Ловушка для мисс Паркер

Глава 13

Малая столовая, куда нас привёл очередной лакей, была таковой, видимо, исключительно для короля и привычных ко всему членов правящей семьи. По мне так этому помещению гораздо больше подошло бы определение «огромная» или «гигантская». Но так как моего мнения никто, по понятным причинам, не спрашивал, пришлось согласиться: малая так малая.

Посреди комнаты, размерами раз в десять превышающей площадь всего моего дома в Гримхоле, стоял овальный стол, за которым разместилось около десятка человек. Узнать я смогла только короля Вальтера и сидящую рядом с ним миловидную усталую женщину. Портреты императорской четы украшали парадный зал Академии, поэтому за проведённые там годы успели примелькаться.

Королева Алисия в молодости наверняка была ослепительно хороша собой: густые золотые волосы, большие голубые глаза, тонкие черты лица, изящная фигура. Сейчас она всё ещё оставалась привлекательной женщиной, но годы брали своё. К тому же мне казалось, что с таким мужем, как его величество, любая состарится раньше времени. Потому и в слегка утративших яркость глазах не было жизни, а сквозила многолетняя усталость, тщательно замаскированная под равнодушие.

Честно говоря, я опасалась реакции королевы на меня: какой же женщине будет приятно видеть незаконную дочь собственного мужа. Это как минимум навевает мысли об измене, а таковых у его величества Вальтера, я полагаю, было бесчисленное множество. Но одно дело знать о них, и совершенно другое — лицезреть, так сказать, последствия. Поэтому на королеву я смотрела с определённым опасением.

— Леди Виктория Тревил, — торжественно объявил солидный мужчина в расшитой ливрее, видимо, мажордом. — Лорд Стивен Лаверли.

Я невольно вцепилась в руку своего спутника, так как все присутствующие повернулись в нашу сторону. Слоутер, который в одной руке держал Герхарда, а во второй сжимал мою ледяную ладошку, коротко поклонился и, чуть ли не волоча меня за собой, прошёл к столу.

— Дорогая, — послышался голос короля Вальтера, — Стивена ты прекрасно знаешь, поэтому я представлю тебе только Викторию. Она дочь Ронды Тревил, ты ведь её помнишь?

— Конечно, — губы королевы тронула грустная улыбка, — я прекрасно помню и её, и Дэвида.

Вот как? Ничего себе сюрприз! Получается, что королева знала моих родителей, но как так-то? Они никогда не входили в круг придворных, откуда же это странное знакомство?

— Но Виктория ещё и твоя дочь, Вальтер, — продолжила её величество, и в её глазах я не заметила ни осуждения, ни презрения, ни ненависти.

— Иначе её бы здесь не было, — ничуть не смутился король, — но мне стоило огромных трудов отыскать её. Леонард прекрасно спрятал свою любимую внучку, даже не удосужившись поговорить со мной.

— Может быть, это потому что он не хотел, чтобы я повторила судьбу своих родителей? — я прекрасно понимала, что поступаю, мягко говоря, опрометчиво, но удержаться не могла. — Ведь их гибель на вашей совести, ваше величество?

— Я думаю, у нас ещё будет время, чтобы поговорить, Виктория, — помолчав, ответил король, — сейчас не самый удачный момент. К тому же у меня назрел ряд вопросов. Стивен, почему ты явился с котом? Это какая-то новая дворцовая мода, и я просто не в курсе?

— Это не просто кот, ваше величество, это фамильяр… Виктории, — охотно пояснил Слоутер, давая мне время прийти в себя, и я в очередной раз подумала о том, что, может быть, Герхард не так уж и неправ.

— Фамильяр? — удивлённо воскликнул один из парней, сидевших за столом и бывших невероятно похожими на короля. — Настоящий?

— Разумеется, ваше высочество, — улыбнулся Слоутер, который Стивен.

— Виктория, а можно мне посмотреть? — принц повернулся ко мне и добавил. — Раз уж нас не представили, сделаю это самостоятельно. Я Роберт, старший сын, а это, — тут он показал на почти точную свою копию, разве что на пару лет моложе, — Рауль, он младший.

— Да, я был невежлив, — хмыкнул король, глядя на принцев со странным выражением, — я не представил тебе, Виктория, присутствующих. Ну, меня и её величество Алисию ты знаешь, их высочества Роберт и Рауль представились сами. Продолжу, чтобы ты не чувствовала себя неловко.

Его величество показал на пожилого господина, весь внешний вид которого напоминал мне профессоров академии. И, как оказалось, я была недалека от истины.

— Магистр Адам Нойкрист, ректор столичного университета.

Магистр бросил на меня внимательный взгляд и поинтересовался:

— Скажите, леди Виктория, какой у вас уровень? Девятый? Десятый?

— Одиннадцатый, — негромко ответил вместо меня Слоутер, стискивая мою ладонь, которую он так и не отпустил.

— Вот как? — мне достался ещё один заинтересованный взгляд. — Но почему я не видел вас среди студентов университета? С таким уровнем вы могли бы принести немало пользы.

— Я жила далеко от столицы, — сдержанно ответила я.

— Это Леонард спрятал её куда подальше, — пояснил магистру король, — боялся, что я совершу в отношении Виктории что-нибудь непозволительное.

— Хотите сказать, что он ошибался? — я вызывающе посмотрела на короля, который невозмутимо изучал меня.

— Разумеется, — спокойно ответил он, — я уже говорил тебе, когда смог дотянуться до твоего сна, что никогда не причинил бы тебе вреда. Но к этому разговору мы ещё вернёмся, сейчас не время и не место, Виктория.

— Хорошо, но у меня, как и у вас, ваше величество, есть вопросы, и я не уверена, что все они вам понравятся.

— Смелая девочка, — доброжелательно улыбнулась королева, — вся в тебя, Вальтер. Не смотри на меня с таким удивлением, Виктория, я знала о твоём существовании давно, но считала себя не в праве вмешиваться в решения, которые принимал Леонард.

— Вы знали дедушку? — я никак не могла сложить воедино внезапно обрушившиеся на меня сведения.

— Ну конечно, — королева негромко засмеялась, — мы с твоими родителями учились на одном курсе и даже жили в одном общежитии. Следовательно, я знала и Ронду, и Дэвида, и Леонарда. Но я согласна с его величеством: это разговор не для вечернего чаепития.

— Но я должна знать!

— Конечно, Виктория, — не стала спорить королева и примиряюще улыбнулась, — мы непременно поговорим, но позже. После ужина я предлагаю встретиться в моём кабинете и спокойно поговорить. Не исключено, что часть проблем, которые сейчас кажутся тебе неразрешимыми, на самом деле — плод твоей фантазии, дитя.

— Хорошо, — подумав, согласилась я и, повинуясь ненавязчивому подталкиванию Слоутера, присела на один из свободных стульев. На второй поставила корзинку, туда же запрыгнул Герхард.

— Раз серьёзные разговоры отложены, можно нам познакомиться с твоим фамильяром, Виктория? — не утруждая себя официальным обращением, спросил старший принц. Несмотря на то, что внешне он был невероятно похож на короля, выглядел он весёлым и компанейским молодым человеком.

— Конечно, — я невольно улыбнулась, заметив, как младший принц пододвинулся вместе со стулом поближе к брату. — Это мой фамильяр, его зову Герхард. Герхард, это принцы Роберт и Рауль.

— Очень приятно, — вежливо ответил кот, скосив зелёный глаз на блюдо с румяными пышками, посыпанными сахарной пудрой.

— Он разговаривает?! — не удержался от восторженного восклицания младший принц. — Я никогда не видел говорящих котов! У магов нет фамильяров. А ты разве не маг, Виктория?

— Я тёмная ведьма, — пояснила я, — и, как у любой дипломированной ведьмы, у меня есть фамильяр. Их даже два.

— А где второй? — оба принца уставились на меня, как дети на ярмарочного фокусника. А ведь старшему уже лет семнадцать, наверное.

— Второй тоже здесь, — я сняла салфетку и вопросительно взглянула на Слоутера, который едва заметно улыбался, — но я не уверена, что будет уместно его здесь демонстрировать.

— Почему же? — присоединился к сыновьям король, и я вдруг подумала, что сейчас, в домашней обстановке, он выглядит совершенно не страшным. Нет, он наверняка и сейчас играет на публику, изображая искреннюю заинтересованность, но я почему-то не чувствовала прежней холодной ненависти к этому человеку. Да что же я за мямля такая?! Стоило королю отнестись ко мне нормально, по-человечески, и я забыла, что он — убийца моих родителей?!

— Потому что мой второй фамильяр — жаба, — пояснила я, — она, конечно, чрезвычайно воспитанная и образованная, но тем не менее…

— Извлекай уже свою жабу, Виктория, — махнул рукой его величество, — только положи на скатерть что-нибудь…

Слоутер молча пододвинул ко мне плотную льняную салфетку, и я, благодарно кивнув ему, аккуратно пересадила на ткань Жанин. При виде крупной болотной жабы со сверкающей короной на голове, все присутствующие потеряли дар речи.

— Корона? — его величество перевёл на меня задумчивый взгляд. — Мы уже знакомы с госпожой Жанин, но в прошлый раз короны не было.

— Это, как уже сказал его величество, Жанин, мой второй фамильяр, — проговорила я в звенящей тишине, обращаясь к остальным, — она… хм… она считает, что является заколдованной принцессой.

— Она тоже говорящая? — прошептал Рауль, не сводивший с жабы восторженного взгляда.

— К сожалению, да, — я пожала плечами, — нет, иногда это очень хорошо, ну а порой так себе, если честно.

— Вообще-то вы могли всё это спросить непосредственно у меня, — сварливо сообщила Жанин, лапкой поправляя корону, — говорить о присутствующих в третьем лице неприлично!

— Извини, — смутился Рауль, — просто я никогда раньше не видел заколдованных принцесс! А ты давно вот так? А кто тебя заколдовал? А за что?

Жанин, до невозможности польщённая всеобщим вниманием, переступила лапками и, моргнув, сообщила:

— К сожалению, я мало что помню, я вообще до того момента, как Ва… Виктория принесла меня домой, не знала, что могу разговаривать. На болоте, знаете ли, очень сложно найти достойного собеседника. Там и с не очень достойными тоже напряжённо, чего уж. Но я всегда знала, что принцесса, несмотря на полную амнезию. Ну, то есть я помнила, что принцесса, а всё остальное забыла. Представляете?

— А что нужно, чтобы ты расколдовалась обратно в принцессу? — с явным академическим интересом влез в разговор магистр Нойкрист. — Прости, но я, несмотря на изрядный опыт, тоже раньше не сталкивался с подобным феноменом.

— Как что?! — эмоционально воскликнула Жанин, а я в очередной раз пожалела, что не отнесла разговорчивую жабу на болото сразу же, в тот же злополучный сентябрьский день. — Нужно, чтобы меня поцеловал настоящий принц.

В столовой повисла тишина, которую не нарушало даже жужжание мухи, которая до этого момента то и дело пролетала где-то в районе огромной хрустальной люстры. Видимо, она тоже была под впечатлением от сказанного.

— Почему… кхм… именно принц? — первым отмер магистр. — Это как-то заложено в заклятье трансформации в качестве условия?

— Ну а кто ещё-то?! — Жанин с сожалением посмотрела на магистра, мол, целый ректор, а элементарных вещей не знает.

— Например, маг или колдун, — не сдавался магистр, — не вижу принципиальной разницы, так как, скорее всего, в заклятье было заложено пересечение магических потоков с учётом их искривления…

— Принц, — рявкнула Жанин, — не надо мне никаких магов и уж тем более колдунов!

— Мне кажется, нужно, я бы даже сказал, совершенно необходимо провести эксперимент, — его величество аж зажмурился от предвкушения, — поцеловать госпожу Жанин и посмотреть, что получится.

Муха перелетела поближе и устроилась на спинке стула, на котором сидел ректор Нойкрист. Видимо, она тоже не хотела пропустить такое событие: будет о чем потом рассказать крылатым сородичам.

Принцы настороженно переглянулись и с подозрением перевели взгляды на чрезвычайно довольного короля Вальтера. Судя по всему, перспектива целовать жабу, пусть даже говорящую, их не слишком вдохновляла. Поэтому они поднялись и на всякий случай отошли от стола к окну.

— Какая дельная мысль, ваше величество, — Жанин, кажется, была единственной, кого предстоящий процесс совершенно не пугал, скорее, наоборот, вдохновлял.

— Отец, ты уверен, что это хорошая идея? — осторожно уточнил Роберт на правах старшего.

— Абсолютно, — его величество потёр руки, старательно не замечая укоризненного взгляда королевы, — ну, кто из вас готов расколдовать принцессу Жанин?

— Вы не думайте, она не скользкая и пахнет исключительно болотными травами, — зачем-то сказала я и услышала, как сдавленно хрюкнул Слоутер, сделавший вид, что это был приступ кашля.

— Это, конечно, в корне меняет дело, — заметил Роберт, а потом повернулся к брату. — Слушай, я тут подумал, что её высочество Лотта, которую мне сватают, не такая уж и страшненькая…

— Это ты к тому, что целовать жабу придётся мне? — проявил чудеса сообразительность Рауль, глядя на братца без малейшей симпатии. — Я тебе потом это припомню, предатель!

— Может, она красавица? — постарался утешить младшего принца Роберт. — К тому же ты получишь совершенно незабываемый опыт.

— Вот и получай сам, — пробурчал Рауль и повернулся к Жанин, — ты не думай, я против тебя лично ничего не имею, но, знаешь, целовать жабу… это не так-то просто.

— У вас во дворце царят совершенно дремучие предрассудки, — Жанин осуждающе посмотрела на его величество, — у нас всё было по-другому… наверное. Я пока не помню, но наверняка память вернётся сразу, как только меня расколдуют.

— Ах, ваше величество, какой удивительный эксперимент, — магистр благодарно поклонился королю, — это я очень удачно заглянул к вам на чай.

— Действительно, — согласился его величество, — неожиданный поворот событий, но от этого не менее интригующий.

— Ну так что, будет принц меня целовать или нет? — Жанин от волнения покрылась бурыми пятнышками, что, честно говоря, не добавило ей привлекательности.

Роберт и Рауль переглянулись, а потом сделали слаженный шаг назад.

— А что, только принц годится? — Слоутер наконец-то перестал прятать лицо в ладонях и теперь явно был готов к подвигам.

— Ну, ты-то точно не подходишь, — фыркнула жаба, бросив на него раздражённый взгляд, — это мы ещё в Гримхоле выяснили. Так что не рассчитывай, Арчи!

— Арчи? — удивлённо взглянул на Слоутера магистр. — Мне казалось, что лорда Лаверли зовут Стивен. Разве нет?

— Это оперативный псевдоним, — поспешил объясниться Слоутер.

— Ах вот оно что! — воскликнул ректор Нойкрист, с опаской покосившись на него. — Я порой забываю, что вы у нас…

— Секретный сотрудник, — почему-то поторопился перебить его Слоутер, а король хмыкнул. — Жанин, я, хоть и не принц, но готов показать пример этим двум скромным молодым людям.

Жаба задумалась, потом окинула Слоутера с головы до кончиков начищенных модных туфель и уточнила.

— Ты собираешься меня поцеловать просто так?

— Ну не за деньги же, — ухмыльнулся Слоутер, и я не могла не признать, что это совершенно мальчишеская улыбка делала его неотразимым, — будем считать, что это мой аванс в счёт будущего похода за клюквой.

— Каким походом? — шёпотом уточнил ректор почему-то у короля.

— За клюквой, если я правильно расслышал, — так же негромко ответил его величество и переглянулся с королевой Алисией, которая с загадочной улыбкой рассматривала Слоутера, словно видела впервые. — Это такая ягода.

— Я в курсе, что такое клюква, — с какой-то обидой ответил магистр Нойкрист, — я, между прочим, вырос на севере, так что имел возможность в детстве… кхм… да…

— Ну так что? — Слоутер с улыбкой смотрел на задумавшуюся Жанин. — Целую?

— Ну, если только ради того, чтобы показать пример… — наконец-то протянула жаба и повернулась ко мне, — ничего личного, просто эксперимент, ты же понимаешь, я не претендую.

— Да мне-то что, — я пожала плечами, — пусть хоть весь лес перецелует, на здоровье, как говорится.

— Как интересно, — прошептала королева и обменялась непонятными взглядами с королём Вальтером, который, видимо, поняв, что его супруга имеет в виду, одобрительно кивнул. Вот только новых интриг мне и не хватало!

Между тем Слоутер пододвинул к себе салфетку с сидящей на ней Жанин, на мгновение поднял на меня смеющийся взгляд и, подумав, звонко чмокнул жабу в морду. Все смотрели на него, затаив дыхание, словно это не Жанин, а Слоутер был заколдованной принцессой. И всё бы ничего, но во время поцелуя жаба подёрнулась едва заметной золотистой рябью, впрочем, длилось это всего несколько секунд.

Разумеется, возмущение магического поля почувствовали все присутствовавшие в столовой, так как не магов здесь просто не было.

— Не понял, — честно сказал Слоутер, нарушая ошеломлённую тишину, — это что такое сейчас было?

— Я же говорила! Я же говорила! — заверещала Жанин. — А вы все мне не верили, думали, что я придумываю! А я всегда знала, я никогда не сомневалась!

Тут она громко зарыдала, уткнувшись в рукав погружённого в глубокую задумчивость Слоутера. Он машинально начал гладить её по спинке, отчего всхлипывания вскоре перешли в довольное урчание.

— Что скажете, магистр? — спросил король, и все взгляды тут же скрестились за ректоре Нойкристе. — Мы все видели магический всплеск, между прочим, характерный именно для магии трансформации.

— Не могу с вами не согласиться, ваше величество, — тщательно взвешивая каждое слово, проговорил магистр, — это совершенно однозначно свидетельствует о том, что мы имеем дело с чётко направленным заклятьем, которое сейчас, на наших глазах, частично отреагировало на действия лорда Лаверли. С вероятностью девяносто процентов могу сказать, что перед нами действительно зачарованный человек.

— Но почему она не превратилась? — не выдержал Герхард. — Процесс трансформации не может быть частичным, это противоречит всем законам магии.

— Видимо, условия, заложенные в заклятье, были выполнены не полностью, — выдвинул свою версию король, который выглядел сейчас по-настоящему заинтересованным, — поэтому заклятье отреагировало, но процесс не запустился. Такое возможно, Адам?

— Я никогда с подобным не сталкивался, но полностью исключать вероятность предложенной вами, ваше величество, модели не стал бы.

— Надеюсь, вы понимаете, магистр, что если процесс трансформации таки произойдёт, то выпускать из рук эту уникальную девушку мы не можем ни при каких условиях? — в голосе короля Вальтера звякнул металл, и я мысленно посочувствовала неведомой принцессе. Она, как и я, стала заложницей, пусть пока этого и не знает. Впрочем, если сравнивать с существованием в жабьем облике, то для неё, может, всё не так уж и плохо.

— Рауль! — его величество строго взглянул на младшего сына, который тяжело вздохнул, но видно было, что он уже смирился и готов повторить подвиг Слоутера.

— Она сухая и не вонючая, — еле слышно шепнул тот ему, — очень даже миленькая такая жабка…

— Спасибо, Стивен, мне стало намного легче, — с неожиданным для его возраста сарказмом ответил принц, — и почему это должен делать я, а не Роберт? Хотя чего там… он наследник, а меня не жалко…

Ворча подобным образом, Рауль обошёл стол и под пристальными взглядами всех собравшихся наклонился к Жанин. Я невольно затаила дыхание, а потом вообще забыла, как дышать, так как младший принц крепко зажмурился и чмокнул жабу где-то в районе макушки. И вот тут произошло то, чего не ожидал вообще никто.

Жаба вдруг замерцала золотыми и серебряными искрами, а потом на мгновение мы увидели симпатичную девицу лет шестнадцати. Но не успели мы выдохнуть, как мерцание возобновилось и внезапно перекинулось на ошеломлённого Рауля. Последовала вспышка, и потом мы увидели двух симпатичных болотных жаб, сидящих рядышком на столе.

— Это… это… а где Рауль?!

Наверное, теперь я могу сказать, что я видела в этой жизни всё, так как, полагаю, до этого мгновения никому не удавалось лицезреть растерянного короля Вальтера.

Но никто не успел ему ответить, так как жабки снова замерцали, на несколько секунд превратившись в младшего принца и в неизвестную девушку. И снова яркая вспышка — и две сидящих рядышком жабы.

— …! …! …!

Слоутер высказался нецензурно, но ёмко и эмоционально.

— Совершенно с тобой согласен, — заторможенно произнёс магистр, а её величество, тихо всхлипнув, упала в обморок.

— Что происходит?!

Его величество быстро справился с растерянностью, и теперь прожигал нас яростным взглядом.

— Видимо, закоротило заклинание, — попробовал объяснить происходящее ректор Нойкрист, но король не стал его слушать, а тихо — и от этого ещё более страшно — сказал:

— Всех казню несмотря на должности и отношения с правящей семьёй, если через пять минут Рауль не будет снова нормальным!

Жабка, которая принц, что-то проурчала, и Жанин повернулась к королю.

— Рауль говорит, что ему очень интересно, — перевела кваканье младшего принца Жанин, — он, конечно, хочет потом снова стать человеком, но сказал, что можно не торопиться. Только, если можно, вынесите нас в сад, он хочет попробовать поймать комара. Можно?

— Что он хочет сделать? — слабым голосом переспросила ненадолго очнувшаяся королева Алисия.

— Поймать комара, — охотно повторила жаба, и её величество снова потеряла сознание.

— Вы можете вернуть ему нормальный облик?

Король смотрел на магистра, и его левое веко нервно подёргивалось.

— Я изучаю потоки, ваше величество, но пока не очень понимаю, как нужно действовать, чтобы не навредить.

— То есть можно сделать ещё хуже?! — взревел король и швырнул в стену ни в чём не повинную чашку, которая разлетелась на мелкие кусочки.

— Я могу попробовать, — вздохнула я, — магия тут не поможет, это колдовство, основанное не на классических энергетических потоках. Но мне нужно много силы…

— Я помогу, — тут же вызвался Слоутер, — можешь использовать хоть весь мой резерв.

Я не стала ничего говорить, а всмотрелась в заклятье, пульсирующим коконом окутывающее и Жанин, и принца. Действовать нужно будет очень быстро, и при этом хорошо бы не разрушить королевский дворец. Может, и правда выйти на улицу?

— Нам бы действительно перебраться в сад, — сказала я, — но не за комарами, — тут у короля снова дёрнулся глаз, — а потому что я не могу прогнозировать выброс силы.

— Хорошо, — кивнул его величество, — делай то, что считаешь нужным, Виктория.