Моё розенкрейцерское приключение: вклад в новейшую историю магии и исследование методов теургии

Как показало время, я несколько поторопился, объявив, что труд мой окончен. К несчастью, мне предстояло еще немало работы, как с самой Золотой Зарей, так и с Алистером Кроули. Нередко мне приходится об этом сожалеть. Прошлое не умирает до конца, и мертвецам не лежится в своих гробах: некоторые противоречивые вопросы, затронутые в «Моем розенкрейцерском приключении», время от времени снова дают о себе знать.

В связи с этим, прежде всего, следует упомянуть три книги. Я не стану пересказывать их содержание во всех подробностях, а изложу лишь то, что позволит закрыть несколько спорных тем. Вот эти книги:

«Единорог» Вирджинии Мур (Virginia Moore. The Unicom. MacMillan Co., New-York, 1954);

«Тайное учение Золотой Зари» Р. Дж. Торренса (R.G. Torrens. Golden Dawn, Its Inner Teachings. Neville Spearman, London, 1969);

«Ритуальная магия в Англии» Фрэнсиса Кинга (Francis King. Ritual Magic in England: 1887 to the Present Day. MacMillan Co., New-York, 1971)[113].

Всякий, кто прочитал основную часть этой книги, прежде чем открыть послесловие, без труда поймет, почему я счел необходимым обсудить эти издания.

«Единорог» Вирджинии Мур — превосходное литературное произведение. Замысел его родился из увлечения творчеством Уильяма Батлера Йейтса, и хотя биографий этого ирландского поэта опубликовано уже немало, данная книга необычна тем, что у Вирджинии Мур был доступ к информации, которая прежде никогда не обнародовалась. И главным образом писательница исследовала вопрос о связи Йейтса с Золотой Зарей. Благодаря ее настойчивости и основательности удалось прояснить некоторые последовавшие за расколом события, о которых я имел только самое смутное представление. За это я ей глубоко благодарен. Однако вынужден отметить, что не могу согласиться с некоторыми из ее выводов, о чем я уже подробно рассказал в биографии Алистера Кроули «Око в треугольнике». Преданность Йейтсу и неприкрытая враждебность по отношению к Кроули толкнули ее на несколько необъективных высказываний, правда, не слишком важных, чтобы придавать им большое значение.

Именно Вирджиния Мур первой прояснила некоторые нюансы отношений между доктором Фелкином и Рудольфом Штайнером, представлявшихся членам Золотой Зари слишком парадоксальными для открытого обсуждения. Неплохо описана в ее книге и парапсихическая наркомания — пристрастие к астральным видениям, свидетельствующая о духовной несостоятельности некоторых храмов и множества посвященных Ордена. Эту книгу можно настоятельно рекомендовать всем, кого заинтересовала переменчивая и трагичная история Золотой Зари. Насколько мне известно, тираж «Единорога» полностью разошелся, и с тех пор книга больше не переиздавалась. Остается надеяться, что благодаря этому и другим упоминаниям спрос на нее возрастет и побудит издателей к выпуску нового тиража.

Самое, пожалуй, прискорбное событие из описанных в книге Вирджинии Мур, — отказ Йейтса от орденской системы магического и духовного развития в пользу истеричного и мрачного мира медиумов и спиритических сеансов. Мне трудно понять, каким образом человек, однажды познакомившийся с системой посвящений Золотой Зари, может предпочесть ей другой подход — и в особенности тот, что бытует среди спиритов. Предполагаю, что это — показатель глубинной духовной неуверенности, которую Йейтс испытывал до тех пор пока наконец не нашел себя. «Душа моя блуждает во тьме и взыскует Света тайного знания», — говорится от лица соискателя в Ритуале Неофита. Но Уильям Батлер Йейтс, по-видимому, не смог обрести этот Свет на пути орденских посвящений.

Впрочем, все это — лишь второстепенные соображения, рассматривать которые здесь нет необходимости: в конце концов, мы ставим своей задачей прояснить историческую последовательность событий, а не судьбу тех или иных личностей.

Третья из перечисленных мною книг — «Тайные ритуалы оккультной магии» Фрэнсиса Кинга. Она значительно интереснее, чем работа Вирджинии Мур. Автор ее подтверждает некоторые исторические факты, приведенные в «Единороге», но, не ограничиваясь этим, идет гораздо дальше. Фрэнсис Кинг в меньшей степени, чем Вирджиния Мур, заинтересован в защите или осуждении тех или иных личностей, и вдобавок сообщает множество куда более важных исторических сведений, чем любой из авторов, затрагивавших до него эту тему. Очевидно, у него тоже был доступ к материалам, прежде находившимся в распоряжении частных лиц или намеренно скрывавшимся от широкой публики; таким образом, его книгу можно признать весьма авторитетным источником. Она написана превосходным языком, снабжена множеством документальных свидетельств и проникнута лукавым юмором.

Одной из загадок, связанных с расколом Ордена, долгое время оставалось дело супругов Хорос.

Фрэнсис Кинг уделяет ему немало внимания, раскрывая грязные махинации этой четы дегенератов. Я разделяю его мнение о том, что этот эпизод сыграл важную роль в истории Золотой Зари — в том смысле, что он деморализовал многих рядовых членов Ордена. Именно из-за него (а не только по причине других описанных здесь и в книге Вирджинии Мур конфликтов, которыми сопровождался раскол) многие в тот период покинули Орден.

В книге Кинга содержится множество сведений, проливающих свет на деятельность г-на Артура Эдварда Уэйта. В этом давно назрела необходимость, поскольку подавляющее большинство авторов, за редкими исключениями, относятся к нему с опаской и дипломатично обходят многие моменты его биографии. Много лет назад, когда в издательстве «Райдер» приняли мою книгу «Философский камень», редактор попросил меня изъять некоторые уничижительные замечания в адрес Уэйта, связанные с его разгромным отзывом на книгу г-жи Этвуд об алхимии[114]. Увы, мне пришлось выполнить это требование. Я снял все оскорбительные замечания — и по сей день об этом жалею.

Однако Кинг в этом отношении проявляет полное бесстрашие и показывает Уэйта таким, каким он и был, во всей красе. Особенно мне пришлось по душе следующее замечание: «Поправки в ритуал внес Уэйт; невозможно отрицать, что слог его напыщен до крайности, тягуч и многословен — или, по крайней мере, представляется таковым в наши дни». И это еще весьма снисходительная оценка; одному лишь Алистеру Кроули хватило духа твердо и последовательно, но в то же время не без юмора, изобличить этого помпезного и велеречивого католика в оккультной шкуре.

Кроме того, Кинг проясняет отношения, сложившиеся между Броуди-Иннесом из Североанглийского храма и Макгрегором Мазерсом. Я и прежде подозревал, что они заключили своего рода договоренность, устроившую обе стороны, но так и не обнаружил никаких документальных подтверждений своей гипотезы. Кинг же в своей книге представляет вполне достаточно свидетельств в ее пользу — и это лишь одно из множества оснований, по которым его труд следует признать чрезвычайно важным. Еще одно из них, хотя и не столь существенное, представляет собой информация о том, что в храме Уэйта, отколовшемся от Золотой Зари, состояли Эвелин Андерхилл[115], чрезвычайно одаренная и образованная писательница, специалист по христианскому мистицизму, и Чарльз Уильямс[116], написавший несколько романов на оккультные темы.

Вдобавок в книге Кинга подробно повествуется об одном событии, происшедшем несколько лет назад и чрезвычайно меня озадачившем. Осенью 1966 года друзья прислали мне из Англии несколько вырезок из «Дэйли телеграф». В первой сообщалось, что на пляже в Сассексе был найден деревянный ящик с магическими орудиями и регалиями. Его обнаружили и отнесли в полицию некая мисс Джудит Хобсон и ее отец; о том, что эта находка как-то связана с Золотой Зарей, не упоминалось ни словом.

Статья из той же газеты, датированная следующим днем, представляет всю картину совершенно в ином свете. Репортер «Дэйли телеграф» сообщает, что «г-н Фрэнсис Кинг, тридцатидвухлетний счетовод из Ноттинг-Хилл, ознакомившись с отчетом о содержимом найденного ящика», пришел к выводу, что «владелец этих облачений занимал видное место в иерархии Ордена [Золотой Зари. — Я.Р.], будучи посвященным седьмой степени посвящения, о чем свидетельствует его “перевязь степеней”». В первой статье описывалась дощечка с вырезанными на ней латинскими словами «Ех Fide Fortis» (девиз, означающий «Сильный в вере»). Кто такой Ех Fide Fortis, оставалось неизвестным — по крайней мере, никаких упоминаний об этом я не встречал.

Фрэнсис Кинг разъясняет в своей книге эти загадочные события. Девиз «Ех Fide Fortis» носила г-жа Трэнчелл-Хейз[117]. Когда деятельность Ордена была приостановлена в связи с моей публикацией первого тома материалов Золотой Зари, она сложила свои облачения и регалии в ящик и закопала его в саду на вершине утеса на южном побережье Англии. «Тридцать лет спустя, осенью 1966 года, утес обвалился и ящик с магическими орудиями упал в море. Волны вынесли его на берег, где он и был найден случайными прохожими».

Отмечу, что я познакомился с г-жой Трэнчелл-Хейз в 1931 году. Насколько мне стало известно в дальнейшем из различных источников, она была одной из наставниц Дион Форчун в искусстве магии. В то время она была замужем за психиатром, работавшим в лечебнице для душевнобольных, если мне не изменяет память, в Вустере. Кроули же в тот период находился во Франции и время от времени переписывался с женщиной по имени Гэбриел Ди, лондонским астрологом. Она была весьма проницательной дамой и, проявляя интерес к литературному творчеству Кроули, не питала особых иллюзий лично на его счет. Вскоре после того, как мы познакомились и стали добрыми друзьями с

Гэбриел Ди, она представила меня Трэнчелл-Хейз. Пять-шесть раз нас приглашали в Вустер на обед, и мы неизменно засиживались в гостях до вечера за увлекательной беседой. Господин Трэнчелл-Хейз по случаю обучил меня приемам гипноза, которые затем я включил в свой профессиональный арсенал. Впоследствии я нередко вспоминал супругов Трэнчелл-Хейз с глубокой приязнью. Но мне и в голову не приходило, что мои «откровения» в печати произведут на нее столь сильное впечатление.

Еще один увлекательнейший эпизод из книги Фрэнсиса Кинга касается отношений между Л. Роном Хаббардом, изобретателем дианетики и сайентологии, и Джеком Парсонсом[118], возглавлявшим храм О. Т. О. в Пасадене (Калифорния). Сразу после Второй мировой войны я переехал в Лос-Анджелес, намереваясь открыть там практику. До меня доходили слухи о существовании этого храма, однако я избегал всяких контактов с ним. В то время я переживал крайнее разочарование в Алистере Кроули и не хотел иметь ничего общего с Золотой Зарей. В 1952 году я узнал из газет о смерти Парсонса: тот погиб при взрыве в подвальной лаборатории, устроенной в его доме на Орандж-Гроув в Пасадене. На свет божий выплыло немало старых сплетен; желтая пресса наперебой смаковала грязные подробности биографии Кроули, не разглядев в этом происшествии ничего, кроме благодатной почвы для сенсации. Естественно, в статьях мелькали и упоминания о Золотой Заре — правда, лишь косвенные и случайные. Но мне до этого не было дела. Я был доволен, что хотя бы на сей раз остался в стороне от всего этого безобразия, никоим образом в нем не участвуя и даже не принимая его близко к сердцу.

Вскоре после этого дианетика прорвалась на страницы научно-фантастических журналов, и я позабавился от души, наблюдая за несколькими своими коллегами (от которых, кстати, трудно было ожидать подобного легковерия), вставшими под знамена Хаббарда, но, к счастью, дожившими до того, чтобы раскаяться в собственной глупости. Затем я познакомился с г-ном Льюисом Каллингом, автором «Полного курса обучения магии в ордене G. В. G.»[119], который в то время состоял в храме О. Т. О. в Пасадене. Некоторое время он ходил ко мне на прием под предлогом болей в пояснице[120]. Известно, что Хаббард жил в доме на Орандж-Гроув в одно время с Каллингом. Каллинг сообщил мне кое-какие сведения, похожие на те, что приводит в своей книге Фрэнсис Кинг. Это захватывающее чтение и занятная иллюстрация причуд, свойственных человеческой природе в определенных ее проявлениях. К тому же в ней сверкают некоторые из тех искр, что были рассыпаны Золотой Зарей в разные периоды ее истории.

В заключительной главе своей книги Фрэнсис Кинг подводит следующий итог: «Многое в системе Золотой Зари не было оригинальным: ее составные части рассеяны по различным оккультным трудам, созданным в последнее тысячелетие европейской истории. <…> В конечном счете совершенно неважно, кто свел воедино эти знания — Мазерс или кто-то другой; важно то, что люди, работавшие по этой системе во всех ее аспектах, нашли ее эффективной — в том смысле, что она позволяет добиться заявленных целей».

В основном я согласен с этим выводом. Однако я не люблю недоговоренностей, и, с моей точки зрения, было бы весьма полезно выявить предшественников Ордена в истории Европы. Если ссылки на фрейлейн Анну Шпренгель основаны на реальных фактах, то из этого следует, что в Европе все еще существовали и действовали наследники немецких розенкрейцерских организаций XVIII века. Время от времени от них отделялись филиалы, одним из которых, по существу, и стал орден Золотой Зари. Вероятно, где-то в Европе все еще хранятся документы, по которым можно проследить основные вехи этой истории. Собранием важных документов такого рода располагает брат Paragranus[121] из швейцарского отделения О. Т. О., и кому-то из исследователей еще предстоит прояснить с их помощью происхождение Ордена.

Кроме того, предстоит заполнить множество пробелов в биографии Макгрегора Мазерса. Поскольку орден Золотой Зари существенно повлиял на развитие современного оккультизма в целом, одна из наших задач — понять сущность и характер этого необычного человека. Строго говоря, Макгрегор Мазерс и был Золотой Зарей — в том же смысле, в каком мадам Блаватская была Теософским обществом. Подобно тому, как «Тайная доктрина» Блаватской составила ядро Теософского общества, произведения Мазерса стали ядром Золотой Зари. Ни то, ни другое общество попросту не смогло бы появиться на свет без этих двух невообразимых личностей.

Без всякой критики и осуждения отмечу, что Фрэнсис Кинг практически не касается этой темы, ограничиваясь предположением (которое кажется сомнительным даже ему самому), что материалы для разработки орденской системы Мазерс получил от некоего бельгийского Адепта. Кинг даже приводит его имя — доктор Тиссен или Тильсон из Льежа, брат Lux Tenebres[122], о котором упоминает доктор Уильям Уинн Уэсткотт в своей брошюре 1916 года. «Факты из истории розенкрейцерства». Быть может, это чистая правда; по крайней мере, я не вправе отрицать такую возможность. Кроме того, есть некоторые, хотя и не слишком ясные и убедительные, свидетельства того, что предшественников Золотой Зари следует искать в Германии и других странах континентальной Европы.

В приложении к своей книге Фрэнсис Кинг приводит «Историческую лекцию» Ордена, отмечая, что она не вошла в мое издание орденских лекций и ритуалов. Вынужден заявить, что я не включил эту лекцию в собрание материалов лишь по той причине, что считал и до сих пор считаю ее бесполезной и почти бессодержательной. Однако первая глава книги «Мое розенкрейцерское приключение» открывается тремя абзацами, взятыми из упомянутой лекции[123].

К слову сказать, в варианте лекции, опубликованном у Кинга, название Ордена на древнееврейском языке приводится неверно — хотя, разумеется, Кинг в этом не виноват. По-видимому, эту лекцию часто копировали ученики, не владевшие ивритом, и в результате название исказилось до полной бессмыслицы[124]. В изначальной версии Мазерса оно было указано правильно: «Chabrath Zereh Bokher Aour».

Надеюсь, что еще одну ошибку, встречающуюся в этой книге, Фрэнсис Кинг исправит при переиздании. Описывая каббалистический крест и Малый ритуал пентаграммы, он утверждает, что мои книги «Срединный Столп» и «Искусство истинного исцеления» представляют собой всего лишь расширенные версии ритуалов каббалистического креста и пентаграммы. Но это совсем не так. В «Срединном Столпе» действительно приводится расширенная версия упомянутых ритуалов, однако ^этим содержание книги далеко не исчерпывайся. Я излагаю в ней указания к облечению Божественными образами и технике вибрационной произнесения Божественных Имен. Основный источниками этих наставлений послужили тексты о Телесматических образах и вибрационном произнесении Имен из тома IV «Золотой Зари», а также «Liber О»[125] Кроули, опубликованная в журнале «Эквинокс» (т. 2, № 1). Что касается «Искусства истинного исцеления», то в нем подробно рассматривается и разрабатывается базовая схема из документа о Вратах, опубликованного в томе IV «Золотой Зари». Кроме того, я использовал фрагменты из документов Z, связанные, как показала практика, с вышеупомянутой базовой схемой. Впрочем, я полностью согласен с господином Кингом в том, что техники Золотой Зари можно развивать и совершенствовать едва ли не до бесконечности. И в этой области предстоит еще немало работы.

Прежде чем расстаться с ценнейшим и в высшей степени содержательным вкладом Фрэнсиса Кинга в историю оккультизма, остается обсудить еще одну затронутую им тему. Из главы 4 его книги я почерпнул столько откровений, что, признаюсь честно, был потрясен. Мне оставалось только поражаться собственной наивности. Система Золотой Зари в известном мне виде являла собой венец всего оккультного знания, доступного мне на тот момент, и сравнивать ее со спиритизмом и медиумизмом было, с моей точки зрения, кощунственно. Однако Фрэнсис Кинг приводит слова Мазерса из одного официального документа: «Почти все знания Второго ордена я получил от них [Тайных Вождей ордена. — И. Р.] различными способами: путем ясновидения, посредством астральной проекции с их или с моей стороны, с помощью стола[126] и с помощью кольца и диска, а иногда — непосредственно Голосом, воспринимавшимся физическим слухом. <…> Как вы понимаете, чтобы получить надежные и точные ответы с помощью стола или кольца и диска, требуется чрезвычайное и длительное сосредоточение и критический подход к получаемой информации».

Фрэнсис Кинг сопровождает эту цитату примечанием: «Эти предметы лучше всего будет описать как средневековые эквиваленты планшетки, которой пользуются современные спириты, и маятника, применяемого в современной биолокации. Маг определяет ответы на заданные вопросы по вращению золотого кольца, подвешенного на шелковой нити, над диском, на котором выписаны буквы алфавита».

Более того, много лет назад в моем распоряжении оказался документ Золотой Зари, в котором описываются манипуляции с диском и столом для спиритических сеансов. Я не включил его в свод материалов Золотой Зари, поскольку полагал — и до сих пор полагаю, — что эти наставления относятся к области низшей магии. Я просто не мог поверить, что они произошли из того же источника, что и, к примеру, документы Z. Обнаружив в книге Кинга упоминание Мазерса об этой практике, я был изумлен до глубины души. Сам Кинг, разумеется, здесь ни при чем, но я до сих пор не пришел в себя от разочарования.

Поэтому я решил прибегнуть к простому средству: опубликовать наконец этот документ (что, вероятно, следовало сделать еще тридцать с лишним лет назад) и тем самым навсегда изгнать его из своих мыслей. Пусть читатель решает сам, как ему относиться к этим наставлениям и как с ними поступить. Слишком уж долго — целых тридцать пять лет — я скрывал его от широкой публики. Вот он, и делайте с ним что хотите.

РИТУАЛ Б. БЕТ Из книги «Hodos Chamelionis»

— v-v-v-

Младший Адепт-Теоретик, 5° = 6°

- -

Особые магические орудия Младшего Адепта-Теоретика — кольцо и диск. Кольцо, служащее эмблемой степени, следует носить на все собрания Второго ордена, как носят драгоценное украшение, подвешенным на ленте лимонного, оливкового, желтовато-коричневого или черного цвета либо же сочетающей в себе все эти четыре цвета[127]. При желании можно использовать это кольцо только для украшения, а для практической работы применять другое.

На практике удобнее работать с кольцом несколько меньшего размера, чем то, что изображено далее на схеме.

Диск должен быть несколько крупнее, чем на чертеже, но не слишком большим. В нем выделяются три части:

1. Белая сердцевина.

2. Цветные лучи.

3. Буквы.

В сердцевине диска на белом поле начертаны черным цветом буквы Имени YHShVH, как показано на чертеже, и личный магический девиз Младшего Адепта-Теоретика. Первое необходимо для поддержания чистоты операции и для контроля за действиями в астрале. Второе — для поддержания личной связи с магической операцией.

Лучи должны быть окрашены в цвета, соответствующие буквам, которые в них расположены. Они символизируют действие Белого Света сердцевины через эти цвета.

Для начертания букв можно выбрать любой из нескольких алфавитов; можно также указать их числовые значения и соответствия из книги «Сефер Йецира». Луч, ведущий из сердцевины к той или иной букве, непременно должен быть того цвета, который связан с этой буквой в системе соответствий.

Кольцо должно быть удобного для работы размера. Его, как и диск, можно изготовить из любого подходящего материала, например из плотного картона. Оно не должно быть чересчур легким, иначе его колебания будут зависеть только от упругости нити. Имейте в виду, что на приведенном здесь чертеже изображено кольцо слишком большого размера. Кольцо следует окрасить, как показано на чертеже, с обеих сторон начертав белым цветом буквы EHEIEH. Во внутреннем круге с одной стороны следует написать черным на белом фоне магический девиз Теоретика, а с другой стороны — титул «Periclinus de Faustis»[128]. Нить можно взять льняную, шелковую или хлопчатобумажную, предпочтительно белую, хотя для определенных целей можно использовать и другие цвета— например, красный для операций, связанных с призыванием Огня. (Волос слишком упруг и к тому же несет в себе элемент личности того, кому он принадлежал. Железная или стальная проволока подойдет для целей, связанных с Марсом. Латунная или медная проволока — для целей, связанных с Венерой. — N. О. М.[129]) Белая же нить подходит всегда и для любых целей.

Часть кольца, к которой прикрепляется нить, должна быть окрашена в белый цвет. Она считается верхушкой кольца. Верхушкой диска считается черта, ограничивающая с левой стороны сегмент, содержащий букву «А». Не следует отождествлять этот сегмент с сефирой Кетер, поскольку работа с диском и кольцом связана не с сефирот, а с путями Древа Жизни.

Итак, когда Адепт-Теоретик пожелает использовать диск и кольцо дан прорицания или получения совета, пусть он, облачившись в подобающее одеяние со всеми регалиями и подготовив необходимые магические орудия, призовет обычным способом того Духа, Силу или Стихийного Духа, с которым ему угодно совещаться. (Примечание N. О. М.: «При желании — с помощью телесмы. С одной стороны поместите имена, печать и сигил Силы, а с другой — имя ТНМАН [записанное коптскими буквами]».)

Пусть положит диск на стол перед собой. Вершина диска, то есть линия, ограничивающая слева сегмент буквы «А», всегда должна находиться напротив него. Затем, для устойчивости опершись на стол локтем той руки, в которой он держит нить с привязанным к ней кольцом, пусть расположит кольцо в точности над белой сердцевиной диска, сосредоточив взгляд на той же точке.

Нить, на которой подвешено кольцо, следует немедленно прижать к точке, расположенной точно в центре подушечки большого пальца и (что чрезвычайно важно) удерживать в этой точке, плотно прижимая другим пальцем той же руки (удобнее всего — указательным или средним). Вскоре кольцо придет в движение и начнет колебаться или описывать круги.

ДИСК

Цвет сегмента:

1. желтый

2. желтый

3. синий

4. зеленый

5. красный

6. красноватооранжевый

7. оранжевый

8. янтарный

9. желтоватозеленый

10. зеленовато-желтый

11. лиловый

12. зеленый

13. темно-синий

14. зеленоватосиний

15. синий

16. индиго

17. алый

18. лиловый

19. темно-красный

20. оранжевый

21. ярко-красный

22. индиго

23. белый

24. серый

КОЛЬЦО

Принимая сообщение, не следует обращать внимание на небольшие отклонения кольца, при которых последнее не выходит за пределы круга цветных лучей и не достигает круга с буквами. Когда же оно явственно достигает круга с буквами, из соответствующих букв следует складывать слова или фразы именно в том в порядке, в каком на них указывает кольцо. Если кольцо отклоняется вправо или вращается по часовой стрелке, это означает «да»; если оно отклоняется влево или вращается против часовой стрелки, это означает «нет»; если же оно продолжает колебаться неопределенным образом, это означает «сомнительно».

Нить с кольцом следует твердо удерживать в точности над центром диска. До тех пор, пока техника не будет освоена полностью, во избежание самообмана необходимо внимательно следить за тем, чтобы рука оставалась в совершенной неподвижности. Чтобы исключить возможность невольного самообмана или преднамеренного обмана со стороны призванной сущности или враждебной силы, стремящейся вмешаться в операцию, каждое сообщение следует подвергать тщательной проверке (как в технике астральных видений).

Кроме того, следует заранее принять решение о том, на каком языке будет приниматься сообщение и о том, будут ли использоваться буквы или их числовые эквиваленты. Для защиты от иллюзий и для поддержания личной связи с операцией на диск и кольцо наносятся Божественные Имена и магический девиз Теоретика.

Подготовив обычным образом алтарь Золотой Зари и расположив на нем крест внутри треугольника, как в Ритуале степени Ревнителя, следует очистить и освятить помещение и т. д. (Примечание N. О. М.: «Огонь, Воздух, Вода, три круга на алтаре или три стихии. Начало — как в Ритуале степени 1°—10°; или же полная формула освящения, приведенная в ритуалах освящения Розы и Креста, Лотосового жезла и элементальных орудий. Использовать оба малых ритуала — изгоняющей пентаграммы и изгоняющей гексаграммы. Следует поместить на Алтарь четыре магических орудия. Пантакль — как символ синтеза — положить посредине; Кинжал, Чашу и Жезл расположить вокруг него».) Поместите диск поверх креста и треугольника так, чтобы линия, ограничивающая слева сегмент буквы «А», совпала с восточным рукавом креста. Кольцо положите в точности на середину диска, так, чтобы точка подвески (место прикрепления нити) пришлась на линию, ограничивающую слева сегмент буквы «А». Нить уложите спиралью вокруг центра диска так, чтобы завитки ложились по часовой стрелке и попадали на части, окрашенные в разные цвета. Вокруг диска разместите обычным способом малые магические орудия.

Встаньте у западной стороны алтаря. Алтарь и столпы следует подготовить тем же способом, что и в Ритуале степени Ревнителя 1°= 10°. Левой рукой возьмите Магический меч, правой— Лотосовый жезл за черную полосу. Держите эти орудия так, чтобы рукоять меча и черная полоса на жезле располагались непосредственно над левым и правым краями диска. Острие меча и лотосовидное навершие жезла следует соединить друг с другом под прямым углом в точке над центрами диска и кольца.

Оставаясь в этом положении, произнесите любую подобающую молитву к Божественным силам, правящим путями и сефирот Древа Жизни, и попросите даровать диску и кольцу Силу Истины.

Положите Лотосовый жезл справа от диска, а меч — слева от диска. Затем совершите знак Посредника, то есть Ревнителя, после чего воззовите к Великой Богине ТНМАН, дабы она ниспослала силу Истины этим орудиям во имя

AMETH[130] SIGILUM DEI[131]

Заключите молитву Тройственным Именем Богини[132]:

Освященные диск и кольцо следует хранить обернутыми в чистую белую ткань, шелковую или льняную, точно так же, как Розу и Крест и Лотосовый жезл.

*****

Пусть Младший Адепт-Теоретик вспомнит, что говорилось в лекции о Микрокосме, в разделах «Действие духовного сознания за пределами сферы чувственного восприятия» и «О путешествиях при помощи духовного зрения».

Итак, при работе с кольцом и диском оператор создает, частично из собственной Нефеш, а частично — из окружающей атмосферы, конус астрального света. Его основанием служит диск, а вершиной — точка, в которой пальцы оператора удерживают нить с подвешенным к ней кольцом. Волеизъявлением оператора, выражающего желание получить сообщение, создается символ приемника впечатлений. Он приобретает форму еще одного конуса, но перевернутого, поднимающегося вверх от точки подвески кольца. Таким образом, поверх диска, служащего основанием, возникает из астрального света форма, подобная песочным часам, центр которой находится между пальцами оператора, удерживающими нить с кольцом. Принимая впечатления из верхнего конуса-приемника, рука будет переводить их в нижнем конусе деятельного выражения в слова и фразы, складывающиеся из перемещений кольца между буквами диска.

Но если к этому способу прорицания попытается прибегнуть человек непосвященный, то, не ведая используемых в нем формул, он почти наверняка направит воронку конуса-приемника в собственную сферу чувственного восприятия, тем самым вступая на верный путь к одержимости. В действительности нельзя утверждать, что буквы указывает Сила, призванная оператором: в значительной мере оператор действует сам, преобразуя в движения кольца собственные впечатления. По этой причине данной форме прорицания не обучают Адептов-Ревнителей: слишком велика здесь опасность самообмана, и рука зачастую с готовностью движется туда, куда велит ей сердце.

По этой же причине принятое сообщение не обязательно должно быть выражено на том же языке, на котором говорила бы призванная Сила, обладай она человеческими органами речи. Воспринятые оператором впечатления переводятся в слова сообразно разумению оператора. И все это зависит от соотношения сил в верхнем и нижнем конусах.

*****

Первая и наиважнейшая задача состоит в формировании конуса и последующем преобразовании его в вихрь, центральную часть которого затем следует растянуть по вертикали. Так возникают очертания сферы, вписанной в вихрь:

От полюсов этой сферы исходят два луча сообщения, сходящиеся в точку на сфере чувственных ощущений оператора. Искусственно созданная таким образом полая сфера становится отражением Вселенной, и в ней по закону симпатии отражается все, что пожелает увидеть оператор.

Итак, пусть Адепт велит проявиться в ней тому, что он желает видеть. Но если это стихийный дух либо дух материальной или злой природы, следует соблюдать особую осторожность, ибо, входя в эту искусственную сферу, подобная сущность может зацепиться и за сферу чувственного восприятия оператора, что грозит одержимостью. Достигнув своей цели, Адепт должен изгнать призванную силу, повелев или разрешив ей удалиться, уничтожить созданные для операции формы в обратной последовательности, втянуть вихрь в свою сферу чувственных ощущений и тщательно закрыть ее в этой точке.

*****

Если Младший Адепт-Теоретик пожелает провести магическое совещание с помощью треножника, или стола на трех опорах, да будет ему известно, что орудие это создано по образу Круглого Алтаря в Усыпальнице Христиана Розенкрейца. Стол следует расположить таким образом, чтобы одна из его опор находилась в точке востока. Столешницу следует раскрасить таким образом, чтобы она превратилась в точное подобие алтаря, ножки же должны быть черными. (Можно также использовать съемные крышки, раскрашенные особым образом в соответствии с теми или иными целями. — N. О. М.) Если оператор желает надежнее оградиться от внешних влияний, пусть начертит на полу защитный магический круг по своему усмотрению (сообразно тем силам, которые он желает призвать) и расположится в нем для работы с треножником. (Примечание: можно окружить место работы лентой и в определенных точках разместить на ней телесмы или пантакли. — N. О. М.) Далее описана последовательность операции.

Стол следует расположить так же, как Алтарь в Усыпальнице: одна опора, которую в дальнейшем мы будем называть вершиной треугольника, образованного опорами, помещается в точке востока, в соответствии с восточной точкой, отмеченной на крышке стола. Если оператор работает один, удобнее всего будет сесть либо с западной стороны стола, либо в точке строго напротив того места, в котором явится призываемая Сила. Руки нужно положить на крышку стола у его боковых сторон. Через некоторый промежуток времени, длительность которого зависит от различных обстоятельств, треножник начнет покачиваться и словно подпрыгивать; в отдельных случаях бывают даже слышны отрывистые постукивания, возникающие при более резком переходе астральной Силы от конуса-приемника к столу. Имейте в виду, что движения стола в действительности представляют собой результат совместных действий оператора и Силы, сообщающей послание, — разумеется, если оператор не одержим призванной Силой и не поддался самообману. С философской точки зрения эта операция основана на том же принципе, что и работа с диском и кольцом, однако следует помнить, что в данном случае опасность самообмана еще больше.

Чтобы принимать сообщения с помощью треножника, следует заранее задать определенную систему соответствий между покачиваниями стола и буквами алфавита или простыми словами.

Обычно эта магическая операция оказывается более утомительной, чем работа с кольцом и диском, поскольку для ее выполнения необходима большая астральная Сила. В операции с треножником могут принимать участие несколько человек, однако они должны распределить между собой места за столом в соответствии со своей природой или природой Сил, с которыми они намереваются работать. Если участвуют трое, они могут использовать Воздух, Огонь и Воду, исключив из операции Землю. Пятеро участников могут использовать Дух и четыре стихии, соотнеся Дух с точкой востока. Шестеро или семеро могут занять места по углам гексаграммы и т. д., сообразуясь со сторонами света, но в любом случае своим расположением за столом участники должны сознательно, а не случайно образовать некий уравновешенный символ. Когда в операции участвуют несколько человек, каждый из них формирует собственный конус. Сочетание этих конусов образует Большой Конус, охватывающий всех в целом, таким образом можно привлечь в работу много силы. Но опять же следует принять меры предосторожности против одержимости и самообмана.

Между операторами должна царить полная гармония, ибо малейшее разногласие породит ошибки или вовсе нарушит ход работы. И не забывайте, что при работе с треножником конус-приемник привлекает любую оказавшуюся поблизости Сущность или Силу. Следовательно, необходимо соблюдать исключительную осторожность и помнить, что ложная информация подчас поступает не только по вине Сущности, передающей сообщения, но и по вине самого оператора или операторов.

Подобным образом можно работать не только с круглыми столами, и ног у стола может быть четыре и больше. Но для таких операций лучше всего подходит именно треножник. Можно также использовать кольцо и диск в сочетании с треножником. Во время призывания можно положить на стол Сверкающую Скрижаль, соответствующую природе призываемой Силы. Используя стол как физическую основу Силы, можно даже добиться зримых явлений. Если оператор ставит перед собой такую цель, желательно прикрепить к краям столешницы (не закрывая символы, изображенные на крышке стола. — S. R. М. D.) черные занавески длиной до пола, чтобы создать в пространстве между полом и крышкой стола цилиндрическое вместилище Силы. Можно использовать либо три отдельные занавески, либо одно полотнище с тремя разрезами во всю длину ножек стола — так, чтобы три его части соединялись только у самого края столешницы.

Во всех операциях такою рода следует проявлять величайшую осторожность во избежание одержимости, ибо она таит в себе опасность, хотя подчас и дает поразительные физические эффекты. Поддавшись одержимости, оператор некоторое время воплощает в себе призванную Силу и подражает ее действиям, вплоть до попыток обмануть самого себя и других участников операции.

Однако Младший Адепт-Теоретик достаточно подготовлен к подобной работе и знает, что и когда следует предпринять и чего следует избегать.

Формула операции с треножником во многом схожа с формулой Пирамиды и Сфинкса, применяемой в работе с Енохианскими Скрижалями. Нижний конус, над которым располагается конус-приемник для привлечения Силы, соответствует Пирамиде, а поверхность стола — местоположению Сфинкса.

Засим без труда можно понять, почему оператор должен постоянно и пристально следить за Силой, вливающейся из верхнего конуса в нижний.

*****

А теперь вернемся ко второй из перечисленных мною книг — книге Р. Дж. Торренса, после чего постараемся вкратце дать оценку всем трем работам. Книги Вирджинии Мур и Фрэнсиса Кинга следует признать серьезными, честными и достойными произведениями, и их авторы заслуживают высоких похвал. Однако о книге Р. Дж. Торренса «Тайное учение Золотой Зари» я этого сказать не могу.

Уже при одном взгляде на название этой книги невольно возникают вопросы: из какого источника господин Торренс получил это тайное учение? Состоял ли он в Ордене? Мы имеем право это знать. Если он был членом Ордена, осознает ли он, что нарушил клятву хранить учение в тайне? Лично я нарушил эту клятву, но исчерпывающим образом объяснил причины своего поступка. Мы имеем право ожидать соответствующих объяснений и от Р. Дж. Торренса. Временами он ссылается на «Эквинокс» Алистера Кроули и упоминает мой четырехтомник «Золотая Заря», хотя, по правде говоря, не так уж часто!

Однако прежде чем рассмотреть этот вопрос подробнее, отмечу, что об Р. Дж. Торренсе и его книге я узнал из статьи в небольшом английском журнальчике «Инсайт» (№ 12,1969). К тому времени я уже был знаком с редактором этого журнала Дериком Джеймсом и полагал, что нас связывают дружеские отношения.

Кое-какие утверждения в статье Торренса противоречат известным фактам. Так, например, он заявляет, что в Ордене, среди прочих, когда-то состояли Джеральд Йорк[133], Мэри Дести Стерджес[134] и Этель Арчер[135]. В сущности, это не так уж важно, но справедливости ради следует возразить, что упомянутые лица были членами «А А» Алистера Кроули, а вовсе не Золотой Зари. Это наводит на мысль, что автор статьи — не слишком заботится о точности. И заставляет заподозрить в господине Торренсе любителя ловить рыбу в мутной воде.

Этель Арчер (г-жа Виланд) и Мэри Дести Стерджес (сестра Virakam) нередко упоминаются на страницах «Эквинокс», а Джеральд Йорк известен как главный хранитель и защитник рукописей и книг Кроули. (См., например, работу Джона Саймондза «Великий Зверь»).

Но главным образом меня возмутил следующий абзац из упомянутой статьи:

«Ритуалы Кроули, опубликованные в „Эквинокс“ (т. 1, №№ 2–3), неполны. Четырехтомник Регарди о Золотой Заре, по всей видимости, основан на документах, украденных Кроули из центрального отделения Ордена и потому не заслуживающих доверия. Кое в чем они расходятся с оригиналами, но в сочетании с работами Кроули дают вполне достаточное представление о системе в целом».

Прочитав эту статью и найдя ее крайне небрежной и свидетельствующей о том, что господин Торренс, по всей видимости, не очень хорошо знаком как с публикациями в «Эквинокс», так и с моим четырехтомником, я написал письмо редактору журнала «Инсайт». Я надеялся, что он перешлет его господину Торренсу или опубликует в рубрике «Письма читателей», однако не получил по сей день. Поэтому воспроизвожу это свое письмо здесь:

25 февраля 1970 г.

Редактору журнала «Инсайт», Борнмут, Ханте.

Глубокоуважаемый сэр,

Передо мной лежит 12-й номер Вашего журнала, в котором у меня вызывает особый интерес статья господина Р. Дж. Торренса «Золотая Заря».

Допускаю, что этот джентльмен много лет изучал историю Ордена, однако обнаружить свидетельства этого в упомянутой статье нелегко. К примеру, перечисляя бывших членов Ордена, он называет имена Джеральда Йорка, Этель Арчер и Мэри Дести Стерджес. Вероятно, господин Торренс просто пошутил! Ведь это были близкие друзья Алистера Кроули и члены ордена «А. А.».

Кроме того, он утверждает, что после раскола Ордена на несколько организаций одну из них возглавила Дион Форчун. Досадно, что наш уважаемый господин Торренс не читал статью Дион Форчун 1934 года, опубликованную в «Оккультном обозрении». В ней Дион Форчун рассказывает, как госпожа Мазерс исключила ее из Ордена и как затем ее приняли в бристольское отделение, руководитель которого разрешил ей основать собственную организацию — Братство Внутреннего Света. Дион Форчун никогда не возглавляла ни одного из отделений Герметического ордена Золотой Зари.

Если таковы примеры осведомленности автора, то их вполне достаточно, чтобы не поверить больше ни единому его слову. Заявляя, что для того, чтобы составить полное представление о ритуалах Ордена, мою книгу «Золотая Заря» следует читать вместе с «Эквинокс» Кроули, он сам наглядно показывает, что ровным счетом ничего не знает ни об «Эквинокс», ни о четырехтомнике «Золотая Заря», ни о «Моем розенкрейцерском приключении».

Искренне Ваш.

Вопреки утверждению Торренса, суд над четой Хорос вовсе не побудил Дион Форчун отмежеваться от Ордена и основать собственный его филиал. Этот скандал разыгрался задолго до того, как Дион Форчун вообще узнала о существовании Ордена, — должно быть, она тогда была еще ребенком. Она вышла на сцену гораздо позже, и ее рассказ о том, что произошло на самом деле, действительно можно прочесть в статье, опубликованной в «Оккультном обозрении» (насколько я помню, в 1933 или 1934 году)» а впоследствии вошедшей в ее «Практическую магию» (Aquarian Press, London, 1962), составив главу 10 этой книги.

Орденские ритуалы посвящения, опубликованные в «Эквинокс», так беспощадно отредактированы, а точнее, я бы сказал, изувечены (вероятно, это сделал капитан Дж. Ф. Фуллер[136] — но, разумеется, с молчаливого одобрения Алистера Кроули), что составить по ним представление об истинном характере церемоний Золотой Зари просто невозможно.

Что касается заявления господина Торренса о том, что опубликованный мною четырехтомник «Золотая Заря» основан на документах, украденных Алистером Кроули в период раскола, то стоит упомянуть, что господин Торренс предусмотрительно употребил слово «вероятно», тем самым избежав необходимости признаться, что он попросту не знает, как обстояло дело в действительности.

К октябрю 1928 года, когда я встретился с Кроули в Париже, все документы Золотой Зари, которые могли быть в его распоряжении, уже исчезли — потерялись или были украдены. Я не видел ни одного. И каким образом я мог опираться в своей работе на эти несуществующие бумаги, мне не понятно.

Кроме того, в моей «Золотой Заре» опубликованы по меньшей мере два документа, упоминаний о которых мы не найдем ни в одной из работ Кроули. Один из них — заключительная часть материалов о Таро, посвященная соответствиям между картами Таро и созвездиями, и включающая формулу Четырех Змеев. Господин Торренс приводит обширные цитаты из этого текста. Между тем нет никаких свидетельств, ни прямых, ни косвенных, того, что Кроули хотя бы видел эти документы; упоминаний о них нет ни в одном из его опубликованных трудов, с которыми я весьма неплохо знаком, как явствует из моей книги «Око в треугольнике».

Можно обнаружить и еще более наглядное доказательство того, что господин Торренс не в ладах с фактами. Он цитирует по моему изданию материалов Золотой Зари (без указания источника) документ с описанием старших арканов Таро, принадлежащий перу достопочтеннейшей сестры Q. L.[137] Сестра Q. L. — это ныне покойная миссис Фелкин. Она никоим образом не могла написать этот текст в период, когда Кроули состоял в Ордене, то есть до 1900 года. С моей точки зрения, он был написан не раньше 1910 года. Если моя книга основана на документах, украденных Кроули, то каким образом я мог опубликовать материалы, которых Кроули даже никогда не видел? Более того, остается фактом, что господин Торренс привел этот текст либо по моему изданию, не сославшись на источник, либо непосредственно по документам, которые получил в Ордене, — в этом случае он нарушил торжественную клятву молчания. И после этого он смеет обвинять меня в том, что я воспользовался документами, украденными Кроули?

В период работы над «Моим розенкрейцерским приключением» я заявил, что в сложившихся обстоятельствах опубликую документы Ордена без малейших угрызений совести, ибо только таким образом их можно сохранить для потомства, однако пообещал не разглашать имена Вождей (и рядовых членов) храма, в котором я некогда состоял. Фрэнсис Кинг, судя по всему, располагает кое-какими сведениями на этот счет, поскольку в переписке со мной он высказал верную догадку о том, в каком именно храме я работал. Другое дело — господин Торренс. Не хотелось бы нарушать вышеприведенное обещание, однако если господин Торренс признается, в каком храме состоял он сам, и назовет имена своих Вождей, то я с радостью отправлю в редакцию английского журнала «Пентаграм» письмо с указанием имен Вождей и местоположения храма, к которому принадлежал я. Если же господин Торренс этого не сделает, то я считаю, что он должен передо мной извиниться, причем не лично, а в печати. Не сомневаюсь, что редактор «Пентаграм», господин Джерард Ноэль, с удовольствием опубликует его извинения.

Досадно, что я не могу привести здесь для господина Торренса копию своей зачетной книжки с отметками о сданных в Ордене экзаменах. В ней были подписи достопочтеннейших сестер L. О. Е.[138] и Spes[139], а также брата Lahore et Concilio[140]. Однако грабители, вломившиеся в мой дом в феврале 1969 года, похитили эту книжку вместе с большей частью принадлежавших мне регалий и атрибутов Золотой Зари.

Ритуалы посвящения, применявшиеся в Ордене (как справедливо замечает Фрэнсис Кинг, совершенно неважно, будем ли мы называть его орденом Золотой Зари, орденом Утренней звезды или Альфой и Омегой[141]), отредактировал вовсе не я. Я счел нужным упомянуть об этом исключительно для того, чтобы просветить господина Торренса. Однако тот, кто это сделал, поработал на совесть. И, вопреки заявлениям господина Торренса, этот редактор не исключил из текстов ни одного важного слова. Первоначально Иерофант при открытии храма обращался по очереди ко всем участвующим в ритуале служителям с вопросами об их обязанностях, функциях и символике. Впоследствии эти лишние вопросы исключили как чересчур прозаичные, скучные и попусту отнимающие время. Вместо этого каждый служитель стал самостоятельно, без напоминаний произносить реплики, характеризующие его пост. В этом состоит главная (хотя и не единственная) поправка, внесенная в ритуалы Золотой Зари в ордене Утренней Звезды.

А теперь осталось рассмотреть еще два или три вопроса, после чего сочинение господина Торренса можно будет с чистой совестью предать забвению. На страницах 142 и 157 своей книги Торренс утверждает, что 12-й путь Древа Жизни соответствует Скомороху или Магу[142], соотносящемуся с еврейской буквой Бес. В рукописях Золотой Зари и в большинстве современных книг по каббале (которую господин Торренс неизменно именует куабалой, кого бы он при этом ни цитировал — Кроули, Дион Форчун или меня) вторая буква еврейского алфавита носит название Бет. Это соответствует нормам произношения, принятым у евреев-сефардов. Вариант Бес не используется нигде, кроме самой первой моей книги «Гранатовый сад», где, как и в одном из примечаний к тому I «Золотой Зари», поясняется, что это всего лишь название той же буквы, принятое у ашкенази. Вы полагаете, господину Торренсу достало любезности указать, что он позаимствовал этот вариант из моей книги?

Далее, приводя несколько весьма странных ссылок на книги о Таро, он забывает упомянуть одного из лучших в последнее время исследователей в этой области — Пола Ф. Кейса[143]. Последний некогда состоял в американском отделении Золотой Зари, и хотя его нынешние воззрения не во всем согласуются с официальным учением Ордена, он остается самым плодовитым, влиятельным и серьезным из всех современных авторов, пишущих на эту тему. При этом господину Торренсу хватило совести упомянуть в библиографии книжицу Макгрегора Мазерса о Таро — один из самых бесполезных образчиков оккультной литературы, когда-либо увидевших свет.

И наконец, у меня сложилось впечатление, что господину Торренсу кажется, будто колода Таро Кроули, столь изысканно воплощенная в жизнь художницей Фридой Харрис[144], в чем-то похожа на колоду Золотой Зари. Скорее всего, он просто никогда не видел Таро Золотой Зари, подробно описанное в томе VIII «Эквинокс» и в томе IV «Золотой Зари». Старшие арканы колоды Кроули исчерпывающим образом описаны в его «Книге Тота»; он разработал эту колоду на основе собственных медитаций и духовных исследований, и она не имеет с колодой Золотой Зари ничего общего.

Принадлежавшая мне колода Золотой Зари пропала при ограблении, о котором я уже упоминал. К счастью, когда-то я одалживал ее одной своей подруге из Нью-Йорка (в то время состоявшей в организации совместного масонства, а ныне возглавляющей собственный оккультный орден), и та сняла с нее копии на фотостате. Недавно я получил листы с копиями, по полтора-два десятка карт на каждом. В ближайшее время, как только смогу, я обращусь к художнику и постараюсь воссоздать полную колоду Золотой Зари в виде, пригодном для публикации. Если это удастся, я с радостью вышлю господину Торренсу подарочный экземпляр— просто чтобы он осознал, насколько был далек от истины.

Добавлю также — хотя это и не имеет отношения к истории Ордена, — что, если не считать цитат из Кроули и моего четырехтомника «Золотая Заря», сочинение господина Торренса, на мой взгляд, сводится к пустопорожней болтовне. Я давно не держал в руках настолько бессодержательной книги. Пожалуй, единственная польза от нее состоит в том, что она подкрепляет соображения, высказанные мной в предисловии к новому изданию «Золотой Зари» (Llewellyn Publications, St. Paul, 1969). Я там отметил, что в «Золотой Заре» так много нового практического материала, что избыток информации буквально ошеломил и сбил с толку некоторых учеников. Поэтому я позволил себе дать несколько советов о том, как справляться с подобными затруднениями. Если очистить книгу Торренса от пустых разглагольствований и повторов, его упрощенная схема может послужить вполне приемлемым пособием для тех, кто только начинает осваивать технику магической работы по системе Золотой Зари.

Теперь мне почти нечего добавить к вышесказанному. История Золотой Зари уже достаточно широко известна. Перед тем, кто прочтет «Мое розенкрейцерское приключение», «Единорога» Вирджинии Мур, «Тайные ритуалы оккультной магии» Фрэнсиса Кинга и «Око в треугольнике», где я пытаюсь представить в новом свете историю жизни Кроули, развернется ясная и подробная картина событий. Между прочим, я считаю необходимым отметить, что своей репутацией черного мага Кроули обязан по большей части тем членам Золотой Зари, которых возмутило то, что он поддержал Мазерса во время раскола. «Говорил горшку котелок: уж больно ты черен, дружок», — и для всякого, кто прочтет книгу Фрэнсиса Кинга, смысл этой пословицы станет совершенно очевиден. Оказывается: те, кто обвинял Кроули во всех смертных грехах, сами не гнушались нападать на него, пользуясь средствами черной магии.

Для исчерпывающего представления об истории Золотой Зари теперь не хватает только двух работ. Прежде всего, необходима биография МакГрегора Мазерса, которую, как я надеюсь, напишет кто-нибудь из исследователей оккультизма, принадлежащих к новому поколению. А кроме того, недостает труда, в котором рассматривалась бы история предшественников Золотой Зари в странах континентальной Европы. Насколько мне известно, один английский автор уже работает над подобным исследованием. Я ожидаю выхода его книги — не скажу, что затаив дыхание, но с искренним интересом и предвкушением.

Нет, труд мой далеко не окончен, как я некогда полагал. Постоянно открываются все новые и новые перспективы для исследования, и по мере освоения очередных областей возникает необходимость в новых публикациях для читателей, интересующихся данной тематикой.

Посему я вновь завершаю эту книгу старинным прощальным приветствием.

Valete Fratres et Sorores. Roseae Rubeae et Aureae Crucis. Benedictus Dominus deus noster qui dedit nobis Signum.

Sub umbra alarum tuarum, Yod he vau he[145].

Израэль Регарди

Стьюдио-сити, Калифорния 1 декабря 1970 года