Мангака 5

Глава 16

Приехав домой, я сразу же пошёл к себе в комнату, не став присоединяться матери и сестре, которые как раз ужинали. Выдавил из себя пару приветственных дежурных слов, и сослался на усталость и на то, что уже поел, когда мать предложила мне поужинать с ними. Боялся, что не выдержу, сорвусь, и выскажу ей всё, что о ней думаю. Рано. Нужно потерпеть. Недолго осталось. Специально позвонил сегодня юристам узнать, как продвигается дело с моей эмансипацией, и они заверили меня, что всё под контролем, никаких проблем нет, и всё идёт по графику.

В комнате я быстро переоделся, и полез смотреть, что там с голосованием по манге, про которое я даже забыть успел из-за всех этих последних событий в моей жизни.

До конца голосования было ещё два дня, но победитель, похоже, был уже определён.

С большим отрывом лидировал вариант, что автор, то есть я, не должен начинать новую серию, пока не закончу старые. Он пока набрал тридцать шесть процентов.

На втором месте, с результатом двадцать три процента, был вариант со своей мангой, где было несколько тысяч сюжетов для манги, которые мне ещё предстояло прочитать. Остальные варианты набрали примерно равное количество голосов, и среди них с небольшим отрывом в два процента лидировала ТораДора.

За два дня, конечно, многое может ещё поменяться, но победитель, похоже, уже известен… И что теперь, прислушаться к читателям, и не начинать ничего нового? Или всё же сделать по-своему?

Я озадаченно взлохматил волосы на затылке, обдумывая, что же делать. Если послушаться читателей, то я ещё несколько лет за новую серию не возьмусь, пока эти все не закончу. В одном только Ван Пис больше ста томов! В Мастерах, по моим прикидкам, под тридцать томов выйдет, в Тетради смерти меньше всего — если правильно помню, двенадцать, вроде. Если за новую серию не возьмусь, то сосредоточусь на Тетради, чтобы побыстрее закончить хотя бы эту серию.

По моим прикидкам, в год я смогу рисовать где-то восемь томов, примерно, и, поверьте, это очень хороший результат для манги!

Из известных мангак мало кто способен выдавать даже четыре тома в год, очень уж это трудоёмкий процесс. Это мне хорошо, почти не надо ломать голову над сценарием и образом персонажей, написал по-быстрому сценарий, и можно сразу к черновику приступать, у других же только написание сценария может несколько недель занять, потом ещё надо дизайн персонажей придумать, характер, внешность, сделать эскизы — наброски в разных ракурсах, с обозначением одежды, мимики. Это тоже дело не быстрое.

И уже после этого приступаешь даже не к черновику, а к раскадровке, со схематичным изображением действий персонажей. После раскадровки получаются грубые наброски с движениями, схематичным фоном и местом для текста. И после этого, перед тем, как приступить к черновику манги, надо согласовать раскадровку с редактором или сценаристом, что тоже бывает очень долгим процессом, так как многие редакторы так и норовят внести изменения в сюжет.

У каждого мангаки, работающего с издательством, есть персональный редактор, с которым приходится согласовывать чуть ли не каждое своё действие. Очень часто они, почему-то, решают, что лучше автора знают, куда дальше должен идти сюжет, и буквально требуют, чтобы всё было так, как они считают нужным.

Это мне пока невероятно повезло, что в мою работу не вмешивается издательство, ограничиваясь лишь тем, что кто-нибудь периодически пытается поторопить меня, но, уверен, долго это не продлится. Убеждён, что они уже сейчас думают о том, чтобы приставить мне персонального редактора, глядя на результаты продаж моей манги, и как только из печати выйдет первый том Ван Пис, и они удостоверятся, что и тот пользуется успехом у читателей, за меня возьмутся всерьёз, тем более, что к тому времени я уже точно брошу школу, и у меня появится больше времени на творчество.

Вот только я не собирался позволять редакторам влиять на своё творчество. Тут, конечно, так не принято, обычно каждое их замечание чуть ли не закон для мангаки, но я подобного не потерплю. Я и без того знаю, что мои манги будут успешными, и никому не позволю их портить. Так что хочет того издательство или нет, но у меня будут свои правила работы с редакторами. На ошибки пусть проверяют, а к сюжету лезть не позволю.

Не понравится — найду более сговорчивое издательство, или вообще своё создам. Если продать акции Нинтендо, то у меня уже сейчас будет достаточно денег, чтобы купить своё издательство и вложиться в его рекламу.

Правда, там много времени займёт руководство этим издательством, и будет уже не до рисования, так что хотелось бы всё же этого избежать. Ну, или найму управляющего и с десяток «негров», которым буду только сценарии писать и дизайн персонажей делать, а остальное они на себя возьмут, и тогда можно будет и по тридцать томов в год выпускать.

До этого, конечно, не хотелось бы доводить, я люблю рисовать мангу сам, но как только подумаю о том, что при нынешнем своём темпе я буду заканчивать те циклы, которые начал, лет пятнадцать, так аж руки опускались. У меня ведь столько задумок ещё, но когда это всё делать?

Похоже, как бы мне это ни было противно, но если я хочу выпустить в этом мире все самые лучшие манги из своего мира, то без помощи «негров» не обойтись… Увы, но другого варианта я не видел. Иначе мне всей своей жизни на это не хватит. В одном только Наруто семьдесят с чем-то томов, на что у меня лет восемь уйдёт, и то, это если только его рисовать. А ведь есть ещё такие истории, как Бакуман, Драконий жемчуг, Атака титанов, Берсерк, Стальной алхимик, Хвост феи, и множество других, в каждой из которых не по одному десятку томов, и все они обязательно должны появиться в этом мире!

Я ещё с час просидел перед ноутом, читая комменты, и обдумывая свои печальные перспективы, и понял, что выход у меня только один — рисовать первые два-три тома в серии, писать сценарии следующих томов, и передавать их в работу какому-нибудь мангаке из своего издательства. Вот только тогда был риск того, что рано или поздно это всплывёт. Нужна была такая система штрафов о неразглашении, чтобы ни у кого даже мысли не возникло о том, чтобы слить куда-то информацию об этом. Хотя, вот как за этим уследить?

Есть ещё вариант, в соавторство брать кого-то. На каждый цикл по соавтору, и пусть рисуют потихоньку под моим чутким руководством. Правда, тогда придётся делиться доходом с ними, но это не страшно. Я с этого точно не обеднею.

Но в любом случае, для всех этих действий нужно было своё издательство, где я смогу творить всё, что вздумается.

У меня аж голова разболелась от всех этих размышлений, так что я закрыл ноут, и пошёл спать. Завтра меня тоже очень непростой день ждал. Настала пора расплатиться кое с кем по счетам.

— Опять они за своё! — простонал я, разглядывая целую кипу записок под партой. Ну, ведь один день только в школе провёл, и снова меня забросали признаниями в любви и предложениями встречаться. Вот что им всем неймётся?

Я пробежался взглядом по нескольким запискам, которые все как будто по одному шаблону были написаны — люблю, не могу дышать без тебя, пошли на свидание, а потом сгрёб их все в кучу, и выкинул в мусорку под возмущёнными взглядами своих одноклассниц, которые наверняка сегодня же расскажут всей школе, какой я моральный урод, но мне было глубоко похрен на то, что тут обо мне будут думать. Всё равно я скоро свалю отсюда.

— Странный ты, — меланхолично произнесла Кими, когда я сел на своё место, — Любой другой на твоём месте прыгал бы до потолка от счастья, и каждый день на свидания ходил, каждый раз с новой девушкой, тебе же это настолько не интересно, как будто ты не подросток в пубертате с бушующими гормонами, а пожилой дед. Ты бы сходил, что ли, к врачу, проверился.

— Нормально у меня всё, — отмахнулся я от неё, — Просто достало это повышенное внимание к моей персоне. И я предпочитать сам приглашать девушек на свидания, а не быть объектом их охоты, как будто я какой-то ценный приз. И что за слова для девушки про бушующие гормоны? Тебе положено краснеть при одной только мысли об этом, а не рассуждать так, как будто тебе лет тридцать.

— Э! Ты кого тут старухой назвал? — возмутилась она, и запустила в меня карандашом, от которого я успешно увернулся, и он влетел прямо в лоб подходившему Юсаке.

— О! Впервые вижу тебя такой оживлённой! Ох эта энергия юности, — рассмеялся он, глядя на аж побагровевшую Кими, и кидая карандаш ей обратно.

— Так! Ни слова больше про свою энергию юности, иначе я в тебя чем-то потяжелее запущу! — выпалила она, хватая учебник, на что Юсаку лишь ещё сильнее рассмеялся.

— Хорош ржать, садись, и слушай. Мне твоя помощь нужна, — кивнул я ему на стул рядом с собой, он послушно уселся, и преданно посмотрел на меня, я же ещё раз обдумывал то, что собираюсь сделать.

Я вчера много вариантов рассмотрел, думая, как мне лучше отплатить тому придурку из столовой, но более-менее нормальный пришёл в голову только сегодня утром, а так, что я только не рассматривал. От простого дождаться утром у школы и тупо избить, до подсыпания слабительного в столовой, но это всё было не то.

Нет, в том, что я без проблем уделаю его при желании, я не сомневался, и разница в габаритах и весе меня ничуть не смущала. За столько лет в боевых искусствах, я уже по походке научился разбираться в том, занимается ли идущий человек боевыми искусствами, или нет.

И по тому здоровяку было ясно, что он от них далёк. Обычный качок, а значит, медленный и неповоротливый, без поставленного удара. В драке с таким главное было не дать себя схватить и двигаться, и ничего он сделать мне не сможет. Но идея просто избить его, мне не нравилась. Тупо это и не педагогично, а мне хотелось, чтобы он надолго запомнил урок.

Идея со слабительным была получше, но как-то мелко это. Обычная пакость. Тут нужно было что-то поинтереснее. И я решил ему отплатить той же монетой, что и он со мной сделал, но более наглядно и показательно. И для этого мне нужна была помощь Юсаку.

— Идёт, через пару секунд будет у двери, — шепнул мне Юсаку, и прошёл дальше, чтобы не мешать мне.

— Отлично, — мысленно порадовался, и стал прислушиваться к тому, что происходит за моей спиной. В прошлый раз я не ожидал нападения, и расслабился, сейчас же я был полностью готов.

Уверен, что этот недоумок не ждёт подвоха, и будет действовать точно так же. Единственное, я думал, что он, перед тем, как толкнуть меня, сначала выскажется в том духе, что, мол, опять ты тут торчишь, или — Что, за добавкой пришёл? Но он, видимо, решил не портить мне сюрприз.

Я услышал, как чьи-то тяжёлые шаги за моей спиной внезапной ускорились, чуть повернул голову, наблюдая самым краешком глаза за приближающейся тушей, в последний момент перед столкновением сделал шаг в сторону, поставил подножку, а потом ещё и ускоряющего пинка под зад добавил, когда здоровяк споткнулся о мою ногу, и практически побежал вперёд, пытаясь не упасть.

Остановиться ему помог выросший на пути стол, на который он налетел, и с грохотом полетел на пол, роняя и стол, и стулья рядом с ним. Прям, страйк!

Тут ко мне подошёл тот тип, которого этот здоровяк охранял, я глянул на него, в ожидании его реакции, и подготовившись к возможному нападению, но он равнодушно прошёл мимо меня, даже не взглянув в мою сторону. Подошёл к копошившейся на полу туше охранника, и немного притормозил.

— Тупой идиот, — резюмировал он, глядя на подчинённого, и пошёл дальше. Охранник замер, осмысливая то, что сказал ему босс, а потом стал медленно вставать, с ненавистью глядя на меня.

— Ты труп, — мрачно пообещал он мне, медленно прихрамывая двигаясь ко мне, не обращая внимания на стайку прошмыгнувших мимо него испуганных девушек, решивших прервать свой обед, и сбежать отсюда. Парочка присутствующих тут парней тоже поспешно удалилась, и остались лишь работники столовой, испуганно следившие за происходящим в их заведении, да у входа я успел заметить Акеми, похоже, с интересом наблюдающую за развитием событий.

— Цубаса, уймись, — нехотя крикнул своему телохранителю сын префекта, но тот не обратил ни малейшего внимания на его слова, и сходу попытался зарядить мне своим здоровенным кулачищем в лицо. Слишком медленно…

Я без проблем уклонился от его удара, и тут же пробил с ноги по его пострадавшей ноге.

— Убью! — рыкнул он, и, хромая, попытался кинуться ко мне, и тут же как будто на стену налетел, получив удар с ноги между ног. Ну, а что такого? Мы же не на ринге, правил тут нет. А такой удар самый действенный, когда надо остановить такую тушу.

Здоровяк тоненько взвыл, и, схватившись обеими руками за промежность, рухнул на пол.

— Довольно! — крикнул тут его босс, встав со своего места, и зло глянул на меня.

— Пошёл на хрен, — ласково предложил я ему, отчего он аж опешил, — Я как-нибудь сам решу, довольно или нет, так что пасть свою заткни и не лезь не в своё дело.

— Да как ты смеешь! — вскинулся он, сжав кулаки.

— Отвали, — отмахнулся я от него, подошёл поближек охраннику, который аж вздрогнул при моём приближении, и еле удержал себя, чтобы не приласкать его с ноги по рёбрам. Не спортивно это. Да и каким-то я уж слишком кровожадным стал. Похоже, не хватает мне, всё же, занятий муай тай, злость выплёскивать некуда.

— Ещё раз ко мне полезешь, так просто не отделаешься, — пообещал я ему, — В следующий раз точно сломаю тебе что-нибудь, чтобы ты надолго запомнил урок. Понял меня?

Он поспешно кивнул, морщась от боли, и я не спеша двинулся к выходу из столовой под внимательным изучающим взглядом Акеми.

Ну, а на следующей перемене меня ожидаемо вызвали к директору, и пошёл туда в надежде, что меня, наконец, отчислят из школы, и я смогу сосредоточиться на своих делах, наконец.

Интерлюдия

— Я хочу, чтобы вы выгнали этого урода из школы! — нависал над директором Шуичи, зло глядя на того, — Он меня оскорбил! И избил моего друга! Не заставляйте меня отцу об этом сообщать! Вам тогда только хуже будет!

— При всём моём огромном уважении к вам и вашему отцу, — не сдавался директор, невозмутимо глядя на гостя, — Я этого делать не буду. И можете жаловаться кому хотите. Слишком много свидетелей, что ваш друг первым напал на Кушито-сана, а тот не тот человек, которого можно просто взять, и выгнать. Он — успешный мангака, актёр, и уже довольно известная медийная личность, и если его выгнать, будет такой скандал на всю Японию, который обрызгает нечистотами всех, включая вашего отца. Вы уверены, что вашему отцу нужны сейчас подобные скандалы? Я слышал, он собирается на следующих выборах баллотироваться в губернаторы Токио. Вы хорошо себе представляете, как этот скандал может отразиться на его рейтинге?

— Ладно, вы правы, — нехотя выдавил из себя сын префекта, и отодвинулся от директора, — Прошу прощения за свою несдержанность. Такой скандал нам действительно не нужен. Я сам решу вопрос с этим… Мангакой, — выплюнул он последнее слово, и пошёл к выходу.

Директор дождался, пока он выйдет, достал из-под стола бутылку, и нервной, трясущейся рукой, налил себе полстакана виски, и выпил его одним глотком.

— Может, лучше уволиться отсюда, и найти школу по спокойнее? — с тоской думал он, не выпуская пустой стакан, — Каждый год ведь что-нибудь происходит. И зачем мне это всё? А сейчас ещё этот Кушито придёт, которого надо наказать, но при этом, не отчисляя, и так, чтобы он не обиделся. И не наказать нельзя, префект этого не поймёт. Нет, точно доработаю этот учебный год, и увольняюсь! Хватит с меня…