Кукла

Глава 17

Элеонора пожалела, что избавилась от темного мага ровно в ту минуту, когда его увела стража. Она уже было хотела вернуть мага обратно, но вмешался первый министр. Своими разговорами и поразительной осведомленностью он напугал Элеонору. Королева, конечно, и вида не подала, что напугана, но в ту же минуту напрочь забыла о Маркусе.

— Ваши отношения с темным магом за гранью моего понимания. Думаю, вы и сами уже жалеете, — нашептывал первый министр. — Все королевство в курсе. Более того, соседи тоже. Бедный принц Генрих. Не потому ли он покинул наши пределы.

Первый министр наигранно приложил ладонь к сердцу.

Элеонора ничего не знала о принце Генрихе и решила, что принц отбыл из-за слухов о ее величестве. Спрашивать у окружения было ниже королевского достоинства, поэтому Элеонора довольствовалась недостоверными фактами, представленными первым министром.

Выйдя на дворцовую площадь, королева поразилась многолюдностью.

Гвардейцев, марширующих в это время, не было, вместо них на площади толпился народ.

— Боже, храни королеву! — раздалось со всех сторон, едва Элеонора ступила на площадь.

Простолюдины кинулись на землю, а затем поднялись и под ноги королевы полетели зерна пшеницы. Неслыханная дань уважения. Элеонора смотрела и не понимала, чем заслужила такую любовь собственного народа. Не Лины ли заслуга?

— Вы такая красивая, ваше величество! — восхитилась крестьянка, и Элеонора впервые была поражена до глубины души, потому как ее слова звучали искренне.

И вообще, оказалось, что за время ее отсутствия, она стала любима не только своим народом, но и придворными.

О Маркусе Элеонора вспомнила на следующий день. Потребовала привести мага, но ей доложили, что темного мага в темнице нет. Проследовав в тюрьму, она лично обошла камеры временного содержания, но Маркуса действительно не было.

— Мы его отпустили, — вкрадчиво шептал первый министр. — Зачем нам какой-то темный маг? Клеймо на королевстве. Изгнание для него самое лучшее.

Но темного мага не изгнали и даже не отпустили. Его просто поместили в другую камеру, о существовании которой Элеонора даже не догадывалась.

Темный маг сопротивлялся, как мог, но силы были не равны. Через несколько минут его руки и ноги прикрепили к деревянному колесу. К сожалению, Маркус ничем не мог им помешать.

— Ты будешь очень долго мучиться, я обещаю, — первый министр потер поврежденную шею и отдал распоряжение повернуть колесо.

Маркус остался один в полной тишине. В отличие от камеры здесь было довольно светло, но там он мог хотя бы лечь на пол или ходить. Здесь же ему пришлось висеть без движения, да еще вниз головой.

Долго он не протянет. Или протянет? Интересно, сколько боли может выдержать человеческий организм? В голове стучали молоточки, видимо, от того, что кровь приливает. Руки и ноги надежно закреплены и натянуты до такой степени, что не пошевелиться.

"Давай же, умирай"- просил он сам себя, но не умиралось.

Очнулся он от ледяной воды. По приказу министра Маркуса вернули в вертикальное положение и окатили водой.

— Как ощущения? Готов подписать чистосердечное признание? — в вытянутую руку министра вложили свиток с обвинительным приговором.

— Пошел ты, — выдохнул Маркус, чувствуя подступающую дурноту.

— Забавно. Хочешь еще поиграть? — министр вернул свиток и сам повернул ручку колеса. Придав жертве горизонтальное положение, он отошел, но только лишь затем, чтобы вернуться со свечой. — Боишься огня? — вкрадчивым голосом спросил министр.

Маркус отрицательно покачал головой.

— А зря. Он может быть очень обжигающим. — Проведя свечой над лицом мага, министр несколько раз капнул обжигающим воском. Одна из капель упала на веко, и Маркус поморщился. — Не волнуйся, я не собираюсь тебя ослеплять, — обнадежил первый министр, поднося свечу к левой руке мага. — Просто немного поиграем, ты ведь не против?

Можно подумать у Маркуса был выбор.

Пламя свечи между тем коснулось кончиков пальцев, и Маркус вздрогнул.

Горячо и больно. Напрасно он сказал, что не боится огня. Маг попытался освободиться, но ремни, держащие запястья очень крепки. Человеку не под силу их разорвать.

Министр водил свечой от одного пальца к другому, заставляя кожу плавиться и краснеть. Маркус закрыл глаза и стиснул зубы, с трудом сдерживаясь, чтобы не закричать. Но боль была слишком велика. В какой-то момент он не выдержал и вскрикнул.

— А говорил, что не боишься огня, — первый министр убрал свечу и похлопал его по щеке. — Думаю, ты подпишешь документы гораздо раньше.

Когда все ушли, Маркус открыл глаза. Посмотрел на руку, пошевелил пальцами, сжимая их в кулак. Как же больно и горячо! Рука задрожала, а тело Маркуса пронзила судорога. Пламени уже нет, но пальцы, словно объяты огнем.

Мимо темного мага прошел простой работник, и Маркус не сдержался.

— Дай мне воды, — попросил он жалобным голосом.

Работник замер, взглянул вначале на Маркуса, затем на его руку и отвернулся.

— Пожалуйста! — простонал темный маг. — Мне очень больно. Мои пальцы. Они все еще горят. Пожалуйста!

Когда он успел пасть так низко? А ведь было время нос воротил от таких вот работников, а теперь принялся умолять. Надежда, что тот поможет, таяла с каждой секундой, но неожиданно рядом с рукой Маркуса опустилась миска с холодной водой. Не понимая, что происходит, темный маг замер, а его пальцы уже были опущены в ледяную воду.

Как же приятно! Пока работник занимался рутинными делами, Маркус охлаждал пальцы. Когда же остался один, повернул голову и большим пальцем обследовал обожженные участки. Больно от малейшего прикосновения, но жара нет. Ожог уже есть, но не такой силы, как надеялся первый министр.

Первого министра не было очень долго, и Маркус начал медленно сходить с ума.

Помощи ждать неоткуда. Лина вернулась в свой мир. Королева его ненавидит. Первый министр жаждет смерти. Скорей бы уже казнь, чтобы закончились его страдания.

Его снова окатили холодной водой. Темный маг ненадолго задремал и в этот самый момент вернулся министр.

— Как самочувствие? — обманчиво вежливо поинтересовался он. — Чем сегодня займемся? Хотел предложить подписать признание, но решил повременить. Успеется. Не правда ли?

Маркуса настораживала такая вот веселость первого министра. Не иначе как очередную гадость замышляет.

— Хотел спросить тебя о болевом пороге, — между тем продолжал мучитель, — насколько он низкий у темных магов?

— Все зависит от степени воздействия, — ответил Маркус.

— Достойный ответ, — кивнул министр, — такая степень воздействия подойдет? — С этими словами он воткнул в бедро темного мага что-то острое, а вместе с тем и болезненное. Маркус охнул от неожиданности и поднял голову. — Всего лишь игла, — улыбнулся министр, — очень острая и длинная. Но я захватил и поменьше. Ты ведь любишь острые ощущения? Не потому ли покусился на честь королевы.

Темный маг тяжело задышал, даже не пытаясь справиться с гневом, но преимущество было не на его стороне.

Первый министр взял двумя пальцами иглу поменьше и поднес к лицу Маркуса, чтобы тот видел.

— Куда бы ее воткнуть? — вслух размышлял он. — Может, в глаз, — темный маг забыл, как дышать, — нет, пока рано. Тогда может быть… — министр потянул тонкую ткань рубашки, и она лопнула, обнажив грудь Маркуса. — Прекрасное тело, стройное и мускулистое, — оценил министр, — не хватает лишь нескольких штрихов.

Схватив двумя пальцами сосок темного мага, он одним резким движением проткнул его.

Маркус вскрикнул от боли и неожиданности. Все грязные ругательства застряли в горле, а первый министр достал следующую длинную иглу. Проколов кожу на животе он провел иглу под ней и высунул кончик наружу.

Это было очень больно, но Маркус сдержался. Все время, пока министр протыкал его иглами, он молил судьбу дать ему шанс отомстить. Отплатить за боль и страдания, что ему причинили.

— Хорошо держишься! — министр похлопал Маркуса по щеке, пробудив очередной всплеск гнева и желание врезать. — Посмотрим, что ты сейчас будешь делать.

Наклонившись над обожженной пламенем свечи рукой, мучитель выбрал самый пострадавший палец и принялся медленно, начиная с кончика, запихивать внутрь иглу.

Боль была такой силы, что Маркус не выдержал. Из груди вырвался громкий вскрик, все тело напряглось и попыталось освободиться от ремней. Игла вошла еще глубже, и из глаз Маркуса хлынули слезы.

Он больше не мог. Устал. Устал быть сильным, устал притворяться, что ему все равно. Устал всю жизнь носить маску безразличия.

Он смотрел на грязный потолок, на стены, в которых, возможно, погибнет, и рыдал. Слезы градом текли по его лицу. Да, он сломался, если перестать скрывать истинные чувства означает сломаться.

— А вот теперь попробуем проткнуть глаз, — рука министра с огромной окровавленной иглой, выдернутой из бедра темного мага, зависла над лицом, — интересно, он сразу лопнет?

Зажав одной рукой кожу на лице, чтобы Маркус не мог зажмурить глаз, он резко опустил руку с иглой.

Укола, как и последующей боли, темный маг не почувствовал. Вместо этого он словно в бездну провалился.

А ведь действительно провалился. Открыв глаза, Маркус увидел, что лежит на полу в какой-то комнате. Вокруг светло, видимо, день. Встав на колени, он медленно осмотрелся. Мешала пелена слез, все еще капающих из глаз.

Проведя взглядом по комнате, он задержался на незнакомке. Светловолосая дама сидела на диване и испуганно наблюдала за ним, прижав ладонь к губам. Маркус выдохнул. Только бы незнакомка не кинулась на него, потому что больше боли он не выдержит.

Вопреки опасениям, она вдруг встала и медленно подошла к Маркусу. Его лицо было черно от грязи, а по щекам, заросшим щетиной, все еще стекали ручейки слез. Но это был он.

— Что с тобой произошло? — она протянула ему руку, помогая подняться.

Маркус молчал, не понимая, куда и зачем попал. Вся его жизнь с недавних пор разделилась на «до» и «после». И это «после» было ужасным.

— Маркус, что с тобой? — темный маг вздрогнул. Незнакомка знает его имя? — Это я, — дама приблизилась, растерянно блуждая взглядом по его лицу, — Лина.

Маркус не понимал. Вернее не мог поверить. Смотрел на маленькую светловолосую женщину и молчал, потрясенный увиденным.

— Тебе плохо? — она коснулась его лица, заботливо стирая пальцами ручейки слез с его чумазых щек. — Ты плачешь. Не надо. Теперь все будет хорошо.

Маркус всхлипнул, приходя в себя.

— Что с тобой произошло? — шептала Лина, вглядываясь его лицо. — Ты так исхудал. Когда ты в последний раз ел?

Маркус даже не помнил. В камере несколько дней назад, а после и не приходилось. Вроде бы так.

— Бедный мой мальчик! — Лина вдруг обняла его за плечи, а у темного мага словно ком к горлу подкатил. — Сейчас, подожди!

На несколько секунд выпорхнув из комнаты, она вернулась с небольшой стеклянной бутылкой. Отвернув поворотом пробку, протянула бутылку Маркусу.

— Пей! — приказным тоном произнесла она.

Темный маг протянул руку, и Лина помогла понести горлышко ко рту. Напиток оказался горькими в меру крепким. Маркус с трудом сделал несколько глубоких глотков.

— Это алкоголь, — подсказала Лина, — ты сейчас в том состоянии, когда он тебе просто необходим.

Усадив Маркуса на стул, Лина терпеливо ждала, пока он придет в себя. После половины бутылки темный маг громко вздохнул и посмотрел на Лину, словно в первый раз.

— Лина? — он словно не верил.

— Да, это я, — блондинка улыбнулась. — Что с тобой? — заботливо спросила она, и Маркус медленно поднял левую руку.

В обожженном среднем пальце торчала игла. Лина взвизгнула, испугавшись увиденного, но быстро пришла в себя. Исчезнув из комнаты на несколько минут, вернулась со странным приспособлением.

— Будет больно, потерпи, — предупредила она, — а затем ухватила инструментом за кончик иглы и ловко вытащила ее из пальца. — Все? — поинтересовалась Лина, но Маркус покачал головой.

Поднявшись, он опустил глаза вниз. Лина поняла без слов. Раздвинув полы рубашки, он вздрогнула, но быстро сориентировалась и ловко извлекла и эту иглу. Потом также ловко расправилась с другой.

Все это время Маркус терпеливо молчал, изредка потягивая холодное пиво из бутылки. Лишь слегка морщился от боли, но все было терпимо.

— Что с твоими пальцами? — Лина обратила внимание на обожженные места.

Маркус не успел ответить, а она уже брызгала спрей от ожогов и бинтовала руку.

— Тебе нужно помыться, — Лина старалась не морщиться, но запах от Маркуса шел отвратительный, — пойдем.

Маркус не сопротивлялся, пораженный местом, куда попал. Еще совсем недавно он находился в комнате для пыток, не надеясь выбраться живым, а сейчас стоит рядом с Линой в ее мире. Если это так, то его жизнь похожа на удивительную сказку.

Притащив темного мага в ванную, Лина попросила его раздеться, а сама включила теплую воду. Пока ванна набиралась, Маркус снял рубашку и штаны.

— Все остальное тоже, — потребовала Лина.

Сбросив остатки одежды, темный маг забрался в теплую воду. Казалось, прошла целая вечность, с тех пор как он купался. Лина между тем загрузила вещи в барабан и выбрала режим быстрой стирки.

— Какой возьмем шампунь? — она продемонстрировала Маркусу несколько тюбиков.

— Мне все равно, — покачал головой темный маг.

— Тогда выберем вот этот, — Лина оставила один, — подвинься вперед и откинь голову назад.

Пока она мыла ему волосы, Маркус закрыл глаза, растворяясь в волшебных ощущениях. Хвала небесам, он не умер, а просто переместился. Интересно знать, почему именно к Лине домой? Это ведь не простая случайность.

Щедро полив мочалку ароматным гелем для душа, Лина принялась натирать грязное тело Маркуса. Он не сопротивлялся, и лишь когда очередь дошла до живота, напрягся и пробормотал:

— Я сам.

Сунув мочалку в здоровую руку, Лина вышла, дабы не смущать Маркуса. Вернулась спустя несколько минут с большим белым полотенцем в руках.

— Встань, я обдам тебя с душа, — потребовала она.

Темный маг поднялся, чувствуя стыд и неловкость от собственной беспомощности. Эта женщина уже видела его обнаженным, но видеть и мыть совершенно разные вещи. Лина не знала, какую бурю чувств в душе Маркуса вызвали ее незамысловатые действия. Она просто обдала мужчину чистой водой и помогла выбраться из ванны. Вытерев грудь и спину, укутала бедра полотенцем и отвела обратно в комнату.

— Сейчас я высушу волосы. Не бойся, — предупредила она, усаживая его на стул.

Но Маркус не боялся. После ночей в сырой камере и на жутком колесе, комната Лины казалась самым безопасным местом.

Включив фен, Лина сушила темные волосы мага. Она сама наколдовала ему такие. Длинные, мягкие. Зарывшись в них пальцами, Лина массировала кожу головы.

— Тебе надо поспать, — предложила она, замечая, что Маркус начал клевать носом.

— Все нормально, — заверил маг, но глаза слипались против его воли. — Просто я боюсь, — признался он, — что проснусь и снова окажусь там.

— Все будет хорошо! — наклонившись, Лина нежно коснулась губами его щеки.

Проснувшись утром, Маркус не спешил открывать глаза. Оставалась вероятность, что обнаружит себя в королевстве, где по всем канонам ему уготована мучительная смерть. Но время шло, и ничего страшного не происходило. Пошевелив рукой, темный маг убедился, что не связан.

— Все хорошо, можешь открыть глаза, — возле уха раздался сонный женский голос.

Маркус почувствовал, как нежные пальцы осторожно касаются его щеки, и распахнул глаза.

Повернув голову в сторону, увидел перед собой аккуратное женское лицо с большими голубыми глазами. Лина предупреждала, что еще внешность полная противоположность Элеоноре, и была права. Светлые волосы всколочены после сна, на губах мечтательная улыбка, а голова покоится у него на плече.

— Привет! — Лина улыбнулась еще шире. — Что с тобой произошло? Ты разговаривал во сне.

Маркус замер.

— И что же я говорил? — осторожно уточнил он.

— Много чего, — отмахнулась Лина, — один раз я даже хотела тебя разбудить, но сестра остановила.

— Ты живешь с сестрой? — удивился Маркус. Лина никогда не рассказывала о своей жизни в другом мире.

— Она спит в другой комнате, — Лина махнула рукой в сторону двери. — Когда ты начал кричать и метаться, я испугалась, но Сэм посоветовала успокоить тебя обнимашками.

Кричать и метаться? Маркус прекрасно представлял, что мог наговорить во сне. Какое бесстыдство!

— Обнимашки помогли, ты успокоился, — продолжила Лина, вгоняя темного мага в краску, — но я хочу знать, как ты жил, пока меня не было рядом.

— Паршиво жил! — Маркус не заметил, как произнес это вслух и осекся, но, видя, что Лина ждет продолжения, добавил: — Сидел в тюрьме.

— Все это время? — Лина даже приподнялась на локте, всматриваясь в исхудавшее, покрытое щетиной бледное лицо мага. — Почти две недели? — Вот черт! Он и не знал, что прошло столько времени. — Они сильно тебя мучили?

— Крови попили достаточно, — лаконично ответил Маркус.

— Они тебя били? — испуганно округлила глаза Лина.

— Не совсем. Скорей это были психологические методы воздействия.

Маркус сжал зубы, стараясь не выдать истинные чувства.

— А иглы и ожоги? — напомнила Лина.

— Это лишь самое начало, — темный маг горестно усмехнулся. — Первый министр столько всего запланировал на мой счет. Представляю досаду, когда я вдруг исчез. Ему хотелось увидеть, как я рыдаю и молю пощаде, и он сполна насладился представленным зрелищем. В какой-то момент я действительно поверил, что умру. И в этот самый момент вдруг переместился к тебе.

— Горион не обманул, — Лина с нежностью посмотрела на мужчину.

Исхудавший, с пошатнувшейся психикой он, по крайней мере, жив. А время поможет ему забыть ужасы тюрьмы.

— Кто такой Горион? — удивился темный маг.

— Старший алхимик. Вообще-то это его имя. Он сказал, что когда ты достигнешь крайней степени отчаяния, кровь притянет кровь, и ты переместишься в этот мир.

— В смысле кровь притянет кровь? — нахмурился Маркус.

Лина с Горионом договорились о чем-то за его спиной. Темный маг должен рвать и метать, но счастливое спасение не дает ему на это права.

— Я попросила сотворить заклинание, Горион обещал помочь, — Маркус немедленно потребовал подробностей. — Это какой-то особый ритуал с кровью, — пояснила Лина, — алхимик обещал явиться к тебе с зельем.

С зельем? Маркус не помнил, чтобы старший алхимик к нему приходил.

— Предположим и что дальше? — у Маркуса не укладывалась в голове история с перемещением.

— Горион сказал, если ты особенный, все получится. А если нет, — Лина помрачнела, — боюсь, в таком случае первому министру удалось бы вдоволь поиздеваться над тобой.

— Почему он решил, что я особенный? — Маркус сел в кровати. — Горион ведь и пальцем не пошевелит, если не будет уверен.

— Откуда я знаю, — пожала плечами Лина, вскакивая с кровати, — он не очень-то разговорчив.

Маркус кивнул, и собрался было последовать за Линой, но та его остановила.

— У меня сестра за дверью. Я не ханжа, но не хотелось бы смутить ее твоими прелестями. — Вспомнив, что совершенно голый, Маркус покраснел и поспешил прикрыться. — Я принесу одежду. Она должна уже высохнуть.

Когда Маркус оделся, Лина показала ему квартиру. Первым делом туалет, затем ванну. Объяснила принцип подачи воды. Научила, как чистить зубы электрической щеткой.

— Тебе следует побриться, — покопавшись в ящике, достала станок, — не новый, но достаточно острый. Умеешь пользоваться бритвой? — поинтересовалась Лина.

— Для этих целей всегда применял магию, — признался Маркус.

— Горе ты мое! — простонала Лина. — Я тебя научу.

— Сестренка, может, ты и меня побреешь? — пошутила Саманта, когда Лина уже заканчивала.

Маркус сидел, боясь пошевелиться. Манипуляции Лины с бритвой можно было смело относить к инквизиторским пыткам.

— Вот же, мелкая! — фыркнула Лина, протягивая Маркусу полотенце, а Сэм уже всматривалась в лицо темного мага.

— А ты ничего! — одобрила она. — Мышка любит таких.

— Мышка? — удивился Маркус, с интересом взглянув на Лину.

— Я в детстве очень плохо росла, поэтому меня дразнили мышкой, — улыбнулась Лина и погрозила кулаком младшей сестре.

— Будем считать, что я испугалась и отстала от твоего мужчины, — расхохоталась Сэм, едва успев выскочить из ванной. Следом за ней полетела мочалка.

— Не обращай внимания, — подобрав мочалку, Лина повернулась к Маркусу, — она добрая, но несдержанная, — попыталась оправдать сестру, но темный маг остановил.

Коснулся кончиками пальцев ее губ, и Лина замерла, вмиг растеряв напускное красноречие.

— Спасибо, — прошептал он, — всматриваясь в незнакомое кукольное лицо Лины.

— За что? — и приоткрыла рот, когда его пальцы провели по ее нижней губе.

— За все, — Маркус собрался с мыслями. — В который раз ты мне помогаешь и в который раз я не нахожу слов благодарности, чтобы восхититься твоим великодушием. Я помню все, что ты сделала для меня. Начиная с того момента, когда исцелила. Ты не раз пыталась объяснить, что Элеонора не любит меня, а я не слушал. Даже не желал слушать. Собственно за это и поплатился.

— Маркус…,- произнесла Лина, но темный маг попросил дать ему возможность закончить.

— Находясь в тюрьме, с каждой минутой впадая в немыслимое отчаяние, я понимал, что никто мне не поможет. Но снова ошибся. Каким-то чудом тебе это удалось. Не знаю никого, кто был бы столь добр ко мне. Ты словно ангел, — Маркус улыбнулся, — и внешность у тебя ангельская. Понимаю, что не смею надеяться на большее, чем просто находиться рядом, но не в силах сдержать свое сердце.

— Ты разлюбил королеву? — волнуясь, спросила Лина.

— Я ее и не любил никогда, — темный маг сгримасничал, — просто какое-то наваждение. Болезненная привязанность, не позволявшая дышать полной грудью. Мое сердце не откликалось ни на одну женщину до тебя. Поверь мне и дай шанс доказать что люблю тебя, уже в твоем мире.

— Я верю тебе, — прошептала Лина, охваченная странным смятением.

— А теперь, когда ты мне веришь, — продолжил Маркус, — примешь ли ты меня в качестве друга, брата или мужчины. Я приму любое твое решение.

— И ты согласен делить меня с другим мужчиной, будучи в роли друга?

Темный маг горестно вздохнул.

— Мне будет тяжело, Скорее всего, даже слишком. В какой-то момент, думаю, не выдержу и покину тебя. Потому что я люблю тебя. Очень сильно.

Маркус замолчал, не зная, что еще добавить к сказанному.

— Выбери один из трех вариантов, — потребовала Лина.

— Я…, - голос Маркуса пресекся. Слишком велико искушение и так ничтожна надежда. — Братом и другом не готов.

Подавшись вперед, он заключил Лину в объятия. Голова гудела то ли от мыслей, то ли от любовного дурмана.

— Спасибо, — прошептал Маркус, но Лина не спешила так легко соглашаться.

Не в силах сдерживаться, мужчина припал к ее губам. Желание возникло неожиданно и остро. Теряя остатки разума, Маркус вжал ее в стену, а руки принялись рассеянно блуждать по телу Лины.

— Нам следует запереть дверь, — в перерывах между поцелуями пробормотала

Лина.

Маркус на несколько секунд ослабил объятия, позволяя ей повернуть ручку замка, а затем снова обнял.

— Хочу тебя, — прошептал он, чувствуя, что если она сейчас скажет "нет", все равно не сможет остановиться.

А Лина уже проворными движениями расстегивала его брюки.

— Что ты…, - он не успел договорить, как пальцы Лины скользнули по его обнаженной плоти. Маркус охнул, пораженный силой и неистовостью желания.

— Нам следует использовать такую штучку. Тебе не понять, но в современном мире это в порядке вещей.

Приподнявшись на цыпочках и пошарив в шкафчике, Лина выудила на свет упаковку презервативов.

— Что это? — недоумевал маг.

— Доверься мне, — попросила Лина, и, опустившись на корточки перед ним, разорвала фольгу.

— Иди ко мне, — Маркус протянул обе руки, и Лина охотно подалась вперед.

Времени на долгие прелюдии не было. Оба были уже на грани взрыва. Помогая себе с одеждой, Лина облегчала задачу Маркусу. Мужчина ловко поднял ее хрупкое тело на руки и больше уже не смог остановиться.

Неистовое желание охватило обоих, заставляя буквально задыхаться от страсти. Едва сдерживая стоны, потому что в квартире все еще находилась Сэм, Лина дернулась и обмякла на руках Маркуса.

— Черт, больно! — выдохнул он, только сейчас ощутив боль в обожженных пальцах, и поставил Лину на пол.

Сам он едва держался на ногах и тяжело дышал.

— Эта штука от зачатия? — уточнил он пересохшими губами.

— Современные женщины планируют беременность, — усмехнулась Лина.

Она отвела его на кухню, чтобы напоить ароматным чаем. К кофе Маркус пока не готов, а вот насладиться вкусным напитком с фруктовым ароматом, пожалуйста. Взяла Маркуса за здоровую руку и заглянула магу в глаза. Он ответил взглядом, полным благодарности и восхищения.

Еще бы, такие женщины в королевстве были редкостью. Чаще всего хладнокровные жеманницы. Ради одного единственного поцелуя готовые истерзать израненное сердце влюбленного господина. А Лина не такая. Отдалась ему, даже не надеясь на продолжение отношений. Глупая! На что только рассчитывала. А если бы он никогда не попал в ее мир?

— Так значит, ты и есть мужчина моей сестры в другом мире? — На кухне Сэм безо всякого стеснения уставилась на темного мага, вогнав его в краску. — Недурен собой, — оценивающе прищелкнула языком и потянулась было ближе, но Лина фыркнула "не перегибай палку" и Саманта угомонилась.

Села на стул, но со своего места подмигнула встревоженному Маркусу. Ему сейчас ну никак не было дела до мелкой. Недавнее спасение, а теперь еще любовный акт, которому они предались с Линой безо всякого стеснения, пошатнул его уверенность.

— Что случилось? — Лина, заметив скованность Маркуса, пододвинула ему блюдце с печеньем. — Кушай. Тебе нужно много сил, чтобы все забыть.

Они многозначительно переглянулись. Лицо мага подернула судорога. Вспомнив все ужасы тюрьмы, он был безмерно благодарен судьбе, что та сжалилась над ним и перенесла его к любимой.

Находясь на волоске от смерти, Маркус не один раз возвращался мыслями к Лине. Почему-то ему казалось, что вернувшись в родную стихию, она забыла о нем. Каково же было его удивление, когда Лина предстала перед ним не в образе темноволосой королевы, а маленького белокурого ангела.

Ангела, который не только его не оттолкнул, а по мере сил попытался помочь. Маркус вспомнил себя рыдающим и абсолютно сломленным. Еще вчера. А сегодня он спокойно сидит на кухне, до этого занявшись любовью с женщиной. Той самой, благодаря которой избежал ужасов тюрьмы.

Маркус с интересом оглядел комнату, в которой находился. Желтые стены, коричневый потолок, в тон ему коричневая скатерть на столе. Темный маг чувствовал себя чужим в этом мире, но в тоже время был несказанно рад, что находится здесь, а не на колесе с первым министром.

— С тобой все в порядке? — поинтересовалась Лина, и Маркус вздрогнул.

Удивительно, но он без труда привык к необычной внешности его избранницы. Белокурая, маленькая, а какой наивный взгляд. Сущий ребенок.

Элеонора не была такой. Холодная и расчетливая, королева не делала лишнего шага, если тот был не обязателен. Маркус только сейчас понял, как устал от ее прагматичности.

— Все хорошо, — темный маг растянул губы в неуверенной улыбке.

Сэм ушла, позволив им спокойно и без стеснения поговорить. Сестренка Лины хоть и юная, но достаточно сообразительная. Магу такие нравились. Он уже представил себя в роли наставника, а в роли супруги представилась Лина. Испугавшись собственных мыслей, он еще раз внимательно посмотрел на девушку напротив.

Понятное дело, что он лишил королеву будущего. Королеву, но не Лину. По долгу чести он обязан жениться именно на Элеоноре, только ей не по нраву неравный брак. А Темный маг и не против. Наблюдая за Линой, совсем забыл о надменной королеве.

— Я рад, что сейчас с тобой, — Маркус отхлебнул чая, и его буквально захлестнул восторг от чудесного вкуса напитка. Божественный нектар. Не иначе.

— Я тоже, — Лина смущенно улыбнулась.

Испытывая чувство любви первый раз в жизни, Лина не знала как реагировать на желания, проснувшиеся так некстати. Пообещав себе никогда не заводить семью, она возжелала ее завести с Маркусом.

— Пошли, посмотрим твои раны, — она потащила его в большую комнату и принялась с дотошностью алхимика изучать его порезы и ожоги.

— Все хорошо, — Маркус попытался было увернуться, но получил недовольный взгляд Лины и смирился с неизбежным.

Потом, когда с перевязкой было покончено, Лина позвала темного мага на прогулку.

— Одежда, конечно, ужасна, но мы купим по дороге что-нибудь приличное.

Маркус упрямился, потому что решительно был против, чтобы на него тратили деньги, но Лина не реагировала на возмущения.

Едва выйдя за порог дома, темный маг обомлел. Его взгляду представилась удивительная картина. Высокие дома из одного из которых они только что вышли. А до этого долго спускались на лифте. Маркус пообещал себе ничему не удивляться, но туту не удержался

— Ничего себе! — с восторгом выдохнул он.

— Пошли! — радостно рассмеялась Лина. — Накупим тебе много красивых вещей.

К слову сказать, они купли самое необходимое. Оценив вкус Маркуса в одежде, Лина купила ему черную рубашку и черные брюки. Раскрасневшись от покупок, потащила Маркуса в магазин мобильных телефонов и прикупила современный смартфон.

Первым забила в память свой номер. Назвала "любимая" и протянула Маркусу.

— Нажав сюда и проведя пальцем, сможешь всегда мне позвонить, — улыбнулась

она.

Темный маг посмотрел в телефон.

— Вы используете такие же буквы как мы! — удивленно воскликнул он, а Лина только улыбнулась.

— Мы очень похожи, хотя ты упорно ищешь различия, — заявила она.

Пообедать Лина позвала Маркуса в кафе.

— Что желаете? — к столику, за которым сидели двое, поспешил официант. Лина озвучила заказ.

— Попробуй, это намного лучше того, что подавали в замке королевы.

Маркус взял вилку. Событий сегодняшнего дня хватило бы на всю его жизнь. Вначале они ехали в странном приспособлении, именуемым лифтом. Затем вышли на улицу со сплошным потоком машин. Маркус старался держаться на уровне, поэтому во всем полагался на Лину.

Подождав, пока загорится зеленый, они перешли улицу, а дальше началась круговерть. Сплошные потоки магазинов. После посещения трех Маркус уже ничего не соображал. Просто повиновался словам Лины, чтобы не выглядеть глупцом в чужом мире. И вот сейчас, когда его женщина предложила попробовать незнакомое блюдо, темный маг вооружился вилкой и ножом.

Пробовать, так пробовать. Он ко всему готов.

— Ну и как тебе? — поинтересовалась Лина, когда он отправил в рот нежнейший кусочек мяса.

— Восхитительно! — негромко воскликнул Маркус и, словно городской бродяга, с жадностью набросился на еду.

Последующие несколько дней Лина помогала Маркусу привыкнуть к новой жизни. Темный маг очень старался, но отсутствие магии выбешивало, а незнакомые предметы приводили в недоумение.

— Я очень рад, что здесь оказался, — признавал Маркус, — но этот мир такой сложный!

Лина заливисто смеялась и тащила Маркуса по новым неизведанным местам. Заглянув в парикмахерскую, она посоветовала магу распроститься с роскошной шевелюрой. Маркус и сам понимал, что длинные волосы в новом мире не пользуются популярностью.

— Заново воссоздам с помощью магии, — буркнул он и послушно сел в кресло.

— Вау! — воскликнула Сэм, когда они вернулись после прогулки. — А ты трижды красавчик! — она щелкнула пальцами.

Маркус смутился и отвернулся. Темный маг не привык к комплиментам, особенно относительно собственной внешности.

— А что будешь делать, когда тот другой заявится? — продолжала донимать Саманта.

Под "тем другим" сестренка имела в виду Энтони, который, как известно, был влюблен в королеву.

— Кто другой? — насторожился Маркус, и Лина поспешила вывести Сэм из комнаты и пояснила:

— Пока я была с тобой в замке, королева жила здесь. Вернее не здесь, но в хорошем месте. И за это время Элеонора завела романтические отношения с одним удивительным мужчиной.

— Таким уж и удивительным? — нахмурился Маркус. Восхищение его Линой незнакомцем ему совсем не нравилось. Маркус с недавних пор начал считать Лину своей собственностью и ужасно ревновал.

— Энтони очень добрый, — призналась Лина. — Он помог мне, даже когда узнал, что я уже не королева.

— Значит, он лучше? — Маркус скрестил руки на груди. Ему очень нравилась одежда, которую купила ему Лина, но очень не нравился разговор, который они начали с подачи Сэм.

— Ты самый лучший! — Лина рассмеялась и прильнула к магу. В тот же миг Маркус растаял.

— То-то же, — самодовольно усмехнулся он, крепко обнимая Лину за плечи.

— Как думаешь, как долго продлится это счастье? — она подняла на него голубые глаза. Словно в душу заглянула.

Маркус нахмурился. Прошла неделя с тех пор, как он попал в этот удивительный мир. Благодаря возлюбленной, которую боится назвать своей супругой, потому как может в любой момент исчезнуть. Перенестись обратно в проклятое средневековье со зверскими пытками и драконовскими методами правления.

Маркус не хотел возвращаться. Всеми фибрами души мечтал остаться с Линой навсегда. Но разве такое возможно? Разве судьба будет с ним настолько милосердна, что позволит остаться?

— Не знаю, — Маркус вздохнул и погладил Лину по светлым волосам. — Готов полжизни отдать ради одного часа с тобой.

— Ненужно отдавать, — он привстала на цыпочки, чтобы поцеловать своего любимого и единственного темного мага. — Ты здесь со мной и я бесконечно тебя люблю.

Постепенно дни сменялись неделями, а темный маг никуда не исчезал из приглянувшегося ему нового мира. Он уже почти освоился и привык к новой жизни. Даже научился по утрам готовить завтрак для голодных девчонок. Без магии. Как обычный человек.

— Что ты выберешь? — подшутила над ним Лина, когда они вечером медленно возвращались домой. — Мир без магии или без меня?

— Без тебя точно не смогу, — на полном серьезе признался Маркус, и это была истинная правда. Он настолько прикипел сердцем к этой женщине, что уже не видел жизни без нее. — Только ты одна была добра ко мне и полюбила такого, какой я есть.

Медленно, держась за руки, они возвращались домой.

— Помню свое удивление, когда отбросив к стене, ты принялась меня лечить, — Маркус усмехнулся. — Королева не способна на такое милосердие. Я уже тогда был покорен тобой. Одним лишь этим поступком.

— Как мало тебе надо для счастья! — Лина вдохнула напоенный сладкими ароматами цветов воздух.

— Только ты, — Маркус вздохнул и добавил: — И я. И весь этот мир.

Возле дверей дома их уже ждал высокий мужчина в длинном светлом плаще. Услышав шаги, он неспешно обернулся.

— Горион? — удивленно воскликнула Лина, почувствовав как сильно забилось ее сердце, предчувствуя неладное.

— Старший алхимик, — Маркус уважительно склонил голову, но сердце тоже пропустило несколько ударов.

Через четверть часа они все сидели в гостиной. Маркус с Линой расположились на диване, Горион в кресле напротив.

— Хотите чаю? — предложила Лина, но алхимик отказался.

— Вы за мной? — поинтересовался Маркус с замирающим сердцем. Не верилось, что прекрасная сказка закончилась.

— А ты пойдешь со мной, если отвечу, согласием? — вместо ответа уточнил алхимик.

— Нет, — покачал головой Маркус. — Хочу остаться здесь, — он протянул руку, судорожно сжимая ладонь Лины, — с этой женщиной. Даже, если скажете, что скоро умру, все равно не соглашусь вернуться.

— Ты не похож на тяжелобольного, — критично заметил Горион и повернулся к Лине. — С каких пор он стал таким упрямым?

— Я всегда был таким, — поторопился ответить Маркус.

— И столь несдержанным, — укоризненно покачал головой старший алхимик, с интересом рассматривая мага.

Маркус изменился. Новая прическа, больше подходящая к особенностям этого мира, одежда, даже взгляд стал другой. Определенно жизнь на земле благотворно влияет на него.

— Я не пойду с вами, даже если потащите силой, — заупрямился Маркус.

— Я не собираюсь тащить тебя силой, мальчик мой, — смягчился Горион, — наоборот, я собираюсь оставить тебя в этом мире.

— Вы…что? — темный маг не верил своим ушам.

— Ты принадлежишь этому миру, и не мое право лишать возможности жить на родной земле, — Горион посмотрел на Лину. — Этот ребенок очень беспокоился о тебе. Можно сказать, это она натолкнула меня на мысли о заклинании.

Маркус не знал, что и сказать. Неужели это происходит с ним. Наяву. Неужели судьба сжалилась над ним, позволяя остаться с любимой женщиной. Темный маг взглянул на Лину с нежностью, и она ответила на его взгляд теплой улыбкой. Они бы так и продолжали пялиться друг на друга, но Горион тактично кашлянул.

— Прошу прощения, что прервал, но у меня не так много времени, чтобы…, - он снова кашлянул.

Маркус извинился и посмотрел на алхимика.

— О чем это я? — напомнил себе Горион. — Лина еще будучи в теле королевы попросила меня провести обряд. Заклинание крови. Слышал о таком? — Маркус отрицательно покачал головой. — Тогда слушай, — старший алхимик с достоинством погладил свою седую бороду. — Этот старинный обряд срабатывает в одном единственном случае. В твоем он сработал. Но я был в этом уверен. Ее кровь, — Горион указал на Лину, — позволила мне создать зелье, которое я ввел тебе.

— Мне? — изумлению темного мага не было предела. — Когда же вы успели?

— Крыса, — усмехнулся алхимик, — трансформация определенно мне удалась.

При упоминании большой черной крысы Маркус вздрогнул. Вспомнил мрачную камеру, отчаяние и болезненный укус. Бедро у него еще долго болело и гноилось. Неужели это был Горион?

— Еда в камере была отвратительная, — покачал головой старший алхимик, — но я больше ничем не мог тебе помочь.

Темному магу стало нечем дышать. Они столько для него сделали: Лина, Горион. А он даже их не поблагодарил должным образом.

— Вы даже не представляете величину моей благодарности!

Маркус тотчас встал, опустился перед Г Орионом на одно колено и склонил голову. Лина с удивлением смотрела на темного мага. В камере произошло нечто из ряда вон выходящее раз Маркус не в силах сдержать эмоции.

— Встань, — твердым голосом произнес Горион, — и выслушай всю правду.

Маркус поднялся и снова сел на диван к Лине. Та сжала его пальцы, выказывая поддержку, и темный маг был ей за это благодарен.

— Наш мир вовсе не такой волшебный, как считают многие. В нем нет места волшебству, — Лина и Маркус с удивлением уставились на алхимика, а тот с достоинством продолжил: — Вся магия к нам пришла из этого мира. Твоя мать, Маркус, попала в наш мир в положении.

— Вы хотите сказать, что она пришла отсюда? — переспросил Маркус, хотя ответ был очевиден.

— Совершенно верно, мальчик мой, — кивнул Горион, — через несколько дней родился ты, а ее мы, к сожалению, не сумели спасти. И у тебя были магические способности. Впрочем, как и у всех переселенцев из этого мира. Все маги или другие волшебники, обладающие магическими способностями, попали в наш мир отсюда, — старший алхимик обвел взглядом пространство вокруг. — Вспомни Лину. Оказавшись в теле королевы, она обрела силу.

— Но с ее уходом сила не исчезла, — напомнил Маркус, с трудом веря во все сказанное.

Горион только печально улыбнулся.

— Она и не должна была исчезнуть, — продолжил он. — Однажды пробудившись, сила остается навсегда. С носителем. А переселенец из другого мира, пробудивший ее, возвращается к себе. Да, это несправедливо, но помогает нам поддерживать необходимое количество магов. Но твоя мать была не такая. Она попала не в чужое тело, а переместилась к нам сама. Она была особенной. И ты вырос таким. Лина пришла ко мне в отчаянии и умоляла помочь тебе, когда ее не будет рядом.

Лицо Лины загорелось от стыда. Горион слишком прямолинеен, если не сказать больше.

— Тогда я решил использовать этот шанс, — старший алхимик покачал головой. — В жилах королевы текла кровь, смешанная с магией. Магией настоящей Лины. Той самой магией, что и у тебя, ведь вы принадлежите одному миру. Сожалею, что раньше не удалось провести ритуал, а потом ты уже был в камере. Я должен был попытаться помочь, потому что знал, какие пытки тебе уготованы.

Маркус закашлялся, чувствуя подступающий к горлу колючий комок. И когда, спрашивается, он стал таким сентиментальным?

— Я превратился в крысу и отыскал тебя. Укусил, тем самым впустив в тебя магическую кровь. Она должна была в минуту отчаяния привести тебя к ней, — Горион посмотрел на Лину. — И ведь привела.

Привела. Маркус вспомнил, как рухнул на пол в гостиной. Рыдающий, на грани отчаяния, но живой. Переместился в другой мир и считал это чудом. А это вовсе не чудо. Это любовь.

Любовь маленькой женщины, похожей на ангела, спасла ему жизнь. Позволила обрести будущее. Только рядом с ней Маркус впервые почувствовал себя живым.

— Есть еще кое-что, — добавил Горион. — Ты полюбил ее не случайно.

Темный маг и Лина одновременно вскинули брови.

— К сожалению те, чьи души впустили в себя магию, не способны на любовь. Они не способны полюбить никого, принадлежащего нашему миру, — в ответ на изумленные взгляды пояснил Горион. — Поэтому, видя твою болезненную страсть к королеве, я не понимал, как это произошло. Но с появлением Лины все встало на свои места. Ты тянулся к Элеоноре, потому что чувствовал приближение родственной души. На интуитивном уровне. А с появлением переселенки из другого мира ты уже не смог сдерживать свои чувства.

Маркус потупился и покраснел. Как оказывается все запутанно. Другой мир, любовь. А ведь действительно, его всегда смущало собственное равнодушие к противоположному полу. Он даже однажды задумался, что если ему по вкусу мужчины. Но они тоже не нравились. А все дело получается в женщине. Он нашел нужную ему и жизнь наладилась.

— Но есть еще одна проблема, — добавил Горион.

Темный маг вздохнул. В чем, в чем, а в наличии проблемы он как раз-то и не сомневался.

Если ты останешься здесь, кто-то должен вернуться в наш мир. Закон сохранения энергии. Пустое пространство нужно чем-то заполнить.

— И что это значит? — не понял Маркус.

— Если не найдешь кого-то, кто захочет вернуться в наш мир вместо тебя, мне придется забрать тебя. У вас есть такие люди?

Горион обвел взглядом притихшую парочку.