Мой личный ангел (СИ)

Глава 46

АНГЕЛИНА

Едва оказавшись дома, отрубаюсь моментально. А утром все произошедшее ночью кажется сном. Только я точно знаю, что это была самая настоящая реальность. И окунувшись в неё я уже не хочу возвращаться к привычной жизни. Моё решение расстаться выглядит глупым и неправильным. А что, если я делаю ошибку, о которой потом буду жалеть?

С этими мыслями собираюсь в универ. Соколовского там не будет, вряд ли он в таком состоянии сможет появиться, а значит и бояться мне нечего. Сомневаюсь, что он вообще вспомнит наш ночной разговор.

Я захожу в аудиторию и привычно здороваюсь со всеми. А вот что для меня в новинку, так это оглушающая тишина в ответ. Одногруппники продолжают заниматься своими делами, будто не слышат и не видят меня. Однажды я уже была невидимкой в классе. И вот опять это чувство, что тебя нет для окружающих.

— Муромцева, решила появиться? Звезда ты наша, — Колесникова заходит в аудиторию и тут же обращается ко мне.

— Я болела, — вру, не моргнув глазом.

— Ну, конечно, — она говорит это таким тоном, словно испытывает ко мне неприязнь. Хотя я не сделала ей ничего плохого, собственно, как и всем остальным. — Сегодня новая тема. Но перед этим давайте устроим опрос по предыдущей. Ангелина, готова?

— Не особо, — первый раз в моей жизни, когда я даже не знаю, какая тема была на прошлой лекции. Я просто выпала из учебного процесса почти на две недели.

— Печально. Двойку, как в школе, конечно, не поставишь, но вот минус бал на экзамене вполне, — она делает свои пометки в журнале.

Видимо, я что-то пропустила. Почему все так резко поменяли отношение ко мне?

Риты с Дашей нет. Значит, и спросить мне не у кого. Не буду же я подходить к каждому и уточнять: "Почему ты меня игнорируешь?"

После первой пары я выхожу в коридор, пытаясь понять, что вообще происходит. В толпе студентов стоит Князев. Кажется, он единственный, кто видит меня и даже приветственно машет рукой.

— Привет, — я подхожу первой.

— Привет, — он довольно дружелюбно улыбается.

— Ты общаешься со мной?

— А не должен?

— Вся моя группа, включая Колесникову почему-то не особо вежливы сегодня.

— Странно, я сам только первый день, как пришёл. Синяки наконец-то стали совсем незаметны.

Как-то за своими проблемами я уже начала забывать, где и по какой причине от их заработал. Но выглядит он, и правда, намного лучше.

— Если что-то узнаешь, расскажешь?

— Конечно.

— Спасибо, — я хочу вернуться в аудиторию.

— Геля, если тебе нужна моя помощь, не стесняйся.

— Думаю, справлюсь.

Оставшиеся лекции проходят спокойно, если учесть, что со мной никто не общается, а преподаватели странно косятся. Мне не в первый раз такое проходить. Но самое удивительное то, что мне все равно. Я будто избавилась от зависимости, что обо мне подумают, или скажут. Это даже прикольно. Ощущаешь себя настолько свободной и расслабленной.

Домой я иду с лёгким сердцем. Во мне что-то сломалось. Раньше это давало мне ориентир по жизни, что хорошо, а что плохо. А сейчас я уже и сама путаюсь, а кто вообще должен меня оценивать и по каким критериям?

Готовлю обед, теперь мне нужно делать все только на себя. Ещё очень непривычно, но думаю, скоро алптируюсь.

Сейчас поем и сяду писать резюме, заодно надо поправить портфолио. Но стоит только включить ноут, как звонок телефона отвлекает меня.

— Ангелина, привет, — теперь я знаю, кто это, специально сохранила номер Птицына.

— Привет, Серёжа.

— Спасибо, что выручила ночью.

— Будешь должен, — отшучиваюсь я.

— За мной не заржавеет. Придешь к Зернову на днюху?

— Не думаю, что это будет уместно. И вообще, почему ты приглашешь, а не он?

— Так это ни разу не проблема. Он позвонит сразу после меня.

— Артем будет? — задаю главный вопрос.

— Да.

— Тогда нет.

— Да ладно тебе. Вам же нужно помириться.

— Мы не ссорились, — я делаю паузу. — Ты просто не знаешь всех обстоятельств.

— А зачем мне их знать? Что может вас разлучить? Я еще на встрече выпускников все понял. Ну так что?

Я молчу. Сомневаюсь, но не долго. Терять мне абсолютно нечего.

— Я приду.

— Адрес помнишь? — он даже не удивлён моему и ответу, словно другого и не ждал.

— Примерно.

— Напиши, как приедешь. Я тебя встречу.

Я откладываю телефон в сторону. Сколько бы я не пыталась убежать, у меня не получается. Сегодняшняя ночь только доказывает это. Чтобы не происходило, я всегда буду рядом с Артемом, потому что не могу иначе. Да и не хочу. Он должен это узнать. А дальше путь решает сам. Если он выберет Дашу и ребёнка — я пойму, но не буду больше себя мучить тем, что в очередной раз сдалась при первой трудности.

Почему мне понадобилось столько времени, чтобы все осознать? Лучше поздно, чем никогда. Я приду на праздник, мы поговорим с Артемом, если он, конечно, согласится меня выслушать. И если нужно, буду ждать ответ столько, сколько потребуется. Он же ждал меня тогда в больнице, ждал сейчас, когда я убежала в Питер. Теперь мой черёд.

Едва захожу в квартиру к Зернову, сразу вижу Соколовского, только он не один. Рядом с ним сидит Даша. Моя решимость угасает, но только на секунду. Если пришла — я доведу начатое до конца.

Осматриваюсь, все девушки в красивых платьях, не знаю, насколько моё скромное платье-водолазка уместно. Я специально не прячу татуировку за браслетами. Хочу, чтобы Артем увидел её. Я вообще больше не хочу прятаться и скрываться ни перед кем.

Соколовский проходит мимо, не здороваясь и отзывает Птицына в сторону, мне ничего не остаётся, как пройти к диванам, где сидит Аверина.

— Геля, привет. Ты как здесь оказалась?

— Мы с Витей давно знакомы.

— А как вы познакомились? — в глазах читается явное недоверие.

— На олимпиаде, ещё в школьные годы. Потом так и пересекались много раз, — я несу первое, что проходит в голову. Витя и олимпиада, как небо и земля.

— Ясно. Я слышала, ты уволилась? — Даша переводит тему, а я немного выдыхаю.

— Всё так.

— Очень жаль. Мне кажется, из нас получилась бы отличная команда. Кстати, мы с Инной Викторовной очень подружились. Хочешь попрошу за тебя? — она улыбается. И почему мне кажется, что она словно обозначает свою территорию?

— Не стоит. Я уже ищу другую работу, — бодро отвечаю. На самом деле я так и не составила резюме. Всё время потратила на сборы.

— Ну смотри, мне не сложно. Уверена, она послушает меня.

— Даша, лучше расскажи, как твоё здоровье?

— Неплохо. Раз в неделю хожу к психологу, а так, никаких последствий.

— И с ребёнком? — я опускаю глаза на её плоский живот. Топик и юбочка позволяют разглядеть его полностью. Срок ещё маленький, наверное, он ещё и не должен появиться. Она прикрывает живот руками, выглядит так, будто защищает или прячет.

— Там же ещё совсем маленький малыш, как зернышко.

— Как отреагировал Артем? — я обвожу комнату взглядом. Он так и стоит с Серёжей рядом, но смотрит в нашу сторону.

— Я пока не говорила. Если честно, мне нужно убедиться, что он будет со мной без этого. Не хочу манипулировать, понимаешь?

— Не очень, — даже не знаю, как бы я поступила на Дашином месте.

— Надеюсь на днях сможем поговорить.

— Ясно. Я хочу пить. Может принести и тебе?

— Не стоит. У меня же есть Артем, он позаботится.

— Ладно. Ещё увидимся.

Я отхожу к столику с напитками и выпиваю стакан воды, в горле пересохло после нашего разговора. Знает Артем про ребёнка, или нет — это не моя тайна, не мне и решать, когда открыть её. Все, что я могу — это рассказать о своих чувствах. А дальнейшее будет зависеть от него.

— Как дела? — Птицын подходит ко мне.

— Видишь, не очень. Я не могу поговорить с Артемом напрямую, — показываю глазами на диван, где он уже сидит вместе с Дашей.

— Всё устроим. Попрошу Витю подключиться. Сколько тебе нужно времени?

— Думаю минут десять должно хватить. Серёжа, а почему ты помогаешь нам?

— Нравится мне быть хорошим и добрым. А так, не знаю. Считай, что я не равнодушен к вашей паре. Со школы болел за тебя, — он пожимает плечами. — Пойду просить Витю.

Как только Зернов уводит Дашу, Артем идёт за курткой и выходит на террасу. Это даже лучше, чем я могла придумать. Я накидываю свою куртку и выхожу следом.

После тёплого помещения мороз пробирает до костей. Артем стоит у перил и курит. Я делаю шаг вперёд, времени в обрез, но стоит ему обернуться и холод во взгляде пробирает сильнее мороза. Я невольно кутаюсь в куртку.

— Привет, — подхожу ближе, стараюсь бодриться.

— Угу, — Артем отворачивается в другую сторону.

— Я хотела поблагодарить тебя.

— Считай, что уже, — он довольно нервно реагирует на мои слова. Как-то не так себе я представляла наш разговор.

— Ты не спросишь за что? — я прислоняюсь к перилам спиной, чтобы лучше видеть Соколовского. Он выглядит таким суровым. А мне жутко хочется погладить его по лицу. Сегодня он гладко выбрит и выглядит намного лучше, чем вчера ночью.

— Всё равно.

— Я знаю, что это ты оплатил мою реабилитацию.

— Не я. Отец, — он удивлённо смотрит на меня. — Если ты собираешься все возвращать, то это к нему.

— Нет. Артем, ты же прекрасно знаешь, что я не смогу этого сделать.

— Тогда зачем это все? Где же жертвенность и правильность? Прежняя Ангелина обязательно сказала бы, что все отдаст, заработает или займёт, чтобы отдать?

— Её нет. Просто хотела сказать тебе спасибо. Я очень ценю это, — несмотря на колючий ответ, я улыбаюсь. Знаю, что сильно обидела его и так просто он меня не простит. Характер не тот.

— Все сказала?

Он тушит окурок в пепельницу и направляется в квартиру.

— Не все. Хочу сказать, что ты был прав насчёт меня, — делаю попытку задержать его. Терять мне нечего. Я уже решилась, значит пойду до конца.

Соколовский замирает, держа руку на двери, но не поворачивается ко мне лицом. Кажется, получилось.

— Я все время думаю о других, ставлю выше себя. Слишком правильная. Это только мешает.

— Поздравляю с открытием, — голос звучит глухо и отстранённо. У меня не получается растопить лёд между нами. Соколовский становится все более холодным.

— И ещё, — набираю побольше воздуха и произношу то, зачем пришла сюда. — Я выбираю нас. Свои чувства к тебе. Чтобы ни случилось. Теперь тебе решать, что будет дальше. Я больше не буду принимать решения самостоятельно, не спросив твоего мнения.

Все сказала. Я выдыхаю. На душе становится намного легче.

Артем не произносит ни слова и возвращается в комнату, закрыв за собой дверь.

А я остаюсь одна на морозе. Мне не страшно. Теперь уже нет. Я только что преодолела саму себя и первой признала свою ошибку.