираться?

— Да хоть в Москве нанимай. Главное, чтобы до того, как река встанет, лес был у нас в достаточном количестве. Серебра на это я тебе выделю с запасом, хватит, чтобы с Хопра туда людей привезти.

Степан кивнул и коротко ответил:

— Сделаю все возможное.

Закончив с ним, я переключился на Нечая.

— Тебе, Нечай, снова придётся идти в Москву к моему отцу, и дело у тебя там тоже будет не из простых, хотя и не такое сложное, как у Степана. Повезёшь туда золото, а обратно людей и припасы, которых при удаче будет не просто много, а очень много. Тебе нужно будет доставить все это в целости и сохранности.

Тот только кивнул в ответ, а я добавил:

— С собой возьмёшь всех своих людей, за исключением Мрака. И забери дополнительно всех оставшихся из полусотни Ивана. Всё-таки большие ценности повезёшь, которые нужно сохранить во чтобы то ни стало.

Нечай снова молча кивнул, показывая, что ему все понятно.

Тут в мою раздачу приказов вмешался Святозар, который до этого молча слушал, о чем-то размышляя.

— Семен, мне кажется, что ты делаешь ошибку, взваливая на Степана неподъемное дело. Я думаю, что Степану не нужно идти к этой реке и искать там лесорубов. Лучше будет, если он из дома сразу отправится обратно к нам, по пути посещая казачьи поселения и скупая припасы. В основном зерно, которого нам понадобится огромное количество. На реку Воронеж разумнее будет отправить вторую полусотню и доверить заготовку леса Ивану Кольцо. В качестве лесорубов можно использовать людей, которые не захотели оставаться у нас. Их скопилось больше сотни, они не откажутся подзаработать и попутно с оказией добраться поближе к обжитым местам, которые находятся под Москвой. Да и не нужно идти на эту речку Воронеж, лес можно и поближе найти, Где — я потом Ивану подскажу.

Я немного подумал над сказанным, с трудом удержавшись, чтобы не стукнуть себе по лбу за бестолковость, и произнес:

— Согласен, так будет действительно лучше.

Тут в разговор влез Степан, который слегка растерянно спросил:

— Если все разъедутся, с кем вы останетесь? Ведь с ними вы даже от полусотни татар не отобьетесь.

— А нам для охраны, чтобы при строительстве поселения чувствовать себя спокойно, придётся нанимать пару сотен казаков. Притом брать их будем не меньше, чем на год. — Отрезал Святозар и повернувшись ко мне, добавил:

— Без этого не обойтись на первых порах.

— Согласен, на том и порешим. — Тут же ответил я и про себя подумал: «Как же мне повезло, что мне здесь встретился Святозар. Вот где рояль рояльный, а не все остальное…»