Наследник для Буйного

=9=

Внезапно я поняла, что едва не отдалась малознакомому мужчине. Эта мысль пронзила меня насквозь, взбодрила и привела в чувство. Я села на кровати, моя голова гудела и кончики пальцев дрожали.

Моя одежда была в ужасном беспорядке, топик был смят сильной рукой и растянут, превратившись в бесформенную тряпку. Он даже не принадлежал мне!

Мне захотелось умыться и снять с тела все запахи и прикосновения, всё, что окружало меня и словно держало в плотном коконе, вырваться из которого было очень сложно.

Я встала с кровати и прошлась по комнате. В ней царил идеальный порядок. Ни на прикроватных тумбах, ни на комоде не было оставленных мелочей, стул тоже остался свободным. Я вспомнила крохотную квартиру, которую арендовала, на спинке стула всегда висела одежда.

Сравнение двух абсолютно разных миров ни к чему хорошему привести не могло, поэтому я постаралась не думать о доме и привычном мире, иначе глаза начинало щипать непрошеными слезами.

Одна дверь вела в коридор, откуда мы вошли, за второй дверью скрывалась ванная комната. Она была очень просторной, с большой ванной и душевой кабиной. На полках были разложены полотенца по цветам, от самого светлого, кипельно-белого, до черного.

Сбросив одежду, я кинула на себя осторожный взгляд через зеркало, которое было просто огромным, до самого пола. У меня был потрепанный вид: глаза припухшие и особенно — губы, ярко-красные, пульсирующие, налитые кровью.

Я не слыла особенной красотой и пыталась отыскать в себе то, что могло привлечь Буйного. Но я смотрела на себя обычным взглядом и не обнаружила ничего, только саму себя, знакомую и привычную, до самой последней родинки на теле.

Прекратив разглядывать себя в зеркале, я залезла под душ, включила его и сразу же запрыгала по кабине так, словно под ногами были раскалённые угли, только причина моего скакания находилась сверху и нещадно лупила ледяными струями.

Нащупав кран вслепую, выкрутила его в обратную сторону и перевела дыхание. Нужно было разобраться с кучей встроенных режимов, а у меня не было времени на долгие изыскание и поиски.

Но, поразмыслив, я повернула рычажок на один из режимов, который показался мне безопасным, потом отрегулировала температуру воды и уже потом насладилась душем, воспользовавшись мужским шампунем для волос, от которого приятно пахло мятой.

Взяв в руки пушистое, мягкое полотенце, с удовольствием вытерла тело и, насколько могла, просушила волосы. Покрутилась в поисках фена и расчесок, но не обнаружила их. Наугад потянула одну из дверей шкафа, в поисках необходимого, но почти сразу же закрыла ее, с полыхающим лицом. Мне в глаза бросилась коробочка с презервативами, напоминающая о том, что едва не случилось.

Случайность отвлекла Марата от главного, но долго ли это будет продолжаться? А я еще в душ полезла… Наверняка, Буйный, увидев меня, решит, что я просто решила освежиться перед жаркой ночкой, желая ему угодить. Но всё было совершенно не так!

В итоге в ванной я провела много времени, ожидая, что в любой момент раздастся стук в дверь и низкий, мужской голос прикажет выйти!

Однако ничего не происходило. Судя по всему, затянулось не только моё посещение душа, но и общение Марата с прислугой. Сидеть в ванной, в ожидании неизвестно чего, было глупо. Я решилась выйти из ванной комнаты.

Едва оказалась в спальне, как в дверь постучали — деликатно и осторожно. Вряд ли Буйный стал бы в стучать в дверь собственной спальни, поэтому я насторожилась: кто бы это мог быть?

Замерла в нерешительности, но потом вынудила себя сделать несколько шагов в сторону двери. Не дойдя до нее, я опустилась в глубокое кресло, присела на самый краешек.

— Войдите, — попыталась придать голосу уверенность.

В комнату плавной, степенной походкой вошла женщина, средних лет, её волосы были собраны под строгий, тёмный платок.

— Добрый вечер, меня зовут Назира. Хозяин просил предупредить, что ему срочно пришлось уехать из-за неотложных дел. Вам что-нибудь нужно?

Взгляд темно-карих глаз нельзя было назвать безразличным, женщина с довольно большим интересом осмотрела меня, сосредоточив взгляд на большом, мужском халате, надетом на мне.

— Если хотите поужинать, я разогрею вам еды.

Я посмотрела в сторону окна, за которым была глубокая ночь.

— Пожалуй, откажусь от ужина. Но я охотно выпила бы чай, если можно.

— Какой чай предпочитаете? Чёрный, зелёный, красный или травяной?

— Чёрный, с молоком.

— Хорошо, я вас проведу. Следуйте за мной.

Поднявшись с кресла, я наступила на полы халата, едва не растянувшись на полу. Это неловкое движение не осталось без внимания.

— Вам удобно? Я могла бы предложить вам женскую одежду, близкую к вашему размеру. В доме хозяина часто бывают девушки, некоторые из них забывают свою одежду.

Назира произнесла эти слова ровным голосом, не бросив ни единого взгляда в мою сторону, но мне не понравился смысл слов, сказанных ею.

Словно она записала меня в шлюхи, которых в доме Марата побывало немало.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Мне очень удобно, — возразила я.

— Как скажете.

Назира проводила меня в кухню. Проходя мимо комнаты, где была устроена вечеринка, я заметила, что беспорядка стало значительно меньше, а по комнате сновала молодая девушка восточной внешности. Её вид показался мне очень грустным, а глаза заплаканными. Но при виде Назиры девушка начала выполнять работу проворнее.

Я ожидала, что приведя меня на кухню, Назира лишь подскажет, что и где находится, и оставит меня, но она показала жестом за стол, куда следовало сесть, и сама начала хлопотать возле плиты.

Все её действия проходили в полной тишине. Она казалась гнетущей, хотелось разорвать ее кокон каким-нибудь словом, но всё, что я слышала — это был стук переставляемой посуды, свист закипевшего чайника и звон чайной ложки о край чашки.

Назира поставила чашку чая передо мной на стол, опустив чайную ложку на блюдце.

— Спасибо, — поблагодарила я и отпила немного. — Вы добавили сахар в чай?

— Да. Что-то не так?

— Я пью чай без сахара.

Чашка в тот же миг испарилась из моих рук, Назира резким жестом вылила чай в раковину и налила новый, поставив передо мной.

— Что подать к чаю? Есть печенье, сухофрукты, конфеты, халва и щербет. Я могу сделать тосты, но лучше сразу уточнить, с чем вы их предпочитаете.

— Спасибо, я просто выпью чай.

Однако вопреки моим словам, Назира опустила на стол передо мной порционный поднос, на котором можно было найти и сладости, и сухофрукты, и орешки в глазури.

— Приятного чаепития.

Поблагодарив Назиру, я поднесла чашку чая ко рту, но не смогла сделать и одного глотка. Прислуга осталась в комнате, начав старательно натирать плиту. Она явно не хотела уходить, и ее жесты были недовольными.

— Я вас чем-то обидела? — прямо спросила я.

Назира замерла удивленно, крепко сжав тряпку пальцами.

— Нет, — медленно ответила она. — Прошу прощения, если вам не угодила.

— Всё хорошо, спасибо за чай. Он очень вкусный, — я взяла чашку чая и поднялась. — Я выпью чай в другой комнате. Всего доброго.

— Вас проводить?

— Я найду дорогу, спасибо.

По правде говоря, взяв чай, я не сразу пошла наверх, в спальню, но прошла по просторной гостиной, свернула к комнате, где были награды Буйного и нажала на дверную ручку. Меня туда влекло, я хотела рассмотреть стенд с наградами и фото, но ручка не поддалась.

— Комната заперта! — послышался голос молодой девушки.

Я обернулась и сразу же поймала на себе взгляд тёмных глаз. Девушка была немного старше меня, она крепко сжимала в руках тряпку, которой только что протирала стол.

— Марат не любит, когда в эту комнату заглядывают. Без его разрешения! — как-то ревностно ответила девушка, смерив меня пылким, как мне показалось, взглядом.

— Хаят, вернись к уборке немедленно, не докучай гостье хозяина! — одернула девушку Назира и жестом указала ей направление, которым следует заняться. — Простите мою дочь, — с натянутой улыбкой обратилась ко мне Назира. — Она не хотела показаться невежливой и чем-то нагрубить.

— Всё в порядке. Я поднимусь наверх.

— Вам отнести сладости к чаю? Может быть, подать что-то особенное? — продолжала спрашивать меня Назира, словно пыталась стереть негативные впечатления.

— Нет, спасибо. Больше ничего не нужно.

Однако Назира не оставила меня наедине, как я того желала, женщина поднялась за мной следом в спальню и застыла на пороге.

— Позвольте забрать вашу одежду в стирку?

Против воли мое сердце пропустило удар. Остаться совсем без своей одежды мне не хотелось. Я попыталась отказаться вежливо, но Назира была настойчивой:

— Взамен я приготовлю вам комплект одежды. В доме есть гостевые пижамы и женские халаты.

— Оставленные кем-то? — вырвалось у меня против воли.

Назира немного побледнела, как мне показалось и немного нервно переплела пальцы:

— Простите за эту бестактность. Сегодня очень непростой день, мой младший сын болен, а старшая дочь только и делает, что витает в облаках, фантазирует о глупостях, нисколько не облегчая нам жизнь. Я могла быть резкой, но не желала обидеть вас. Я заберу вашу одежду и постираю немедленно. к утру она будет чистой и сухой.

— Хорошо, — согласилась я, решив не обострять конфликт и больше всего на свете желая остаться одной.

Назира забрала одежду и извинилась, выскользнув тенью из комнаты, однако наедине с собой мне не удалось остаться, потому что через минуту после её ухода в дверь спальни снова постучали.

— Войдите.

Я ожидала увидеть Назиру, но вместо неё появилась Хаят.

— Ваша новая одежда, — тихо сказала она, опустив стопку вещей на комод.

— Спасибо.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Хаят окинула быстрым взглядом спальню, задержалась взглядом на смятых простынях двуспальной кровати и быстро вышла. Мне показалось, что она снова расстроилась и хлопнула дверью громче, чем это было необходимо…

Оставшись наедине с самой собой, я допила чай с молоком, забралась под одеяло и попыталась понять, как мне быть дальше. Что делать в этой непростой ситуации? Наверное, половину времени, оставшегося до рассвета я с трепетом ждала появления Буйного, а потом еще час или даже больше усердно напрягала память, пытаясь вспомнить номер отца.

Все попытки оказались неудачными, от них у меня разболелась голова, и с трудом я всё же уснула.

Утром я проснулась от приглушенного грохота, раздавшегося где-то вдалеке и рывком села в постели, с трудом понимая, где я нахожусь, и что происходит…