Мой личный ангел (СИ)

Глава 4

АРТЕМ

— Ты точно решил?

— Точнее некуда, — мы с Черепом стоим у тачки.

— Ну, спасибо за подгон.

— Не за что, — я равнодушно пожимаю плечами и бросаю окурок на землю. Решение избавиться от клуба я вынашивал уже давно, пора менять что-то в жизни. Бабки, которые он приносит, мне не особо нужны. Времени занимает массу, а удовольствия уже никакого.

— Возьмёшь поучаствовать, если что?

— Сокол, спрашиваешь. Ты у нас главный хэдлайнер, на тебе приличная касса. Приходи, когда захочешь.

— Приду. Возможно.

В очередной раз меняю свою жизнь, почему бы наконец не бросить и эту свою привычку. Один раз уже получилось, тогда причиной была она.

Телефон в кармане вибрирует, Колесникова Коза Ксения Викторовна.

— Здравствуйте, Ксения Викторовна, — я отвечаю максимально любезно. С ней только так.

— Соколовский, долго гулять будешь?

— Так я болел. Справку принести? — Череп беззвучно улыбается от такой наглой лжи.

— Принеси. А заодно и себя. К трём жду тебя.

— Постараюсь, но не обещаю…

Она уже не слышит и сбрасывает звонок. Принесла же её нелёгкая в пятницу. Я не планировал сегодня посещать лекции.

— Ладно, Череп, надо ехать.

В три часа, а если точнее в три десять в универе уже почти никого нет. Правильно, нет дураков сидеть здесь допоздна в пятницу.

Колесникова попадается мне прямо в коридоре, хотя бы не придётся её искать.

— Здравствуйте, Ксения Викторовна.

— Когда зачёт сдашь?

— Когда-нибудь, — я неопределённо пожимаю плечами. Стоило из-за этого приезжать, могла бы и по телефону спросить.

— Пока не сдашь, не допущу до экзамена в этом семестре. Сколько у тебя ещё долгов висит? Напомни, сколько экзаменов нужно не сдать, чтобы получить приказ на отчисление? — раунд за Козой, раньше она была Козлова, поэтому старая кличка так и закрепилась за ней, за спиной мы все так и зовём её Коза. Да и характер у неё соответствующий. Думаю, она и сама знает об этом. У меня как раз висят два долга с первого курса. Будет третий.

— Три, Ксения Викторовна.

— Пожалела я тебя, Соколовский. Можешь выучить несколько тем, скажу каких и написать несложную программу. Справишься?

Чтобы написать эту программу, мне нужно выучить почти весь её предмет за семестр. При всем желании я не смогу этого сделать. А желания особого тоже не наблюдается.

— Знаю, что нет, — она довольно улыбается. Пока два ноль в её пользу. — Но я и здесь тебе помогу. У меня есть одна студентка, хоть на лекции не ходила, но дистанционно смогла освоить больше, чем ты за пять месяцев. Она позанимается с тобой, поможет тебе написать программу, ну а теорию сам выучишь.

Она только что косвенно обозвала меня тупым. Просто звёздный час у Козы.

— А вам это зачем?

— Скажи спасибо папе, он в этом году перечислил приличную сумму.

И снова папа. Видимо, перевёл очередной транш в универ, вот она и забегала. Чему я удивляюсь. В школе десять лет прокатывало, и тут уже третий год работает безотказно.

— Согласен.

— Жди здесь. Схожу, договорюсь.

Я прислоняюсь к стене в коридоре. Не надо было приезжать. Хотя с другой стороны, я ничего не теряю. Думаю, что эта студентка — ботаничка Орлова. Она вроде редко ходила, чаще болела. Жаль, что не Даша, занятия проходили бы веселее. Потерпим и Орлову, думаю, пары часов мне хватит.

— Соколовский. Иди в триста пятую. Сам сможешь договориться? — она припечатывает меня последним унижением.

— Ксения Викторовна, постараюсь. Если что, буду звать вас на помощь, — надо хоть как-то отомстить ей.

Не спеша иду в сторону триста пятой, Орлова подождёт, не сахарная. Всегда можно улыбнуться, извиниться. А если сделать подгон, то может она вообще напишет программу сама.

Открываю дверь в аудиторию и вижу, что она сидит под столом в весьма интересной позе. Так как Орлова раза в два больше, понимаю, что это не она.

— Ну, привет. Ты что ли мой репетитор? — говорю погромче, чтобы привлечь внимание. Хотя задница ничего, могу ещё подождать. Она замирает и даже не двигается.

— Эй, ты, что там застряла?

По ходу умная, но чудная. Это и неудивительно.

— Странненькая, долго там сидеть будешь?

Она вылезает из под стола и проносится мимо меня. Длинные светлые волосы прикрывают все лицо. На долю секунды успеваю заметить её профиль. Он кажется мне до боли знакомым. Обман зрения, просто очень похожа. Ангелина ходит в очках, вернее ходила. Главное отличие в этом. Моя Ангелина не может ходить, не могла тогда. Я должен проверить свою догадку. Выбегаю следом, она уже убежала довольно далеко.

— Очкарик, — прозвище даётся мне с трудом. Я сам не знаю, хочу ли, чтобы это была Ангелина, или нет. Она запинается, и тетрадка выпадает из сумки.

Это ОНА. Я узнаю её в профиль, в анфас, по голосу, по смеху. Да, по чему угодно. Я потратил так много времени, чтобы стереть Ангелину из памяти. А она, как ни в чем не бывало, просто возникла из ниоткуда.

Я подхожу ближе, сажусь рядом, чтобы поднять тетрадь. На самом деле просто не могу оторвать взгляд. Она без очков, в остальном практически не изменилась. Рассматриваю каждую черточку, сверяю с тем, что хранилось в моих воспоминаниях. Ничего особенного. Никогда она не была в моем вкусе ни тогда, ни сейчас. Но от одного взгляда пульс скачет, как бешеный. Я уже не владею сам собой. Как она это делает? Всегда делала. Гипнотизирует, не отпускает, заставляет смотреть не отрываясь.

— Ты ходишь? — опускаю взгляд на её ноги. Единственное, что приходит в голову.

— Да, — голос тоже не изменился.

— Ясно, — я протягиваю ей тетрадь и встаю. Не могу справиться с эмоциями, если сейчас не уйду, не знаю, что будет дальше.

Спускаюсь на первый этаж. Сажусь в машину и тупо пялюсь на руль.

Два с половиной года не виделись. И вот, здравствуйте. Она ходит, даже бегает. Я сам видел. Я все это время ждал, мечтал о том, что однажды она позвонит и скажет, что была не права, что хочет все вернуть. Я мечтал о ней, как ни о чем, и никогда. Очкарик может ходить, возможно, уже давно. Она не пришла ко мне, не позвонила, не сделала ничего. Мои мечты и фантазии разбиваются в данную минуту о реальность. Не было никакой любви с её стороны. Не знаю, что это было, но точно не любовь.

Я будто возвращаюсь в прошлое, в тот день в палату, когда она сказала, что больше не любит. Заново переживаю все моменты, которые нас связывали. Неужели она забыла? У меня есть отличное напоминание — буква А на левом запястье. Столько раз, когда мы были вместе она гладила пальцами татуировку и каждый раз спрашивала: "Не болит?" Это была своего рода игра между нами.

Если бы сейчас мы играли в неё, я бы ответил, что с тобой нет. Только она уже давно не спрашивает. А я уже так привык к этой татушке, она как часть моей души с вечным напоминаем о прошлом.

Нужно вернуться. Хочу задать ей столько вопросов.

Уже собираюсь выйти из машины, когда вижу, как она идет вместе с Князевым.

Вот о ком он говорил. Лина — новая девушка в параллельной группе. Это ведь моя Ангелина. В этом весь Демьян, дать другое имя, присвоить чужое. И теперь, она его новая цель.

Ангелина мило улыбается, что-то отвечает ему. Как быстро все у них получается. Только сейчас я ставлю для себя жирную точку в нашей истории.

Я знаю все мысли и желания Демьяна. Они очевидны, читаются в каждом жесте. Никогда мне не быть хорошим мальчиком, сколько ни старайся. Вот и сейчас, я хочу, чтобы он использовал её и выбросил, как остальных своих девушек. Хочу, чтобы сделал больно.