Ловушка для мисс Паркер

Глава 12

Какое-то время мы шагали молча, следуя за лакеем, старательно пытающимся не таращиться на меня, но потом я не выдержала и остановилась.

— Зачем ты это сделал? — спросила я, сердито глядя на «гончую».

— Ты уверена, что хочешь получить ответ на свой вопрос именно здесь и сейчас? — невозмутимо поинтересовался Слоутер, кивая в сторону прислушивающегося лакея. — Может быть, поговорим чуть позже?

— Хорошо, но я намерена получить исчерпывающий ответ, так что отвертеться у тебя не получится.

— Как скажешь, — послушно согласился Слоутер, пересаживая Герхарда с одной руки на другую. Видимо, даже для тренированного королевского сыщика держать увесистую кошачью тушку на одной руке столько времени было непросто.

— Ваши комнаты, — прошелестел лакей, останавливаясь около самой обычной двери, — ваша горничная сейчас подойдёт, госпожа… леди… госпожа Виктория.

Судя по всему, бедолага не получил чётких указаний, как ко мне обращаться, поэтому путался. Если слухи, наверняка уже разлетевшиеся по дворцу, верны, и я дочь его величества, то обращаться ко мне нужно «леди». Но, с другой стороны, меня поселили в обычных гостевых покоях, а не на королевской половине дворца. Тогда, наверное, правильнее будет просто «госпожа». Я в глубине души даже посочувствовала этому человеку, оказавшемуся в затруднительной ситуации из-за отсутствия точных инструкций, но так как своих проблем у меня было множество, то сопереживать долго не получилось.

Лакей распахнул перед нами двери, и мы со Слоутером и фамильярами оказались в достаточно симпатичных апартаментах. Из светлой просторной гостиной через открытые двери просматривались спальня, что-то типа гардеробной и ванная. Ну что же, по сравнению с убежищем, которое предоставил мне Алекс, это было просто шикарно, но я отдала бы всё, лишь бы оказаться от этой роскоши подальше. Желательно — на другом конце королевства, а ещё лучше — в соседнем государстве.

Герхард спрыгнул с рук Слоутера и принялся сосредоточенно обнюхивать двери, стены, пол и углы. Через какое-то время он устало запрыгнул на кресло и, вздохнув, сообщил:

— Сигналки всюду, Ванесса, плюс следящий артефакт вон в том углу. Звук не передаёт, только изображение.

— Кто бы удивился, — я тоже почувствовала, как разом навалилась усталость, и без сил опустилась на диван, поставив корзинку на пол. — Посмотришь потом в остальных комнатах, ладно? Присаживайся, Слоутер, в ногах, как говорится, правды нет.

— Благодарю, — отозвался он и устроился в удобном кресле напротив меня, — отдохнуть действительно не помешает.

Какое-то время мы сидели, глядя друг на друга, и молчали. У меня было слишком много вопросов, и я никак не могла решить, с какого именно стоит начать. В итоге определилась и повторила:

— Зачем ты это сделал?

— Что именно? — Слоутер прикрыл глаза, а я неожиданно заметила, каким уставшим он выглядит: у висков залегли серые тени, сильнее стали заметны морщинки возле глаз. Сейчас он выглядел старше своих тридцати с небольшим лет, если, конечно, ему действительно столько, и он не соврал в очередной раз.

— Зачем ты устранил выбранных королём кандидатов в мужья, хотя сам же меня отыскал и притащил во дворец?

— Не путай круглое с мягким, Ванесса, — неожиданно доброжелательно ответил Слоутер, — всё на самом деле очень просто. Найти того, на кого указал его величество, — это моя прямая обязанность, я не могу не выполнить приказ, понимаешь?

— Это я могу понять, — не могла не согласиться я, — у каждого своя работа. Я даже могу понять, почему ты прикинулся контролёром. Но зачем было угрожать мне, шантажировать безопасностью мальчишек, которые ничего дурного не сделали?

И тут я поняла, что Слоутер и не думал расслабляться, так как, стоило мне произнести последнюю фразу, как он резко поднял голову, и светлые глаза сверкнули.

— Ванесса, ты, как и большинство людей, видишь ситуацию исключительно со своей стороны. Тебе они помогли, но это совершенно не значит, что они — законопослушные и безобидные граждане, понимаешь? Подростковые банды есть в каждом мало-мальски крупном городке, а уж в таком, как Корделин, они обладают реальной властью.

— Ты что, хочешь сказать, что Алекс и его друзья — преступники?!

Моему возмущению не было предела, и я посмотрела на подозрительно молчащего Герхарда, который, к моему огромному изумлению, молча отвёл глаза.

— Ещё раз объясняю, — терпеливо проговорил Слоутер, — ты помогла отцу Алекса, буквально спасла его от смерти, и за это парень тебе чисто по-человечески признателен. В этой среде долг жизни — одно из немногих святых понятий. Но можешь мне поверить, если бы не это, ни один из них даже пальцем не шевельнул бы ради твоего спасения, как бы ты ни умоляла. Просто потому что им это не нужно, не интересно. В отличие от тебя я прекрасно знаю этот мир, Ванесса. Поэтому, если бы потребовалось, я легко нашёл бы повод упечь за решётку всю компанию лет на двадцать, никак не меньше.

— И почему же ты этого не сделал?

Я чувствовала, как мой мир, привычный, уютный, который я с такой любовью выстраивала последние несколько лет, трещит по швам, и тот, кто разрушал, вызывал желание если не убить его, то хотя бы выгнать. Но я не могла себе этого позволить, так как слишком много вопросов накопилось у меня к господину контролёру.

— Наверное, потому что у меня не было соответствующего приказа? — прищурился Слоутер. — На тот момент у меня было совершенно иное задание. К тому же…

— Что?

— Ты и так от меня не в восторге, зачем же мне настраивать тебя против себя ещё больше? А небольшой шантаж — это вообще не считается.

Услышав такой ответ, я даже слегка растерялась, так как понять, когда Слоутер говорит правду, а когда врёт, было совершенно невозможно.

— Этих людей… Ну, тех, которых его величество подобрал мне в качестве мужей, действительно устранил ты?

— Ну что ты такое говоришь, Ванесса? — он всплеснул руками. — Как бы я смог это сделать за столь короткое время? Да и зачем мне усложнять жизнь всем этим, вне всякого сомнения, замечательным людям? Уверен, каждый из них стал бы для тебя прекрасной партией!

Он говорил, но светлые глаза его смеялись, и я вдруг заметила, что невольно улыбаюсь ему в ответ. И вообще, как-то я расслабилась, словно и забыла, кому я обязана нынешним «счастьем».

— То есть ты здесь совершенно ни при чём? Правильно я тебя понимаю? — зачем-то переспросила я.

— Абсолютно! — Слоутер прижал руку к груди, но почему-то не к левой стороне, как все нормальные люди, а к правой. Впрочем, какое мне дело до странностей лорда Стивена Лаверли?

— Ванесса…

— Слушай, называй меня Викторией, так как имя Ванесса только для своих, я ведь тебе уже говорила, — демонстрируя чудеса последовательности, заявила я, сделав вид, что это вовсе не я только что откликалась на это имя.

— Нет уж, я буду звать тебя Ванессой, а ты можешь называть меня Слоутером, — сообщил он и добавил, — и вовсе это не дурацкое имя, а очень даже симпатичное. Это будет наш маленький секрет…

Тут Герхард, героически молчавший всё это время, закашлялся, пытаясь скрыть смех, но когда Слоутер сердито на него взглянул, лишь поднял лапы, словно сдаваясь в плен.

— Вечерний чай обычно в половине седьмого, — с явным трудом выковыривая себя из уютного кресла, сообщил Слоутер, — я зайду за тобой в шесть, хорошо?

— Хорошо, — почему-то согласилась я и, подумав, добавила, — и… спасибо, Слоутер…

— Не очень понимаю, за что, но всегда рад помочь, — он устало улыбнулся и вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Я какое-то время посидела, пытаясь осмыслить события, несущиеся словно санки во время зимнего катания с горы. Хорошо бы в результате не сломать себе шею ни в прямом, ни в переносном значении. И пусть его величество пока ведёт себя более или менее прилично, это совершенно ни о чём не говорит. Король Вальтер — хищник, а они очень часто любят поиграть с добычей прежде чем съесть её.

Но ведь добыча не обещала сидеть и безропотно ожидать смерти? Вот и я не стану. Пока даже не представляю себе, как и что следует предпринять, но покорно ждать очередного жениха я точно не собираюсь. Хорошо, что есть немного времени… Как ни странно, благодаря Слоутеру…

Пока я размышляла, в комнате появилась миловидная девушка в форменном платье и ослепительно белом фартуке с большим бантом сзади. Она представилась Лизой, горничной, и пообещала помочь мне собраться к вечернему чаю.

Пока мы знакомились, другая девушка вкатила в гостиную столик на колёсиках, уставленный тарелками.

— Его величество распорядился привезти вам обед, леди Виктория, — пояснила она, — так как вы после дороги, устали и проголодались.

— Лично распорядился? — проворчала я, чувствуя, что есть действительно очень хочется.

Девушка удивлённо взглянула на меня и слегка растерянно ответила:

— Нет, конечно! Мне приказал мистер Галвин, старший лакей, а ему, наверное, мистер Симпсон, секретарь его величества.

— Благодарю, — я виновато улыбнулась, — простите мне моё незнание, я просто никогда во дворце не жила и не в курсе, что тут и как происходит.

— Ничего страшного, леди Виктория, — поклонилась девушка и тенью выскользнула за дверь.

Значит, для обслуживающего персонала я всё-таки «леди», а не «госпожа». Но это говорит только о том, что у его величества Вальтера на меня далеко идущие планы.

— Знаешь, Ванесса, — раздался голос Герхарда, когда я отодвинула столик, на котором еды существенно поубавилось, — а Арчи не так плох, как нам сначала казалось…

— То есть он уже Арчи? — я не верила своим ушам. — Стоило ему подержать тебя на руках, и он сразу перестал быть потенциальной жертвой несчастного случая, а стал Арчи?! Вообще-то, если ты внимательно слушал, он лорд Лаверли, а никакой не Арчибальд Слоутер.

— Он смог не только разогнать тех, кого приготовил тебе король, но и сделал это так, что мы ни о чём не догадались!

Фамильяр был явно впечатлён способностями Слоутера, и мне, в общем-то, было нечего ему возразить.

— Может, тебе поговорить с ним, а? Объяснить всю ситуацию и попросить помощи? — кот смотрел на меня абсолютно серьёзно, и я поняла, что он не шутит, а действительно рассматривает этот вариант.

— Он «гончая», Герхард, как он мне поможет? Если король прикажет, он снова меня найдёт, куда бы я ни спряталась, неужели ты этого не понимаешь?

— Мне кажется, тут ты не права, Ванесса, — фамильяр дождался, пока я усядусь на диван и запрыгнул мне на колени.

— Да и с чего бы ему мне помогать? — я вздохнула, как никогда остро ощущая своё одиночество. Да, у меня были Герхард и Жанин, но это не совсем то. Порой не хватало обычного человеческого тепла, и я почему-то вспомнила последний вечер дома, уютное чаепитие на кухне. Воспоминание причинило неожиданно сильную боль, и я решительно тряхнула головой, отбрасывая никому не нужные сожаления.

— Ты действительно не понимаешь, почему он тебе помогает? — недоверчиво спросил Герхард и переглянулся с Жанин.

— А ты хочешь сказать, что понимаешь?

— Вообще-то, мне кажется, что ответ очевиден, — фамильяр с искренним недоумением посмотрел на меня, — но, судя по всему, не для всех.

— Ты можешь ответить нормально? — рассердилась я.

— Могу, — пожал пушистыми плечами кот. — Ты ему нравишься, Ванесса, и это очевидно всем кроме, собственно, тебя. Хотя ты всегда казалась мне достаточно сообразительной.

— Ты бредишь? Нравлюсь? Я? Слоутеру?? Какая великолепная чушь! Если бы это было так, он наверняка дал бы мне понять, что… интересуется мной.

— Ага, — Герхард чуть ли не пальцем у виска покрутил, — как ты себе это представляешь? Он и так тебе миллион намёков сделал, и их поняли даже мы с Жанин. Только ты почему-то изображаешь слепую, глухую и недалёкую.

— Не желаю даже обсуждать эту нелепую теорию, — я решительно поднялась с дивана, стараясь не думать о том, что Герхард может быть прав, потому что эта мысль неожиданно не вызывала в душе ничего кроме непонятного смущения. Не было ни злости, ни раздражения, ни страха… лишь интерес и странное предвкушение.

— Ну и не обсуждай, — покладисто согласился Герхард, спрыгивая с дивана и направляясь к двери. — Пойду наведаюсь на кухню, ну и, может, по пути что интересненькое услышу.

— А я подготовлюсь к встрече с принцем, — заявила Жанин, — Ванесса, будь любезна, принеси мне крем, тот, в синей баночке, который ты сварила для меня тогда, летом.

Я покачала головой, но поняла, что разубеждать в чём-нибудь жабу совершенно бесполезно, поэтому просто принесла ей требуемое. А сама прилегла на диване, где ещё недавно сидел Слоутер, и задремала.

Интересно, я доживу до того светлого дня, когда смогу просто уснуть и не видеть во сне никаких предсказаний, подсказок или картин прошлого и будущего. А то как-то в последнее время мне всё время пытаются что-то продемонстрировать. Вот и сейчас я словно перенеслась в большую, элегантно обставленную комнату, которая была мне абсолютно незнакома. Светлая мебель, затянутые изумрудным шёлком стены, яркие пятна картин, пушистый ковёр на полу. Совершенно ясно было, что владелец этого помещения не испытывает ни малейшего недостатка в финансах, и при этом обладает утончённым вкусом. Это была приятна неожиданность, так как обычно у людей есть либо деньги, либо чувство стиля.

— Это моё окончательное решение, Адель, — в поле моего зрения неожиданно появился Слоутер, — и будь справедлива. Я никогда ничего тебе не обещал, более того, предупреждал, что между нами не может быть ничего серьёзного. И ты говорила, что тебя всё устраивает!

— Да! — в голосе женщины, которая обнаружилась у огромного, в пол, окна, звенели слёзы. — Но я надеялась, Стивен!

— На что? — Слоутер страдальчески поморщился. — Только не рассказывай мне о большом и светлом чувстве, Адель.

— Но почему?! — женщина молитвенно прижала руки к пышной груди, и в свете ламп хищно сверкнули несколько явно очень дорогих колец.

— Ты точно хочешь услышать ответ? — тёмная бровь Слоутера иронично выгнулась. — Хорошо подумай прежде чем ответить, дорогая…

— Конечно, хочу! Я уверена, что это какое-то недоразумение, и твоё скоропалительное решение вызвано какими-нибудь нелепыми слухами или сплетнями!

— Хорошо, Адель, но запомни, ты сама этого захотела, — Слоутер остановился посреди комнаты и заложил руки за спину, отчего сразу стал похож на молодого и красивого университетского профессора.

— Граф Орельен Локвуд, — негромко начал он, а женщина на секунду замерла, но быстро пришла в себя.

— Он деловой партнёр батюшки, ты ведь прекрасно это знаешь, Стивен! Он частый гость в нашем доме…

— Лорд Майло Рочестер, — по-прежнему невозмутимо продолжил Слоутер, — только не говори мне, что и он связан с твоим родителем деловыми отношениями. Всем прекрасно известно, что они терпеть друг друга не могут и только и ждут повода для дуэли.

— Он… Он просил моего совета в очень личном деле… — неведомая мне Адель была спокойна, лишь алые пятна на красиво вылепленных скулах выдавали её волнение. — У него появилась сердечная привязанность, и ему был нужен дружеский совет. Не могла же я отказать в помощи несчастным влюблённым!

— Неплохая версия, — подумав, согласился Слоутер, — и я даже не буду спорить с тем, что приватные номера в «Серебряной короне» — наиболее удачное место для обсуждения… сердечных привязанностей.

— Стивен!

— Я не закончил, Адель! Напомню: ты сама захотела правды, я давал тебе возможность избавить нас обоих от этого разговора, но ты отказалась. Итак, кто там у нас дальше? Лейтенант Георг Донован… Фи, Адель! Раньше ты не опускалась до младшего офицерского состава, предпочитая генералов или, в самом крайнем случае, полковников. Но лейтенант!

Женщина молча стояла, глядя в окно, а потом повернулась, и я увидела, что на её лице не осталось ничего от той взволнованной и расстроенной красавицы. На Слоутера смотрела расчётливая, безжалостная хищница, понявшая, что добыча ускользает.

— Ты расстался со всеми своими женщинами, — она внимательно смотрела на невозмутимого Слоутера, — ты уезжаешь?

— Нет, — его, казалось, нисколько не удивила произошедшая с Адель перемена, — я не планирую надолго покидать столицу.

— Тогда в чём причина?

— Ты серьёзно думаешь, что я тебе отвечу? — Слоутер насмешливо фыркнул. — Дорогая, у нас не те отношения, чтобы я тебе что-то объяснял. Я закрывал глаза на то, что ты… помогала дружескими советами многим. Не потому что ты занимала особое место в моём сердце, а потому что мне было так удобно. Теперь надобность в тебе отпала, так что давай расстанемся мирно, Адель.

— Ты встретил другую, — Адель не спрашивала, она просто озвучивала очевидный для неё факт. — И для тебя всё настолько серьёзно, что ты оборвал все прежние связи… Неужели… Неужели я дожила до того момента, когда нашлась та, от которой Стив Лаверли потерял голову?

— Если не хочешь потерять свою, то не советую ни с кем это обсуждать, — резко ответил Слоутер и, коротко поклонившись, вышел.

Я открыла глаза и увидела, что за окном уже начало темнеть, значит, скоро за мной придёт Слоутер. Интересно, тот сон, который я видела, имеет ко мне какое-то отношение? Я тряхнула головой и до боли прикусила губу, так как услышанное во сне заставило бестолковое сердце биться чаще, а из головы никак не выгнать было шальную мысль о том, что вдруг это — обо мне?!

Но, стоило мне приподняться, как я тут же попала в цепкие ручки горничной, которая, оказывается, терпеливо ждала, пока я проснусь. Лиза быстро переплела мне косу и красиво уложила её короной, воткнув несколько шпилек, украшенных жемчужинками. В гардеробной нашлось вполне подходящее для вечернего чая платье, и, когда его надела, в сердце что-то дрогнуло. Не то чтобы мне всегда хотелось красивых платьев или украшений, но какая девушка останется равнодушной, если зеркало отражает вполне себе симпатичную особу? И немалую роль в этом играют причёска и элегантное платье.

В дверь постучали, и на пороге появился Слоутер, облачённый в дорогой костюм, явно сшитый на заказ у какого-нибудь очень модного столичного портного. Он увидел меня и на какие-то несколько мгновений застыл на месте, а я вдруг почувствовала себя крайне неловко. В светлых глазах контролёра было самое настоящее восхищение, а я к такой реакции как-то не привыкла, поэтому смущённо проговорила:

— Ты вовремя, Слоутер, я уже готова…

— Потрясающе выглядишь, — сказал он, жестом отпуская горничную, и в его голосе была та самая лёгкая хрипотца, от которой меня как-то уже бросало в дрожь. — Я тут кое-что принёс и, надеюсь, не ошибся.

С этими словами он положил на стол небольшой футляр и два свёртка. Не в силах справиться с любопытством, я спросила:

— И что же там?

Слоутер взял сначала тот свёрток, который поменьше, и, пошуршав бумагой, извлёк из него галстук-бабочку насыщенного вишнёвого цвета. Повернувшись к давно вернувшемуся и теперь погружённому в какие-то свои мысли Герхарду, он сказал:

— Полагаю, ты планируешь сопровождать Ванессу на встречу?

— Конечно, — очнувшись от задумчивости, ответил кот, — а что, ты думаешь, меня не пустят?

— Да нет, — Слоутер пожал плечами, — вряд ли кто-то откажется посмотреть на говорящего кота, так как среди представителей правящей семьи нет никого с колдовским даром, они все чистые маги, поэтому фамильяров не имеют. В связи с этим я принёс тебе вот это, — тут он протянул Герхарду галстук, — ты должен соответствовать, Герхард.

— Ух ты! — изумлённо вытаращился на подарок кот. — Это действительно мне? Ого! Это же из лавки Мортенса! Слышишь, Ванесса?! У меня теперь есть галстук от Мортенса!

— А ты-то откуда о нём знаешь? — меня не отпускало ощущение, что всё происходящее — или сон, или бред, потому как такого просто не могло быть. Ну не мог капитан «королевских гончих» дарить моему фамильяру галстуки из лучшей мастерской столицы!

— Да в твоём «Ведьмовском вестнике» в каждом номере была его реклама, — отмахнулся фамильяр, и я поняла, что Слоутер завоевал его сердце решительно и бесповоротно. А ещё говорят, что только женщины падки на подарки. Теперь я знаю, что фамильяры в этом плане ничуть не лучше.

— А это тебе, — Слоутер развернул второй свёрток и протянул ошарашенной Жанин маленькую сверкающую корону, — ты ведь принцесса? Я правильно понял?

— О-о-о! — простонала Жанин, не в силах оторвать взгляда от сияющей безделушки. — Это так мило! Ах, какая прелесть! Ванесса, надень на меня скорее корону!

— Он принёс, пусть он и надевает, — буркнула я, прекрасно понимая, что теперь мои фамильяры выклюют мне мозг разговорами о том, какой Слоутер замечательный.

— Ты позволишь?

Слоутер подошёл к замершей в ожидании Жанин и аккуратно надел ей корону, одним лёгким движением закрепив её магически, чтобы не сваливалась.

— Ты ведь тоже не откажешься принять мой подарок?

Я и не заметила, как он оказался за моей спиной, настолько тихо Слоутер двигался. В руках этот невыносимый человек держал закрытый бархатный футляр.

— То есть ты решил осчастливить не только фамильяров, но и меня?

— Я как чувствовал, что ты наденешь синее платье, — не обратив ни малейшего внимания на мой ворчливый тон, ответил мужчина, — поэтому приготовил вот это. Пожалуйста, не отказывайся, Ванесса.

Он открыл футляр, и я увидела удивительно изящный кулон в виде большой капли, украшенный некрупными сапфирами. Слоутер вынул его, и я почувствовала, как по шее скользнула прохладная цепочка.

Я посмотрела в зеркало, и наши взгляды встретились. В комнате разлилась тишина, которую нарушила Жанин.

— Не хочу прерывать вас, но время идти, — заявила она и, поправив корону, добавила, — нам, принцессам, не годится опаздывать.