Ангелина
Где моя голова, мой мозг и разум? А я ведь всегда считала себя здравым и рассудительным человеком. Зачем я выпила этот несчастный стакан вина? Алкоголь мне противопоказан.
Как минимум, потому что наутро болит голова. И, как максимум, потому что я вчера не вполне владела собой.
Стоит только открыть глаза и события вечера потоком врываются в мозг. Мне ужасно стыдно перед Демьяном. Я бросилась его целовать только из желания вызвать реакцию у Артема, который, скорее всего, даже не обратил на это внимания. Боже, теперь Князев будет думать, что у нас что-то может получиться. Пока мы ехали до дома он несколько раз об этом намекнул. А вот точнее уже и не вспомню. Я почти отрубилась к тому моменту, так дико хотелось спать.
Телефон тому подтверждение. Сообщения с пожеланиями спокойной ночи и доброго утра. Приплыли. Сама себя загнала в эту ситуацию.
Слышу, как мама с папой о чем-то тихонько переговариваются на кухне. Папа как раз должен был вернуться из командировки.
Выходной, можно не мучать себя линзами. Умываюсь, надеваю очки и выползаю на кухню. Чтобы ещё когда-то я пила алкоголь.
— Доброе утро. Как командировка?
— Отлично, — папа отодвигает кружку с кофе. — Если все в сборе, есть разговор.
— Мама, я сама все сделаю, садись, — я наливаю чай, меня мучает дикая жажда. А вот есть совсем не хочется.
— Мне предложили новую работу в Тюмени, с повышением оклада и арендой жилья разумеется.
Мы с мамой переглядываемся и молчим. Ситуация складывается интересная. Я учусь и работаю, мама сама только год, как стала завучем в школе и очень довольна своим новым местом.
— Я примерно так и думал. Значит, отказываемся.
— Игорь, подожди. Давай пока подумаем, — маму тоже можно понять. Не понятно только, как в текущем положении сделать хорошо каждому.
— Гелю в любом случае мы не будем трогать. Пусть учится. Здесь у неё перспектив больше. Вопрос только в нас.
Я не верю своим ушам. Последние двадцать лет я была центровым персонажем в их жизнях, особенно после смерти брата и моей аварии. А сейчас наступил тот самый момент, когда я полностью независима, чтобы жить и обеспечивать саму себя.
— Я приму любое решение. Делайте, как вам лучше. И да, я взрослая, мне уже не требуется помощь. Поэтому, справлюсь.
После завтрака возвращаюсь к себе в комнату. Несколько пропущенных от Демьяна. Пытаюсь вспомнить, что такого я могла наговорить ему в машине. Вроде все было прилично, в основном я была в полусне.
Он не заставляет себя долго ждать и присылает сообщение с предложением встретиться. Наверное, это будет отличной возможностью извиниться за вчерашнее.
Я быстро собираюсь, не особо выбирая наряд, джинсы и свитер. Волосы собираю в хвост, а ещё решаю так и остаться в очках. Обычно парни не очень любят их, может это даже отпугнет его.
Через час, Князев уже ждёт у подъезда. Он, в отличие от меня, выглядит, будто собрался на свидание всей своей жизни. Стоит, скрестив руки на груди и улыбается. Почему Демьян не вызывает никаких эмоций? Красивый, богатый, наглый, самоуверенный. Типичный плохиш. По всем законам я должна быть в диком восторге. А мне все равно.
— Привет. Ты сегодня какая-то другая.
— Привет. Это все очки, — я поправляю оправу, чтобы ещё больше сделать на ней акцент. Оправа достаточно старая, сейчас смотря на себя в зеркало, мне и самой кажется, что я в ней какая-то странноватая.
— Тебе идёт. Необычно, правда.
— Спасибо, — я не понимаю он серьёзно так думает, или просто очередной комплимент.
— Куда поедем?
— Может быть прогуляемся по парку? — я не планировала ехать с ним и вообще проводить слишком много времени.
— Хорошо. Как скажешь.
Мы направляемся в парковую зону по моему привычном маршруту в универ.
— Хочу извиниться за вчерашнее.
— За что конкретно? — он слегка приподнимает бровь.
— За то, что набросилась на тебя с поцелуями.
— Хм. За такое обычно не извиняются.
— Я все равно чувствую себя некомфортно. Это была не я. Выпила немного лишнего, поэтому… как есть, — я рассматриваю семейную пару, идущую нам навстречу. Что мне ещё сказать? Алкоголь так сильно на меня подействовал, что я решила позлить бывшего, который, кстати, твой друг по совместительству. К таким откровениям я не очень готова.
— Мне показалось, это были искренние эмоции. Твои извинения мне не нужны, если бы я не хотел, не целовал бы тебя в ответ, — Князев выглядит немного смущенным. Забавно, что такие, как он могут смущаться. — Ты ненормальная.
— За это извиняться не буду. Какая есть, — мы останавливаемся и смотрим друг на друга. Разговор себя исчерпал, но уходить почему-то не хочется. Неужели я могу испытывать интерес к кому-то, кроме Соколовского?
— Геля, ты прямо не оставляешь мне ни одного шанса, — он переводит все в шутку, только не улыбается.
— Если только совсем крохотный, — я показываю пальцами маленький кусочек.
— Этого достаточно.
Обратно мы идём, как ни в чем не бывало. Демьян рассказывает, как его исключили из колледжа в Англии и другие смешные истории из жизни.
— Но ты же мог вернуться, или пойти в другой колледж? — мне о таком остаётся только мечтать.
— Мог, но не захотел. Вдруг страшно понравилось учиться в Москве.
Допустим, верю. Когда он не играет роль секси-мачо, становится вполне себе обычным парнем, с ним даже интересно.
— О чем думаешь? — мы подходим к моему дому.
— Да так. О своём.
— Геля, у тебя есть секреты. Это не вопрос, мне так кажется.
— Секреты есть у всех. Думаю и у тебя тоже.
Утро понедельника обещает быть тяжёлым. До поздней ночи сидела над курсовой, поэтому опять почти проспала на первую пару.
— Привет. Идём на концерт? — первое, что слышу от Риты, которая уже сидит на своём месте. С ужасом осознаю, что сегодня ведь пятнадцатое.
— Привет. Я, если честно забыла, — надо побыстрее придумать какую-нибудь отмазку.
— Аверина заболела. Высокая температура, ты же не оставишь меня одну? Отказ не принимается.
— Хорошо, — я сдаюсь.
Если Даша не идёт, значит и Артема не будет. Я осматриваю аудиторию. Его нет. Вообще их троицы нет. Может и не появятся. С такой посещаемостью, не знаю, как они в принципе учатся.
— Ну и супер. Бар здесь в десяти минутах, концерт в семь, предлагаю встретиться сразу на месте.
— Ладно. А там точно не будет много народа? Понимаешь, раньше у меня иногда бывали панические атаки в людных местах, поэтому я осторожно отношусь к таким мероприятиям.
— А как же ты ездишь в метро, например?
— Я не езжу. В основном на автобусе, — молчу, что ещё полгода назад я почти не выходила из дома.
— Ясно. В прошлом году нам было человек пятнадцать от силы. Так нормально?
— Вполне.
После универа и перед концертом я ещё успею немного поработать и даже немного позаниматься курсовой. В процессе так увлекаюсь, что забываю следить за временем. Только в половине седьмого понимаю, что мне уже скоро выходить. По быстрому натягиваю джинсы, черную майку и напульсники, сюда они должны хорошо вписаться. С возвращением Артема в мою жизнь я ещё тщательнее слежу, чтобы татуировку никто не видел. В конце концов даже родители за два года так и не заметили её. Перед выходом крашу губы блеском, ключи, телефон раскладываю по карманам. Кожаная куртка, чтобы не замёрзнуть, пока добегу. Как удобно, когда живёшь недалеко от места назначения.
Мы с Ритой сдаём куртки в гардероб. В отличие от меня она тщательно подготовилась к вечеру. Кожаные шорты, светлая маечка и боевой макияж. Рядом с ней чувствую себя немного не к месту.
— Пойдём. Мы уже опоздали, — я и сама слышу музыку.
Зал совсем небольшой. Все столики стоят по углам, создавая в центре импровизированный танцпол. К моему сожалению, все места уже заняты и теперь нам придётся стоять. К такому я была немного не готова, хорошо что хотя бы обула кроссовки, в отличие от Риты, которая выбрала ботильоны на довольно высокой шпильке.
Первое время все идёт неплохо. Я рассматриваю группу на сцене. Три харизматичных парня исполняют лёгкий рок. Кажется, теперь я понимаю, почему Рита так рвалась сюда. Солист, яркий брюнет с сильным вокалом. Она, как завороженная смотрит на него.
— Это кто?
— Ярик. Он на четвёртом курсе. Мой краш, — отвечает Рита мечтательно.
— Понятно, — я стараюсь перекричать музыку, но она все равно слишком увлечена Ярославом.
Единственное, что начинает меня напрягать — это люди. Их явно больше пятнадцати человека. Я осматриваюсь, пытаясь сосчитать точное количество, но каждый раз сбиваюсь после тридцати. Ладно, терпимо, если не смотреть по сторонам, а концентрироваться на музыке.
Ещё мне почему-то кажется, что кто-то все время смотрит на меня, не могу понять кто. Взгляд такой тяжёлый, что мне становится не по себе. В очередной раз осмотрев зал и не заметив ничего такого, я возвращаюсь глазами к сцене.
Дальше происходит то, чего я больше всего боялась. Студенты понемногу начинают заполнять и без того не особо просторный зал. Они заходят группами от трех до пяти человек.
— Сегодня прямо аншлаг. Ты приносишь удачу, — говорит Рита. — Сама как?
— Нормально, — я выдавливаю улыбку.
Ничего страшного не происходит. Я на концерте, в окружении таких же, как и я, студентов. Я в полной безопасности. Все в порядке. Какое-то время это работает. Пока в зал не врывается толпа человек в десять. И в этот момент меня накрывает паника. Ладошки становятся липкими, дыхание сбивается, я чувствую такую слабость во всем теле, что даже не могу сжать и разжать ладонь. Мне срочно нужно выйти, иначе я задохнусь.
Я пробираюсь к выходу, расталкивая людей руками, особо не беспокоясь задену кого, или нет. Хочу только побыстрее выбраться отсюда.
Выхожу в коридор, остаётся совсем немного. Нужно только выйти в фойе, забрать куртку и на свежий воздух. Но сделать этого мне не удаётся. Паника подступает с такой силой, что я просто сползаю вниз по стене. В глазах темнеет, я резко перестаю видеть, все собирается в одно не чёткое пятно. Страх опутывает все тело, я даже не могу позвать никого на помощь, стараюсь хотя бы дышать.
Какой приятный и прохладный пол. С этой мыслью закрываю глаза.