Мангака 5

Глава 18

На моё счастье, дома никого не оказалось, так что я спокойно, без лишних глаз, поел на кухне в одиночестве, накормил Куро, и пошёл к себе.

Сестра уже второй день была в детском саду, пытаясь завести себе там новых друзей, а где была мать — понятия не имею, и меня это вот вообще не интересовало.

Сегодня утром мы вышли из дома вместе, где расселись по разным такси. Мать пыталась меня уговорить перед этим, что бы я сам отвёз сестренку в детский сад перед школой, но я отказался, так как он находился совсем в другой стороне от школы, это заняло бы у меня слишком много времени, и ей пришлось самой с ней ехать.

И уже позже, в школе, я сообразил, что зря я отказался, так как это была возможность поговорить с Мичико без маминых ушей. Я не оставил идею найти отца сестры, и попробовать поговорить с ним о матери и Мичико. Как говорится, враг моего врага — мой друг. И сестра могла подсказать, как его зовут и дать хоть какие-то его контакты. Вряд ли, конечно, она его номер телефона знает, но, может, хотя бы адрес помнит? Всё же, обычно детей в первую очередь учат запоминать свою фамилию и адрес.

И нет, я не собирался сразу ему выкладывать, где находится его дочь. Не знаю, из-за чего он расстался с моей матерью и как относился к моей сестре, так что сначала надо было выяснить, что он за человек, и уже потом выходить с ним на связь. Может, ему вообще плевать на Мичико, и он её не ищет?

В общем, сначала сбор информации, а потом уже буду строить планы, и поэтому завтра сестру в детский сад повезу я.

А пока я завалился на свою кровать, и набрал деду.

— Привет, внук, — почти сразу же ответил он, — У меня скоро занятия, так что если что-то срочное, то говори. Если нет — вечером перезвони.

— Извини, забыл, что у тебя как раз в это время занятия в додзё, — повинился я, — В двух словах тогда расскажи, как ты там? Всё нормально? — решил я зайти издалека, так как пока очень смутно представлял себе, как попросить его внести меня в завещание, чтобы если вдруг с ним что-то случится — мои деньги не ушли Наоки. Я её не настолько хорошо знал, чтобы быть уверенным в том, что она мне их потом отдаст.

— Что, Наоки уже нажаловалась? — прозорливо заметил он.

— Ну, не то чтобы нажаловалась, — заюлил я, — Но беспокойство высказывала, да. Переживает за тебя.

— Не переживайте, всё у меня хорошо, — проворчал он, — Я не дам довести себя до срыва, и драться больше с тем уродом не собираюсь. Пусть хоть каждый день ко мне ходит, плевать. Кого мог сманить из моих учеников, он уже сманил, а остальным ни он, ни его школа не интересны. Сегодня я заметил, что за мной следят, но мне скрывать нечего, пусть следят. В общем, не дёргайся, внук, всё будет хорошо.

— Ну, хорошо, если так, — тяжело вздохнул я, так как пора было переходить к самой неприятной части разговора, — Я ещё кое о чём хотел поговорить… О моих деньгах.

— Хотел — говори, и быстрее. У меня уже совсем времени нет, — рыкнул он.

— Я… — начал было я, и замолчал. Нет, не могу я ему такое сказать. Выглядит так, как будто я узнал о его проблемах, и забеспокоился о своих деньгах. Что-нибудь другое придумаю. Потом.

— Нет, ничего срочного… — выдохнул я, — Я тебе потом как-нибудь наберу. Ты, главное, будь осторожнее там.

— Да куда уж осторожнее. И без того из дома и додзё никуда не выхожу, Наоки не пускает даже в магазин, — проворчал он, — Но спасибо, что беспокоишься за меня. И не переживай, всё с твоими деньгами будет хорошо. Не пропадут и никому другому не достанутся. Я уже внёс их в своё завещание на твоё имя. Ты же об этом хотел поговорить?

— Как ты догадался? — вопросом на вопрос ответил я.

— Это было не сложно, — хохотнул он, — Всё-таки, я уже прилично пожил на свете, и довольно хорошо знаю людей. Уж тебя, так точно. Ты, конечно, у нас не меркантильный, но деньгам счёт знаешь, и к тратам относишься ответственно. Логично было предположить, что ты в скором времени спохватишься, и задумаешься о том, что с ними будет, если меня вдруг не станет. Тем более, что речь идёт о весьма существенной сумме. В общем, не переживай, никуда они от тебя не денутся. И на тот свет я пока не собираюсь.

— Очень на это надеюсь, — заверил я его, обрадованный, что он сам обо всём догадался, и нормально к этому отнёсся, — Тебе ещё моих детей учить своему боевому искусству.

— А ты что, ребёнка ждёшь? — забеспокоился он, — Нет, я рад, конечно, но не рановато ли? Кто мать? Когда свадьба?

— Не-не, всё норм. Никого я не жду. Это я на будущее, — поспешил успокоить я его. Не хватало ещё, чтобы я сам его до инфаркта довёл.

— Это хорошо. Но ты, всё-таки, с детьми сильно не затягивай, если хочешь, чтобы я успел их чему-то научить, — ещё раз хохотнул он, попрощался со мной, и отключился.

Я же подхватил на руки трущегося у моих ног Куро, погладил его пару минут, задумчиво разглядывая экран ноутбука, да и приступил к тому, что мне следовало сделать очень давно — начал составлять план на ближайшие годы своей жизни.

С самого начала своего попадания в тело Сайто, я фактически плыл по течению. Хватался то за одно, то за другое, принялся за мангу — не продумал, что и в какие сроки буду писать, потом на кино переключился, хотя и сам прекрасно знал, что у меня очень мало времени, ещё и муай-тай стал заниматься, работать.

Бросался то в одно, то в другое, без всякой систематизации, планов, и графиков. И если Сайто это было бы простительно, он же подросток ещё, то вот мне — нет.

Настала пора навести порядок в этом.

Первым делом, я собрался составить себе расписание на ближайшие пару месяцев, но быстро понял, что пока не узнаю график съёмок, у меня этого не получится, так что просто выписал в заметки на ноуте то, про что мне точно было известно, что меня ждёт в ближайшем будущем — два занятия в неделю муай-тай, и два посещения издательства, на которое я в последнее время подзабил немного.

В последнее время было немного не до него, к тому же, там Айя принимала дела в отделе, и пока меня не дёргала, но пора было входить в нормальный рабочий режим, пока никто не обратил внимания, что я не выполняю свои контрактные обязательства по посещению издательства два раза в неделю. Айя, конечно, прикроет меня, если что, но лучше до этого не доводить. Поэтому завтра, когда узнаю у аджарна точное расписание тренировок, определюсь с днями недели, по которым буду посещать работу.

Когда начнутся съёмки в фильме, дополню своё расписание, и надо не забыть напомнить режиссёру, что мне нужно освобождение от занятий в школе — сделал я себе очередную пометку в заметках.

Также отметил себе, что с десяти утра до двух дня, и с семи вечера до десяти у меня рисование манги. Если получится больше — хорошо, если нет, то это должен быть обязательный минимум.

Но всё это, конечно, пока очень условно. Слишком много всего ещё придётся учитывать и брать в расчёт. Например, в издательстве обязательно нужно было уточнить, какие мероприятия со моим участием планируются в этом году. Фестивали, встречи с читателями, различные шоу, интервью, блогеры — и это только навскидку. Чем больше я буду набирать популярность, тем чаще меня будут привлекать в маркетинговых целях. И всё это лучше бы спланировать заранее, и включить в мой календарь.

С тренером тоже нужно было поподробнее поговорить про предстоящий чемпионат мира — даты проведения, будут ли дополнительные занятия с ним по подготовке. Нужно ли будет в составе сборной собираться на какие-нибудь сборы, или всё это индивидуально проходит?

В общем, очень много нюансов, всех сейчас и не перечислить. По мере выяснения подробностей, буду в свой график заносить.

После этого пришла пора перейти к главной части моих планов, а именно, определиться с тем, что я буду рисовать в этом году, и в какие сроки.

И как бы мне ни хотелось начать новую серию, эти планы, после долгих раздумий, пришлось задвинуть куда подальше. Мои читатели правы. Нельзя так сильно распылять свои силы. У меня уже есть три серии в работе, и пока я не закончу хотя бы одну из них, браться за новую будет неправильно.

И так как Тетрадь смерти была самым коротким из моих циклов, там планировалось всего семь томов, именно на ней нужно было сделать основной акцент, чтобы побыстрее с ней закончить, и взяться за что-нибудь новое. Но и про другие серии тоже забывать было нельзя.

Я прикинул, что на завершение первого тома Тетради мне нужно, примерно, ещё две недели, если удастся придерживаться своего графика, после этого я сразу начну второй том, и параллельно буду рисовать второй том Ван-Пис.

До июня было вполне реально их закончить, и тогда за лето я сделаю третий том Тетради и третий том Мастеров, а осенью займусь четвёртой частью Тетради и третьим томом Ван Пис, и буду делать их до конца года.

Был соблазн поставить срок до декабря, но я понимал, что это нереально. Так как наверняка какие-нибудь форсмажоры ещё будут. Одна только съёмка в кино неизвестно сколько займёт времени, а отказываться от роли я не хотел, так как мне понравилось сниматься в кино.

Да и так планы у меня вышли довольно амбициозные — семь томов манги за год — это очень приличный показатель! Правда, если всё же придётся доучиваться в школе, добиться таких результатов будет почти нереально. В этом случае и пять томов будет хорошим результатом.

Если же всё пойдёт так, как я задумал, то уже к концу следующего года я планировал закончить с Тетрадью, и вот тогда возьмусь за… Наруто.

Глупо будет и дальше откладывать один из самых успешных проектов моего мира. Всё остальное может и подождать. И вот сейчас я ещё раз убедился, что не потяну я в одиночку всё, что задумал. Хочется мне этого, или нет, но со следующего года подход к работе придётся менять.

И я недрогнувшей рукой записал в планы на следующий год покупку издательства. Ну, а чего тянуть, если деньги есть, и без него будет точно не обойтись?

Вот только надо будет ещё хорошего управляющего найти, так как к школьнику во главе издательства в современном консервативном мире никто серьёзно относиться не будет, но это уже нюансы. Самое главное, что у меня появится инструмент для реализации всех своих задумок.

А ещё я только сейчас сообразил, как нелепо это будет выглядеть в глазах японцев, когда школьник, не закончивший школу, купит себе издательство… Со мной же просто никто работать не будет. Только не в этом консервативном обществе, помешанном на репутации, традициях и образовании. И, кстати, руководство моего нынешнего издательства, да и оба режиссёра тоже вряд ли этому обрадуются. Мда… И что делать? Просто забить? Или всё же доходить последний год в школу?

Если предположить, например, что съёмки в фильме продлятся с полгода, то есть шансы, что не так уж и много времени мне останется отзаниматься. Или попробовать экстерном, то есть, досрочно, экзамены сдать? Но есть ли тут такое? Да и потяну ли? Сомневаюсь, что моего уровня знаний достаточно для такого шага. В общем, надо будет хорошенько подумать над этой проблемой.

Как бы не пришлось ещё и в университет потом поступать. И для репутации, и для получения реальных знаний по управлению бизнесом. Управляющий, это, конечно, хорошо, но как бы он меня не кинул, если я совсем разбираться в этом не буду. Сколько раз я раньше в фильмах видел, как управляющие отбирали бизнес у таких вот горе-владельцев. Правда, я пока даже не представлял, возможно ли подобное в реальной жизни, но это ещё сильнее подталкивало к тому, что надо учиться, даже если мне этого очень не хочется…

— … а ещё Мики дала мне со своей куклой поиглать, а Кента пытался её отоблать, но я стукнула его по голове, и он пелестал! — размахивая руками и палочками для еды, оживлённо вываливала на меня свои впечатления от детского сада Мичико, — Но потом я дала ему куклу, а он мне машинку, и мы стали втлоём иглать. И мы во влемя тихого часа мы не спали, и когда воспитательница выходила, бесились! А потом Кента познакомил меня со своими длузьями, Коши и Тоноши! А воспитательница так и не заметила, что мы не спим!

— Мичико, так же нельзя! — возмутилась мама, накладывая ей еду. Себе я ужин уже сам положил.

— Во время тихого часа надо спать! И нельзя никого бить по голове! Ты же девочка, а девочкам драться неприлично, — воспитывала она дочь.

— Но он бы тогда у меня куклу отоблал! — возмутилась та, — И Мики ласстлоилась бы тогда!

— Всё равно, не надо драться. Просто пожалуйся воспитательнице в следующий раз, и больше он тебя не тронет, — нравоучительно произнесла мать.

— Со мной тогда никто иглать не будет. Тех, кто жалуется, не любят, — мило насупилась сестрёнка.

— А тех, кто дерётся, не любят ещё больше! Я сказала, не смей больше драться! — прикрикнула на неё мать.

— Холошо, мама, — со вздохом, согласилась Мичико.

— Вот и отлично. А сейчас, пожалуйста, сиди тут и кушай, а мне пока нужно сходить в душ. Сайто, присмотришь за ней, чтобы она все съела? — попросила меня мать.

— Без проблем, — пожал я плечами, и она ушла.

— Так значит, тебе понравилось в детский сад ходить? — спросил я у сестренки, которая сосредоточенно пыталась подцепить палочками лапшу.

— Очень! — кивнула она мне, не отвлекаясь от процесса. Лапша категорически не хотела цепляться, то и дело падала в тарелку, но сестра не сдавалась, пробуя снова и снова. Целеустремлённости ей было не занимать. Уже, вон, вся мордашка в соусе, но это её не остановило.

— И что, ты даже не скучаешь по своему старому детскому саду, и тем друзьям, которые там были? — поинтересовался я.

— А я не ходила ланьше в детский сад. И длузей у меня почти не было. Только две подлуги, но я с ними почти не виделась, — вздохнула она.

— Ясно. Ну, а по папе не соскучилась? — осторожно, вполголоса, спросил я.

— Соскучилась, — призналась она, и грустно посмотрела на меня, — Но мама сказала, что он больше не хочет нас с ней видеть. Что мы ему не нужны… Он даже не позвонил мне ни лазу, хотя ланьше мы часто с ним по телефону болтали…

— А как же мама может знать, что он не хочет вас больше видеть, если он вам не звонил? — продолжал я аккуратно расспрашивать, — Может, вам самим нужно ему позвонить, и узнать, как у него дела? Вдруг ему просто некогда, или он болеет?

— Я хотела ему позвонить, но у меня же нет своего телефона, а мама со своего звонить не лазлешает, — совсем поникла она, и меня даже совесть тут царапнула за то, что я разбередил ранки сестры.

— Так может, с моего телефон позвонишь? Хочешь? Ты знаешь его номер телефона? — осторожно предложил я.

— Я не помню… — вздохнула она. — Ланьше помнила, но уже забыла…

— Ну, а свой прошлый адрес хотя бы помнишь? — не терял я надежды узнать хоть что-то.

— Помню, что дом у нас был номел семь, и больше ничего… Забыла, — пожала она плечиками, печально глянула на меня, и вернулась к процессу борьбы с непослушными палочками и лапшой. Мне надоело смотреть за её мучениями, и я достал ей из ящика с приборами вилку, с которой ей явно было намного легче обращаться. Не знаю, зачем мать стала переучивать её на палочки?

И, похоже, от неё я ничего не узнаю о её папе. Хотя…

— Ну, а как зовут-то твоего папу, ты помнишь?

— Конечно, — серьёзно кивнула она, — Папа Жан.

— Просто восхитительно, — вздохнул я, — Ладно. Давай уже доедай скорее, а то всё остынет.

Увы, но от сестры, похоже, мне ничего не узнать. Придётся идти другим путём, — понял я, и тут же сообразил, что можно сделать. Можно ведь просто нанять частного детектива, который и узнает мне все подробности о прошлой жизни моей мамаши и о её муже.