Надуй щеки! Том 9

Глава 4

У меня едва получилось сдержать смешок, потому что думаю: откровенной иронии над собой Дикий Топор бы не потерпел. С другой стороны, насколько я его знал, он никогда не потерпел бы подобного издевательства над собой. Что ещё за розовый фартук? Что за ободок с ушками? Что за бред?

Но мне надо было выяснить всё максимально аккуратно, не задевая чувства Дикого Топора, которые, судя по всему, и так уже были достаточно задеты.

— Я, конечно, понимаю, что это не моё дело, — проговорил я после короткой паузы, во время которой обдумал его просьбу, — но когда я выполняю чьё-то задание, то должен знать о нём всё. Скажи мне, пожалуйста, как так получилось, что тебя на это развели?

— Видишь ли… — Топор явно не хотел углубляться в подробности, но объясниться ему тоже надо было, так как подобные просьбы вызывают вопросы. В том числе и у меня. — Дело в том, что накануне сидели мы у Зубочистки, расслаблялись. И получилось так, что я сильно налег на алкоголь и играл, не совсем отдавая себе отчёт в том, что делаю. Нет, ты не подумай, я не был в умат, просто дружеская атмосфера, вот я и расслабился. Тем более, ты не поверишь, но мне так пёрла карта, что я забыл обо всём на свете.

— Хорошо, — ответил я, попутно визуализируя всё то, что рассказывал мне Бо Рам Сон, — это понятно. Но почему ушки? — Я не сдержался и фыркнул в трубку.

— В какой-то момент Зубочистка предложил играть на желание. Я согласился, полагая, что фарт мне не изменит.

— А он изменил, — предположил я, стараясь, чтобы улыбка на моих губах и едва сдерживаемый смех не дошли до моего собеседника.

— Точно, — ответил на это Дикий Топор без особого энтузиазма. — Я проиграл желание Зубочистке.

— Да уж… и как Зубочистка только решился на это? — с иронией поинтересовался я. — Ты его не грохнешь после такого? — В шутку уточнил я.

— Да хотелось бы, — выдохнул он. — Только вот Зубочистка здесь ни при чём. Это Метёлка всё затеяла. У неё день рождения завтра, и она захотела себе подарок, вот и надоумила Зубочистку поставить такое желание: мол, хочет увидеть меня в этом прикиде.

— Так, стоп, — сказал я. — А почему она не попросила тебя это напрямую, ну, типа как подарок на день рождения?

— Ну, Гису, ты же понимаешь, что никогда в жизни я бы на это не согласился. Одно дело — желание и просьба женщины, а другое дело — долг и уговор между мужчинами. А карточный долг — это долг чести. Тут сам понимаешь, деваться некуда.

— Так-так-так… — у меня в голове сразу же представилась вся эта схема. — То есть ты сначала выигрывал? — уточнил я, расставляя в голове всё на свои места. — А потом, когда настало время играть на желания, взял и проиграл?

— Именно так, — согласился Бо Рам Сон. — Ну, так что? — в его голосе вновь прорезались обычные резкие нотки. — Ты достанешь мне эту приблуду или как?

— Подожди, — я говорил таким тоном, чтобы он понял: торопиться не стоит. — Ты же понимаешь, что тебя, скорее всего, провели?

— То есть как? — не понял Бо Рам Сон. — Ты что хочешь сказать, что Зубочистка специально?..

— Именно это я и хочу сказать. Что, возможно, по просьбе Метёлки Зубочистка подсуетился и специально тебя обыграл. Он всё-таки владелец казино, не забывай об этом.

— Чёрт… Когда ты это сказал, я подумал, что так оно всё и было. Ну-ка, ну-ка. Тогда, знаешь что? Давай к чёрту этот фартук. Помоги мне лучше доказать, что Зубочистка мухлевал. Не знаю, как теперь это возможно сделать, но уверен, ты что-нибудь придумаешь.

— Ага. Придумаю. — хмыкнул я. — Я надеюсь, все живы останутся.

— Да, но просто… кое-что поменяется.

— Понял. Давай, пока, — я завершил звонок, откинулся в кресле, уставился в потолок и от всей души заржал.

Сначала это казалось невероятным. Когда Чану только поступил заказ на пятьдесят тонн алюминия, он даже не знал, за что браться. Да, его мечта была близка к свершению, но это же было что-то нереальное!

Этот алюминий надо найти, купить, привезти в страну. Это таможни, это контейнеры, это логистика.

Чан в какой-то момент даже хотел отказаться от всей этой затеи. Просто потому что понял, что у него не хватит денег на закупку всей этой партии. А под честное слово в другой стране ему, разумеется, никто металл давать бы не стал.

Но Юми убедила его, что он справится. После этого Чан стиснул зубы и начал действовать. Первым делом он пообщался с производителем полуприцепов. Тот сначала обрадовался, думал, что нужна новая партия, но потом в целом без проблем выдал адрес производства, на котором покупал алюминий.

И вот так, Чан Ан кропотливо и упорно шаг за шагом, начал идти к своей цели.

Да, пусть это была первая пробная сделка исключительно на уровне «купи — продай», но это уже была достаточно крупная партия алюминия. Он посчитал, что если всё сделать грамотно, то он сможет немного заработать на ней. Да, конечно, не больше, чем на полуприцепах, особенно на первой партии, потому что те достались им с Гису практически бесплатно. Но это будут честные деньги.

Для того чтобы выкупить необходимую партию, Чан занял денег у Гису и у Йонга. У Юми он брать до конца не хотел, но когда понял, что ему всё равно ещё не хватает, потому что он не учёл некоторые расходы, он взял деньги и у неё.

И вот теперь ему наконец-то поступило долгожданное сообщение, что алюминий прошёл корейскую таможню. Всё, можно было выдохнуть. Металл находился совсем недалеко.

Чан Ан вытащил телефон и набрал номер заказчиков, чтобы сообщить им радостную новость.

— Да, вас слушают, — ответил ему слегка настороженный и отстранённый голос.

— Здравствуйте, — проговорил Чан Ан, стараясь унять некоторую дрожь в пальцах. Он уговаривал себя внутренне, что ни у Гису, не у Пака пальцы бы сейчас не тряслись бы. Ребята просто сделали бы то, что должны были сделать.

— Вас беспокоит Чан Ан по поводу партии алюминия. Вы заказали пятьдесят тонн, и я их доставил. Металл уже находится в стране.

— Ну, молодой человек, — ответили ему с того конца провода, — видите ли, от вас слишком долго не было никаких известий, поэтому мы уже закрыли свою потребность в алюминии по другим каналам. Вы извините.

— Но как же так? Вы же сами меня просили! Сказали, что алюминий невероятно хорошего качества, поэтому вам нужен именно он. Я его доставил, именно этот. Это было не быстро и не так просто. Металл из России шёл некоторое время.

— Молодой человек, — голос на том конце немного смягчился, но не собирался как-то идти Чану навстречу, — вы поймите: такое иногда случается. Наши планы поменялись и… в общем, всего вам доброго и удачи.

На этом человек повесил трубку.

Ещё с минуту Чан Ан смотрел на свой телефон, как на ядовитую змею, которая только что укусила его. Причём совершенно внезапно, подло и исподтишка.

Он-то надеялся, что сейчас всё получится, мир наполнится различными красками, и он, наконец-то займет достойное место рядом с Паком и с Гису, которым подобные дела на раз плюнуть.

— И что теперь делать?

Чан занял деньги у друзей, рассчитывая только на одну эту сделку, которая ему казалась уже решённым вопросом.

Он понял, что внутри всё упало. Какие бы то ни было надежды на светлое будущее внезапно закончились. Ему было не по себе. Он даже подумал о том, что это — край.

Полный крах Чана, как бизнесмена. Отец сейчас сказал бы: «Ну вот, видишь? Я же тебе говорил…» А старший брат просто расхохотался бы.

И это всё действительно происходило в его воображении. Но он сжал кулаки и сцепил зубы.

— Чан! — раздалось из-за двери. — Ты идёшь в школу? Погнали! Приедем пораньше, кое-что посмотрим.

— Гису, я сегодня, наверное… — Чан судорожно пытался найти предлог, по которому можно будет не идти в школу и целый день метаться в своих невесёлых мыслях.

— Чан, что у тебя там случилось? — голос Гису был настойчивым. — Давай, открывай, поехали. Нефиг сопли жевать, — говорил он всё это по-дружески, со своей обычной ухмылкой.

И тут Чан Ан понял, что, наверное, именно общение с Гису ему сейчас поможет как никогда.

— Да-да, — сказал он Гису, — сейчас, буквально пять минут.

— Хорошо, жду тебя у велосипедов, — ответил тот, и раздались удаляющиеся шаги.

«В конце концов, — подумал Чан, подходя к зеркалу и улыбаясь своему отражению, — металл-то никуда не делся. Металл-то остался у меня».

Казалось, ничто не могло испортить настроение Гису.

Он легко и непринуждённо крутил педали даже в горку и от всей души потешался над рассказом Чана, но необидно. Скорее наоборот: Чан заражался весельем Гису, и постепенно мрачные мысли, охватившие его с утра, отступали.

Он описал другу всё развитие событий, а тот лишь развёл руками, выпустив руль и едва не навернувшись с велосипеда, но вовремя успел подхватить управление.

— Это будет хорошим уроком для тебя, — он глядел на Чана по-доброму, но с лёгкой иронией во взгляде. — Ты же действительно в данной ситуации, повёл себя ну совсем не как бизнесмен.

— Мне почему-то казалось: если им нужен металл, то они будут ждать меня. В конце концов, они позвонят, если передумают, и тогда…

— Нет, так дела не делаются, — проговорил Гису, выравнивая свой велосипед рядом с Чаном, чтобы можно было спокойно говорить. — Это тебе прекрасный жизненный урок из мира бизнеса. Любые подобные сделки нужно совершать исключительно через контракты на поставку. Уж ты-то должен об этом знать. Когда есть письменный договор, есть задокументированные обязательства. Только после этого ты начинаешь шевелиться. Если у тебя нет контрактов и договоров, все твои телодвижения абсолютно напрасны. Запомни. Забей этот урок себе в мозг. Заколоти.

— Да уж, такое как будто и не забудешь, — Чан пожал плечами стараясь держаться параллельным курсом с Гису. — Теперь, естественно, я буду настаивать на подписании документов. Просто я же ориентируюсь во многом на тебя. А ты никогда ни с кем не заключаешь письменных договоров.

— Ну нет… ты сравниваешь несравнимое. Там, где у меня есть бизнес, всё исключительно по договорам, по бумагам, по контрактам и так далее. Ты даже не представляешь, сколько этих бумаг у меня на фирме. Но даже они не помогли мне продать мою продукцию по официальным каналам. Только жёсткие условия, задокументированные и подписанные всеми сторонами, никак иначе бизнес не работает.

— Теперь-то я уже понял, — Чан немного поник. — Когда остался без денег, и часть из которых занял у вас. И мне из-за этого очень стыдно. Хорошо хоть металл остался. Но сколько я теперь буду его пытаться продать?

— Чан, не дури.

Гису приблизился и хлопнул его по плечу, от чего внутри Чан Ана начало разливаться спокойствие и уверенность в том, что действительно всё будет хорошо.

— Это не просто, понимаешь, металл. Это алюминий. Причём алюминий наивысшего качества. А не каждый себе может позволить покупать алюминий по такой стоимости. То есть как бы я могу уйти в минус…

— Да брось. Такой металл у тебя оторвут с руками? Не спеши понижать цену. Присмотрись, куда ты можешь его сдать. Поговори с Паком. Я уверен, что корпорации отца алюминий необходим. А у него там качество не на последнем месте.

— Это слишком лёгкий способ, — ухмыльнулся Чан. — Я теперь думаю, что действительно способен на большее. Ладно… — Тут Чан молчаливо задумался, а спустя секунду продолжил. — Спасибо тебе за поддержку, Гису. Ты настоящий друг.

К школе ребята подъехали намного раньше положенного срока.

Чан полагал, что они займут обычное место на крыльце. По крайней мере, Совет ЮЧП там собирался периодически, приветствуя всех «старейшин» или «генералов» из чата «Надуй щёки».

На этот раз Гису притормозил Чана:

— Давай посмотрим отсюда, с парковки.

Они начали наблюдать за входом в школу издалека. То, что увидел Чан, внезапно заставило его расплыться в улыбке от ностальгии. Большая часть учеников в этот день ходила в школе спиной вперёд.

«Так вот же оно! — подумал Чан. Именно этому нас и учил Гису: действовать нестандартно, реагировать не так, как от тебя этого ждут. Стать креативнее, ориентироваться в быстро меняющихся обстоятельствах, широко и непредсказуемо мыслить. Вот этому всему и учил Гису».

И ребята повторяли то, что когда-то провернул Совет ЮЧП. Но теперь это касалось уже большей части учеников в школе и конкретно новеньких.

Чан поймал себя на том, что действительно улыбается. И от увиденного ему стало очень и очень тепло на сердце.

«Что я загрузился из-за какого-то там металла? Это не промах. У меня на руках есть актив, который я могу вложить различными способами. Достаточно только приложить небольшую креативность к этому. Вот он — настоящий я. Тот, который ходил спиной вперёд и строил башню из монеток ради помощи приюту для собак. Хах!».

С этими мыслями Чан глянул на Гису и понял, что тот не испытывает подобных чувств. Странно. Но Гису хмурился.

— Да, необычный опыт для многих, — проговорил Гису, глядя на Чана. — Но это уже было. А так не интересною. Согласен?

— Эм… наверное.

Затем они оставили велосипеды на парковке и пошли к школе.

На крыльце к ним подошёл кто-то из первого класса и попытался поклониться Гису, но спиной вперёд. Выглядело это ужасно неказисто и смешно. Сперва Чан испугался, что парнишка просто затылок себе расшибет, но тот оказался более гибким.

— Угу… ага… — хмыкнул Гису каким-то своим мыслям и задумчиво прошел дальше.

В этот момент Чан достал телефон и открыл чат. Давно он туда не заходил из-за своей загруженности. Там как раз было то самое обращение для первогодок. Но выглядело оно совсем не креативно…

Йонг Пак пришёл на репетицию своей группы не просто так. В последнее время он замечал, что девчонки отрабатывают слабее, чем могли бы. И партии становятся какие-то упрощённые. И музыка уже как будто не настолько озорная и забористая.

Одним словом, всё указывало на то, что в группе что-то происходит. Может быть, какие-то внутренние конфликты, думал Йонг. Может быть, проблема ещё в чём-то. Но он должен был понять, что происходит. Должен был вникнуть в ситуацию и выправить её.

Да и клипы стали выходить значительно реже. А им нужно было давать людям не только качество, но и количество. Их канал уже побил многие рекорды. Но если пропасть, если забыть про музыку, то можно было потерять своих поклонников. А этого делать было никак нельзя. Нужно было сохранять этих и искать новых.

Правда, пока, кроме определённых соцсетей, пробиться больше никуда не получалось.

Пак пришёл в тот момент, когда девчонки отрабатывали какую-то новую песню. И он сразу почувствовал атмосферу усталости и безнадёжности. И это ему совсем не понравилось.

Он дождался, пока закончится музыка, и позвал девчонок к себе. Минни села напротив него, остальные расселись вокруг, рядом с ними.

— Девчата, что происходит? — спросил Пак, оглядывая всех участниц своей группы.

Те переглянулись между собой. И без слов было видно, что уныние, грусть и усталость владели ими безраздельно. Не было в них того огонька, который был в самом начале. Они как будто выдохлись и были очень подавлены.

— Господин Пак, — начала Минни, — мы же кей-поп-группа. Мы должны выступать. Все коллективы нашего профиля выступают на различных конкурсах, где могут засветиться, могут показать себя с разных сторон. Там голосуют зрители, и когда они видят, что все голосуют за одну и ту же группу, такой группе куда проще взлететь.

Она вздохнула, развела руками, словно хотела донести что-то невербальное, но затем всё-таки продолжила.

— Но мы не участвуем в таких конкурсах. У нас нет ротации ни на радио, ни на телевидении, ни на интернет-порталах, которые раскручивают подобные группы. У нас нет практически ничего. И премия, на которую мы очень рассчитывали, хотя бы чтобы засветиться там, тоже пройдёт мимо нас.

— Это временные трудности, — ответил Пак, стараясь ободрить девушек. — Вы все знаете, почему так происходит. Вы понимаете, что Ким Су Хон на данный момент перекрыл нам все пути наверх. Но это ненадолго. У нас каждый день увеличивается толпа фанатов.

— Увеличивается? — в разговор вступила Чжа А, на которую вообще было грустно смотреть. — Возможно это и так, но на общем фоне это вообще не видно. Мы все боимся, что достигли потолка. Мы так старались. Так трудились… а в итоге получаем только хейт. Это… мы понимаем, что вы тоже стараетесь делать как лучше. Но… подобное просто угнетает. Честно сказать, нам сейчас очень тяжело.

— Я это понимаю. Ещё раз повторяю: я о вас не забыл. Я вас не бросил. Я делаю всё, что в моих силах.

И тут внезапно девочка, сидевшая слева от Пака, не сдержалась и зарыдала. А в глазах остальных читалась мольба. И только сейчас он окончательно понял… Для них всё по другому. Это не просто попытка добиться чего-то нового. Это не развлечение и не тренировка. Это их жизнь. И их жизнь пытаются растоптать. Пак смотрел на всё это со своей стороны, и не сильно-то переживал. А вот другие люди, которые полностью доверились ему, начали чувствовать безысходность.

— Я вам обещаю: я решу все эти вопросы. — Начал говорить Пак. — У вас будет сцена и будет премия. Не кисните. Мы с вами все вместе прорвёмся.

— Правда? — Минни посмотрела на него и сглотнула.

— Обещаю, — честно ответил Пак.

Я откинулся на спинку своего стула, взял телефон, вспомнил сегодняшний перформанс учеников, открыл чат и включил фронтальную камеру.

— Всем привет! Это Гису. Ходить спиной вперёд, это достаточно креативно, но в наших кругах это уже было. Так вы не добавите себе баллы. Итак, я знаю, что в этом чате много новичков, но следующее моё задание касается буквально всех и каждого из этого чата, старших тоже. Завтра перед школой вы все набираете в рот воду и ходите так до конца уроков. В конце концов, нельзя забывать ради чего всё это начиналось.

Я выждал небольшую паузу, после чего улыбнулся и произнес:

— Надуйте щеки!