«Балканский фронт» холодной войны: СССР и югославско-албанские отношения. 1945-1968 гг.

Предисловие

В период с 1945 по 1968 г. югославско-албанские отношения прошли несколько этапов, отмеченных различными формами как сотрудничества, так и идеологического противостояния. Обе стороны по-разному воспринимали друг друга, взаимные отношения и перспективы их развития, с одной стороны, и роль великих держав в мировых делах, их влияние на отношения между Белградом и Тираной, с другой. Несмотря на бремя многолетних конфликтов и столкновений, на ограничения, обусловленные политикой великих держав, мерявшихся силами на Балканах, отношения между Югославией и Албанией благодаря сотрудничеству югославских и албанских коммунистов в ходе Второй мировой войны приобрели после ее окончания особый характер. Несмотря на то что тесные связи двух коммунистических партий обусловили близкие межгосударственные отношения Тираны и Белграда после 1945 г., предшествующие десятилетия противоборств и разногласий оказали влияние на сохранение ряда непростых проблем, актуальность которых в последующем оказалась предопределена корреляцией противоречивого исторического опыта и недавних в тот момент процессов на Балканах в годы Второй мировой войны и их результатов. Это поставило перед историками ряд вопросов, на которые мы попытаемся дать ответы далее. А именно: насколько этот исторический опыт оказал влияние на достижение взаимного доверия в существенно изменившихся исторических условиях после окончания войны; влиял ли опыт многочисленных представителей прежней сербской и югославской политической и военной элит на позицию новых послевоенных государственных элит; если да, то в какой мере; как удалось абстрагироваться от еще свежих воспоминаний о роли, которую значительная часть албанского народа сыграла во время германского и итальянского оккупационных режимов! на территории Югославии; как представители Коммунистической партии Югославии оценивали Албанию, ее роль в международных отношениях, а также албанский вопрос на Балканах; какое влияние — по интенсивности и по сути — оказывали великие державы, прежде всего Советский Союз, на динамику и направление развития югославско-албанских отношений в конце войны и в первые годы после нее; как Запад оценивал рост влияния югославских коммунистов в Албании в конце войны и каким образом оно определило направления последующего военного и политического доминирования Югославии в период формирования межблокового противостояния на Балканах?

Первые послевоенные годы были отмечены не просто дружественными отношениями между двумя государствами, но и всесторонней помощью, которую Югославия оказывала Албании в политической, военной и культурно-просветительской сферах. В годы войны и в Албании, и в Югославии коммунистические партии обеих стран, уже во время сопротивления оккупантам и после победы над ними, установили политическую гегемонию, заняв командные высоты в своих странах. Несомненное сходство революционных перемен, начатых коммунистами в обеих странах еще во время Второй мировой войны и совершенных военными методами, свидетельствует о высокой степени предшествующего влияния югославских коммунистов на процесс основания и развития албанской компартии, а также ее трансформации в единственную реальную политическую силу в своей стране. Об этом свидетельствуют также и конфронтация Югославии и Албании с западными державами, югославско-болгарские переговоры о создании Балканской федерации и сближение Югославии с Советским Союзом. Москва, согласившись с тем, что Албания является сферой интересов Югославии, не препятствовала и тому, что ее партийное и государственное руководство оказывало влияние на развитие албанского государства и общества. Послевоенные события в свое время поставили новые вопросы перед международным сообществом и балканскими странами. Теперь же они стоят перед современными историками: как великие державы относились к идее создания Балканской федерации; в какой мере и каким образом гражданская война в Греции угрожала безопасности албанских границ и как эти события повлияли на рост югославского политического и военного присутствия в этой стране; каким образом начало холодной войны сказалось на международном положении Албании и югославском политическом покровительстве над ней?

Установление прямых контактов между советским и албанским партийным руководством летом 1947 г. знаменовало усиление советского влияния на Албанию и пропорциональное ослабление югославского присутствия. Кризис югославско-албанских политических, военных и экономических отношений наложил отпечаток и на комплекс проблем, ставших причиной конфликта, разразившегося между Югославией и СССР летом 1948 г., обострившего традиционные, но в те годы латентные, югославско-албанские противоречия. Каким же образом советское влияние на Албанию пришло на смену югославскому? Как это сказалось на югославско-албанских отношениях? Преследовала ли Югославия свои интересы в Албании, вмешиваясь в ход гражданской войны в Греции? Где проходила граница между помощью Албании со стороны Югославии и естественным стремлением последней к гегемонии в отношении соседнего государства? Каковы причины югославско-албанского конфликта и как они накапливались на всем протяжении времени, пока существовал их союз? На эти вопросы мы хотим дать ответ в этой книге.

Годы конфликта Югославии со сплотившимися вокруг Советского Союза странами были отмечены постоянной напряженностью на границе, политическими столкновениями, взаимными обвинениями, югославским сближением с Западом, разрывом регулярных дипломатических связей с Тираной и ее новыми попытками поставить вопрос о положении албанского меньшинства в Югославии. В связи с этим следует разобраться в еще одной группе вопросов: как же югославско-албанский конфликт вышел из тени; стала ли роль СССР в ослаблении и полном развале югославско-албанского союза первых послевоенных лет решающей; какова роль Албании в югославско-советском конфликте; насколько она значима; как связан конфликт между двумя государствами с попыткой поднять вопрос о положении албанского меньшинства в Югославии; как новые союзники Белграда на Балканах — Турция и особенно Греция — оценивали место и роль Албании в возможном глобальном конфликте Запада с СССР и его союзниками; как албанское государственное и партийное руководство относилось к сближению Югославии с Западом?

Уровень югославско-албанских отношений не изменился вследствие югославско-советской нормализации, наступившей после 1955 г. Усилия по сближению двух балканских государств оказались безрезультатными. Венгерская революция 1956 г. и последовавший второй югославско-советский конфликт углубили пропасть между Югославией и Албанией. В связи с этим появляется еще одна группа вопросов: почему провалились попытки нормализации двусторонних отношений между Белградом и Тираной; как Албания оценивала вектор нормализации отношений между Югославией и социалистическим лагерем во главе с Советским Союзом; влияли ли попытки югославско-албанского сближения на интенсивность эскалации албанского вопроса в Югославии в новых условиях; опасалась ли Тирана возвращения и наращивания югославского присутствия в своей стране в контексте улучшения албанско-советских отношений; была ли готова албанская партийная элита приспосабливаться к политическим изменениям в СССР?

Постепенное отдаление Югославии от обеих сверхдержав и военно-политических союзов, а также ее неспешное сближение со странами третьего мира, с одной стороны, и упорная приверженность албанского руководства закостеневшим идеологическим догмам, с другой, предопределили дальнейшее взаимное отдаление, возникновение новых идеологических, политических, межэтнических противоречий и, в частности, очередное обострение албанского вопроса в Югославии. Повторная советско-югославская нормализация совпала с советско-албанским конфликтом, расхождением между СССР и Китаем и, как следствие, сближением КНР с НРА. Установление близких связей между Пекином и Тираной знаменовало начало нового этапа югославско-албанских отношений, который характеризовался обострением межгосударственного и межпартийного противостояния, а также прекращением советского политического, экономического и военного присутствия в Албании, что не только открыло следующую главу в югославско-албанских отношениях, но и обусловило иной расклад сил на Балканском полуострове и в рамках коммунистического лагеря. И перед историком снова встают важные вопросы: каково значение югославского фактора в формировании албанского внешнеполитического курса; опасалось ли албанское руководство усиления роли Югославии в регионе; в чем причины ухудшения двусторонних отношений; усугубил ли второй югославско-советский конфликт негативное отношение албанских коммунистов к Югославии; в какой мере отрицательное отношение руководства КПК к югославскому внешнеполитическому курсу повлияло на ухудшение югославско-албанских отношений?

Вышеописанный подход к изучению феномена советского влияния на югославско-албанские отношения лег в основу этой книги, названной нами «„Балканский фронт“ холодной войны. СССР и югославско-албанские отношения. 1945–1968 гг.». Ее структура предопределена закономерностями переломной исторической эпохи, через которую прошли отношения Югославии и Албании и в течение которой СССР, как одна из ведущих мировых держав и лидер «международного рабочего движения», по-разному оценивал роль Балкан в международных отношениях и вследствие этого по-разному формулировал свой подход к странам региона. Первая часть — «Альянс (1945–1948 гг.)» рассматривает период, отмеченный интенсивным югославско-албанским сотрудничеством и одновременно определяющим советским влиянием на ситуацию в Югославии в первые послевоенные годы. «Конфликт (1948–1956 гг.)» — так называется вторая часть книги, охватывающая период противостояния Югославии и ее прежних союзников во главе с СССР. Албания в этом конфликте играла исключительно значимую роль как страна, находившаяся до этого под значительным влиянием Югославии. Третья часть, озаглавленная «Нормализация, разногласия и попытки примирения (1956–1968 гг.)», рассматривает неспокойное время, в течение которого отношения в треугольнике СССР — Югославия — Албания прошли этапы действительной и декларируемой нормализации, периодических столкновений различной интенсивности, частых попыток реального и мнимого примирения, а также долгосрочных конфликтов.

Основу данной монографии составили статьи, опубликованные ранее в российских научных журналах и сборниках[1]. С учетом прошедшего времени и новой информации, почерпнутой из современной историографии, эти тексты были нами переработаны и дополнены некоторыми новыми фактами, почерпнутыми как из историографических работ, так и из архивных материалов.

Автор выражает особую признательность сотрудникам Института славяноведения Российской академии наук Александру Александровичу Силкину и Борису Сергеевичу Новосельцеву, а также доценту Вятского государственного университета Алексею Александровичу Костину, выступившим в роли переводчиков моих докладов на российских конференциях и опубликованных на русском языке статей по теме этой книги; рецензентам книги — Анатолию Семеновичу Аникееву и Владимиру Сергеевичу Путятину, а также Андрею Борисовичу Едемскому, Татьяне Викторовне Волокитиной, Ларисе Альфредовне Аваковой и директору Института славяноведения РАН Константину Владимировичу Никифорову за дружеские советы и помощь в подготовке рукописи.

Эта книга посвящается памяти нашего дорогого коллеги и друга Андрея Леонидовича Шемякина, который в свое время познакомил нас (меня и моих сокурсников отделения истории философского факультета Белградского университета) с российской историографией и открыл путь к сотрудничеству с коллегами из России.