Мой сексуальный препод (СИ)

Глава 16. Милена

Впереди, из-за поворота, вынырнул грузовик, который ехал в несколько раз быстрее, чем мы. Он несся прямо на нас, его фары ослепляли. Рома закричал, пытаясь выровнять машину. Я вжалась еще сильнее.

Мужчина отчаянно пытался выровнять машину, но она все равно виляла по дороге. Он пытался что-то сделать, чтобы не врезаться в грузовик, но это было бесполезно. Шоссе было узким, слишком узким.

— Мы разобьемся! — закричала я. — Рома, мы разобьемся, Рома!

— Милена, мать твою! — продолжил он в унисон. — Не наводи паники, я вывезу!

Впереди что-то сверкнуло, машину Дмитриевского обогнала другая, с диким грохотом навевая ужас.

— Он что, спятил? — прохрипел Рома. — Не мог остановиться?

Я посмотрела на него, пытаясь понять, с чего вдруг он так разошелся. Потом я оглянулась назад и поняла причину его беспокойства. Мы оказались в ловушке. Перед нами были еще две машины, что, сближаясь, не давали проехать. Создали живой тупик.

— Остановись! — закричала я. — Останови машину!

— Не успею, — ответил Рома. — Скорость бешеная.

Время будто замедлилось, хоть я и молила быть осторожнее. Игры с судьбой оказались плохой затеей.

Катастрофы было не избежать. Рома видел, как одна машина наехала на другую, и она перевернулась прямо перед нами. Удар был такой силы, что нас бросило вперед. По мне словно ударили кувалдой, да так, что я потеряла сознание. Последнее, что помню — это испуганный взгляд Ромы, который не знал, что делать.

Но пришла в себя довольно быстро. Я открыла глаза, но не сразу поняла, где нахожусь.

— Господи, очнулась, — выдохнул Дмитриевский, поглаживая. — Ты меня очень напугала.

— Извини, не планировала становиться членом ДТП, — иронично ответила я. Голова раскалывалась на две части, но все же я решила выйти из машины.

— Прекрати иронизировать. Ты в порядке?

Я посмотрела на него: в свете фар он казался бледным и уставшим.

— В порядке, — ответила я и сделала глубокий вдох. — Что в итоге?

Не успела договорить, как искра внутри салона прежней машины, что была похожа на груду металла, проскользнула внутрь, и пламя охватило все вокруг. Я прижалась к Роме, а он спокойно оградил меня от возникшего дыма.

Я взглянула на него. Он был таким красивым. Его глаза были полны решимости, а лицо — спокойствия. Он положил руку на мою талию, тем самым уводя меня с места пожара.

— Если станет хуже, сразу скажи мне.

Я кивнула, но уже через мгновение, его лицо исказилось от боли, и он выругался. Не понимая, что происходит, обернулась на мужчину.

— Мать его, какая хрень творится, — закашлял он. — Надо валить, пока не приехали службы.

Я обернулась на горящие машины, но хаос был безграничен. Я стояла на тротуаре, рядом с нашей машиной, держась за Рому. Было ощущение, будто я нахожусь где-то во сне, все было настолько ужасающим. Мы стояли, наблюдая за тем, как огонь поглощал машину. А вместе с тем подкашивались мои ноги.

— Стой. А люди? — спросила я, пока Рома насилу пихал меня в машину. — Они могут погибнуть!

— Да, черт возьми, да! — заорал тот, не выдерживая спора со мной. — И они погибнут, это жизнь! А ты сейчас цела и невредима, и я не позволю этому измениться!

Дмитриевский еще раз выругался и, подбросив, поднял на плечо, чтобы усадить в машину.

— Отпусти меня! — брыкалась я изо всех сил. — Я буду сопротивляться!

— Да сколько влезет. Бей, если хочешь. Но это лучше, чем ты кинешься в огонь и погибнешь сама. А пару ссадин я как-нибудь переживу.

— Псих! — не успокаивалась я, заехав коленом ему по ребру. Он слегка затормозил, но лишь на секунду. Я испугалась, что удар был слишком сильным. — Передумал, нет?

— Дягерева, ты не с тем связалась, — продолжил путь Рома. — Я не имею привычки бросать дело незавершенным и позволять женщинам прыгать навстречу смерти.

— Это не твоя забота!

— Это моя забота.

Спустя долгие споры, он усадил меня, точно ребенка, в кресло и пристегнул ремень. Я же успокоилась и сидела тихо. Рома не медлил, выехал из места аварии и последовал к дому.

— Прохожие уже вызвали пожарных и скорую. Мы здесь ничем не поможем, только сами сгорели бы к чертям.

Моей грусти по тем бедолагам не было предела. Ведь мы оба понимали, что спастись шансов не было.

— А вдруг им это не поможет?

— Для меня главное, что ты не в зоне риска, — прошептал он тихо, но уверенно.

В этот момент я заметила, что он смотрит на меня, и покраснела. А Рома улыбнулся.

— Ты чертов эгоист, Дмитриевский, — промямлила я, проваливаясь в сон.

— Я готов быть кем угодно, но только если ты не подвержена опасности. Запомни это, заучи как мантру и повторяй каждое утро.

— Еще и собственник.

"Которому сносит крышу от твоего присутствия"