Люблю. Целую. Босс

Глава 8

В понедельник утром приёмная встречает тишиной. Блаженной и такой нужной. И если я думала, что пятничный допрос успокоит подругу, то ошиблась. Выходные я посвятила разговорам с Леной, а после получила длинный список, что должна сделать. Открываю её сообщение и закатываю глаза, не желая выполнять и части того, что прописано в списке.

Как, по её мнению, я должна проверить его телефон и вероятность отношений с женой? Я новый человек, которому он пока не доверяет, а, возможно, такое серьёзное чувство, как доверие, не возникнет вообще. Да, на прошлой работе в коллективе сложились доверительные отношения, но в данной компании всё иначе, а в первую очередь сам босс.

Удивительно, но Лене помогать совсем не хочется. Вот не хочется, и всё. И вообще, я тысячу раз пожалела, что в тот вечер, когда на экране моего ноутбука высветилось приглашение на собеседование, подруга оказалась рядом. Пункт с обязательным условием состоять в браке автоматически исключил бы мой поход в «Марал Групп», и, как следствие, встречу с Марковым. После я бы рассказала об этом Лене, но всё уже было бы сделано, а должность потеряна. Зачем я вообще согласилась на эту авантюру?

— Доброе утро, — прикрыв глаза, пропускаю момент, когда в приёмной появляется первый посетитель: мужчина средних с кожаной папкой в руке, с интересом меня рассматривает.

— Доброе. Александра Алексеевича ещё нет на месте. Вам назначено? — Открываю таблицу, проверяя свои записи.

— Нет. Мы договорились о встрече в пятницу вечером, но сейчас Марков не выходит на связь.

Прикидываю, может ли босс находиться за дверью своего кабинета, а затем набираю его рабочий номер, получив лишь монотонный звук телефона из соседнего помещения. Посетитель, вероятно, не совсем понимает, куда я звоню, переключив внимание на пиликанье, я же обдумываю, что делать.

— Секунду. Я позвоню на личный номер.

— Я уже звонил. Ответа нет.

Несмотря на заверения мужчины, всё же нахожу контакт «Марков А. А.» и жму на вызов. Долгие гудки без ответа, как подтверждение слов мужчины. Набираю ещё раз и ещё, потеряв счёт количеству вызовов, пока не раздаётся громкое:

— Слушаю.

Женский голос дезориентирует, и на Ленкин он однозначно непохож. Да и на голос Юлианны тоже. Быстро собираюсь, находясь под наблюдением мужчины напротив.

— Добрый день. Это секретарь Александра Алексеевича — Виталина. Он не появился в офисе и не предупредил о задержке, но у него назначена встреча с… — поднимаю голову, чтобы услышать имя посетителя, но моё внимание переключается на ту, в чьих руках сейчас телефон босса.

— Александр Алексеевич заболел и сегодня в офисе не появится. И если бы вы были грамотным помощником руководителя, обязательно оказались бы в курсе происходящего с боссом и оказали необходимую помощь. Отмените все встречи. По крайней мере, на сегодня.

А затем звонок завершается, а я так и сижу с телефоном в руке, переваривая сказанное. Меня только что отчитала незнакомка, указав на некомпетентность. И как, по её мнению, я должна была узнать о болезни босса? Позвонить вчера и спросить «не заболели ли вы случайно?». И пока веду беседу с самой собой, посетитель ждёт, а, поняв, что я зависла, постукивает пальцами по столу.

— Простите, — натягиваю милую улыбку, — Александр Алексеевич заболел и сегодня его не будет в офисе. Я могу записать вас на другой день, но пока не знаю, сколько он будет отсутствовать.

— Могу я поговорить с кем-то из его заместителей?

— Да, конечно.

Связываюсь с одним из заявленных лиц и перенаправляю мужчину к Гросову. После обзваниваю тех, кто должен появиться в кабинете Маркова сегодня и переношу встречи на конец недели, ещё не зная, когда появится мой босс.

Полдня пролетает незаметно, а я терзаюсь сомнениями, стоит ли позвонить боссу повторно? Хотя бы для уточнения примерных сроков его отсутствия. Боюсь снова нарваться на некую особу, имеющую доступ к его телефону, и всё же решаюсь набрать номер. Звонок остаётся без ответа, но я хвалю себя за смелость и проявленную инициативу. Пусть мужчина и не принял вызов, но увидит, что я совершила попытку к нему пробиться. Успокоившись, занимаюсь своими прямыми обязанностями, но спустя час приходит сообщение.

Марков А. А.: Говорить не могу. Перенесите встречи.

Я: На завтра?

Марков А. А.: На следующую неделю.

Что ж, видимо, состояние босса оставляет желать лучшего. Хотя, на мой взгляд, неделя отдыха ему не повредит. То состояние, в котором я наблюдала его три дня, вызывало волнение. И вроде бы написанного достаточно, чтобы понимать, в каком направлении двигаться, а точнее, на какие даты переносить встречи, но я не хочу выглядеть равнодушной, поэтому отправляю сообщение.

Я: Вам что-нибудь нужно? Я могу чем-то помочь?

Он мне не друг и даже не знакомый, а те несколько дней, что я провела в этой приёмной, не сблизили нас, но ведь элементарной человеческой заботы никто не отменял? Вряд ли босс попросит помощи, потому что: первое — уверена, желающие позаботиться найдутся; второе — Марков не из тех, кто жалуется, и уже тем более, не из тех, кто позволит себе предстать слабым перед подчинёнными.

Убедившись, что сообщение он прочёл, но оставил без ответа, откладываю телефон, но через некоторое время приходит оповещение.

Марков А. А.: Накормить меня.

Возвращаюсь к своему сообщению и понимаю, что Марков ответил на последний вопрос. Прямо и без увиливаний. Накормить? Он серьёзно? И пока анализирую ответ, приходит следующее сообщение.

Марков А. А.: Купить курицу, приехать ко мне, сварить бульон, накормить.

Чёткий алгоритм, озвученный боссом, озадачивает. А женщина, которая общалась со мной несколькими часами ранее, не может этого сделать? Он сказал, что домработница приходит раз в неделю, почему не переложить обязанность кормления на неё? Или на Юлианну, а лучше на Ленку? И как только собираюсь выразить согласие, босс продолжает.

Марков А. А.: Если, конечно, ваш муж не против, что вы будете готовить другому мужчине.

Муж? Точно, блин, муж… Нужно почаще напоминать себе, что я несвободная женщина, которая, кстати, сейчас переписывается с Марковым исключительно по этой причине.

И я бы, вероятно, отказала ему, но работаю без году неделю. А может, так босс меня проверяет? Поэтому открываю диалог и набираю текст.

Я: Могу приехать к вам после окончания рабочего дня. Курицу куплю. Муж не против.

Марков А. А.: Можете считать, что ваш рабочий день окончен. Жду. Ключи у вас есть.

Что ж… Приказ есть приказ. В конце концов, Марков здесь главный и кто я такая, чтобы оспаривать его распоряжения? К тому же до конца рабочего дня осталось пару часов. Поэтому выключаю компьютер, беру планшет на случай распоряжений в домашней обстановке и покидаю здание.

Покупаю курицу и пока еду в такси, ищу в сумке ключи, которых там не оказывается… Меня окатывает ледяной волной. Потеряла. Но как? Судорожно вспоминаю, где была в пятницу после работы и в выходные. Дома. Выскочила в субботу в магазин… Возможно, их вытащили там? Чёрт, чёрт, чёрт… Только этого не хватало. Безответственная помощница выглядит паршиво в глазах босса.

Приезжаю на место и случайно попадаю в момент, когда один из жильцов протискивается в компании собаки в дверь. Не обращаю внимания на огромного пятнистого дога и успеваю перехватить дверь, чтобы оказаться в здании. Дальше имеются сложности, потому что, вероятно, Марков рассчитывал, что я открою квартиру ключом, которого теперь у меня нет. Оказавшись перед преградой, негромко стучу. Нет ответа. Проходит несколько минут, и я снова оповещаю о своём приходе. Тишина. В какой-то момент нажимаю на ручку и о счастье дверь не заперта.

Осторожно продвигаюсь вглубь квартиры, где отсутствуют звуки и сам босс. Осматриваю гостиную, кухню, а после поднимаюсь наверх.

— Александр Алексеевич? — зову негромко, продвигаясь по коридору. — Вы здесь?

В какой-то момент испытываю страх, прикинув, что пока я ехала, боссу стало плохо или же… Не хочу думать о страшном, поэтому открываю дверь спальни и попадаю в полумрак. Бежевая комната совсем другая: мрачная и душная. Взглядом выхватываю силуэт на кровати, скрытый одеялом, а приблизившись, вижу Маркова с закрытыми глазами. Тяну руку и касаюсь его. Резко открывает глаза, а я отшатываюсь и слышу хрип.

— Это я. Вита, — успокаиваю его, но больше себя, потому что мужчина выглядит не очень.

— Вы приехали? — едва различимый писк-полушёпот. — Ангина, — хватается за горло и только в этот момент понимаю, почему босс общался посредством сообщений.

— Может, стоит вызвать врача?

Указывает на тумбочку, где лежит рецепт и стопка коробочек с таблетками. И судя по назначению, у Маркова полный набор: горло, насморк, температура. Пробежавшись глазами по назначению, понимаю, с момента прихода доктора прошло много времени. На блистере отсутствует лишь одна таблетка, а стакан с водой пуст.

— Когда вы пили таблетку? — Показывает один палец. — Час назад? — Отрицательно качает головой. — В час дня? — Подтверждение. — Здесь написано: принимать три раза в день. Сейчас пять вечера, третью придётся пить ночью. А ещё… — вчитываюсь в рецепт, — полоскать горло и промывать нос. Вы что-нибудь ели? — Вновь отрицание. — А женщина, с которой я говорила, не накормила вас? — Это не шпилька в его адрес, лишь уточнение для понимания, когда он принимал пищу в последний раз. — Очередное «нет». — Я спущусь вниз и приготовлю бульон, а затем вас накормлю.

Лишь кивает и закрывает глаза, дав понять, что короткая «беседа» забрала всего его силы. А затем я хозяйничаю в квартире босса, быстро найдя всё необходимое для готовки. Немного времени и ароматный бульон готов. В одном из шкафов нахожу квадратный поднос, который трансформируется в столик, выставляю тарелку и медленно иду наверх, стараясь не расплескать содержимое.

— Ваш ужин готов, — в полумраке едва различаю очертания мебели.

Ставлю поднос и включаю свет, отметив, как Марков скривился от ярких бликов. Чуть приглушаю, чтобы ему было комфортно, и выставляю перед ним, предварительно дождавшись, когда займёт полусидячее положение.

— Сможете сами? — Предлагаю ложку, на которую он смотрит с досадой. — Не сможете, — констатирую, считав эмоции мужчины. — Я могу вас покормить.

Сухой кивок, а затем мне приходится покормить босса, словно маленького ребёнка. Ест с жадностью, не без труда проглатывая жидкость, но показывая, чтобы я продолжала. И пока подношу ложку к его рту, прислушиваюсь к собственным ощущениям и пытаюсь сложить мнение о происходящем.

Босс выглядит паршиво — факт. Ему действительно плохо, настолько, что, скрепя сердцем и прогнувшимся мужским эго, он позволил секретарше лицезреть его таким. Более того — кормить с ложечки. Не каждый мужчина готов предстать в состоянии беспомощности перед малознакомым человеком. Но ведь утром со мной говорила женщина, значит, я не единственная, кто пришёл на помощь. Может, кроме бывшей жены и Лены, есть ещё одно действующее лицо, готовое побороться за Маркова? Или их несколько?

— А теперь таблетку. — Предлагаю лекарство и стакан воды. Смотрит странно и кривится, и я не сразу понимаю, в чём причина. — Да, она крупная, — таблетка действительно огромная, и, видимо, босс обдумывает, как её проглотить. Поэтому разламываю на две половинки и вновь предлагаю. — Выпить придётся.

Спустя минуту проглатывает обе половинки и откидывается на подушку. А затем замечаю, что Маркова трясёт. В прямом смысле слова. Прикладываю ладонь к его лбу и замираю, потому что у него жар. На тумбочке градусник, который я включаю и, откинув одеяло, заталкиваю ему подмышку. Он не реагирует на мои манипуляции, а когда, спустя некоторое время, слышу сигнал градусника и смотрю на значение, сглатываю — сорок и два. И что делать?

Пересматриваю имеющиеся препараты и не нахожу ни одного, который способен сбить температуру. Что делать? Вызвать скорую? Мчаться в аптеку? Взгляд останавливается на рецепте, где сверху написан номер телефона, который я, не раздумывая, набираю. Приятный мужской голос принимает вызов, быстро обрисовываю ситуацию, назвав имя босса и получаю заверения, что врач приедет через двадцать минут. Не знаю, кто это и в какой клинике трудится, но мне получаю облегчение, потому что Маркову помогут.

Ровно через двадцать минут домофон оповещает о посетителе, и я спешу к входной двери. Жму на кнопку, чтобы сразу услышать:

— Лена, это я.

Я, конечно, не Лена, но открываю дверь и жду, когда гость поднимается на нужный этаж. Выждав немного, открываю дверь и наблюдаю застывшего с поднятой рукой мужчину. Ему около шестидесяти: равномерная седина, по всей видимости, давно завладела его волосами, а острая бородка прибавила пару лет. Секундная пауза, чтобы оценить друг друга.

— Добрый вечер. Сергей Семёнович — семейный врач Марковых.

— Виталина, — протягиваю ему ладонь, — с недавних пор секретарь Александра Алексеевича. Он написал мне днём и попросил приехать. Я кормила его куриным бульоном и дала лекарство, указанное в вашем рецепте. — И пока поясняю свои действия, он проходит в квартиру и спешит наверх. — Измерила температуру — высокая. Я не знаю, чем сбить.

— А чем обычно сбиваете себе?

— Ничем, — замираю на одной из ступеней, — даже не помню, когда болела с температурой.

— Плохо, — резко оборачивается, заставляя меня отпрянуть и едва удержаться, схватившись за перила. — Температура — показатель борьбы организма с инфекцией. Простуда без температуры может запустить инфекционный процесс, который давно был в организме, но никах себя не проявлял. К врачу нужно обращаться обязательно, даже если вам кажется, что болезнь протекает легко.

— Ага, — покорно соглашаюсь.

— Пойдёмте.

Видимо, информационная минутка окончена, потому как Сергей Семёнович уверенно направляется в комнату Маркова. Вновь измеряет температуру, качает головой, что-то буркнув, и ставит укол.

— Всё-таки свалился, — приговаривает мужчина, выписывая новое назначение. — Говорил же — отдых необходим, особенно в твоей ситуации…

— Какой ситуации? — Задаю вопрос, прежде чем успеваю осознать его некорректность.

— Тяжёлый развод, раздел имущества, угроза бизнесу, проблемы в одном из филиалов, сестра, отец…

Так, у Марков имеется сестра. Не она ли была здесь утром? Её тоже зовут Лена? И что с отцом? Почему меня вообще заботят эти вопросы…

— Понятно, — не хочу лезть в дебри проблем семейства Марковых. Ещё больше не хочется, чтобы потом Сергей Семёнович рассказал боссу, что я интересовалась его жизнью. — Чем я могу ему помочь?

— Наблюдать, Виталина. Желательно измерять температуру каждый час и следить, чтобы она не поднималась до критических значений. И если такое произойдёт, дать это, — кладёт коробочку на тумбочку, — и это, — добавляет ещё одну. — Прежнее назначение оставлю. Обязательно обильное питьё и еда. Даже если не хочет — заставить.

— Поняла.

По пути к двери мужчина рассказывает о серьёзности состояния Маркова и накидывает не самые приятные варианты развития событий в случае осложнений, а затем прощается и уходит. И только когда за ним закрывается дверь, понимаю, что не спросила номера сестры или любого другого человека, который смог бы позаботиться о боссе. А может, позвонить Ленке? Пусть выхаживает своего Капибарчика. Откидываю возникшую мысль, потому что не могу предположить, как босс воспримет мою инициативу.

Поднимаюсь наверх, осматриваю Маркова, который тяжело дышит, застыв в какой-то неестественной позе, и решаю остаться рядом. Просто не могу уйти, понимая, что изведусь в беспокойстве о нём. Да и Сергей Семёнович может поделиться с боссом, что предупреждал меня об опасности ситуации, а я оставила его в одиночестве.

Спустя час измеряю температуру, которая опустилась до корректных значений. С трудом разбудив Маркова, фактически заталкиваю в него таблетку и немного воды. Кажется, он даже не понимает, кто находится рядом. А после осматриваю квартиру, подыскивая себе место для ночлега. Варианта два: полупустая спальня на втором этаже и диван в гостиной. Но измерять температуру необходимо каждый час, а значит, необходимо расположиться максимально близко к боссу.

И пока обдумываю варианты, скромно ужинаю салатом из гипермаркета, а после устраиваюсь на кровати с мужчиной прямо в одежде. Ночь будет длинной и некомфортной, но что ни сделаешь ради босса…