Любовь это иллюзия тебя

Глава 16

Корнелия

Я осталась одна в комнате и пришло время осознать то, что произошло между нами с Винтером за месяц. Я сделала легкий выдох, эта неделя на учебе оказалась сложнее чем я думала, видимо потому что все мои мысли были вовсе не о занятиях. Опустившись на кровать я чувствовала как все мое тело ныло от усталости и немного сжималось в области живота, а это было вовсе не от переутомления.

Итак, сначала он купил мне апельсиновый сок в баре, даже немного задержался и все потому что он помнит, что я больше не пью, а в том месте, кроме алкоголя ничего не было. Этот жест был приятным, но нельзя ведь расслабляться, нельзя дать подумать, что я немного умерила свой гнев к нему.

Черт.

Он запомнил мой любимый вкус сока, который так и не изменился спустя три гребанных года, больше всего бесит, что внутри я ликовала от этого. Тогда я совсем не придала этому значения, но собрав все пазлы воедино, мне кажется я начинаю понимать.

Потом мы поцеловались, но оба сказали, что это лишь минутная слабость и прочую ересь. Было ли для меня это так?

Не знаю, кажется тогда я вообще ни о чем не думала, я просто отдалась инстинкту и наслаждалась его губами, забыв о том, что он за человек, забыв о том, что он разбил мне сердце. Конечно я не буду показывать, что этот поцелуй до сих пор вызывает дрожь по моему телу, а на губах маленькое покалывание. Но черт, это не правильно. Я повелась на эти голубые глаза и совсем потерялась, каждый раз напоминаю себе не смотреть в глубь его зрачков и каждый раз все равно заглядываю в них.

Затем я вовсе заболела из-за дождя, а еще потому что не могла попасть в комнату, ведь ключи были у Энни, я помню все. Все что нужно и нет, я помню как он заставил меня выпить таблетки, я помню, как он заварил тот самый чай, я помню, что он переодел меня.

Черт, я даже думать не хочу об этом и представлять, надеюсь он не пялился туда, куда не нужно.

Вини. Что было в моей голове, когда я решила, что Винтер вновь пришел ко мне во сне и просила остаться его со мной. Не совру, я действительно почувствовала тепло от его прикосновений и согрелась от этого, мне казалось, что я сплю и такого в принципе не может быть.

Самое ужасное — Вин согласился и остался. Насколько я помню, Винтер не хотел даже прикасаться ко мне во время медленного танца, ему было противно от моего присутствия, а тут он уснул со мной в обнимку.

Конечно я до сих пор помню его обжигающие руки, которые обхватили мою руку, а моя спина помнит изгиб его груди и торса, когда я прижималась к нему.

Почему в моей груди так пронизывающе отдает тоской, будто я получила то, чего мне не хватало?

Мне это не нужно.

Минутная слабость, не больше.

Но почему она длилась тогда вовсе не минуту?

Месяц был странным, никаких колких фраз от Винтера, он пытался вызвать во мне воспоминания из прошлого, проявлял заботу и был очень… Милым.

Я знаю, что скорее всего, он играет со мной, пытается возбудить во мне старые чувства и трепет. Но даже если это произойдет, он не получит от меня этого.

Да я так думала, пока не облокотилась на него во время рассказа Сэма на дне рождения его брата, что мною двигало? Без понятия, но я почувствовала как все его рука напряглось, а пульс участился, язык тела не обманешь, может и он ощутил что-то внутри? Что он подумал?

Наверняка о том, что я опять веду себя как полная дура, но нет, я не поведусь на пару милых жестов и не буду бежать признаваться ему в любви до гроба. Эти непонимания в моей голове лишь подталкивают к тому, что его план работает, он хочет влюбить меня в себя, чтобы снова разбить?

Не дождется.

Винтер Хадсон, я не влюблюсь в тебя снова.

Я стояла возле ворот университета, потому что здесь меня кое-кто ждал, тот, кого я не хотела бы видеть еще пару месяцев, хотя это не правильно. Но звонков по телефону мне было достаточно.

И вот белая машина мерседеса е-класса подъезжает, а из него выпрыгивает взрослая, стильная блондинка с зелеными глазами, что заставляет меня немного волноваться.

Мама.

— Корнелия, милая, мы так давно не виделись. — С распростертыми объятиями налетела на меня мама, я не смогла ответить ей тем же.

— И тебе привет.

— Как ты здесь? Все хорошо? — Мама гладила меня по волосам, не сказать, что мне было приятно.

— Хорошо. — Тихо сказала я.

— Я приехала по работе, решила и тебя навестить. — Видя меня все такой же холодной, мама немного отступила.

Я до сих пор не могу привыкнуть к ней, хоть и прошло три года. Ощущение преданности так и сжигает меня изнутри, я не верила в ее любовь и искренность, нельзя так поступать с любимым человеком. Нет, я не спрашивала у нее почему она так поступила, не пыталась понять и простить, мне это не нужно. Я всего лишь приняла тот факт, что у меня теперь есть мама.

— Круто. — Все так же безэмоционально говорила я.

— Корнелия, тебе хватает денег?

— Да.

— Я скучала. — Призналась мама, но я не верила ей.

Я не смогла ничего сказать ей в ответ, поэтому проигнорировала ее слова, посмотрев в сторону сквера, где студенты то и дело гуляли и о чем-то разговаривали.

— Ясно, не хочешь на днях пообедать вместе? Пресли говорит, что вы были в итальянском ресторане и ему совсем не понравилось.

— Ну, ему хотя бы есть с чем сравнивать.

Губы мамы поджались, а в глазах я видела вину, мне не было стыдно, что я это сказала и задела ее. Я действительно так считаю, не вижу смысла врать, лишь бы подыграть роли «хорошая дочь». Я уже не справилась с этим.

— Знаю, хочешь зимой отправимся куда-нибудь?

— У меня уже есть планы.

Я врала.

— Оу, ну, как насчет обеда на днях?

— Не знаю.

Я не хотела проводить с ней время, как бы она не старалась, но связи «мама и дочь» между нами никогда не будет. Это должно появляться с детства, которого у меня с ней не было, а этот обед лишь будет всего лишь показухой.

Холод прошелся по моей спине, несмотря на то, что я была тепло одета, но я чувствовала, что кто-то прожигает мой затылок. Обернувшись я увидела его. Он был как обычно в черных спортивных штанах и черной кофте, из под которой торчала белая футболка.

Вин.

Черт.

Винтер явно не тот, кто должен застать меня за семейным разговором, догадался ли он, что это моя мама? Явно, мы с ней слишком похожи. Я знала, что в его голове таится множество вопросов, которые он непременно захочет мне задать.

— Кто это? — С улыбкой спросила мама, когда я вновь повернулась к ней.

— Ты о ком?

— Тот парень, который прожигает тебя взглядом.

— Знакомый. — Улыбка мамы стала еще шире чем была до этого.

— Познакомишь?

— Нет.

Это два разных мира, и я совсем не хотела, чтобы они как-либо пересекались. Я не собираюсь объяснять ей, кто такой Вин, ведь по плану после первого семестра мы с ним станем вновь чужими и незнакомыми. Но вот ненужные вопросы от мамы еще останутся.

— Корнелия, я хочу быть ближе к тебе, но ты меня отталкиваешь, это меня расстраивает. — Я закатила глаза на ее слова.

Конечно она врала и пыталась манипулировать мной. Я не знаю откуда в ней появилось это, учитывая что почти всю жизнь она обо мне не вспоминала и даже не пыталась как-то связаться со мной. У меня нет настоящей мамы и никогда не будет, как бы она не старалась это исправить.

— Ты хотела меня увидеть? Увидела. Что-то еще?

Мама снова поджала губы и отрицательно помотала головой, машина сзади нее посигналила, намекая, что ей пора ехать, она вновь виновато взглянула на меня.

— Подумай насчет встречи на неделе.

— Пока.

Когда я наблюдала за тем, как машина уезжает, вместе с мамой, я выдохнула, даже не заметив насколько сильно напряглось все мое тело. Я снова царапала подушки пальцев, надо прекратить это делать, папа этого не одобрял…

Я даже не обратила внимания на то, как Винтер подошел ко мне сзади, он стоял позади меня, черт, он двигается как призрак. Я ждала этих расспросов о том, кто это был и как вообще так получилось, но вместо этого он выдал другое.

— Кем мы будем на Хэллоуин? — Достаточно спокойно спросил Вин, что немного выбило меня из колеи, но я вовремя взяла себя в руки.

— В Плане? — В недоумении спросила я.

Он обошел меня со стороны и встал напротив, чтобы наши взгляды встретились.

— Все парочки будут одеты в парных костюмах, даже Энни и Сэм, которые не вместе. — Он изучал мое лицо, поэтому я сделала максимально расслабленный взгляд, который я только могла изобразить.

— Не знаю, а ты кем хочешь? — Спросила я.

— Ну, Оливер будет в виде клоуна, потому что считает, что это олицетворение всех людей, которые прячут себя под масками. — Сказал Винтер, дословно вспоминая слова друга.

Вин кивнул в сторону сквера, поняв его намек я направилась с ним туда, он положил свою руку «по дружески» мне на плечо и я старалась делать вид, что это совсем ничего не значит.

— Сэм и Энни будут в образе ангела и демона, Крис не придет, а кем же будем мы?

— Не знаю. — У меня действительно нет идей.

Хэллоуин будет уже через три недели, наверное стоит заранее подумать над образом и раз принято, что пары должны приходить в парных нарядах, значит мы так и будем.

— Я посмотрел в интернете и у меня есть пару идей, сначала я думал мы будем демонами, но воровать идеи у Сэма и Энни не правильно. — Винтер говорил более воодушевленно, чем до этого, видимо действительно проникся идеей.

— И какие же?

— Больше всего мне понравилось скелеты, можешь одеться как хочешь, но самое главное это грим.

Винтер показал мне на телефоне, как это все выглядит, действительно неплохо.

— Почему бы и нет? Мне нравится.

— Значит решили.

Дальше мы шли в тишине, я не знаю куда вело наше направление, уже пожелтевшие листья опадали, если бы не работники университета, я уверена что здесь была бы уже объемная куча. При дневном свете здесь совсем другая атмосфера, более живая, нежели вечерами. Сейчас стало рано темнеть, поэтому здесь после учебы я часто гуляю, слушая музыку я погружаюсь в свои мысли. В этом месте, точнее закругленной части в конце сквера была своя притягательная атмосфера.

— Куда идем? — Спросила я, меня немного пугает неизвестность и то, как он решительно идет в определенную сторону.

— А куда хочешь? — Спросил Винтер заглядывая на меня.

— Никуда, ты меня бесишь.

— Знаю. — Усмехнулся он.

Но тем не менее, я продолжила идти за ним.

Мы пришли к заднему выходу университета, я даже не знала о его существовании. Здесь был такой же забор, но вместо больших ворот, небольшая дверца. А за ней тропинка, которая вела к лесу. Ого.

Рядом с забором были два черных спортивных велосипеда, которые заставили мое дыхание приостановиться, я удивленно посмотрела на Винтера, которые не мог скрыть свою улыбку, а по моему телу прошла дрожь, я два месяца не каталась на них.

Как он узнал.

Может это совпадение?

— Что это?

— Велосипеды. Энни сказала, что ты раньше любила на них кататься.

Чертова Энни.

Зачем ему узнавать то, чем я занималась я без понятия, но после неприятного разговора с мамой я не прочь расслабиться и забыться, катаясь на велосипеде.

Я стараюсь не утонуть в его глазах, но черт, эти голубые кружочки так по доброму смотрят на меня и я совсем не могу найти в них подвоха. Видимо Вини не потратил свои навыки актерской игры и умело может заставить любую растаять перед ним.

Ну или я одна такая идиотка.

Винтер подходит к велосипедам, открывая калитку, он выкатывает их за забор, в ожидании, пока я подойду к нему и займу один из них. Я не осмеливалась сделать шаг к нему и нервно осматривалась по сторонам, почему Вин привел нас именно к черному входу, не устроит ли он засаду?

Нет, на это он не способен.

Отбросив мысли в сторону, я аккуратно делаю неспешные шаги в сторону двери, которую для меня придерживает Вин. Выйдя за пределы университета, я медленно касаюсь кончиками пальца руля и медленно вожу им по верхней раме, от чего маленькая дрожь от предвкушения настигла меня. Винтер уже залез на свой велосипед, залез в телефон, отвлекся в общем, ну что же, ему же хуже.

Быстро запрыгнув на велосипед, я подстроила сидушку под себя и откинувшись ногами, быстро встала на тропинку, поставив ноги на педали я рванула.

— Ты как черепаха. — Кинула я напоследок, прежде чем вырваться вперед, а он в ту же секунду погнал за мной.

Я не смогла больше сдерживаться и на моем лице расплылась улыбка, я слишком сильно скучала потому.

Когда я проезжаю по асфальтированной тропинке — единственной во всем лесу, чувствуя как шины велосипеда передают вибрацию от не идеально ровной поверхности, ощущаю себя в вечерних днях Нью-Йорка. Когда я спускалась из квартиры, забираю с велопарковки своего малыше и еду на нем в неизвестном направлении, чтобы просто уйти от своих мыслей.

Ветер развивал мои волосы, а свежий прохладный воздух приятно окутывал мое лицо, обычно я каталась, пока не чувствовала, что мои ноги отказывают, а нутром я понимала, что во мне совсем не осталось эмоций и сил для грусти.

Сейчас я разогналась так, что позволила велосипеду катиться самому, лишь управляя, а педали зависли в одном положении, в груди все плыло, я не знала, когда именно найду время, чтобы вновь так развеяться.

Честно, после разговора с мамой, мне казалось что эта неприятная аура засядет во мне и не будет вылезать долго, но сейчас я смеялась и улыбалась, а вместе с этим выпускала все дерьмо, которое во мне накопилось.

Я проезжала мимо деревьев и только, здесь действительно никого не было, может та дверь была закрыта, а Винтер нашел ключи или украл. Неважно, главное я чувствую себя хорошо, этим нужно насладиться, пока он меня не догнал и мне вновь не пришлось делать вид, что все хорошо и я держу себя под контролем.

Мне пришлось затормозить, ведь тропинка разбивалась на три разных направления, я обернулась, чтобы посмотреть, где же там застрял Вини, он был тридцати метрах от меня. Не знаю, куда мне нужно, поэтому восстанавливаю дыхание и жду его.

— Не делай так больше. — Улыбнулся Винтер, когда подъехал ко мне.

— Я подумаю. — Лукавила я, поправляя сидушку вновь.

— Нам налево. — Кинул Винтер в сторону одной из развилок и выехал первым.

Ладно, дам ему фору.

После того, как я вновь проверила насколько крепко держится сиденье, я поехала за ним, стараясь быть на одном уровне, один раз я уже показала. что быстрее. Мне кажется от ветра, мои мозги вылетели из головы.

Иначе я не могу описать, почему хочу, чтобы Винтер краем глаза посматривал на меня, кажется у меня едет крыша.

Я стараюсь не смотреть в его сторону, мои глаза гуляют по деревьям и дороги спереди, но только не на его, иначе засмотрюсь и упаду с велосипеда от того, что не слежу за направлением.

Как же четко он попал в точку, когда предложил покататься на велосипедах, черт это одна из единственных вещей, которая заставляет меня забыться и откинуть все маски с лица. Надо будет попросить Энни, больше не отвечать на вопросы по поводу Винтера. Только позже, сейчас она на день рождение своей подруги со школы, говорит, что та ей как сестра.

Позже я обязательно ей признаюсь во всем, что происходит между мной и Винтером, но не сейчас, я найду правильный момент, чтобы поговорить с ней по душам. Я не доверяю ей на все сто процентов, я никому так сильно не верю, даже себе, но что-то заставляет меня думать, что она заслуживает знать правду и немного лучше узнать меня.

Все мои мысли о ней испарились в ту же секунду, когда передо мной исчезла дорога, а вместо нее были бетонные ступеньки вниз, перила из черного металла, которые заросли растительностью, я удивленно взглянула на Винтера, а тот лишь кивнул в ту сторону.

Надавив ногой на боковую подставку велосипеда, я поставила его в стоячее положение, дабы он не упал. Аккуратно подойдя к первой ступеньки, я постаралась посмотреть, куда же она ведет, но на середине лестница поворачивала влево, а за деревьями я не смогла разглядеть местность.

Я шла медленно, а за мной болтался Винтер, который уже явно здесь бывал. Подойдя ближе к повороту я неспешно наклонилась вперед, чтобы посмотреть, что именно скрывается за поворотом.

Мое сердце замерло.

То что я увидела заставило в легком беге направиться к концу лестницы.

Это был выход из леса, который открывал передо мной ровную поверхность из зеленой травы, цветов и кустов, а в центре был длинный водоем, который отражал только наступивший закат.

От воды исходил прекрасный звук, который заставлял кровь в моих венах застыть, здесь было чертовски красиво.

Подойдя ближе к воде я нагнулась, чтобы потрогать ее, она была очень холодной. Маленькие волны, которые исходили из центра шумно стукались об землю, оставляя немного жидкости на траве, отчего та блестела, за счет маленьких каплей, как бриллианты. Птицы никак не стихали, создавая здесь точное умиротворение, которое я ощущала всем нутром.

— Смотри не упади. — Я снова не заметила, как Винтер очутился сзади меня.

— Не упаду. — Я закатила глаза и улыбалась, не знаю почему, но не могу скрыть это.

— Ты снова улыбаешься. — Заметил как на зло он.

Я развернулась и посмотрела на него, Вин спрятал свои руки в карманы, а его волосы неряшливо взъерошились. Почему я считала это милым?

— И что?

Винтер вскинул брови, но в его глаза не читалось удивление.

— Почему мы здесь? — Спросила я и развернулась к нему спиной, чтобы насладиться видом.

— Просто. Я раньше часто здесь бывал, недавно вспомнил про это место.

— Ты показал мне тайное место, зачем?

— У нас и так много секретов, решил добавить еще одно.

Может он посчитал, что это смешно, но улыбка с моего лица тут же испарилась и я вновь напомнила себе, что нельзя расслабляться рядом с ним.

Это просто игра.

— Ты мазохист.

— Может быть.

Я слышала, как Винтер посмеялся и глубоко вздохнул.

Да, у нас много секретов.

Поэтому нам нужно держаться друг от друга подальше.

— Это была твоя мама. — Сказал Винтер, это не было вопросом, это было утверждение. — Круто.

— Почему?

— Вы помирились, это классно.

Я лишь усмехнулась на его слова, не знаю, можно ли такое назвать примирением. Да, она много раз извинялась, но такие поступки нельзя прощать

— Почему велосипед? — Опять сменил тему Винтер.

— Что?

— Почему ты начала на них кататься?

Я замолчала, думая над ответом.

— Мне нравится эта скорость и то, как ветер бьет в лицо. — Ответила я. — Для мотоциклов я трусиха.

— Ты красивая.

— Что?

Последний раз я слышала от него это три года назад, а сейчас от его слов земля из под ног уходит.

Опять пытается со мной сыграть, но почему мне так обидно от этого?

— Ты стала еще красивее. — Его тон был спокоен, будто Винтер говорит обычные слова, будто он говорит это совсем…

Я ничего не значу.

Напомнила я себе, пытаясь успокоить свою дрожь в теле.

— Ага.

— Честно.

— Хватит. — Прошептала я.

Нахожу в себе силы, чтобы развернуться и взглянуть на него. Во взгляде Винтера совсем не было насмешки или попытки меня задеть, наоборот, они были до безумия честные. Но я буду дурой если еще раз до беспамятства поверю этим голубым глазам.

Зачем он это делает.

Зачем я ведусь на это.

— Прости.

— Кажется, ты играешь в совсем другую игру. — Честно призналась я.

— Почему?

Я вновь развернулась к нему.

— Ты хотел чтобы мы показывались на людях, но здесь совсем нет людей. Ты хотел, чтобы твоя бывшая ревновала, но не предпринимаешь попыток сойтись с ней. Что тогда ты хочешь?

Кажется мой напор немного испугал Вини, она взглянул на небо прикрыв глаза, а обратила внимание на татуировку на его шее в виде крыльев демона. Походу не я одна набила недавно татуировку.

— Я делаю вид для парней, что мы на свидании. — Наконец-то сказал он.

Делает вид.

Как иначе.

Почему то внутри меня все разгневалось, хоть я и пыталась это не показывать.

— Я могла заняться своими делами.

— А если бы тебя кто-то нашел? Я хочу, чтобы мой план прошел идеально, не задавай глупых вопросов. Корнелия Колли. — Процедил Вин и злобно взглянул на меня.

Нет, я никак не отреагировала на это, меня слишком раздражал сейчас этот парень, чтобы я испугалась его.

Наоборот.

— Твой план настолько же глупый, как и ты. Если ты думаешь, что я тупая и не догадываюсь, что на самом деле ты делаешь, то ты идиот. Как и тогда. — Я подошла вплотную к нему и ткнула пальцем ему в грудь. — Я больше не поведусь на это Винтер Хадсон, папенькин сынок.

Мы оба были напряжены, я чувствую это.

От нашей ссоры и ветер разбушевался.

В мои легкие забился этот чертов запах ментола и одеколона Винтера, который мне давно нужно выкинуть из головы. Давно мне нужно было забыть его привычки, улыбку, смех и глаза. Кстати насчет них, сейчас они настолько темные, что опять похожи на ночное море, значит он очень зол.

Как и я. Замечательно, думаю мы оба все поняли и разговаривать дальше нам нет смысла.

Я обошла Винтера демонстративно задев его плечом, но он нежно схватил меня за локоть и заставил вернуться на место.

— Это не так, я хочу вернуть ее и я это сделаю, не забывай. — Процедил сквозь зубы Винтер.

Неужели он умеет так любить, что не может отпустить.

Меня это не волнует. Я очень рада этому и надеюсь они будут вместе до конца своих дней, а затем их похоронят рядом.

В груди все горит, а я сжала зубы, мне так больно, ведь каких-то три года назад я мечтала об этом с обладателем голубых глазок.

Но сейчас эти мечты кажутся мелочью.

— Хорошо, я потерплю тебя еще три месяца. — Ответила я с язвительной улыбкой на лице, после чего отдернула руку и ушла. — Пока.

Он что-то сказал в ответ, но я уже не слышала.

Я вообще ничего не хочу слышать.

Даже его смех.

Перед поворотом на лестнице я оглянулась, чтобы проверить, не идет ли он за мной, но Винтер даже не смотрит в мою сторону. Замечательно.

Я была зла на него, на его бывшую, на этот велосипед, на котором я еду со всей скорости, но еще больше я была зла на себя.

Я должна быть лучше и не заполнять себя ненавистью. Как и обещала.

Но черт, я совсем ничего не могу поделать с собой рядом с ним, меня так бесит это, я совсем как маленькая девочка, которая не может скрыть свои эмоции. Я надеюсь Винтер не заметил, как моя кожа покрылась мурашками, иначе мне конец. Он начнет манипулировать мной и дальше, напоминая прошлое, ведь знает, что я была глупой и влюбилась в него по уши.

Я не буду давать ему и шанса подумать, что это мое больное место, ведь это не так, я отпустила его давно, а злюсь я просто потому что такие уроды существуют. Которые позволяют себе играть с чувствами уязвимых девочек.

Я больше не такая.

Подойдя ближе к комнате я услышала тихие всхлипы, открыв дверь я обнаружила Энни в красивом коктейльном красном платье и поплывшей от слез косметикой. Она ведь должна быть на день рождение, почему она плачет? Слишком много всего за день.

— Энни? — Тихо прошептала я, дабы не спугнуть ее.

Энни лишь жалобно посмотрела на меня и кинулась в объятья.

— Что случилось?

Кажется этот момент настал.