Моя Академия 7

Глава 12 Получаю нежданный урок

— Да вы издеваетесь! — Вижу надвигающееся окно портала.

Юрий каким-то образом умудряется стабилизировать его и притянуть к нам.

— А ты разве хочешь здесь остаться? — несмотря на всё происходящее, смеётся брат директора.

Странно — он совершенно не воспринимает окружающий нас кошмар как проблему. Вполне возможно, что они уже с Генрихом Олеговичем напару уже проанализировали, что именно происходит вокруг. Возможно, даже нашли варианты решения.

— Если хочешь остаться, только скажи, — продолжает Юрий. — Только имей в виду, никто не знает, сколько времени будет продолжаться уничтожение монстров, и как далеко оно зайдёт. Пока что площадь покрытия не больше километра. А то, что происходит сейчас вокруг, я не контролирую — это вообще не прямые последствия моей работы. Хочешь рискнуть? Если ты здесь останешься, то кто знает, чем оно закончится?

— Вы уверены, что перемещение будет безопасным? — уточняю, пока еще есть возможность поменять решение.

— Нет конечно, откуда? Это вы уже были в этом портале, — смеется имперский маг. — Но почему бы еще раз не подергать смерть за усы? Ты же так говорил? Да, и что там насчет порталов? Они же автоматические?

— Мы же не знаем, какие условия в них внесены, — замечаю, но делаю шаг за магом.

— Главное, что они, предположительно, искусственные и автоматические, — отвечает Юрий. — Самым опасным был ваш первый полёт, остальные должны пройти спокойнее. Это же амулет, а не человек. Напряжённость очага…— имперский маг продолжает лекцию уже на другой стороне портала.

Весь полёт занимает, как и в прошлый раз, всего пару секунд. Мы, как и прошлый раз, выпадаем посреди огненного ада. Но точно почти дома. Огонь вокруг, вверху, внизу — везде, и только тонкая пленка щита отделяет нас от прикосновения пламени. Огонь будто живой — он перемещается слоями медленно и лениво.

— Так вот, магическая напряжённость очага примерно одинаковая, — говорит Юрий как ни в чем не бывало. — Она спадает очень медленно, срок исчисляется годами, точнее парой лет. Значит, и наполнение предположительного накопителя будет плюс-минус одинаковым. Но всё-таки…

Пространство вокруг обдает жаром даже сквозь щиты, или просто так кажется, но температура почти сразу становится комфортной. Огонь отступает метров на двадцать и медленно перемешивается слоями за стеной, которую имперский маг ставит буквально одним движением. Гасить огненную стену полностью он не собирается. Почти мгновенно образуется ещё и три удобных кресла из ничего друг напротив друга. Юрий садится и жестом приглашает нас. Генрих Олегович машет рукой и спокойно садится в своё. Я тоже присаживаюсь.

— Так вот, артефакт должен работать при постоянных затратах магии. Естественно, мы можем учесть деградацию накопителя и некоторое падение напряжения в очаге, — поясняет имперский маг. — Но все это, по-хорошему, не имеет значения на линии времени в один день. Риск полностью приемлем. Когда вы с Генрихом перемещались в первый раз, тогда да — риск был непомерным… — Юрий смотрит на брата с лёгкой, но уважительной усмешкой. — Я бы, например, не рискнул.

— Там не было вариантов, — ворчит директор. — Ты вестника отправил?

— Я? Нет, конечно, — отвечает Юрий. — Мне интересно, как быстро они обнаружат наличие трёх разумных внутри зачищаемой зоны. Всё-таки не забывай — я здесь не только по твоим делам, но и по своим тоже.

— Юра, не поверишь, ни на минуту не забываю, — качает головой директор.

— А вот после того, как вы первый раз пережили перемещение через портал, причём, как я понял, щита Генриха на это как раз хватило… Можно сказать, что порталы вы протестировали, — делает вывод имперский маг.

— А сейчас что? — задаю вопрос и обвожу рукой огонь, пылающий вокруг нас.

— Когда ещё мы сможем спокойно поговорить? — продолжает Юрий. — Да и свой щит можешь сбрасывать. Защита здесь уже не нужна, — добавляет он.

Схлопываю глиф сферического щита.

— Чтобы дважды не вставать, давай-ка я научу тебя делать ещё одну вещь, — говорит брат директора. — Считай, это небольшое обучение благодарностью за интересную поездку и за серьёзную помощь с той стороны.

— Помощь? — удивляюсь.

С другой стороны, сам по себе в долину я бы вряд ли решил вернуться так скоро. Да еще и без должной подготовки. Кто же знал, что работа имперского мага начнется сразу же.

— Без тебя я бы, скорее всего, сорвал работу. На нее ушло бы слишком много сил. Пришлось бы снова возвращаться. И далеко не факт, что мы смогли бы в следующий раз справиться без потерь и без неприятностей. Так что я считаю себя немного обязанным, поэтому расскажу небольшую хитрость, которой тебя точно не научат в вашей Академии.

— Опять ты со своими… — начинает директор.

— Ну а почему нет? — улыбается имперский маг.

— У них скоро закончится мораторий, студенты начнут участвовать в дуэлях, пускай в учебных, но всё-таки, — возражает Генрих Олегович. — Какой смысл ему на первом курсе быть чемпионом Академии? Вот объясни мне.

— Да ладно, парень серьёзный, и вряд ли будет этим злоупотреблять, — машет рукой Юрий.

— От него ничего не зависит, — продолжает раздражаться директор. — Первый же второкурсник, проигравший Орлову в дуэли, запустит цепную реакцию. А Ларион у нас проигрывать тоже не любит, поэтому в конечном итоге выиграет всех, кому не посчастливится. Потратит на это много времени, и будет тратить его дальше, с завидным постоянством, достойным лучшего применения. Щит ему уже позволяет стоять под ударами техник сколько угодно долго. Ну нет у наших студентов ничего, что быстро пробивает сферу в учебной дуэли. И мне теперь придется отдельно запрягать его куратора, чтобы каждая схватка не перерастала в боевую. А если ты сейчас его научишь еще какой-нибудь хитрости…

— Я же уже сказал. Он разумный парень. Конечно научу. Ларион, смотри, — имперский маг ни на шаг не отступает от своей задумки. — По идее, если будешь искать сам, то не найдешь этого абсолютно нигде. К слову, это не совсем магическая техника. Скорее, психология.

— Ну, началось… — недовольно произносит директор, но понимает, что остановить брата уже не получится.

— Когда ты используешь любой глиф, особенно при изучении, — продолжает Юрий. — Попробуй создать его копию в своём разуме и настроиться на него. Может быть, услышать или почувствовать — не знаю, как тебе будет удобнее. Главное дать резонировать тому, что из себя представляет этот знак. В идеале какое-то время походить с глифом, удерживая его в сознании.

— Как долго? Час, два? — уточняю.

— Лучше всего недельку, — улыбается имперский маг. — Не нужно принимать его описание, которое даст преподаватель. Старайся не привносить в свое сознание конкретные контуры. Просто рисуй глиф в своей голове, как чувствуешь. Потом ходи изо дня в день и пытайся понять, как он будет резонировать именно с тобой.

— И какой результат? — интересуюсь.

— Результата, на самом деле, два, — заверяет Юрий. — Один — стопроцентный. После того, как ты походишь с недельку, удерживая в голове любую технику, которая тебе раньше не давалась, ты в итоге сможешь её выполнить.

— А если она, например, будет не огненная, как моя стихия, а водная? — задаю вопрос.

— Хотя бы в минимальном виде все равно сделаешь, — отвечает имперский маг. — Даже с учетом неподходящей стихии.

— Таким образом, как вы говорили, я расширю свои возможности? — уточняю.

— Именно, — подтверждает Юрий. — Большая часть магов делает всё это после обучения. И делает, я тебе скажу, абсолютно неправильно. Иногда даже не заморачиваются, и продолжают жить с той стихией, с которой родились. Но тот подход, о котором я говорю, имеет право на существование. Я сам его использовал, и результат меня порадовал. А вот моих противников — нет.

— Я так понимаю, получится не сразу? — спрашиваю.

— Да, будет сложно, — соглашается Юрий. — даже очень. Преподаватели устанавливают вам определенные рамки и просят им соответствовать. Но если ты научишься работать с подсознанием и глифами, то все рано или поздно получится, как я и говорил.

— А второй результат? — напоминаю.

— Второй результат редкий, но я уверен, что у тебя получится, но не со всем подряд, — заверяет имперский маг. — Только с той техникой, которую ты делаешь уже на автомате.

— Например, росчерк? — предполагаю. На сегодняшний день техник я знаю не так много.

— Росчерк слишком прост для этого, но тоже подойдет. Попробуй, если хочешь, — пожимает плечами Юрий. — Так вот, походишь недельку с любой такой техникой в голове, и сможешь применять её не совсем посредством глифов.

— А если это уже знакомая техника, и уже практически доведена до автоматизма? — стараюсь извлечь как можно больше пользы из внезапно свалившегося на меня обучения.

— Тогда после подобного эксперимента сможешь очерчивать глиф не до конца, — отвечает Юрий. — Либо у тебя получится менять начертание, углы или даже знаки. В потенциале ты сможешь строить нужный глиф одним движением мысли. Сам понимаешь — скорость будет совсем другая. Но не обольщайся, это получается далеко не сразу.

— Хороший совет, — киваю и стараюсь не смотреть в сторону директора. Всё равно слышу, как он глубоко вздыхает.

— Ещё бы, — улыбается маг. — Плохих советов не даю.

Всё-таки бросаю короткий взгляд на Генриха Олеговича. Он хоть и не вмешивается в объяснения, но демонстративно закатывает глаза.

— Думаете, плохой совет? — спрашиваю у него.

— Нет, Ларион, совет отличный, — отвечает директор. — Только вот следовать ему довольно сложно. Люди же не дураки, и не зря занимаются подобными вещами только после Академии. У них, как правило, появляется больше времени для практик, и они могут себе это позволить. А ты хотя бы вспомни, когда в последний раз нормально высыпался?

— У меня другая ситуация, — возражаю. — Вряд ли хоть у одного студента в Академии так расписан день. И расписание моего дня обычно никак от меня не зависит. Если постараться, то при большом желании можно найти время.

— Это, конечно, да. В общем, найдёшь время — практикуй. Это совет из разряда хороших, что вообще не очень характерно для моего брата. Даже подвоха никакого нет. Будешь делать — получишь результат. Он точно есть, — подтверждает директор.

— О, да ты посмотри! — подаёт голос Юрий. — Кажется, нас всё-таки заметили. Не прошло и года.

Интересно, как имперский маг это определил? Между слоями жидкого огня вообще ничего не видно. Но действительно, через несколько секунд происходит то же самое, что и в прошлый раз. Пласты огня раздвигаются, и к границе нашей защиты подъезжает вездеход.

— В принципе, быстро обнаружили, — одобрительно кивает имперский маг. — В пределах нормативов сканирования территории. Повезло им, небольшой плюсик себе уже заработали.

— Добрый день! — оживает громкоговоритель вездехода.

Сразу понятно, что боец не понимает, что говорить дальше: спрашивать, нужна ли помощь, не приходится. У троих человек, которые находятся под магической защитой в довольно удобных креслах, уточнять подобное глупо. Кто такие — тоже понятно. Ясное дело, маги. Что тут делают? Очевидно, чего-то ждут.

В металлическом голосе бойца слышится неуверенность. Боец теряется и решает поступить по уставу.

Всё как в жизни, всё как положено: не знаешь что делать — поступай по уставу. Похоже, у батальона придаётся серьёзное значение его пунктам, и все бойцы наверняка знают их чуть ли не наизусть.

— Господа, извольте проследовать на броню и в расположение форта, — снова слышим металлический, но уже более уверенный голос. — Вы задержаны до выяснения обстоятельств.

С интересом наблюдаю за тем, что будет делать имперский маг. Юрий Олегович спокойно кивает — в его картине мира военные сейчас поступают правильно. И сам факт, что они не пускают нас внутрь вездехода без подтверждения личности, тоже логичен. В прошлый раз мы проходили с Генрихом Олеговичем то же самое.

— Ну что, заканчиваем наши посиделки, — объявляет Юрий и встает. Его кресло тут же стирается в пространстве.

Мы с директором тоже встаем. С нашими креслами происходит всё то же самое. Забираемся по спущенной лестнице на корпус вездехода. Машина неожиданно холодная. В прошлый раз мы вроде бы не касались брони. Сейчас же защита имперского мага избирательная и удобная. Не испытываю никаких проблем с тем, чтобы выйти за её рамки. Даже не задумываюсь о том, что она есть.

Вездеход мягко выезжает из огненного кошмара. Ещё пять минут — и мы попадаем в расположение форта. Собственно, таким же образом, как и в прошлый раз. Нас запускают в предбанник, а вездеход отгоняют в другой ангар.

Чувство дежавю.

Через пару минут в предбанник врывается Цветков.

— Генрих, если у тебя со студентом зародилась новая традиция, на мой взгляд, она слишком эксцентричная, — он заходит в расположение и смотрит на нас. — Кто ещё с вами? — прерывается на полуслове — видимо, замечает и тут же узнает имперского мага.

Судя по эмоциям на лице, они между собой знакомы.

— Добрый день, Юрий Олегович, — Цветков принимает серьёзный вид, вытягивается и втихую расправляет складки на форме.

— Да не тянись, не тянись, — машет рукой имперский маг. — Я здесь относительно неофициально. Официально я у вас здесь буду только завтра, поэтому отправляй моих спутников в Академию, а мы с тобой поболтаем, нам ведь есть о чём?

— Так точно, — отвечает Цветков. — Что, даже чаю не попьёте? — Смотрит на Генриха Олеговича.

— Мы лучше у себя поужинаем, благо, ехать недалеко, — говорит директор. — В самом деле, Саныч, чем быстрее мы окажемся дома, тем будет проще, и так прилично задержались. Главное, чтобы не как в прошлый раз.

— Это да, ребята докладывали, — кивает Цветков.

— У вас вчера случилось что-то серьёзное? — спрашивает Юрий Олегович, переводя взгляд с Цветкова на директора.

— Слушай, Юра, ты же сам видел ингредиенты монстров прорыва и про предстоящий аукцион тоже в курсе, — напоминает Генрих Олегович.

— Вы всё это добыли на прошлом выходе вместе со студентом? — С новым интересом смотрит на меня Юрий.

— Без студента, скорее всего, добыли бы нас, — усмехается директор. — На нас вышла стандартная тройка монстров.

— Тогда мои поздравления, — чуть улыбается Юрий Олегович, но даже не задумывается об отмене своего распоряжения. — Езжайте в Академию. Здесь у нас слишком много работы.

— Было приятно повидаться, — с долей сарказма отвечает брату директор.

— Взаимно, братец, взаимно, — поддерживает тон имперский маг.

— А с с тобой, уверен, мы еще обязательно встретимся, — Юрий обращается ко мне и подает руку.

— Надеюсь, — отвечаю на рукопожатие.

Не так уж страшны эти имперские маги, как их описывают. С другой стороны, прекрасно понимаю, что всё увиденное — не более, чем маска. Причём маска такая, что сам имперский маг получает от неё огромное удовольствие. Но если бы на кону стояло что-нибудь серьёзное, то этот господин переступил бы не только через меня, но и через своего брата. И все чудесно понимают и принимают правила игры — и Генрих Олегович, и я.

Посмотреть же, как работает имперский маг даже краешком глаза — дорогого стоит. Все же он тут один из главных магов в империи.

Юрий Олегович неосознанно, а, может быть, и осознанно показывает много практичных, точных и жизненных применений магии. Он будто срастается со своей внутренней энергией, и она становится его естественным продолжением. Настолько, что Юрий уже не замечает, когда к нему в руку попадает та же чашка для чая. Или когда имперский маг организовывает из воздуха три кресла, причём глифов в этот момент никто не видит. Кроме лёгкого взмаха руки ничего не замечаю. Как и упоминал маг, это совсем другой уровень взаимодействия с силой. Для него подобное действо настолько естественно, что он выполняет его на автомате — как бытовую потребность.

Имперский маг организует себе и своим спутникам удобное место под защитой внутри рукотворного ада. Думаю, что внутри нерукотворного он бы действовал точно так же.

Только оба военных скрываются за дверями ангара, как у меня в сумке пиликает информер. Кажется нам включают прием. Удивляюсь — мне давным-давно никто не писал. Ещё больше удивляюсь, когда вижу, от кого пришло сообщение.

Ариадна.