Наследник для медведя

36

Хороший повод. Потому что я не мог от нее оторваться теперь, когда она оказалась полностью моей. Я даже был рад, что Вика упиралась и ревновала. Ее ревность только подливала топлива в вены, и зверю внутри хотелось доказывать со всей отдачей, что принадлежит только ей. Я уложил ее в центр кровати и втиснулся меж ее дрожащих бедер. Наверное, притяжение человеческих женщин крылось в их уязвимости перед нашим миром. С одной стороны, зверь внутри ликовал от ее полной зависимости, но я понимал — Вику это не устроит. Все, что она делает сейчас — прогибается под обстоятельства, но это не то, что бы я хотел получить.

Мне важно было дать ей не меньше взамен. Учитывая, что она дала жизнь, а я — едва не отобрал буквально, но успешно это сделал в переносном смысле, мой долг этой женщине был очень большим.

А она смотрела на меня сквозь дрожащие ресницы и, стоило коснуться рукой, выгнулась и задышала чаще. Такая чувствительная, отзывчивая… будто специально сделанная для меня. А так бывает? Я пил ее эмоции, одержимо высекая их из ее тела, а сам дурел от осознания, насколько она идеальна. Дух захватывало, как будоражил каждый ее вздох. От стона у меня самого сбивалось дыхание, и казалось — дышу огнем. Контроль трещал по швам, но все же был в моем полном распоряжении — я лишь немного позволял себе то безумие, которое она вызывала. Всего лишь на тот самый миг, когда медленно входил в нее снова, и наши тела сливались… потому что если бы не контроль, я бы трахал ее всю ночь без перерыва, лишь бы слышать ее стоны и чувствовать ее агонию снова и снова.

Мы из совершенно разных миров. Я — из такого, где мало что объясняется цифрами и данными, где чувства и привязанности важнее расчетов. И все, чего хотелось — жарко убеждать ее в этом и заставлять чувствовать. Наверное, это тоже привлекло в ней. Я с самого первого взгляда понял, что у нее внутри. Что она не похожа на других, что придется биться о бетонную стену головой, потому что ей не нужно то, что остальным. И от этого ее дрожь сейчас и слабое, как хотелось надеяться, принятие было важнее жизни. Я сдерживался до черных точек перед глазами, чтобы сделать ей хорошо, двигался так, чтобы дышала чаще, жмурилась и дрожала подо мной. И только на самом ее и своем пике не выдержал, забылся, погружаясь в происходящее между нами с головой.

Я бы ползал перед тобой на пузе, девочка… Мое счастье, что тебе это не нужно.

Я проснулась и подхватилась на пустой кровати — Рэма не было. И зря подскочила — голова закружилась на короткий миг, и я скрутилась лбом в матрас. Никогда не чувствовала себя вымотанной настолько… Что он со мной вчера сделал? Я… я даже не помню, как уснула! Определенно, отравление кислородом и сексом!

Поднявшись, обнаружила еще и дрожь в ногах, а в довершение — полный образ девушки с тяжелой ночью, полной секса с оборотнем — волосы чуть ли не дыбом, в горле пустыня, а на теле — россыпь автографов виновника моего состояния. Но когда взгляд остановился на тумбочке, я слабо улыбнулась. Под стаканом воды нашлась записка от Рэма, в которой он просил не волноваться, потому что они с Денвером пошли гулять в лес неподалеку. Судя по дальнейшим инструкциям, завтрак ждал меня на столе в кухне, а в ванной в пакете — все необходимое.

У меня подогнулись ноги, и я опустилась на край кровати, приложившись жадно к стакану. Черт, обо мне никто никогда так не заботился… Совместного утра в моих замшелых любовных похождениях я никогда не допускала, сбегая сразу после секса. Я бежала от серьезных отношений сломя голову, и если бы Рэм не заставил и не ткнул в них носом, я бы и от него сбежала, что уж.

Решив долго не рассиживаться, направилась в ванную, дверь в которую была с намеком открыта, даже свет оставлен. А вот на лестнице, счастливая и свежая, в чистом мягком спортивном костюме, я притормозила — откуда-то справа слышался шум. И тут же показался его источник:

— Привет, — высунулась из-за угла Нира. — Прости, не напугала?

— Нет, — зашагала вниз по ступенькам. — Доброе утро.

— Доброе, — улыбнулась девушка, — проходи…

Я вошла за ней в кухню, которая располагалась в противоположной части первого этажа. Здесь пахло знакомо и незнакомо одновременно — кофе, выпечкой и густой зеленью с примесью чего-то терпкого, древесного… Казалось, еще чуть-чуть, и воздух развернется своим собственным вкусом на языке.

Нира что-то суетливо нарезала на разделочном столе, поглядывая на меня и улыбаясь, а я осмотрелась. Все просто, но в то же время стильно. Кухня в светлых тонах, деревянный стол почти в центре, а за стеклянной стеной виднелся виден и лес.

— Ну как тебе у нас? — смущенно улыбнулась Нира и спохватилась суетливо: — Садись!

— Пока не знаю, — честно призналась я, присаживаясь на ближайший стул, еле сдерживая стон. — Спасибо.

— Будешь сыр? А молока к кофе? Рэм сказал, ты кофе пьешь по утрам.

— Да, — притянула к себе чашку, — спасибо…

Нира казалась очень молоденькой. А этот сарафан в пол, похоже, был ее излюбленной одеждой и делал ее еще более кукольной. Я чуть не спросила, сколько ей лет, забывшись. Пришлось запихать свой исследовательский интерес подальше.

— Слушай, — она прокашлялась, присаживаясь. — Я хотела тебя повидать сегодня, чтобы сказать — не придавай значения вчерашнему. Мерина… она… ну, они встречались долго, и она думала, что ее жизнь уже предрешена… Ей тяжело. — Нира вздохнула, но снова встрепенулась: — Но это вообще не ваша проблема!

— Хорошо, — пожала я плечами и улыбнулась, берясь за чашку.

— Точно? — так умилительно состроила она бровки домиком, что невозможно было ее расстроить.

— Да.

— Хорошо, — просияла девушка. — А как вы познакомились с моим братом?

Я моргнула, зависнув. А что ей можно рассказывать? Ясно же, что не правду.

— Рэм работал с моим братом над каким-то проектом. Мы встретились на его дне рождения… брата. На вечере, в общем.

— С ума сойти! — восхитилась она, и я заметила характерный блеск вокруг радужки ее карих глаз. В общем, это был единственный способ понять, оборотень перед тобой или нет — посмотреть ему в глаза при хорошем свете. — И как же ты… А, но вообще за Рэмом там бегают толпами…

Сама непосредственность! Нира через секунду поняла, что излишне бьет ключом эмоций, и бросилась извиняться.

— Это правда, — улыбалась я. — Рэм — завидный мужчина в городе, ты права. Но я не думала, что все между нами зайдет так далеко.

— Как удачно, что зашло! Вика, ты такая умница! И ребенок у вас просто чудо! А Рэм светится от счастья! — зафонтанировала Нира с удвоенной силой, но в ее непосредственном исполнении это ничуть не раздражало. — Я никогда его таким не видела с Мериной! Даже знаешь, он, кажется, встречался с ней просто по привычке. Его не зажигало чувство, я же видела!

Ну просто находка для шпиона! Я поерзала от неудобной ассоциации, будто специально раскручивала девочку на информацию.

— Рэм про тебя рассказывал, — решила умерить ее пыл и свернуть с темы. — Он тебя очень любит.

— Жаль, что он раньше не раскрыл свои с тобой отношения, — вздохнула она, улыбаясь. — Вот уже и ребенок у вас есть, а он только-только тебя привез… Но у них с Раином не ладится последнее время, поэтому я прекрасно понимаю, что заставило его осторожничать…