Надуй щеки! Том 9

Глава 2

От следователей, я вышел в смешанных чувствах. С одной стороны, меня отпустили, да и предъявить мне что-либо будет сложно. С другой стороны, у меня сложилось впечатление, что какой-то нематериальный вихрь закружился вокруг меня. Ким Ю Джин, министр образования, Джи Джисон. Это как будто бы первые ласточки того, что этот вихрь кружится не вокруг них, а конкретно вокруг меня.

Ну и, конечно, было жаль министра образования. В отличие от того мужика, которого Ким Ю Джин нашла в соседней комнате.

Певицу я узнал практически сразу, выйдя на улицу. Это было сделать несложно. Чуть ссутулившаяся фигура в тёмной куртке, очках и глухом капюшоне — сразу привлекала внимание. Надо будет ей намекнуть, что скрывается от глаз фанатов она весьма неумело.

Впрочем, ладно, не это сейчас главное. Куда важнее укрыть Ким Ю Джин, чтобы она успокоилась после всех этих перипетий.

Я подошёл к девушке и сразу вызвал такси.

— Ну что? Что там? Как?

Она явно нервничала, и одновременно с этим старалась, чтобы её не узнали.

— На данный момент можно сказать, что мы победили, — я ободряюще ей подмигнул. — Сейчас едем домой, где тебе хорошо бы прийти в себя.

— Ага. — согласилась со мной певица.

— Скажи мне, пожалуйста, — я видел в её очках не только своё отражение, но и очертания глаз девушки. — О завещании ты совсем ничего не знала?

— Абсолютно ничего, — ответила Ким Ю Джин, покачав головой, словно желая подкрепить свои слова жестами. — Я вообще в первый раз только тут узнала, что кто-то отписал на меня завещание. Это очень плохо? Меня смогут из-за этого привлечь к ответственности?

— За одно это, думаю, что нет, — ответил я, снова задумавшись о её деле. — Это всё не так-то просто. Многим знаменитостям незнакомые люди подписывают часть своего имущества. Иногда даже всё. Тут никаких противоречий закону нет. Но ты можешь, конечно, отказаться от завещания. В таком случае претензий к тебе будет меньше. Если же нет, то неизвестно, как отнесутся наследники к такому ходу этого самого Го Тхэ Сона? Впрочем, на самом деле, не обращай внимания, разрулим. Мне главное, чтоб ты не была ни в чём замешана.

— Я вообще в шоке, если честно, — призналась певица. — На самом деле огромное спасибо тебе. Если бы не ты, я бы… уже не знаю, что бы со мной было. Но жизнь моя бы точно была разрушена.

— Всё, будем разбираться с этим позднее. Сейчас тебе надо отдохнуть, по крайней мере, мозгами.

— Поняла.

На этот раз девушка не сдержалась и обняла меня.

— Спасибо тебе, Гису, огромное. Я так понимаю, что теперь должна тебе ответную услугу.

— Разумеется, — шуточно произнес я.

Девушка тоже улыбнулась. Я глянул в телефон и понял, что такси задерживается, попало в пробку в полутора километрах от нас.

— А ты? Почему следователи задержали тебя?

Я решил сказать, как есть, не раскрывая особых подробностей.

— Один из тех, кому я помогал, был убит, — ответил я, понимая, что ничего не знаю об обстоятельствах дела. — Причём был убит, судя по всему, кем-то из знакомых. Однако подозрения пали на сына этого человека. А я вот почему-то уверен, что он вообще не при делах. В любом случае, мне с этим тоже надо будет разбираться. Но чуть позже. Такое ощущение, что в один единственный момент навалилось всё и сразу.

— Ты уж, извини, — в голосе Ким Ю Джин слышалась неподдельная искренность. — Но кроме тебя мне действительно никто бы не смог помочь.

— Всё нормально, — ответил я, высматривая нашу машину. — Не бери в голову.

Тем временем наше такси выбралось из пробки, забрало нас и отвезло ко мне домой. Там я оставил Ким Ю Джин в гостиной, а сам пошёл к себе в комнату. Мне многое нужно было обдумать.

Смотря на эту ситуацию со стороны, тут напрашивалось два варианта.

Первый: она действительно что-то пообещала Го Тхэ Сону, он переписал на неё завещание. и она его отравила, приняв антидот. Что, собственно, при первичном рассмотрении всей ситуации казалось очевидным.

Второй же вариант подразумевал, что этот самый Го Тхэ Сон по какой-то причине решил подставить Ким Ю Джин. Переписал на неё завещание и сам выпил яд при весьма загадочных обстоятельствах.

Ни первый, ни второй вариант мне совершенно не нравились. Мне казалось, что дело тут совсем в другом. Но на данный момент божественного озарения в голове не было.

Зато у меня промелькнула другая идея, совершенно не связанная с тем, чем я занимался в данный момент. Достаточно безумная для того, чтобы дать ей развиться во что-нибудь большее.

Так, теперь — министр.

Я снова вздохнул. Но сейчас необходимо было помогать живым.

Джи Джисон, насколько я успел понять, находился в тюрьме. Вытаскивать его раньше времени смысла не было: если он виноват, то пусть отбывает. Тут никаких вопросов быть не могло. Но что, если он не виноват? А там, в камере, его сломают? Вот этого я допускать тоже не хотел. В конце концов, я взял на себя перевоспитание молодого человека, и полагал, что тот вполне себе исправился.

Я набрал номер Дикого Топора, подумав при этом, что в последнее время слегка злоупотребляю его услугами. А оставаться должным я не собирался.

— Слушаю. — ответил мне Бо Рам Сон. — По делу или так?

— По делу, — я тщательно подбирал слова, которые должен был озвучить. — Ты слышал, что сегодня утром убили министра образования?

— Слышал, — мой собеседник собрался, так как ещё не знал, что именно мне нужно, это я слышал по голосу Топора. — До меня такие слухи долетают быстро.

— Не знаешь, кто? — на всякий случай спросил я.

— Судя по всему — бытовуха, — ответил тот, стараясь, чтобы наш разговор выглядел, как светский трёп. — По крайней мере, так говорят.

— Ясно, — на самом деле я хотел услышать, что мои знакомые к этому убийству не причастны. — Сейчас обвиняют молодого парня — сына министра.

— Допустим, — осторожно проговорил Дикий Топор. — Мне-то ты зачем звонишь?

— Есть мнение, что парень невиновен, — ответил я, одновременно вспоминая перекошенный от ярости взгляд Джисона, когда он понял, что его лишили всего. — Его либо подставили, либо посадили по ошибке.

— Хочешь вытащить?

Я буквально на расстоянии видел, как ощерился мой собеседник.

— Хочу поговорить с ним. Для начала. И ещё попросить присмотреть за ним временно.

— В плане?

— Ну, всё-таки тюрьма — это не самое лучшее место с точки зрения соблюдения неприкосновенности человека, — я, конечно, мог сказать и напрямую, но решил до конца говорить завуалированно. — А у тебя наверняка там есть кто-то из своих. Вот я и хотел попросить присмотреть за Джи Джисоном, чтобы его там никто не сломал ненароком.

— Такое я сделать могу, — ответил Бо Рам Сон и на некоторое время задумался. — Только вот наш уговор всё ещё в силе?

— Какой именно? — спросил я.

— Услуга за услугу, — хмыкнул мой собеседник и в его тоне я чётко услышал радость от того, что он сможет воспользоваться моими услугами.

— Разумеется, — ответил я. — Что ты от меня хочешь?

— Я с тобой свяжусь, — ответил он и отключился.

Я на восемьдесят восемь процентов был уверен, что Джисон не причастен. Но мне надо было услышать его голос.

Джи Джисон сидел в одиночной камере, уронив голову на грудь. Его только что привели с очередного допроса. Он уже более-менее пришёл в себя со вчерашнего дня. И теперь, кроме того, что никак не получалось понять, как же всё так получилось, он не мог смириться с тем, что его подозревают в смерти отца.

Он ушёл утром выполнять свои рабочие обязанности и вообще не предполагал, что что-то может случиться. И так он расписал свой день по минутам для следователей. Но ему показалось, что его просто не слушают. Конечно, он думал, что им удобно найти сына министра, повесить на него всё, а не искать настоящего убийцу. Но ведь должны же быть другие мотивы. Что там было у отца такого, что захотелось его убить?

И вот именно сейчас ему казалось, что он мог ответить на этот вопрос, если бы просто оглядел место преступления. Но потом сам же и покачал головой. Нет, в конце концов, он-то не криминалист, он ничего не может сказать на этот счёт. Но он уверен в одном, что сам не совершал это убийство.

Они помирились с отцом. Начали движение навстречу друг другу. Постепенно, не спеша, начали общаться. И получается, что у кого-то другого были мотивы, чтобы расправиться с Югаем Гён Тхэ. Кто мог хотеть смерти его отца?

И вот тут в пору было снова корить себя, он совершенно этого не знал. Он не интересовался делами родителя, его знакомыми, кругом общения, вообще ничем. Ему была интересно только наполненная различными пьянками и гулянками, яркая жизнь. Ночные клубы, машины, девочки — вот это вот всё. Да, отец его таскал на какие-то приёмы, что-то пытался ему показать и рассказать, но когда ему это было интересно? Никогда. Вот если бы он интересовался, то возможно понимал бы, у кого были мотивы. Кто вообще желал его отцу зла.

И вдруг в коридоре за дверью раздались шаги. Они могли спешить куда угодно, но он никого не ждал. Однако, шаги остановились напротив его камеры. И в замок вставили ключ, после чего провернули, и дверь открылась.

«Неужели снова на допрос?» — пронеслось в голове у парня.

На пороге стоял кто-то из охранников. Но Джи Джисон пока никого здесь особо не запомнил. Тот быстро прошёл внутрь и вложил в руку парня какой-то продолговатый предмет.

— На держи. Потом спустишь в толчок, понял? — сказал охранник.

— Что? — Джи Джисон с удивлением глянул сначала на охранника, но тот уже развернулся и ушёл за дверь, закрыв её обратно.

А затем себе в руку. На ней лежал старый, простенький кнопочный «Самсунг», которых он не видел уже, наверное, лет сто.

— Что за хрень? — вслух проговорил Джи Джисон.

И в этот момент аппарат завибрировал. На тёмно-синем дисплее высветился номер.

Помедлив всего лишь секунду, Джи Джисон нажал кнопку принятия вызова и подставил телефон к уху.

— Да, слушаю.

— Привет, — ответил из той стороны знакомый голос. — Это Гису.

— Гису Хегай, — вслух проговорил Джи Джисон вместо приветствия: — Зачем ты звонишь?

— Я звоню, чтобы понять, что знаешь ты. — Ответил ему Гису. — Что вообще случилось?

— Я знаю только то, что моего отца убили, — ответил сын министра и тяжело вздохнул. Эти слова давались ему с трудом, так как неприятно было говорить о подобных вещах.

— Ясно, — ответил Гису всё тем же тоном. — Но мне нужно понимать, что вообще произошло с твоим отцом.

— Да не знаю я ничего, — Джи Джисон хотел раздавить телефон в ладони. Вместе с тем он понимал, что, возможно, это его единственный шанс. Ведь этот парень говорил, что он решает любые проблемы.

— Ты хотя бы знаешь, кто это мог сделать? — спросил тем временем Гису.

— Нет, — Джи Джисон даже покачал головой, а затем покосился на глазок в двери. Как он понимал, времени у него совсем немного. — Я настолько не интересовался жизнью своего отца, что даже не знаю, кто мог желать ему смерть. Поэтому, к сожалению, ничего не могу тебе ответить.

— Жаль, — голос Гису явно свидетельствовал о том, что ему действительно жаль.

— Гису… — Тихо проговорил Джисон, после чего помедлил. — Ты… разберешься с этим? Я хочу отомстить за отца!

Но ответа уже никакого не последовало. И парень вообще не был уверен, успел ли Хегай услышать его последнюю фразу.

Итак, с Джи Джисоном всё было более-менее решено. Преступные элементы его не тронут в тюрьме. Связь с ним установить можно. Теперь предстояло вытащить его оттуда. Сейчас я уже был более чем уверен, что он не виноват в смерти своего отца. Но на данный момент в вопросе министра образования надо было сделать паузу.

Однако передо мной стояли и другие проблемы. И одной из самых актуальных оказалось то, что мою собственную фирму хотят выкупить.

Я проанализировал все свои последние действия, как и разговор с Ун Ён Ри, и понял, что у меня есть не один путь. А, как минимум два, как в той шутке про цаплю и лягушку. Теперь мне предстояло выбрать один из них.

Я мог пойти по пути наибольшего сопротивления: найти того самого чиновника, который отвечает за сертификацию. Узнать, какие у него есть проблемы, Надавить через них. И… А пойдёт ли этот самый чиновник против корпорации Де Сан, или не рискнёт? Он же понимает, что его раздавят, в случае если он пойдёт поперёк приказа.

Я буквально наперёд просмотрел весь этот путь, прикидывая даже различные варианты, которые в целом можно было бы предположить. На каждый раз мой внутренний голос говорил: Стоп, это какая-то фигня. Это будет попусту потраченное время.

Но был и второй путь: со значительно меньшим сопротивлением. Но для этого мне нужно было сделать один звонок.

Я взял телефон и набрал номер Пака. Когда он поднял трубку, а случилось это далеко не сразу, меня практически оглушило. На фоне работали какие-то станки, причём настолько шумно, что больше ничего не было слышно. Я едва услышал, как Пак чуть ли не орёт в трубку:

— Да, привет, Гису. Чего ты хотел⁈

— Пак, ты меня слышишь⁈

Честно говоря, я сам себя не слышал от грохота, заложившего уши.

— Чего? Гису⁈ Ты тут? Алло!

— Ты где сейчас находишься⁈ — прокричал я ещё громче.

— Да тут, на одном из заводов отца! — ответил он.

— Нам надо поговорить!!! — уже срывая голос прокричал я. — Давай я подъеду.

— Сейчас скину я локацию! — ответил он и практически сразу отключился.

И это было правильное решение. Потому что я и сам не совсем понял, как мы разобрали слова друг друга при таком шуме. По телефону тут общаться было бы невозможно.

Место, координаты которого он скинул, находилось в промышленном районе. И правда, там был один из заводов корпорации его отца. Я прикинул, что прогуляться сейчас будет очень даже в тему.

Собрался и вышел на улицу. Через полчаса я был уже в компании Пака — прохаживался по гремящим цехам завода. Говорить приходилось на повышенных тонах, но это место значительно тише предыдущего.

— Что ты здесь делаешь? — спросил я.

— Отец направил.

— Опять какие-нибудь проверки? — поинтересовался я.

— Нет, — покачал головой Йонг Пак, посмотрел на меня и улыбнулся.

Затем взял и постучал костяшками пальцев по каске, которую мне выдали. Причём у меня была белая каска, а у него — оранжевая.

— На самом деле всё было не так, — продолжал мой одноклассник. — Просто мне предложили это место возле нескольких заводов для одной из своих точек. У меня сходу возникли сомнения о том, будет ли рентабельно открывать тут свой вагончик.

— Это ещё почему? — усмехнулся я.

— Ну, видишь ли рабочие зависят от зарплаты. К тому же у них есть столовые, в которых они едят. Поэтому есть сомнения, несмотря на то, что людей здесь немало.

— Пак, — сказал я. — Ну ты же умный человек, всё понимаешь. Но ты же представь, какой кайф: выйти после смены, и неважно какой там у тебя рамён, плескается в животе, взять да и заточить настоящий паковский ход-дог. Это же просто чудесно.

— Ты мне льстишь, — Сдержанно улыбнулся он. — Но, наверное, в чём-то ты, конечно, прав. А я видишь ли, решил зайти и посмотреть, как обстоят дела внутри. Сначала я поинтересовался столовой, затем, как устроен быт рабочего, что он может себе позволить, что не может. А потом кто-то из менеджеров меня узнал, и вот пригласили на расширенную экскурсию.

В этот момент справа от нас что-то с грохотом обвалилось, взметая целый фонтан искр. Я только надеялся, что никто не пострадал.

— А мне уже интересно, сам понимаешь, — как ни в чём ни бывало говорил Пак. — Это в детстве ты мечтаешь о железной дороге. А когда видишь целые конвейеры, где роботы собирают сначала нечто непонятное, которое потом превращается в практически предмет, например, в тот же автомобиль. Это же так интересно! Процесс сам по себе поглощает целиком и полностью.

Я готов был с ним согласиться. Но мне очень сильно мешал шум, потому что в цеху было ужасно громко.

— Понятно. По итогу что ты надумал?

— Буду открываться. Мне кажется, что мой помощник — гений. Нет, на самом деле, создаётся впечатление, что у него буквально нюх на все эти вопросы. Только поэтому я решил попробовать. А ты сам-то зачем пожаловал?

Я почесал затылок.

— Пойдём куда-нибудь в более тихое место.

Через пять минут мы уже сидели за столом в столовой для рабочих, отделанной каким-то серым кафелем. Ярко напомнившим мне столовую где-нибудь на заводе станкостроения, в номерном, безымянном городке. Еда, кстати, здесь была ничего, но без изысков: пареный рис, куски достаточно жёсткого мяса и ещё всякая всячина. Зато тут было слышно друг друга.

— Так вот, с чем я к тебе пожаловал, — проговорил я, удивляясь, что раньше не нашёл этого выхода. — Для начала у меня такой простой житейский вопрос. Ты расширяешься-то не собираешься? Я не про точки. А про ассортимент.

— Ну как это не собираюсь? — Йонг с наигранным удивлением посмотрел на меня. — Конечно, собираюсь. Сейчас подумаю концепции, либо какого-нибудь ресторана, либо, может быть, готовой еды на вынос. Ну знаешь, сейчас такое модно. Но нужна фишка, нужно, чтобы прям залетело. Кстати, я хотел по этому поводу обратиться к тебе. Ты наверняка что-нибудь дельное мне посоветуешь.

— Надо подумать, — ответил я, мысленно хваля одноклассника за расторопность. — Но в целом, наверное посоветую. Как тебе к примеру, сеть суши-баров?

— Ну это, конечно, не ново, — пожал плечами Йонг, уставившись при этом куда-то поверх моей головы, что уже говорило о его глубокой задумчивости. — Но в целом, рассмотреть такое можно. Например, если внутри самого ресторана будет несколько столиков, куда доставлять суши будет робот. Или, скажем, на вынос будет возить не живой курьер, а тоже робот.

— Что ты так в этих роботов упёрся? — усмехнулся я. — Человеческий труд тоже ценен.

— Да это всё понятно, — Пак отмахнулся. — Просто нужна фишка. Знаешь же, есть такие рестораны, где обслуживают в темноте. Там все официанты — слепые.

— Да? — усмехнулся я, потому что помнил другое. — Не знаю, вот слышал я о таком ресторане «В темноте», так там официантки вообще голые ходят. По крайне мере — топлес.

— А вот это интересно, — сказал мне Йонг, щёлкнув пальцами.

— Да подожди ты, не сбивай с основной мысли.

— Так вот — да, — Пак снова перестал витать в облаках и посмотрел на меня. — Чего ты хотел?

— Знаешь почему я предложил суши? — проговорил я, возвращаясь к первоначальной теме. — У меня есть отличная партия. Партия риса. Которую необходимо пристроить куда-то.

Твоего? — Пак стал серьёзен.

— Ну а чьего же ещё? Конечно, моего. Или ты забыл как называется моя фирма?

— А чего ты его не продашь? Стратегическое сырьё как никак. Государство выкупает.

— Не могу, — качнул головой и откинулся на спинку неудобного стула и стал массировать шею. — Не дают мне сертификат, несмотря на то, что все документы в норме. Но с тобой мы можем сотрудничать по-другому.

— По-другому, это как?

— Пока не знаю. — Усмехнулся я. — Но мы что-нибудь придумаем. И это будет очень интересно!

— Слушай, — сказал он, — на самом деле — не вопрос. Мне действительно надо поколдовать с концепцией. Но места для аренды я уже начну искать прямо завтра. Вызову Джи Джисона, и дам ему задание: искать объекты под небольшие кафе. Хотя, может быть, стоит придумать что-то вообще не укладывающееся в обычное представление людей. Но я пока что не знаю.

— Кстати… раз уж речь зашла за Джи Джисона… — Проговорил я как бы невзначай. — Там это… он сейчас в тюрьме сидит если что.

— М? В смысле?