Наследник для медведя

37

— Ну и у меня была работа, — подыграла. — Рэм не хотел меня выдергивать из привычной жизни…

— Это да, конечно, ты ведь работаешь в серьезном департаменте. Но все же жаль, — искренне вздохнула Нира, — беременность тут проходит гораздо легче, на воздухе и природе. Тем более, когда оборотня носишь.

Стало не по себе. Все же Рэм принял решение взвалить на нас слишком большую ложь. А если его брат расскажет все?

— Как у тебя, кстати, прошло?

— Как в тумане, — улыбнулась натянуто.

— Бедняжка. Я надеюсь, что у Рэма с Раином наладится… Попробуй сыр!

Сыр и правда оказался совершенно не таким, как я привыкла, но очень вкусным.

— А давно он расстался с Мериной? — решила перевести тему, заодно проверить, все ли мой предприимчивый медведь просчитал.

— Около года, — вздохнула Нира.

— Мне показалось, она считала, что имеет основания его ждать? — понесло меня вдруг в исследования иного рода. Нира на меня так посмотрела, что я сразу же пожалела о сказанном. — Ну, я имею ввиду, что не знаю ваших традиций, может, девушки у вас привязываются раз и на всю жизнь? Рэм говорит, я очень многого не знаю и исследования мои сильно оторваны от естественных условий…

— А, — расслабилась Нира, — вообще нет. Мы также свободны в том, чтобы выбирать себе спутника по вкусу. Ограничения имеются только по виду, само собой. Медведей мало. Поэтому Мерина верила в свое исключительное положение, как избранница моего брата. Я ее хорошо знаю. У нее королевский характер.

— Королевский? — моргнула я.

— Ну… когда готовишься стать спутницей правящего, наверное, чувствуешь себя королевой. Ну, я так называю ее заносчивость.

Ах, вот оно что.

— О… Не знала, что Рэму нравятся такие.

— Ты знаешь, — хитро сощурилась Нира, — мне кажется, у Рэма не было времени разбираться. А Мерина — красавица, из хорошей семьи. Да еще и очень классная охотница. Всех мужиков в округе уделывает на соревнованиях по стрельбе. Ну, кроме Сезара. Но он больше не участвует последнее время.

— А из чего она обычно стреляет? — задышала я чаще.

— Ой, из всего — лук, ружье…

Безмятежность утра как ветром сдуло.

— Давай поищем Рэма с Денвером, — и я поднялась со стула.

Необычное чувство…

Я смотрел, как подкидыш вышагивает по бревну на еще нетвердых лапах, и чувствовал незнакомый трепет. Я его принял. Наверное, не как отец. Но я готов был отдать ему время и усилия, четко осознавая, что он — мой. И что самое приятное — острее я осознавал это будучи в звере. Мелкий же, кажется, тоже все понимал. Посматривал на меня еще насторожено, но с полным признанием моего авторитета. Мы не отходили далеко от дома — я не хотел бросать Вику одну, но хоть ненадолго убрать ее с глаз стало необходимостью.

Со мной творилось нечто. Я хотел ее без остановки, зверея при каждом взгляде на ее тело. Ерзал всю ночь, смотрел на нее, а когда вожделение достигало пика, шел пить воду и принимать холодный душ, ненадолго ослабляя агонию. В городе было гораздо проще, а здесь меня накрывало физической потребностью такой силы, что хотелось засунуть голову в прорубь. Или вернуться в город. Посмотрим.

Сезар уверял, что это нормально, и что у них с Даной было также. Но у нас с Викой уже был ребенок, и это требовало совершенно другого отношения друг к другу. Ответственность была выше. Я не мог подвести обоих. Только объяснить себе глубоко внутри, что я отложил собственного ребенка взамен на подкидыша, было сложно. Отчасти поэтому я его и забрал сегодня утром на прогулку, чтобы отшелушить все городские эмоции и разобраться в себе прежде всего. Сработало. Теперь я смотрел, как подкидыш осваивается в новом мире, и чувствовал то приятие, которого мне не хватало.

Но вдруг нервы дернуло, будто по оголенным проводам прошелся сильный заряд. Я облизнулся, пробуя запах, а в груди уже задрожало низкое рычание. Мы гуляли с малышом на поляне за оврагом, отделяющем участок моего дома от леса. Когда на поляну вышла запыхавшаяся Вика, меня выбросило из зверя. Страх причинить ей вред прочно засел после той ночи на крыше. Я поднялся на ноги. За мной следом обернулся в человека и медвежонок.

— Рэм, — крикнула Вика и направилась в нашу сторону. За ней показалась Нира.

Я подхватил ребенка и направился к своим вещам, нахваливая мелкого. За собственными переживаниями от меня не укрылось, что и он тоже был взбудоражен — впервые в настоящем лесу, и столько всего незнакомого.

— Доброе утро, — выдохнула Вика, запыхавшись.

Смотрела при этом так, будто бежала нас спасать. Ну, или ребенка от меня.

— Доброе, — вручил ей его, а сам подхватил штаны. Не успел их натянуть, к нам подошла Нира и затараторила в своей манере о том, что они завтракали и соскучились, и, не найдя причин отложить визит, бросились нас искать. Вика, правда, переживала не только гипоксию, но еще и шок от того, что Нира вообще не стеснялась моего голого зада. — Так и какая оса вас укусила?

— Никакая, — растерялась Вика, настороженно касаясь шеи.

— Вика переживала, что вас долго нет, — нашлась сестра.

— Возьмешь племянника? — предложил Нире, и та настороженно глянула на Вику. Спелись уже за утро.