Ловушка для мисс Паркер

Глава 10

Если бы меня попросили пройти обратно до того переулка, где появился Алекс, я не смогла бы этого сделать даже за все богатства мира. Мы ныряли в какие-то подворотни, перелезали через завалы из досок и мусора, проходили насквозь старые заброшенные домишки. Скорее всего, Алекс вёл меня так из соображений безопасности, чтобы я ни при каких условиях не смогла бы найти дорогу, и я его за подобную предусмотрительность совершенно не осуждала. Это их мир, их тайны, и не мне в них лезть.

Наконец мы добрались до старого сарая, за скрипучей дверью которого обнаружилась лестница, круто уходящая куда-то вниз.

— Пришли, — сверкнул улыбкой Алекс и бодро потопал по ступенькам. Мне ничего не оставалось, как следовать за ним, стараясь не поскользнуться и не упасть. К счастью, корзинку с Жанин мой спаситель забрал почти сразу, а Герхард передвигался самостоятельно.

В какой-то момент мне стало казаться, что спуск не закончится никогда, но тут я уткнулась носом в спину Алекса, который ковырялся в невидимом для меня замке.

— Там, конечно, не роскошные апартаменты, — негромко говорил он, прислушиваясь к скрипу замка, — но несколько дней прожить вполне можно. Еды ты себе купила? Вода здесь есть…

— Да, меня предупредили, — кивнула я, пытаясь рассмотреть хоть что-то в колеблющемся свете старенькой лампы, которую кто-то заботливо включил для нас. — Не переживай, голодная смерть мне не грозит.

— Надеюсь, — не поддержав шутку, очень серьёзно ответил Алекс, и я в очередной раз подумала о том, что, привыкнув к безопасности за последние пять лет, пока до конца не поняла, что прежняя жизнь осталась там, в Гримхоле. Всё происходящее до сих пор казалось мне этаким приключением, интересным путешествием, призванным разнообразить мою жизнь. Наверное, сознание таким образом защищалось от окончательного понимания того, насколько всё серьёзно и опасно.

— Заходи, — тем временем Алекс справился с замком и нырнул куда-то в темноту.

Я шагнула вслед за ним и услышала, как за моей спиной с негромким скрипом закрылась дверь и тихонько щёлкнул замок, отрезая меня от остального мира.

Мой спаситель чем-то погремел в полумраке, и вскоре комнату озарил неровный свет, постепенно набравший силу и прекративший моргать. Я наконец-то смогла оглядеться и понять, где именно мне предстоит провести ближайшие несколько дней.

Небольшая, но и не тесная комната вполне могла удовлетворить и более взыскательный вкус, чем мой. Во всяком случае, она была гораздо больше и уютнее, чем чердак, на котором пару дней обитал Слоутер, чтоб ему икалось!

Чистый деревянный пол, украшенный пёстрыми домоткаными половичками, массивная кровать в углу, застеленная цветным постельным бельём и шкурами. Стол, несколько удобных стульев, шкафы вдоль стены. Аккуратная дверца, ведущая в отгороженный угол. Скорее всего, там располагались необходимые удобства. Нигде ни пыли, ни грязи, хотя я согласилась бы практически на любые условия. Единственное, чего тут не было и быть не могло — это окна: откуда бы им взяться в настолько глубоком подвале…

Герхард тут же пробежался вдоль стен, принюхался и, судя по всему, остался доволен увиденным, так как запрыгнул на кровать и, повозившись, удобно устроился на серой шкуре. Я взяла корзинку и вытащила оттуда Жанин, которая выпучила и без того круглые глаза и пыталась оглядеться, не шевелясь при этом. Задача была не из простых, но жаба справлялась.

Подумав, я пристроила её на небольшую тумбочку, притулившуюся в изголовье кровати.

Алекс удивлённо посмотрел на Жанин, но ничего не сказал: мало ли, может, это мой талисман? Ведьмы — они такие, со странностями, это же всем известно.

— Нормально? — спросил он, видя, что я уже осмотрелась. — Про это место никто почти не знает, мы его не часто используем, но вот видишь — пригодилось.

— Спасибо, Алекс! — совершенно искренне поблагодарила я. — Я была готова к какому-нибудь тёмному и сырому подвалу, а тут такая красота! Даже пыли нет, словно недавно уборку сделали.

— Ну, мы же не знаем, что когда понадобится, — было видно, что мальчишке приятна моя похвала, — вот и стараемся поддерживать чистоту. Ладно, Ванесса, я тогда тебя оставлю, а вечером или сам загляну, или кто-то из парней: Руди или Карл. Они сами откроют, но сначала, чтобы ты не испугалась, постучатся вот так…

Я постаралась запомнить условный стук и ещё раз поблагодарила сына лесника. Кивнув, он вышел, и я почти сразу услышала несколько щелчков замка. Неужели на какое-то время я в безопасности?

— А тут ничего так, симпатично, — высказался развалившийся на кровати Герхард, — тут можно жить долго, пока караван подходящий не отыщется, да, Ванесса?

— А почему тут не душно? — Жанин наконец-то получила возможность разговаривать. — Но я согласна с Герхардом, тут вполне миленько.

— Наверное, вентиляция устроена, — я пожала плечами, так как вникать в технические моменты даже не собиралась. Не душно — ну и прекрасно, а как и почему: разве это имеет значение?

Достав из сумки еду, я перекусила, фамильяры, естественно, мне активно помогли в этом непростом деле, так что я задумалась: а не маловато ли провианта я купила…

Затем я наведалась в тот самый отгороженный угол, где, к своей немалой радости, обнаружила вполне приличную раковину, отгороженный шторкой душ и прочие удобства. Было там и зеркало, которое продемонстрировало мне, что я очень вовремя скрылась в убежище. Если волосы пока не полностью вернули свой цвет, то бледность прошла, уступив место привычному загару, глаза снова были не чёрными, а светло-карими. Я практически полностью вернула свою внешность, хотя она и отличалась от той, что была мне дана при рождении. Но тут уж ничего не поделаешь: наложенная ещё дедушкой иллюзия была пожизненной и снять её было совершенно невозможно. Да оно и к лучшему, так как ежедневно видеть в зеркале доставшиеся от отца светлые волосы, голубые глаза и тонкий аристократический нос с горбинкой мне совершенно не нравилось. Наложенная же дедом иллюзия делала меня максимально похожей на родителей: тёмные волосы, карие глаза, аккуратный носик.

Вернувшись в комнату, я выпила воды, подогрев её простеньким заклинанием, и почти без сил упала на кровать. Спать хотелось неимоверно, так как ночью мне практически не удалось даже подремать. Поэтому в сон я провалилась почти мгновенно, хотя если бы знала, что меня ждёт, то постаралась бы не спать как можно дольше.

Мне снова приснился его величество Вальтер. Вот ведь: до последнего времени я его во сне не видела ни разу, а тут зачастил прямо! Что ни ночь — так он тут как тут!

Король сидел, вальяжно развалившись в кресле, и явно кого-то отчитывал, только этот кто-то стоял ко мне спиной, и я, как ни старалась, ничего не могла рассмотреть кроме плеча в форменном пиджаке. То, что это не просто одежда, а именно форма, я поняла по наличию погона с какими-то вензелями.

— Сколько можно?! — орал его величество, хотя поза располагала, скорее, к ленивому разговору, а не к начальственному рыку. Но королю — ему всегда лучше знать, как правильно, на то он и король, верно?

— Сколько я буду ждать? Вышли уже все отпущенные вам сроки, а результата так и нет! — продолжал разоряться король Вальтер. Голос, правда, звучал несколько приглушённо, словно через какую-то преграду, но слова были слышны чётко.

— Мы делаем всё возможное, ваше величество!

А вот этот голос, несмотря на помехи, я не могла не узнать: король распекал Слоутера, и я сразу сообразила, о каком именно поручении идёт речь.

— Она мне нужна сейчас! Или тебе уже безразлична судьба твоего брата, Стивен?

Повисло тяжёлое молчание, после чего Слоутер проговорил:

— Нет, ваше величество, разумеется, не безразлична. Но я действительно не могу пока с уверенностью сказать, что Ванесса Паркер — на самом деле сбежавшая Виктория. Много аргументов как в пользу этой версии, так и против неё. Я работаю над этим, ваше величество.

— Вот и работай! — слегка остыв, буркнул король Вальтер. — И помни, если через два дня Виктория не будет стоять передо мной, Жером отправится на хизарские рубежи. Там такому дуэлянту самое место, может, немного поумнеет и начнёт понимать, кого можно вызывать на поединок, а кого не стоит.

— Я вас понял, ваше величество, — ровно ответил Слоутер, после чего плечо качнулось, и меня вышвырнула из сна.

Какое-то время я лежала, бездумно таращась в потолок и пытаясь выровнять дыхание. Это что же получается? Король не просто отдал распоряжение найти меня, он банально шантажирует Слоутера? Не знаю уж, что там натворил его брат, но его величество повёл себя не лучшим образом, впрочем, по-другому наш монарх поступать просто не умел. Теперь-то понятно, что Слоутер из шкуры вылезет, но отыщет меня, даже если я закопаюсь на десять метров под землю в самом глухом лесу. Нет, надо срочно бежать в другое королевство, хоть к пустынникам, хоть в горы, хоть к северным воителям. Брата Слоутера, конечно, жалко, но он мне никто, и жертвовать собой ради его благополучия я не собираюсь.

Сон здорово выбил меня из колеи, но спать по-прежнему хотелось нечеловечески. Глаза сами закрывались, а в голове вместо планов была какая-то вата, сквозь которую добраться до более или менее чёткой мысли было попросту невозможно. Поэтому я мысленно махнула рукой на всё, и позволила себе скользнуть обратно с сон. Но кто бы дал бедной ведьме выспаться!

В этой части сна — хотя мне и первой хватило с лихвой — король отсутствовал, что уже само по себе было приятным сюрпризом. Зато был Слоутер, который о чём-то разговаривал с толстым обрюзгшим немолодым мужчиной лет сорока пяти. Я уже поняла, что сны в последнее время мне снятся исключительно по делу, поэтому прислушалась к разговору в надежде разжиться какой-нибудь ценной информацией.

— Зачем вам молодая супруга, мой дорогой Морис? — в голосе Слоутера было всё кроме интереса. Казалось, этот разговор ему давно наскучил, и он ведёт его исключительно из желания оказать любезность собеседнику. — Это хлопотно, к тому же юная прелестная жена потребует немалых финансовых вложений, согласитесь.

— Это так, — вздохнул второй, — но приказ его величества… его щедрость…

— Неужели вы действительно думаете, что его величество таким образом наградил вас за годы безупречной службы? — Слоутер добавил в голос иронии. — Боги с вами, Морис, я не думал, что вы так наивны… Молодые вдовы — всегда лакомый кусочек, вам ли не знать!

— Вы хотите сказать, Стив… — начал побледневший толстяк, — но как мне отказаться?! Его величество будет в гневе, он терпеть не может неповиновения!

— Вы всегда были мне глубоко симпатичны, Морис, — проникновенно проговорил тот, чьим словам нельзя было верить ни в коем случае, но Морис, видимо, этого не знал.

— Благодарю, Стивен, — прочувствованно произнёс он, — я тоже всегда относился к вам и к вашему брату с глубокой симпатией.

— Я готов помочь вам при условии, что о моей роли в вашем спасении никто не узнает.

— Неужели это возможно?! — толстяк молитвенно сложил руки. — Я буду вашим вечным должником!

— Я могу оформить вас казначеем в отдалённый гарнизон, такой, откуда нет выдачи даже королю, — словно обдумывая вслух варианты, пробормотал Слоутер, — года, скажем, на три. За это время девицу наверняка уже пристроят замуж, и беда обойдёт вас стороной…

— Ох, Стивен! — воскликнул Морис, чуть ли не бросаясь перед ним на колени. — Как мне отблагодарить вас?! Я готов подписать бумаги хоть сейчас!

Тут Слоутер напрягся и настороженно прислушался: было впечатление, что он заподозрил моё присутствие, но такого не могло быть, это ведь просто сон. Ну, пусть не просто, но всё равно: все знают, что почувствовать чужое присутствие с своём сне невозможно ни при каких обстоятельствах и ни при каком уровне магии. Тем не менее он что-то прошептал, и передо мной словно из ниоткуда возникла плотная стена тумана, в которой увязли и образы, и звуки. А потом я внезапно проснулась.

— Герхард, сколько времени? — хриплым ото сна и от волнения голосом спросила я, — тут окон нет, мне самой не определить.

— Около восьми утра, — зевнув во всю пасть, отозвался фамильяр, — чего ты так рано подхватилась? Делать тут всё равно нечего, так что спи, Ванесса, пока есть такая возможность.

— Ну уж нет, — я сползла с кровати и побрела в ванную, где с наслаждением умылась ледяной водой, смывая липкие остатки странного сна.

— Рассказывай, — велел чрезвычайно серьёзный Герхард, когда я вернулась в комнату. — Я же понял, что ты снова что-то во сне видела. Выкладывай, Ванесса.

Я, стараясь не упускать ни единой детали, пересказала содержание обоих снов, и фамильяры, переглянувшись, погрузились в размышления. Не стала им мешать, а нагрела воды и кинула в чашку несколько засахаренных лимонных долек.

— Значит, король вынуждает этого Стивена искать тебя, в ином случае его брату грозят какие-то неприятности, — резюмировал кот, — так-то, сам по себе, он, может, и не стал бы тебя так уж разыскивать. Но гораздо интереснее второй сон. Ты ведь поняла, Ванесса, что он делал?

— Кто? Слоутер?

У меня категорически не получалось называть мнимого контролёра именем Стивен, вот просто язык не поворачивался, и всё тут.

— Он устранял того, за кого король решил выдать тебя замуж, — пояснил кот, — ты понимаешь, что это значит?

— Пока не очень, — осторожно ответила я, — но я пока об этом мало думала.

— Он тебя защищает, Ванесса, — удивительно серьёзно заявил кот, и я даже растерялась от столь неоднозначного заявления.

— В каком смысле?

— Король собирается выдать тебя замуж за нужного человека, — начал, как маленькой, разъяснять кот, — судя по всему, за этого самого Мориса. Уж не знаю, почему именно за него, да это и не важно в общем-то. Ну а Слоутер его устраняет, отправляя в гарнизон, настолько дальний, что туда даже король не дотянется. При этом мужик абсолютно уверен, что ему спасли жизнь.

— Но король без проблем найдёт кого-то другого, — возразила я, где-то в глубине души понимая, что Герхард прав.

— А кто тебе сказал, что Слоутер не уберёт и следующего? — Герхард в упор посмотрел на меня. — Слушай, а хорошо, что мы его не прикопали в лесу, а? Так он всех кандидатов под корень изведёт.

— Но ты же понимаешь, что король не успокоится? — невесело улыбнулась я.

— Я к тому, Ванесса, чтобы ты не делала скоропалительных выводов, — свернул разговор Герхард, прекрасно понимая, что его мысль о том, будто Слоутер мне помогает, не нашла у меня должного отклика.

Наверное, мы бы ещё долго препирались, но тут послышался условный стук, а потом в замке заскрежетал ключ. Дверь отворилась, и в комнату не вошёл, а влетел Карл, встрёпанный, растерянный и при этом невероятно злой. Даже сложно было сказать, каких чувств на отчаянном лице парня было больше.

— Что случилось? — воскликнула я, бросаясь к мальчишке, который старательно прятал от меня взгляд.

— Абсолютно ничего, — раздался голос, который я меньше всего ожидала услышать здесь и сейчас.

Из темноты за входной дверью медленно проступил до боли знакомый высокий широкоплечий силуэт. Ещё два шага, и перед нам нарисовался мнимый Арчибальд Слоутер собственной персоной. Он огляделся, одобрительно кивнул непонятно кому и неожиданно подмигнул мне.

— Ну что же, Ванесса, — проговорил он, — можно сказать, что первый этап нашей игры закончился вничью. Тебе удалось сбежать, — тут в его голосе мелькнуло искреннее удивление, — ну а мне удалось тебя найти. Наверное, не побывай я тогда с тобой на ярмарке и не стань я свидетелем спасения лесника, я не знал бы, где искать хоть что-то, за что можно зацепиться. Может быть, тебе будет приятно узнать, что до тебя сбежать от меня не удавалось никому. Так что вполне можешь собой гордиться.

— Предлагаю закрепить успех и дать мне возможность сбежать ещё раз, — предложила я, лихорадочно соображая, как дотянуться до выглядящей достаточно увесистой вазы, зачем-то стоящей на столе.

— Не могу, — с почти искренним сожалением ответил Слоутер, — ставки в игре слишком высоки, Ванесса… Или я всё же могу называть тебя Викторией?

Сердце пропустило пару ударов, но я пожала плечами, надеясь, что полумрак скроет бледность и обречённое выражение глаз.

— Можешь называть хоть Матильдой, хоть Изабеллой, мне совершенно всё равно, — мне показалось, что собственный голос прозвучал достаточно равнодушно.

— Тогда собирайся и поехали, — от было расслабленности не осталось и следа, Слоутер перестал скрывать свою сущность и превратился в «королевскую гончую», наконец-то загнавшую добычу.

— Как ты меня нашёл? — я не спешила подниматься и идти: к королю я всегда успею, так почему бы не растянуть последние минуты свободы?

— Не вини своих приятелей, — Слоутер бросил взгляд в сторону скорчившегося на полу мальчишки, — они молодцы, но им со мной не тягаться. Энтузиазм и юношеская удаль всегда проиграют опыту и хладнокровию, это непреложный закон жизни, и не я его придумал. Я проследил за сыном лесника, потом за тем его приятелем, что болтался тогда неподалёку от ярмарочной площади, ну а потом чутьё подсказало, за кем нужно пойти, чтобы добраться сюда. Это мой дар, Ванесса, находить спрятанное.

— А что будет, если я откажусь с тобой пойти? — я наконец-то нашла в себе силы взглянуть Слоутеру прямо в глаза.

— Ничего особенного, — он неприятно усмехнулся, — просто я отдам приказ, и сегодня же славные юноши во главе со своим предводителем отправятся в городскую тюрьму.

— За что?! — борясь с отчаянием и желанием вцепиться в красивое лицо, спросила я.

— Ты правда думаешь, что я не найду — за что? — изумился моей наивности Слоутер. — Ванесса, это намного проще, чем ты думаешь. Но я не думаю, что обвинение, предположим, в краже или укрывании государственного преступника — это я не о тебе, если что — положительно скажется на будущем этих, все всякого сомнения, талантливых ребят. К тому же Лаура, дочь храброго Матиуса… Как ей, бедняжке, будет непросто справляться и с хозяйством, и с больным отцом!

— Я поняла тебя, — помолчав, ответила я, — ты всё правильно рассчитал, Слоутер. Или, — тут я постаралась скопировать его недавнюю интонацию, — мне правильнее называть тебе Стивеном?

— А раз поняла, то забирай своих фамильяров и пойдём, — он сделал шаг в сторону Герхарда, но тот выгнул спину и зашипел не хуже маленького разъярённого тигра.

— Не вини себя, Карл, — я сделала шаг в сторону парнишки, — ты проиграл «гончей», на твоём месте никто не справился бы.

Молча посадила Жанин в корзинку, подхватила сумку и, слыша за спиной отчаянные всхлипы, побрела по ступенькам вверх, к своему абсолютно безрадостному будущему.

На улице я остановилась и стала равнодушно рассматривать деревянную стену, так как на самом деле совершенно не представляла, куда нужно идти.

— Ты даже не попыталась кинуть на меня проклятье, — с нотками удивления в голосе проговорил Слоутер, — честно говоря, удивлён. И, не буду скрывать, подобная покорность настораживает.

— Избавь меня от необходимости поддерживать светскую беседу, — процедила я, не глядя на того, кто обманом проник в мой дом и делил со мной кусок хлеба, всё время держа камень за пазухой.

— Это моя работа, Ванесса, — так же холодно ответил Слоутер, — и я выполняю её добросовестно. Идём…

Он взял меня за свободную руку и, как маленькую, повёл через лабиринт ходов, переулков и домов с двумя, а то и с тремя выходами. Я ждала, что в итоге увижу тюремную карету, но нас ожидал самый обычный городской экипаж, каких в Корделине было достаточно много.

— К портальной башне, — скомандовал Слоутер, затолкав меня в пахнущее чужими духами и табаком нутро экипажа, — пожалуйста, Ванесса, не делай глупостей. Здешним стражникам и без того от меня досталось, не добивай их.

Я демонстративно промолчала, а Герхард посмотрел на Слоутера с таким упрёком, что тот даже смущённо кашлянул. Жанин же просто игнорировала всех, погружённая в глубокую задумчивость, граничащую с трансом.

К сожалению, Корделин действительно был не слишком большим, так что к портальной башне мы прибыли до обидного быстро. Не дав мне сказать ни слова, Слоутер вытащил нас с котом из экипажа, сам прихватил корзину с жабой и мою сумку и быстрым шагом направился к входу. Мы с Герхардом переглянулись и молча побрели вслед за «гончей».