Кровь не вода 3

Глава 3

Только я присел за стол, как в руке появилась очередная бумажка.

Сам себе не поверил, потому что ясно же было сказано, что посылка была последней весточкой от друзей.

На очередном листе в клеточку друзья извинились за неточную информацию по галерам. Оказывается, войска на них погрузили в последний момент, и в этом были различия с миром, откуда маг черпал информацию.

Потом ребята поздравили с удачно закончившейся авантюрой и уведомили, что мне теперь можно сильно не спешить. Маг усыпит команду сторожевого корабля через четырнадцать дней. Соответственно, времени у меня теперь для подготовки к переходу в реку будет достаточно.

Ребята ещё раз извинились, что переписку дальше вести не получится, и так, дескать, маг, отправив это письмо, превзошел себя. Снова попрощались, и на этом все. Переписка, как я понял, закончилась окончательно и бесповоротно.

Жаль, конечно, что не получится поддерживать хоть и одностороннюю, но какую ни на есть, а связь, в дальнейшем. Мне и так грех жаловаться, хорошо друзья помогли.

К моменту, как дочитал письмо, Степка притащил очередную плошку куриного бульона. В этот раз даже со свежей лепешкой. Ночью, когда кушал, хотел спросить, откуда взяли курицу для этого бульона, и забыл. Сейчас же задал вопрос, где разжились такой роскошью.

Оказывается, прямо на галере есть несколько клеток с парой десятков куриц. И в наличии не только эти живые консервы, а ещё и свежие яйца. Но яичницей Степка пообещал накормить меня уже на следующий день. При этом он скривился и авторитетно заявил:

— Без сала яичница — не то. Дурные люди, эти османы, раз сало не едят.

Я на это только посмеялся, да и что тут скажешь, если им вера не позволяет.

Перекусив, я решил вернуться на палубу, чтобы понаблюдать за перегрузкой добра и поговорить о некоторых насущных делах с отцами-командирами.

На палубе было некуда ступить, настолько много там суетилось народа. Перегружали ведь добро с купеческой галеры на нашу, ту, где я находился. Вот и получается, что здесь собрались чуть не все освобожденные рабы вместе с нашими казаками.

Мне пришлось, чтобы не быть затоптанным, перебираться на мостик, куда Степка вслед за мной перетащил из каюты кресло.

Не успел устроиться, как рядом появился Святозар и спросил:

— Не рано ты суетиться начал? Может отлежался бы малость?

Я посмотрел на него насмешливым взглядом и поинтересовался:

— Кто бы говорил! Сам почему не в постели? Тем более, что раны у тебя посерьёзнее моих будут.

— Некогда мне лежать, да и привык я на ногах болячки переживать.

— Вот и я тоже привыкну, но лучше бы не получать ран.

— Лучше, конечно, но что поделать? Не специально же мы их получаем. Так зачем ты подхватился на ноги?

— Ты же сам говоришь, что дел много. Вот и нужно их делать. Да и Степана хотел проведать, но пока не решился пробираться через эту толпу. Как он, кстати?

— Да чего ему будет? Раз сразу не помер, значит, теперь выкарабкается. Вроде хорошо все с ним, уже вставать порывался.

— Дай Бог, чтобы выжил, и так многих потеряли.

— Семен, не гневи богов, такое дело сделать со столь малыми силами — это уже невозможно. Учитывая, что битв без смертей не бывает, мы не просто легко отделались, а считай, что одним испугом. Любит тебя удача, все казаки в этом уверились.

Я на эти его высказывания только поморщился и перевёл разговор на другую тему, спросив.

— Как думаешь, если предложить освобожденным рабам, из тех, кто не уходит, остаться у нас, многие согласятся?

— Зачем они тебе? — С удивлением спросил Святозар и добавил: — У них же за душой ничего нет, обузой будут.

— То, что за душой ничего нет, не страшно, обрастут имуществом. Ты на другое обрати внимание. Османы в гребцы отправляют сильных людей, слабым там не выжить. Вот и подумай, как эти люди смогут работать, когда чуть придут в себя, или какие из тех, кто захочет жить с меча, получатся казаки. Если бы они захотели остаться, я бы, наверное, правда задумался над основанием своего поселения, где-нибудь в низовьях Дона. Ты ведь сам говорил про моих боевых холопов. Кругу не нравится наличие большого количества неконтролируемых им людей. Вот и решил бы этот вопрос кардинально.

Святозар задумался и слегка даже растерянно спросил:

— А баб им где брать? Без баб быстро озвереют и разбегутся.

— Да у тех же османов и взять. Сходить к ним в следующем году уже большой ватагой и пощупать какой-то их город за мягкие места.

Святозар надолго задумался, а потом выдал:

— Ты знаешь, все, конечно, не останутся, но большинство я думаю захотят вольной жизни. Тем более, если пообещать им помощь на первых порах. Разговаривать с ними надо, но возникает вопрос, как все это устроить. Ведь к себе в поселение всю эту ораву не приведём. И где тогда им жить, пока мы это самое поселение не построим? Чем кормить их будем, как от степняков оберегать? Очень все сложно. Тут надо хорошо подумать, чтобы не сгубить людей и не отправить их на лютую смерть от холода или голода.

— Подумать, действительно, есть над чем. Да и сложностей будет огромное количество, но ведь и шанс такой упускать не хочется. Когда ещё получится единовременно получить в своё распоряжение столько людей?

Святозар весело, задорно улыбнулся и произнес:

— Вот, взыграла в тебе кровь предков, по княжьи мыслить начал. Но ты, Семен, сейчас о другом подумай. Новое селение — это огромное количество забот, нерешенных вопросов и вал проблем. Готов ли ты все это взвалить на свои пока ещё хилые плечи? Ведь если ввяжешься в это дело, обратной дороги не будет. Придётся отвечать перед богами за доверившихся тебе людей.

— Хороший вопрос. Может ещё и не готов, да только и выбора меня лишили, отправив ко мне этих боевых холопов. Сам знаешь, не особо они хотят жить самостоятельно, к другому привыкли. Просто сейчас волей случая есть все необходимое для основания своего поселения.

— Казакам может не понравиться, что на их землях появится не казачье поселение, — заметил Святозар.

— Почему не казачье? Я в этом поселении не собираюсь менять устои. Мало ли атаманов организовывали свои станицы?

Святозар снова надолго задумался, а потом хлопнул меня по плечу, отчего я тут же скривился и произнес:

— А мне нравится, только нужно все хорошо обдумать. Давай так, сейчас мне пока некогда, пойду смотреть за перегрузкой. А вечером соберёмся в узком кругу и покумекаем, как все можно будет сделать. Случай ведь, правда, во всех отношениях подходящий.

Святозар собрался уходить, а я, подумав, что пока можно посмотреть карту, переданную друзьями, чтобы грубо приблизительно прикинуть, где было бы неплохо застолбить место под поселение, и на миг застыл в ступоре. После боя, ранения и потери сознания как-то мне на глаза не попадалась сумка с моими вещами. На миг даже на сердце похолодело от мысли, что сумка где-нибудь пропала или вовсе угодила не в те руки.

С трудом заставил себя успокоиться и уже в спину уходящему наставнику спросил:

— Святозар, а ты не знаешь, мою сумку с вещами перенесли на галеру?

Тот, повернув голову, тут же ответил:

— В комнате твоей под столом лежит, Дмитрий озаботился принести.

С этим он ушёл, а я повернулся к Степке, чтобы попросить его притащить сюда эту сумку и встретился с реально квадратными глазами товарища, который спросил:

— Ты правда хочешь свое поселение основать?

— Хочу, Степ. И сделаю рано или поздно, лучше, конечно, рано.

Он малость замялся, а потом спросил:

— А, как же мы, занятия наши по мордобою?

— Так, а кто тебе может помешать перебраться на новое место жительства?

Тот немного подумал и ответил:

— Наверное, никто не станет мешать. Только как же без родных-то?

— Ну, так и их тоже с собой забирай. — С улыбкой ответил я, с интересом наблюдая за его реакцией на мои слова. А он, между тем, покачал головой и произнес:

— Я бы с радостью. Только, боюсь, батька не захочет. Да и матушка, наверное, будет против на пустое место перебираться.

— Это да, на пустом месте просто не будет. Но ты не переживай раньше времени. Мало ли, как сложится, может и захотят твои родные поменять место жительства? Нам прежде, чем что-то решать, сначала вернуться надо.

Пока мы с ним разговаривали, я передумал прямо сейчас на глазах у множества людей рассматривать карту. Будет ещё время, и это не та бумага, которую следует выставлять на всеобщее обозрение.

Эта мысль потянула за собой другую:

«Всё-таки, похоже, вновь обретенная молодость влияет на моё сознание гораздо больше, чем я предполагал, иначе объяснить происходящее не получится. Какого хрена я вообще заговорил об основании этого поселения? На порядок проще ведь тупо отправить обратно боевых холопов и жить себе дальше спокойно. Развиваться постепенно, не торопясь, подбирая людей в будущую команду, с которой потом когда-нибудь и начать вершить серьезные дела. С другой стороны, момент ведь и вправду, как на заказ, и есть все для того, чтобы стать пусть в малости, но самостоятельным, ни от кого независимым игроком. Вшивым, понятно, и с неясными перспективами, но ведь и Москва не сразу строилась. Опять же, совершенно не важно, где именно сейчас ставить поселение. Главное, чтобы место для жизни было удобное. Потом со временем можно будет организовать пару-тройку подобий острогов в нужных местах с выходами на поверхность железных руд и угля, важно, чтобы в шаговой доступности от реки. Тем более, что огромное количество этого всего ещё нескоро понадобится. Нет, понятно, что с углем придётся сразу решать, но это при наличии кораблей не особо и сложно.»

Эти мои размышления перебил примчавшийся Дем:

— Сем, Святозар велел передать, что до полудня скорее всего не успеем все перегрузить. Что делать?

— Передай, пусть в любом случае заканчивают и отправляют желающих уйти, как договорились. Ничего страшного, если немного задержимся, но только, если эта задержка будет правда недолгой.

Дем кивнул, показывая, что все услышал, понял, осознал и умчался обратно. Я же, попытавшись снова поразмышлять, как-то пригрелся на солнце, расслабился и неожиданно задремал. Потом и вовсе уснул. При этом мне не мешал шум от толпы народа, всё-таки, наверное, правда рановато решил активничать.

Проснулся уже после обеда, и то не сам. Дем разбудил, слегка тряхнув за плечо.

— Просыпайся Семен, кушать уже пора.

Продрав глаза и осмотревшись, я спросил:

— А что, уже закончили перегружать добро?

— Давно уже закончили и рабы вон уже ушли. — Кивнул он в сторону удаляющейся от нас галеры, которая успела отбежать уже довольно далеко.

— Так, а почему тогда мы стоим?

— Святозар велел повременить с отправкой. Сказал, что позже отправимся после того, как малый круг решит, что делать.

Я на это даже головой невольно потряс, пытаясь понять, что мне сейчас сказали, а Дем, между тем, спросил:

— Сем, а ты правда новое поселение решил основать? Мы теперь на нижний Дон переедем?

— Ты откуда об этом знаешь? Степка поделился? — Тут же уточнил я, на что тот отмахнулся и ответил, как о чем-то незначительном:

— Ой, да все уже обсуждают, а некоторые так и раздумывают, стоит переезжать или повременить пока.

«Ни фига себе расклады, это как это так?» — Сам себе задал я вопрос, размышляя при этом, а что вообще происходит?

Сам ещё ничего до конца не решил, а народ уже размышляет, переезжать или нет. Что-то похоже Святозар мутит. Опять же, что за малый круг тут нарисовался? Странно все и непонятно.

Немного подумал и плюнул на это все. Недостаточно информации у меня пока, чтобы делать какие-то выводы.

После обеда, как только закончил приём пищи, будто дождавшись этого момента, в каюте у меня нарисовался Святозар, который спросил:

— Ты как, Семен, готов с казаками говорить или сил нет?

— Говорить готов, только непонятно мне, о каком таком малом круге упомянул Дмитрий, и что вообще происходит? Почему народ обсуждает переезд, если даже я ещё не решил, ввязываться в это дело или нет?

Святозар, видя, что я закипаю, выставил перед собой обе руки и ответил:

— Не горячись, Семен, я переговорил с нашими, и Нечай предложил пустить среди бывших рабов слух о новом поселении с прицелом на то, что часть, собравшихся уходить, останется. И оказался прав. Некоторые, действительно, уходить передумали. Я, зная тебя, не стал этому противиться. Ведь ты уже по-любому все решил, раз мне об этом рассказал?

Я смотрел на него и почему-то даже злиться не мог. Просто потому, что вдруг понял— ведь, правда, решил уже. Себя-то не обманешь.

— Хорошо, а что за малый круг?

— Да это казаки так обозвали наши встречи, когда мы собираемся что-то обсудить среди своих. Так что, пойдём, а то люди ждут?

— Ну пошли, чего уж теперь. — Ответил я, про себя подумав: «Пофиг, ввяжемся в бой, а там посмотрим, куда кривая вывезет.»

Как выразился Святозар, ближники дожидались нас на мостике, где было не так, чтобы и много места, но достаточно, чтобы всем разместиться и поговорить как бы без лишних ушей.

Когда поднялись, мне сразу кинулись в глаза три присутствующих здесь оборванца, среди которых был и Иван Байдалинов.

Святозар, заметив мой интерес, произнес, кивнув в их сторону:

— Это выборные с каждой галеры от бывших рабов, они пользуются наибольшим уважением среди людей. Мы решили, что будет неплохо, если они сами посмотрят, как у нас все устроено в управлении ватагой.

На последних словах Святозар слегка даже смутился, похоже, прекрасно понимая, что с этим он явно накосячил.

Как не крути, а было бы гораздо разумнее обсудить все между собой и только потом уже работать с бывшими рабами.

Святозар, как будто читая мои мысли, произнес:

— Понимаю, что сначала хорошо бы переговорить без выборных, но хуже не будет, если они сразу все увидят и поймут… Я на это только плечами пожал, как бы говоря, так, значит, так. И обратился к собравшимся.

— Друзья, вы меня простите, что буду сидеть в то время, как вам придётся стоять. Слаб ещё после ранений.

Дем, который тащил за нами со Святозаром кресло, поставил его практически на то же место, как в прошлый раз и, казалось, испарился. Я уселся, а дядька Матвей ответил:

— А чего это мы стоять будем, тоже присядем, нам и на полу будет нормально.

С этими словами он уселся, где стоял, скрестив ноги по-татарски. Все остальные, глядя на него, тоже начали усаживаться.

Дождавшись пока все рассядутся, я произнес, глядя на дядьку Матвея:

— Мы здесь собрались, чтобы поговорить на тему основания нового поселения. Понятно, что это пока только намерения, и ничего не решено. Но, в любом случае, я считаю, что разговаривать об этом должны люди, заинтересованные в переезде. Присутствие других будет лишним. Вы все решите сейчас для себя. Готовы ли вы к переезду? Кому это не интересно, прошу уйти.

Тот усмехнулся и ответил:

— Я с радостью переберусь на новое место, замучился уже бодаться с нашими замшелыми старшинами, устал от них.

Честно сказать, он меня удивил. Но виду я не подал. Вместо этого перевёл взгляд на Нечая (он сидел рядом с Мишаней, недовольно зыркавшего на Святозара) и Мрака, показавшего себя неплохим командиром.

Нечай, уловив мой взгляд, тут же произнес:

— На нас не смотри, куда ты — туда и мы.

На Святозара даже взгляд перевести не успел, как он начал говорить.

— Со Степаном я переговорил. Он с родней, как и Нечай, куда ты, туда и они. Да и мне, пожалуй, будет интересно в этом участвовать. Не часто увидишь, как твой ученик становится князем не только по праву рождения, а и по делам своим.

Я на это только хмыкнул и кивнул головой, показывая, что услышал сказанное, и посмотрел на бывших рабов, спросив:

— Ивана я уже знаю. А вы представьтесь сначала, а потом ответьте каждый за себя на прозвучавший ранее вопрос.

Первым заговорил весь из себя квадратный седоголовый мужик, который с жутким акцентом произнес:

— Меня зовут Рихард, я из баварских земель. Прежде, чем ответить на вопрос, согласен ли я поселиться в твоём граде, мне и моим друзьям нужно знать, есть ли возможность доставить сюда наши семьи.

— Очень сложный вопрос, однозначно ответить на него я не могу — Видя, что Рихард начал вставать, я повысил голос и произнес: — Не торопись и дослушай. Обещать однозначно не могу, но в моих силах привлечь к этому делу купцов и выделить деньги, необходимые для перемещения ваших родных. Захотят ли ваши родные переезжать и доберутся ли даже при помощи купцов, здесь я сказать и тем более что-то гарантировать не могу, потому что в дороге всякое может случиться. Поэтому вам самим придётся принимать решение, как быть. Я могу помочь только деньгами и найти купцов.

Рихард, усевшись обратно, коротко ответил:

— Этого будет достаточно, я остаюсь.

Третий их товарищ, худющий, слегка нескладный, но жилистый, ещё относительно молодой мужик кивнул и произнес тоже со странным, каким-то мягким акцентом:

— Меня зовут Никола, я серб, родных у меня не осталось, дома никто не ждёт, и я останусь.

Улыбнувшись, я перевёл взгляд на Ивана, который коротко сказал:

— Остаюсь.

Получив ответы, я закатил целую речь:

— Хорошо, тогда давайте думать, что делать, с чего начинать. И ещё, что мы можем пообещать людям, которые захотят остаться. Сначала я расскажу, как я все дальнейшее себе представляю, а потом обсудим с вами спорные моменты и выслушаем каждого из вас.

Я слегка перевёл дух, глядя, как народ сосредоточился и приготовился слушать, вздохнул и начал говорить.

— Нужно понимать, что изначально мы придём на пустое место, где нет лесов. Вокруг степь и враждебное окружение. Я сейчас говорю про кочевников-степняков для тех, кто не знает. Поэтому поселение будет разумно устраивать на каком-нибудь подходящем для этого острове или может в излучине реки, чтобы можно было на первых порах защитить своих людей и плотно укорениться. В принципе, все необходимое для того, чтобы начать, у нас есть. Для тех, кто не знает, перечислю основное. Это пять галер, полных разнообразного добра, множество пушек, куча различного оружия, продовольствие, которого по-любому хватит до осени, и надеюсь, будет достаточное количество людей. Теперь по тому, чего нет, и нужно будет добыть или изготовить. Это, в первую очередь, инструмент, чтобы насыпать вал для защиты поселения, на котором потом поставим частокол, а позже может и крепостные стены и так далее. Следующее — это лес, которого там не найти, и бревна. Это придётся доставлять. Третье, конечно же, припасы, чтобы пережить зиму и дожить до нового урожая. В этом году землю обрабатывать не будем, а вот следующей весной начнём.

Тут меня перебил Иван Байдалинов, задав вопрос:

— А твои казаки захотят делиться захваченным добром?

Ответил ему Святозар:

— Иван, Семен организовал поход на своих кораблях и снарядил его за свои средства, поэтому не думай о дурном. Раз он говорит, это значит, что его слову можно верить.

Иван кивнул, как-то по-новому на меня посмотрел и задал ещё один вопрос:

— Каким укладом будет жить новое поселение?

Тут уже я ответил:

— Жить будем казачьи укладом, но личная дружина у меня будет. И её иметь — это не моё желание, так уж обстоятельства сложились.

— Мне все любо, а дружина — это твои личные дела. Осталось понять, где возьмём лес и припасы, чем будем хаты зимой топить. А лопаты с топорами найдётся кому изготовить, за это и говорить нечего.

Говорил Иван, как командовал, и это не особо понравилось дядьке Матвею, который произнес:

— Ты, Иван, не горячись шапками кидаться и не перебивай, когда атаман говорит. А то вишь раскомандовался он.

Иван выставил перед собой руки и ответил:

— Извините, казаки, привык сам ватагу водить, вот и не избавился пока от привычки.

— Все мы тут ватаги водили. Привыкай слушать Семена и главное слышать. Он пустого не говорит. — Вставил свои пять копеек Святозар, на что Иван только молча склонил голову.

Я, дождавшись конца этих препирательств, продолжил:

— Ладно, с вопросами подчинения позже разберёмся. Пока же я всё-таки закончу говорить, что думаю. Во время пути нужно переговорить с освобожденными людьми и определиться, сколько их останется, выяснить, кто из остающихся владеет каким ремеслом, и постараться уговорить остаться как можно больше людей. Но при этом лишнего им обещать нельзя. Тем, кто будет перевозить семьи, нужно объяснить, что быстро сделать это не получится, и обязательно донести до них, что идём на пустое место и поначалу там будет непросто. Следующее, что нужно будет сделать, — отобрать людей, умеющих обращаться с оружием. Особенно интересуют пушкари, потому что, если мы не сможем себя защитить, то и начинать нечего. Собственно, это пока все, и вы можете задавать вопросы и высказывать свои предложения, у кого они есть.

Первым успел Иван, походу, этот казак из породы шилопопых.

— С бабами нужно будет что-то решать. Без баб поселения не будет. Хоть татарок каких-нибудь отбить или ногаек.

— За бабами в следующем году в Крым сходим. — Ответил Святозар, на что Иван тут же отреагировал:

— То добре, только ждать долго.

Все дружно рассмеялась, а когда успокоились, волнующие их вопросы начали задавать и другие участники совещания. А чуть позже и предложения начали высказывать. К примеру, Нечай спросил:

— А почему бы нам не купить баб в Московском княжестве? Там можно недорого сторговать.

Я аж зубами скрипнул от такой простоты и в ответ задал ему свой вопрос:

— Скажи, Нечай, как бы ты себя чувствовал, если бы вдруг кто-то отобрал у тебя твою дочку и увёз неведомо куда. А самое главное, как бы чувствовала себя эта самая дочка?

Тот как-то погрустнел и ответил-спросил:

— Тогда может стоит семьи купить, в которых много дочерей?

— Может и стоит, подумаем над этим. — Ответил я ему, поразмыслив про себя: «В принципе, почему бы и не поискать каких-нибудь сирот? Стоит над этим правда подумать.»

В итоге, совещались, обсуждали и планировали до позднего вечера, решив отправиться в дальнейший путь уже на следующий день на рассвете. Но главное, что определили, — новому поселению быть.