Глава 5

Макар

— У неё трое детей! — врываюсь в кабинет к брату, с порога выкрикивая шокирующую информацию.

— Что ж, я согласен с Вероникой, — поднимает голову, отложив документы, — ты невоспитанный. У меня мог быть посетитель. Стучать не учили?

— Да-да, — отмахиваюсь, — Кир, у неё трое детей! У этой Вероники!

На секунду замечаю на лице брата удивление, которое тут же сменяется спокойствием. Откладывает ручку, приготовившись меня слушать.

— И?

— Ты об этом знал? Знал и не сказал? — готов его придушить.

— А ты спрашивал? По-моему, в момент спора думал только о фирме, которая может стать твоей. Меня, конечно, немного удивило, что ты не потребовал хотя бы вводных данных, способных помочь прощупать девушку, но я решил, что ситуация под контролем. А что, дети мешают решению вопроса?

— Нет, блин, помогают! — вырывается негодование, потому как последние полчаса я обдумывал сложившуюся ситуацию, и ничего не придумал, отметая любые варианты.

Свободная девушка проста в обращении: инструкция понятна, время не ограничено. Но дети, в тем более трое, становятся проблемой вселенского масштаба. И Вероника дала понять: никакой легкомысленности.

— С твоим-то опытом и послужным списком, это вообще не проблема. Или проблема? — пытливо всматривается брат, пока нарезаю километраж перед рабочим столом.

— Ты не понимаешь! Это ж не собачка, а дети! Не один или двое, а трое! Младшему вообще шесть месяцев! Кстати, — только сейчас доходит, — может, она кормит грудью…

— Не кормит, — уверенно заявляет Кир.

— Откуда такие сведения?

— Из области логики. Она работает по десять часов. Скорее всего, ребёнок на смеси.

— Откуда такие познания?

— У меня, вообще-то, сын имеется. Твой племянник. Олег. Ему пять лет. Просто напоминаю.

— Ага… — объяснение брата меня устраивает. — Кстати, как он?

— Отлично. Ходит в детский сад, увлекается играми и любит проводить выходные у бабушки. Сегодня увидишь и сам поинтересуешься, какие изменения в его жизни произошли за полгода твоего отсутствия.

— Да, ужин же…

— Не вздумай слиться, — угрожающе хмурится брат, — мама соскучилась, да и отец давно тебя не видел.

— Не думал.

Вру, конечно, потому, что поездка в дом родителей привычно закончится требованиями отца заняться чем-то полезным, наладить личную жизнь и жить «как все». Что на языке отца означает «остынь, женись, сделай внуков». Но пока эта мысль, как и любые другие, которые могут оставить в моей жизни одну женщину, отвергаю.

— Так что, могу звонить Любе? — берёт телефон, ожидая моего ответа.

— Зачем? — вопрос вырывает из размышлений.

— Чтобы подобрала форму. Я так понимаю, спор окончен и завтра ты выходишь на должность носильщика.

— Нет! — выкрикиваю, потому что пока сдаваться не готов. Или готов?

— Ты только что бился в агонии, сетуя на троих детей и невозможность заинтересовать Веронику.

— Да, так, но… Мне ещё повезло, что она разведена! — вновь начинаю измерять шагами помещение. — Слушай, какой мудак бросит своих детей? Это ж надо так! Я так понял, что он не помогает, потому как оставить грудного ребёнка на сестру и выйти на работу, можно только при нехватке денег. Сколько ты говоришь смена? Десять часов? — Кир кивает, подтверждая цифры. — Ей бы в декрете сидеть, а она в твоём отеле работает… Странно всё это, — произношу почти шёпотом, словно мысли вслух, — непохожа она на мать троих детей.

— А у неё, что, табличка должна быть, оповещающая всех о статусе многодетная мать?

— Ну как бы она должна быть, — показываю руками, что Вероника как минимум должна была увеличиться в объёмах, ведь все рожавшие женщины полные. Или не все? — объёмнее немного.

— Посмотри на мою жену.

— У неё один, а тут трое. Где гарантия, что её не разнесёт после третьего?

— Рот закрой, — обрывает меня брат, — и не вздумай Лизе такое ляпнуть. Вообще никому из женщин. Слушай, у тебя что, никогда не было женщины с ребёнком?

— Нет, — перебираю в памяти длинный список. А может, и были, только я не уточнял. — В общем, не знаю. Так что мне делать?

— Действовать, если хочешь выйти победителем. Заинтересуй её, увлеки, воспользуйся обаянием, мозгами в конце концов. Хотя… чем больше ты говоришь, тем больше сомнений, что они у тебя есть.

— Она мне заявила, что не может себе позволить интрижку. Ей нужны серьёзные отношения, а не просто развлечение. Да ещё и детям её я, видите ли, не понравлюсь!

Размахиваю руками, отметив улыбку брата, которую он прячет, опустив голову. У меня тут проблема, а ему смешно!

— А ты, значит, уверен, что понравишься, так?

— Ну Олегу я же нравлюсь?

Вспоминаю игры с племянником, когда мы, увлёкшись, могли обстреливать друг друга из водяных пистолетов несколько часов. Мы отлично ладим несмотря на скепсис Кирилла, который в данный момент проявляется в полной мере.

— Тут согласен. Поэтому у тебя выбор небольшой: либо ты выкручиваешься, продолжая движение навстречу Веронике, либо завтра утром надеваешь форму и дежуришь у дверей. Выбирай.

— Первое. Пока первое. У меня есть три недели, отсчёт которым пошёл только сегодня. Вагон времени, чтобы придумать, как подобраться к разведёнке с прицепом.

— Ты только в её присутствии такое не ляпни, — кривится брат, словно я произнёс нечто ужасное.

— А что? Она сама так себя охарактеризовала. Так принято говорить.

— Принято, не значит правильно. И я считаю, что это оскорбительно. Женщина же не виновата, что мужик не вытянул и свалил. Думаю, ты сделал бы так же.

— Чего? Я бы своих детей не бросил. Я бы о них заботился.

— Ты о себе не можешь как следует позаботиться. И ремонт в квартире затеял, чтобы жить в отеле. Еда в ресторане, стирка в прачечной, а уборка не твоя забота. Ещё бы женщину рядом, и ты здесь прописался навечно. Жить одному тебе неинтересно, нужно самому решать бытовые вопросы.

И то, что описал брат, мне не нравится, хотя доля правды имеется. Зачем напрягаться, если есть люди, которые оказывают услуги? Нужно решать вопрос с ремонтом и сваливать из отеля, где я под наблюдением Кира, передающего сведения родителям. Я не так беспомощен, как считает брат.

— Сегодня же наведаюсь в квартиру и проверю, как идёт ремонт. Потороплю рабочих.

— Чего это ты спохватился?

— Вероника отказалась от похода в ресторан, сославшись на детей. Я предложил ужин в номере. Снова не так.

— Ещё бы в подсобке стол накрыл.

— Да и не хочет она контактировать на публику. Сказала что-то о слухах со стороны коллег.

— Её можно понять. Работает два месяца, можно сказать, новенькая. А тут брат хозяина знаки внимания оказывает, на ужин приглашает, причём демонстративно.

— Именно поэтому нужно перебраться в свою квартиру и уже там устраивать встречи подальше от посторонних глаз.

— Съедешь из отеля, и частые контакты закончатся. Да и с чего ты решил, что она согласится поехать к тебе в гости? Она тебя не знает, может, ты маньяк?

— Ты специально, да?

Раздражаюсь, потому что брат обрубает мои идеи, показывая, что они нерабочие. Вляпался, твою мать, я по полной. Ещё пару часов назад казалось, что всё будет без заморочек, но сложностей становится больше, а решения нет. Или я его пока не вижу?

— Просто рассматриваю ситуацию со всех сторон, чтобы подготовить тебя. А то ты о самом главном вот не узнал, прежде чем пари заключить. Кто знает, что ещё скрывает блондинка? И кстати, — щёлкает пальцами брат, привлекая моё внимание, — разведена, но ведь может с кем-нибудь встречаться. Не думал об этом?

Да что ж такое! Каждой фразой Кирилл настойчиво меня добивает. Оказывается, есть тонна нюансов, которые я не учёл. Даже не думал о них. Обычно девушки не скрывали отношения со мной, выставляя фото в соцсетях и делясь снимками подарков. Последняя, правда, почти подставила… Успел свалить, оставив девушку с её претензиями далеко позади. На звонки и сообщения не отвечал, сделал вид, что поглощён работой, а когда увидел фотографии свадьбы, понял, что можно возвращаться. И тут же вляпался в эту… Вот не мог Кир кого-то другого выбрать. Например, Тонечку. Всё было бы просто и быстро. Отчего-то вспоминая назойливую блондинку, кривлюсь. Слишком открыта, слишком навязчива, слишком напрягает… Всё слишком в её случае. Поэтому и от её услуг в качестве горничной отказался. Прилипнет намертво.

— Ты всё это заранее продумал, да? — мысль врывается неожиданно. — А может, она и на конфликт пошла с твоей подачи?

— Конфликт ты организовал сам, Макар, — голос брата вибрирует нервозностью. — Будь ты немного мягче и сдержаннее, сейчас лежал бы на кровати и пялился в потолок, а Вероника оставалась бы для тебя только горничной, которая иногда убирает номер. Но ты, как всегда, сделал из ничего проблему.

— Заканчивай с нотациями. Разошёлся, — бурчу под нос.

Кирилл старше на четыре года, а ощущение, что на двадцать. Всё чаще проскакивают интонации отца, а также фразы, бьющие наотмашь. В такие моменты чувствую себя ущербным, лишним, чужим в семье Марецких.

— Отца ты вообще не слушаешь, так что за него я. Мне нужно работать, — намекает на то, чтобы остаться в одиночестве. — И тебе не мешало бы.

— Заеду завтра в агентство. Кто руководит сейчас?

— Дмитрий Рубин. После твоего внезапного отъезда именно он был назначен мною. Выбора не было. Вот уже полгода он директор, который, кстати, неплохо справляется.

Снова укол и напоминание, что и здесь я прокололся. Иногда кажется, что нет мне места. Мечусь, тыкаюсь, стараюсь пристроиться, а ничего не выходит.

— Я хочу на свою должность.

— Хотеть не вредно. Выиграй спор и забирай фирму, а дальше распоряжайся как пожелаешь. Обещаю, лезть и советовать не стану. Потонешь? Сам ответишь за это. Но запомни — это проверка и возможность доказать отцу, что ты повзрослел и стал ответственнее. Он обмолвился, что в случае ещё одного промаха, посадит тебя на сухой паёк. Придётся зарабатывать самому, доступ к счёту будет закрыт.

Нервно щёлкаю пальцами, принимая слова брата. За меня основательно взялись, а угрозы отца не пустой звук. И теперь во что бы то ни стало нужно выиграть спор. В этом случае я со всех сторон в плюсе: фирма моя, а жизнь, какой бы она ни была, никого не касается. А там, возможно, и девушка найдётся, и семья сложится, и приду я к своему «как у всех».

— Я понял.

— Правда? — удивлённо вскидывает бровь.

— Да. Каждое слово. Именно по этой причине я обязан выиграть спор.

— Обдумай всё, что мы говорили, и иди в наступление. Только палку не перегни: между настойчивостью и навязчивостью слишком тонкая грань.

— Расскажи мне ещё, как с девушками взаимодействовать. У тебя до Лизы и отношений-то толком не было. Кратковременные романы без обязательств. Как у меня сейчас.

— Это в прошлом. Я женат шесть лет, имею сына и счастлив.

— И что, на сторону ни разу не сходил? — подмигиваю Киру, желая вызвать на откровенность.

— Если соберусь, предупрежу тебя, — ухмыляется, склоняясь над очередной бумажкой. — И предварительно разведусь.

— Зачем?

— А зачем мне ходить налево? Так поступают только идиоты или сволочи. Я себя ни к первым, ни ко вторым отнести не могу.

— Ну, я тоже…

Точно? Я, конечно, был верен своим пассиям, но появление следующей девушки автоматически отметало предыдущую. Да я даже изменой это назвать не могу, потому что как таковых и отношений не было.

— Предлагаю тебе удалиться, чтобы подумать над стратегией и приготовиться к ужину. В семь жду на парковке. Или сам приедешь?

— Сам, — отвечаю уверенно и покидаю кабинет брата.

Я не в восторге от семейных посиделок, но появление необходимо, чтобы порадовать маму и выслушать наставления отца. К тому же я купил подарок племяннику и обязан его вручить, иначе мелкий не простит. Кстати, нужно расспросить Олега, что сейчас детям нравится. Вероника сказала девочке семь лет, пацану пять. И если со вторым можно поладить, то как общаться с девочкой не представляю.

А я собираюсь общаться? Собираюсь, потому что мне нужна фирма. Это будет моим, личным, неприкосновенным для советов отца и брата. Кирилл обещания выполняет всегда, и после моей победы от слов не откажется. Не такой. Его слово — монолит. Ещё подростком, когда что-то говорил брат, это воспринималось, как понимание — от своих слов не откажется. Меня же слушали редко, часто просто махнув рукой. Да, бывало я менял свои решения, но всегда эти изменения сопровождались непреодолимыми обстоятельствами.

Но сейчас нужно идти до конца. До победного, с какими бы трудностями ни пришлось столкнуться. А они, эти самые трудности, наваливаются с каждым часом. Что ещё припасла для меня Вероника? Вероника… Грубо как-то, жёстко, официально. Ника. Именно так.

— Ника, — произношу одними губами, и образ девушки в памяти становится мягким, воздушным.

В плену мыслей, на автомате выхожу из лифта на своём этаже, когда на меня кто-то налетает, повиснув на шее.

— Макар Витальевич! Я так скучала!

Взяв за талию прилипший ко мне объект, с трудом отдираю, чтобы узнать в девушке навязчивую Тонечку. Просил же Любу, чтобы она избавила меня от неё.

— Антонина, будьте добры, соблюдайте субординацию, — осадив горящий взгляд, пытаюсь говорить твёрже.

Мягкость в отношении девушки противопоказана, потому как воспринимается криво и неверно. Прочувствовал на себе последствия, когда выталкивал из номера полуголую горничную, отчего-то решившую оказать мне услуги интимного характера.

— Макар Витальевич… Я… Я хотела быть вашей горничной, но меня перевели на третий этаж. Но если вы скажете Любови Андреевне, уже завтра я буду чистить ваши туфли и два раза в день мыть душевую.

— Антонина, мыть и чистить ничего не нужно. Я не смею перечить установленному распорядку. Я здесь временно, и уже через неделю покину отель. — Ложь во спасение, но она мне необходима, чтобы Тоня больше не ломилась в мой номер. — А горничная у меня уже есть. Я только имя и внешность не запомнил… — не хочу выделять Нику, да и намекать на заинтересованность в ней тоже, — но точно была.

— Вероника, — напоминает Тоня, пока семенит следом. Я же не думаю останавливаться, чтобы скрыться в своём номере. — Макар Витальевич, она вам не подходит: убирает плохо, конфликтует с гостями и меня терпеть не может. Она специально к вам напросилась, чтобы вы её заметили. Любит Кириченко к мужикам в штаны залезть.

А вот это вряд ли является правдой. Скорее всего, Тоня говорит о собственных слабостях.

— Мне плевать, кто и куда лезет, — выплёвываю раздражённо. — Она просто горничная. Её подноготная меня не интересует. Её обязанность — обслуживать. И твоя, кстати, тоже.

Подарив девушке раздражённо-неискреннюю улыбку, толкаю дверь и уже через секунду с грохотом закрываю, избавившись от Тонечки, которая застыла с открытым ртом.

Откровенно достала. Ответь я взаимностью, Тонечка в ту же секунду согреет мою постель и начистит туфли. Или сделает это одновременно, чтобы не терять времени. Услужливость приветствуется в работе, но не может заинтересовать мужчину. Да, девушки редко сопротивляются моему обаянию, но позволяют создать видимость охоты. Цель, которую нужно завоёвывать куда более привлекательнее той, что предложила себя сама. Предвкушаю, что охота за Никой будет сложной и непредсказуемой. Тем лучше. И интереснее.

Загрузка...