Люблю. Целую. Босс

Глава 14

— Вита? — Сквозь сон слышу своё имя, но глаза не открываю. — Пора вставать…

— Ещё минутку, — бормочу и переворачиваюсь на другой бок.

— У нас нет минутки, график немного сдвинулся.

— График… Какой график? — Не хочу реагировать, накрывшись одеялом с головой. — График! — Резко сажусь и теперь в упор смотрю на Маркова, сидящего на краю. — Простите, так крепко спала, что не сразу поняла, где нахожусь.

— Я тоже хорошо спал.

— Что удивительно, потому что вы уснули одетым. Сняла с вас ботинки, остальное трогать не стала.

— Если бы вы ещё поставили мой телефон на зарядку, цены бы вам не было.

— Простите, не подумала. — Точнее, о его телефоне я подумала, только с другой целью, которая, кстати, не достигнута. — И я не знаю, как вы относитесь к моментам, когда кто-то прикасается к личным вещам.

— Если это вы, то спокойно. — Но как только собираюсь уточнить, босс отвлекается на телефон и, сказав несколько слов, отключается. — Через пятнадцать минут мы должны быть на завтраке, а уже через час на объекте. — Молча слушаю Маркова, не двигаясь с места. — Вита, — приближается, и его лицо оказывается перед моим, — нужно ускориться.

— А? Конечно.

Два шага и оказываюсь в ванной. Сборы укладываются в двенадцать минут, за которые я успеваю сделать макияж и даже причёску. Торопимся в ресторан, чтобы позавтракать и отправиться в новый терминал аэропорта. Насколько я поняла, именно этот объект в данный момент больше всего интересует «Марал Групп».

Вновь радуюсь, что оказалась подальше от Алекса, да и Марков не скрывает желания не контактировать с родственником. Заместители так вообще обходят его стороной, а в присутствии посторонних делают вид, что видят его впервые.

Но теперь я понимаю, что Алекс здесь исключительно по просьбе сестры, которая, если я верно сделала выводы из переписки, старается вовлечь мужа в семейное дело. Не вовлекается или же есть противники его участия? И почему? Каждый человек заслуживает шанс на что-то большее. Но это дела семейные и меня не касаются, как и отношения босса со свояком. Я этого человека после возвращения больше не увижу.

И пока рассуждаю на тему семейных взаимоотношений, ловлю на себе взгляд Маркова, вопросительно вздёргивающего бровь. Понятно: я опять «громко» думала. Стараюсь сосредоточиться, следуя за боссом, а когда возвращаемся в филиал и начинается расширенное совещание с большим количеством участников, вслушиваюсь в обсуждаемые вопросы. Должна же я понимать, чем занимается компания, в которой я работаю. Или нет? Я сказала Ленке, что уйду по истечении испытательного срока. Решение не изменила. Но говорила я об этом неделю назад, а значит, осталось всего две, чтобы подруга осознала намерения Капибарчика.

И пусть я так и не приняла того факта, что мы с Леной говорим об одном и том же человеке, но она убедительна в некоторых моментах. Несостыковки имеются, но я могу их списать на незнание Маркова с личной стороны.

И как только вспоминаю подругу, пусть и мысленно, приходит сообщение.

Ленчик: Ты посмотрела телефон?

Я: Посмотрела. Никаких сомнительных переписок не нашла. Его жена, кстати, уже неделю отдыхает за границей.

Ленчик: А когда вернётся?

Я: В воскресенье.

Ленчик: А вы?

Я: Планировали завтра. Но сейчас идёт совещание, и сроки могут измениться.

Ленчик: Сделай фото.

Как, по мнению Лены, я должна его сделать? Я ведь не могу демонстративно фотографировать Маркова. Хочу ответить отказом, но быстро понимаю: это отличный момент, чтобы понять, об одном ли человеке мы говорим.

Вижу, как девушка делает фото с разных ракурсов, не стесняясь быть замеченной, и понимаю, что, скорее всего, они нужны для сайта компании или обзора мероприятия. Поэтому настраиваю телефон и снимаю мужчин: Маркова, руководителя филиала рядом с ним и заместителей. Даже Алекс, пристроившийся за их спинами, попадает в кадр. Отправляю Ленке и жду ответ.

Ленчик: Мой Капибарчик самый красивый! И самый представительный.

Что ж, есть подтверждение. Значит, Марков действительно тот самый «он», о котором подруга говорила два года. Внутри пробирает неприятное чувство разочарования, потому что я надеялась на отрицательный ответ.

Ну да, замужняя женщина расстроилась, что понравившийся ей мужчина является любовником подруги. В этой фразе странно всё…

Однозначно необходимо выполнить обещание и найти работу. А почему не сейчас? Резюме сохранено на сайте, я всего лишь убрала его в архив. Захожу в приложение, ставлю «актуально» и публикую. В запасе две недели, но вдруг кто-то откликнется сразу и у меня появится запасной аэродром. Я быстренько заберу свои немногочисленные вещички и благополучно буду трудиться в какой-нибудь компании с отличным боссом и дружным коллективом… Даже если будет не совсем отличным, а коллектив не таким дружным — потерплю.

Но о своём решении ещё нужно объявить Маркову. Правильно было бы прямо сейчас, чтобы он нашёл нового секретаря. Оставлю оповещение до возвращения из командировки. А может, стоит подождать? Вдруг для меня не найдётся вакансии? В этот момент на экране высвечивается оповещение, что моё резюме посмотрели четыре человека. Быстро. Быстрее, чем я ожидала. Что ж, буду надеяться, что мне повезёт…

— Вита, — вздрагиваю от прикосновения к плечу, а повернувшись, вижу перед собой Маркова. — Пора ехать.

— Куда?

— В ресторан. Нам организовали ужин. Только для своих.

А затем рассаживаемся по машинам. Без Алекса. Он разочарованно провожает взглядом отъезжающие машины с видом брошенного голодного котёнка.

— Вы оставили Алекса намеренно или случайно? — гипнотизирую босса в ожидании ответа.

— Серьёзно? — Марков наигранно удивляется. — Как же так вышло? — Крутит головой, а затем цокает. — Но возвращаться уже не будем. Он это как-нибудь переживёт.

— Александр Алексеевич, врать нехорошо, — лукаво улыбаюсь, подстёгивая босса.

— Я достаточно времени провёл в его обществе. Думаю, сейчас он уже звонит Лене, чтобы она «провела со мной беседу». — Хмыкает, а затем экран его телефона загорается. — Как я и сказал.

А затем открывает сообщение и не раздумывая показывает мне. И точно сестра в приказном тоне требует, чтобы босс вернулся за Алексом.

— Вернёмся?

— Нет.

— Вас ждёт разбор полётов.

— Вита, я люблю маму и сестру, но это не те люди, которые могут мне приказывать.

— А кто может?

— Любимая женщина.

Медленно поворачивает голову, изучая странным взглядом. Будто чего-то ждёт. Ответа? Не вижу смысла комментировать, хотя поддеть его нестерпимо хочется. Сказать, что такая уже имеется. Именно она закидывает меня сообщениями и звонками.

— Может, она уже есть? — Вопрос-намёк, в который вложено больше, чем может предположить Марков.

— Может.

Вот и подтверждение. Лена и босс равно любовь. Просто и понятно. Становится неприятно, по телу пробегает раздражающий холодок, заставляющий кутаться в дублёнку и смотреть куда угодно, только не в сторону мужчины. Странное чувство: словно понравившийся мужчина только что заявил, что я не в его вкусе. Хотя это успела сделать вчера подруга. И если представить рядом Юлианну и Ленку, прослеживается один типаж. И мне места там нет.

Прекрати, Вита! Ты изначально пришла работать к Маркову с заданием выяснить, разводится ли он. Подтверждение есть, а значит, пора заканчивать этот фарс под названием «работа».

Следующие несколько часов проходят в ресторане в компании мужчин, которые обсуждают проекты и планируют дальнейшую работу. Остаюсь в стороне, лишь делая пометки. Одно ясно — мы улетим завтра. Что радует, потому что мне прислали приглашение на собеседование, и в четверг я увижу своего нового возможного руководителя. Прикидываю, что компания недалеко от офиса Маркова, а именно в трёх остановках на метро. Могу потратить обеденное время на встречу.

В отель едем молча. Босс не отрывает взгляд от телефона, набирая текст и застывая в ожидании ответа. Наверное, Ленка всё-таки добралась до своего Капибарчика и сейчас насилует его вопросами. Капибарчик… Почему? Данное прозвище не подходит Маркову. Даже «котик» звучало бы более лаконично и ласково.

Минуем ресторан отеля и проходим к лифту, чтобы подняться на свой этаж. Гросов и Вольтов заметно вымотались, да и Марков разминает шею, видимо, мечтая занять горизонтальное положение. Уже представляю, что через несколько минут отправляюсь в душ, но когда сворки разъезжаются, вижу Алекса. Его лицо перекошено от злости.

— Ты специально не взял меня, — заявляет, как только видит Маркова. — Я должен быть с вами везде.

Босс оказывается перед свояком и, прежде чем ответить на претензию, кивком головы сигнализирует замам, что они могут отправляться в свой номер. Мужчины удаляются, не желая становиться участником семейных разборок.

— Вита, идите в номер, — приказывает, не поворачивая голову и точно зная, что будет услышан.

Не спорю, а когда оказываюсь в номере, нервно хожу из стороны в сторону, ожидая, чем закончится разговор. А он проходит спокойно, судя по тому, что я не слышу громких звуков. Они отправились в номер Алекса? Тут же получаю отрицательный ответ, потому что дверь открывается и появляется Марков.

— Всё в порядке?

— Да. — Снимает пальто и обувь, складывает документы и вещи на стол, а затем осматривается. — Я первый, можно? — Указывает на дверь ванной комнаты.

— Конечно.

И как только босс исчезает за дверью, его телефон, оставленный на столе, приходит в движение. Сестра набирает его номер снова и снова, наполняя комнату непрерывной вибрацией. Не знаю, чем закончился разговор с Алексом, но, видимо, жена уже в курсе. Подхожу к столу, и в этот момент экран гаснет, но тут же загорается, и я успеваю прочитать начало сообщения: «Саша, я знаю, что ты недолюбливаешь моего мужа, но это не означает, что ты имеешь право его…». Первое, что приходит на ум — оскорблять. Наверное, так.

В любом случае выяснять детали не планирую, иначе имею все шансы прочувствовать на себе злость босса. А мне ещё с ним в одной кровати спать. И сегодня он не уснёт поверх покрывала, избавив меня от прикосновений. Вчера я не посмотрела, сколько их. Поэтому снимаю покрывало, убедившись — одеяло одно. Так, так, так…

— Я всё.

Повернувшись, вижу босса, на бёдрах которого полотенце, и, собственно, всё… Вторым он вытирает влажные волосы, совершенно не обращая внимания на мой озадаченный взгляд. А он прикован к торсу мужчины и к тому, что находится ниже. Нормально разгуливать в полуобнажённом виде перед замужней женщиной? Или это его не волнует?

— Вы идёте?

— А? — С трудом отрываюсь от места, к которому было приковано моё внимание. — Да. — Хватаю косметичку, пижаму и собираюсь уединиться в ванной. — Вам звонили. Несколько раз.

Марков водит по экрану и, видимо, прочитав сообщение, шумно выдыхает. И пока мне не ответили, спешу удалиться. Смываю макияж и слышу голос босса. Прилипаю ухом к двери, но слова неразборчивы, лишь проскакивает чёткое «Лена». Выяснил отношения с Алексом — поговори с его женой.

И я думаю о другом: что это за мужчина, который по любому поводу жалуется супруге? Как ребёнок, которого обидели, и он тут же побежал за помощью к маме. Предполагаю, что это привычное поведение Алекса, потому как удивления у Маркова не вызвало. Неужели сестра босса не видит, что замужем за беспомощным и пустым существом? Хотя, возвращаясь к собственным словам, сказанным вчера Маркову, женщинам свойственно всё идеализировать. И мужчин в первую очередь.

После душа надеваю пижаму — с неприлично короткими шортами и майкой. Вчера он спал, поэтому я свободно перемещалась по номеру, а сегодня ситуация осложняется наличием полуголого мужчины и моей неспособностью не пялится на него. Скрестив пальцы и мысленно умоляя Маркова одеться, высовываю сначала голову и, убедившись, что он занял свою половину кровати, накрывшись одеялом и оставив лишь свет прикроватных светильников, быстро преодолеваю расстояние до кровати.

На коленях босса ноутбук, а в руках документы, которые он изучает с озадаченным видом. Сверяет какие-то данные, не обращая на меня внимания.

— Вам помочь? — Интересуюсь из вежливости.

— Нет. Я почти закончил. Но если вы хотите спать, отложу всё прямо сейчас.

— Вы мне не мешаете.

Утыкаюсь в телефон, просматривая очередную порцию фото от мамы, которая сейчас находится в Казани. Много красивых мест и ещё больше впечатлений. Каждую картинку мама сопровождает восхищённым комментарием и подробным описанием. Я уже привыкла, что каждые несколько дней она делится впечатлениями.

— Вы улыбаетесь. — Марков переключает моё внимание с экрана телефона на себя.

— Мама делится впечатлениями. — Поворачиваю телефон, позволяя ему рассмотреть. — Они сейчас в Казани.

— И сколько они уже путешествуют?

— Почти два месяца.

— Хотел бы я также…

— Что вам мешает?

— Работа: проекты, задачи и люди, за которых я отвечаю. А ещё бракоразводный процесс, который никак не завершится.

— Когда-нибудь к решению придётся прийти. И я сейчас не о вас.

— Юлианна… — задумчиво выдыхает имя бывшей жены и впивается взглядом в пространство за окном. — Знаете, Вита, у меня закончились аргументы. И терпение на исходе. В отношениях я всегда был корректным, проявляющим уважение к родному человеку, несмотря на сказанное в запале и проглатывая пустые обвинения, но сейчас…

— Проявлять уважение всё сложнее.

— Да. Юлианна хорошо меня знает, позволяя себе многое, если не всё.

— Вы были вместе много лет. Она знает, куда бить и как склонить к нужному решению.

— И что в таком случае делать?

— Вы меня спрашиваете? — Издаю язвительный смешок, потому что вряд ли гожусь на роль советчика. — Это вы прожили с ней десять лет. Я видела её единожды и, честно скажу, она из категории людей, не вызывающих симпатию, — хмыкаю, вспомнив, как Юлианна демонстративно унизила меня. — У меня, — исправляюсь, не желая вызвать гнев Маркова.

Я не знаю, испытывает ли он до сих пор чувства к бывшей жене. Возможно, и вовсе надеется на воссоединение. Выразить своё мнение означает заполучить босса в качестве врага.

— Мне неоднократно говорили о её отрицательных качествах. А я их не видел. Передо мной всегда была женщина, которую я любил. Отстаивал право выбора, потому что считал, что именно так поступают родные люди. Шёл против любого мнения, чтобы сохранить гармонию в своей семье, а в ответ ничего не получил.

Он не смотрит на меня, блуждая взглядом по комнате. Не знаю, почему Марков решил выговориться именно мне, но, может, наступил тот самый момент? Да и обстановка располагает к беседе и, если отбросить в сторону факт моего замужества и его отношения с Ленкой, мы хорошо понимаем друг друга.

— А чего ждали?

— Близости. Не физической.

— Что для вас значит «близость»?

— Когда можно быть смешным, глупым, растерянным, — и всё равно быть собой. Год, два, три я сильный, готовый идти напролом и решать важные задачи, но сегодня, сейчас — я слабый. И имею на это право. — Он замолкает, а я не знаю, что сказать, но звучит дополнение: — Близость — когда твою слабость не ставят тебе в укор.

— Возможно, у вашей бывшей жены патологическая непереносимость слабости. Любой и у всех. Все мы разные, именно это и создаёт уникальность каждого человека.

— Я больше не хочу уникального — я хочу обычного.

На несколько секунд Марков цепляет меня взглядом, создавая напряжение: почти невесомое, но ощутимое мной. В голове звучат слова подруги «ты обычная», и я улыбаюсь. Она бы удивилась, услышав, что её мужчина больше всего желает той самой, презираемой ею, обычности.

— Спокойной ночи, Александр Алексеевич. — «Выскальзываю» из зрительного захвата карего плена и переворачиваюсь на другой бок. — Свет и звуки мне не мешают.

— Хороших снов, Вита.

Некоторое время перемалываю сказанное Марковым, вновь заключая — подруга знает его с другой стороны. Или не знает вообще. Кажется, что он максимально честен в общении со мной и подвоха я не чувствую. Или же передо мной «хороший парень», а перед Ленкой уверенный в себе мужчина, не проявляющий той самой слабости. Когда-нибудь я узнаю правду. Вопрос лишь в том, нужна ли она мне.