Не чужие

Глава 41. Давид

Квартиру наполнили запахи еды и я не сразу понял что хозяйничает на моей кухне никто иной как моя законная жена.

С ума сойти можно. Я со вчерашнего дня женат. Злость все еще бурлит по венам и как бы я не уговаривал себя успокоиться, не убеждал что Лера здесь ни при чем — почти ни при чем, — но все равно сложно контролировать свои поступки и слова. Потому что она тоже причастна к тому, что моя жизнь полетела к чертям собачьим.

После случая в клинике Смоленский дал понять что мне не отвертеться. Один звонок с его стороны — и компанию моего брата разнесут по кирпичам. А семья для меня самое главное.

К тому же у Дани свои проблемы и в обмен на счастливую дочь Смоленского я не постеснялся попросить помочь брату. И вот теперь я в ловушке, созданной собственными руками. Стоило, наверное, сопротивляться, а я какого-то хера так просто сдался.

И от этого злость еще сильнее.

Смоленский думает что может управлять мной, что я буду стелиться перед дочкой его, но не учел одного: у меня отобрали возможность выбора, навязав жену.

Никто не в праве решать за меня, поэтому «долго и счастливо» в этом браке не будет. Даже под его давлением.

Я одеваюсь и выхожу из комнаты. Голова раскалывается. Вчера от «счастья» перепил. Вернее, хотел позлить отца Леры, но слегка не рассчитал норму. Кажется, вел себя прилично с ней. Хоть это радует.

Противный звук дверного звонка отдается болью в висках. Кто там в такую рань приперся?

— Ой, — сталкиваюсь с Лерой, которая выбегает из кухни в коридор. — Доброе утро, — на ее лице появляется смущенная улыбка.

Вчера я впервые задумался о том, обратил бы я на нее внимание как на женщину, если бы не Смоленский или нет. Судьба раз за разом сталкивала нас вместе, не давая шанса забыть друг друга. Что было бы, не окажись она дочкой влиятельного человека?

— Откроешь? Я пойду умоюсь, — прошу ее, а у самого мысли далеки от реальности.

— Да, конечно.

Лера идет к входной двери, я же закрываюсь в ванной.

Все не могу разгадать причину поступка Смоленского. Ну не верю я что он просто так дочь мне свою отдал. Есть во всем этом другая сторона. Реальная. Она больна и он решил ее последнее желание исполнить?

Черт, не вяжется ничего. Я уже с голову сломал, пытаясь развязать этот узел. Ведь ясно как белый день — что Лера понятия не имеет о том, что творит ее отец.

Зачем ему я рядом с ней? Еще и приказ этот — явиться к нему сегодня для серьезного разговора. Чует мое сердце, я во что-то конкретное вляпался.

Знакомый женский голос вырывает меня из размышлений и заставляет ускориться.

— Мама? Что ты здесь делаешь? — удивленно спрашиваю я, переводя взгляд от смущенной Леры к матери, глаза которой широко распахнуты.

Она смотрит на меня с осуждением и я не совсем понимаю почему. Лера уже успела представиться ей? Рассказать о вчерашней скорой женитьбе? Черт, мама обидится.

Стоит, наверное, ей сказать что это был романтический порыв и познакомить ее с женой я собирался после небольшого медового месяца.

— Здравствуй, сын, — растерянно произносит она. — Я, кажется, не совсем вовремя. Просто помню что ты в командировку должен был уехать сегодня и решила проведать тебя, узнать как дела. Ты к нам с отцом давно не приезжал. Но ты, вижу, занят.

Она улыбается натянуто и я по ее интонациям и выражению лицу я понимаю что Лера ей не нравится.

— Не говори глупостей, мама. Проходи. Я только проснулся и собираюсь завтракать. Познакомься, это Лера. Лера, это моя мама — Любовь Николаевна.

— Приятно познакомиться, — ожила наконец-то Лера, становясь бок о бок со мной, словно ища во мне опору и поддержку. — Я блины с курицей приготовила, сейчас чайку сделаю и на стол накрою.

Все же в наличии жены есть и плюсы. Не нужно париться над завтраком.

Я решил пока что не шокировать мать тем, что вчера женился, поэтому оставил эту новость на конец.

Мы перемещаемся в кухню, я помогаю Лере накрыть стол. Мать смотрит на меня с осуждением во взгляде. Видно недовольна что скрывал от них с отцом девушку. Завтрак проходит в какой-то напряженной тишине.

Мама разглядывает Леру, Лера пялится в тарелку и, кажется, безумно радуется, когда из соседней комнаты слышна мелодия звонка ее телефона.

— Простите, — поднимется из-за стола и спешит скрыться за дверью.

Мать сразу же отствляет в сторону чашку и полушепотом произносит:

— Давид, зачем тебе это? Вокруг полно девушек, не мог себе найти свободную?

— Не понял, — хмурюсь я.

— Она замужем! Я думала что правильно воспитала своего сына, — возмущённо пыхтит мама.

— Замужем? — не совсем понимая недовольство матери на автомате переспрашиваю я.

— Не делай из меня дуру, у нее обручальное кольцо на безымянном пальце.

Я сразу же расслабляюсь. Мама у меня оказывается, наблюдательная.

— А-а-а, — усмехаюсь я. — Мы хотели тебе сообщить это при других обстоятельствах, но раз ты заехала к нам, — делаю небольшую паузу, — мы с Лерой вчера поженились.

Глаза матери расширяются от недоверия, она смотрит на меня так, словно я сообщил ей о высадке НЛО рядом с нашим домом.

— Ты женился? — севшим голосом переспрашивает он.

— Да. Мы решили сделать это тайком. Вроде как романтично. Перед отъездом собирались заехать к вам и сообщить об этом, но ты нас опередила, — вру я, так как сегодня знакомить Леру с родителями точно не собирался. Но это мама, не хочу чтобы она обижалась на меня.

— Божечки, — радостно всплескивает в ладоши, — как же так? Партизаны! А я подумала… почему ты не сказал?!

Я гипнотизирую взглядом дверь в кухню, ожидая когда же вернется Лера, чтобы все внимание матери перешло на нее. Потому что еще немного и выложу всю правду. Врать родителям я никогда не любил.

— Так вышло, мам, — пожимаю плечами.

— Так это… мне что в скором времени внучка ожидать? — наклонившись немного ко мне, спрашивает она, поняв все по своему.

Ее глаза загорелись в предвкушении. Мать давно мечтает что у меня появятся дети.

— Внука в этом году тебе Даня подарит, — немного резче чем следовало произношу я, вспоминая какое именно событие послужило тому, что Смоленский взял меня за яйца. — А мы немного позже. Лере еще университет закончить нужно.

— А сколько ей лет?

— Двадцать, — произношу я с небольшой заминкой, которая не скрывается от матери.

Двадцать же Лере? Черт, как-то этот момент упустил совсем.

— Молодая совсем.

— Уж какая есть.

В этот момент в кухню входит Лера и я ее возвращению безумно рад.

— Лерочка, что же ты, детка, сразу не сказала что теперь часть нашей семьи? Дай хоть обниму тебя, девочка.

Лера смотрит на меня с недоумением, развожу руками, давая понять что из меня выудили всю информацию.

Она неловко обнимает в ответ мою мать. Улыбается кончиками губ. Выглядит мило и трогательно. Сам не замечаю как на несколько мгновений зависаю на ней.

— А как же теперь? Нужно собрать всех на ужин, познакомиться. И со сватами тоже, — причитает мать.

А вот это мне точно не надо.

— Соберемся, мам, обязательно, но не сейчас. Я в командировку сегодня, а нам еще вещи Леры нужно перевезти. Дел много. Так что как-нибудь в другой раз.

Глаза матери сразу же тухнут. Уверен, мысленно она уже составляла список блюд, которые будет подавать на стол.

— Но можете обменяться номерами, никто не запрещает тебе приходить сюда, мам, и познакомиться с Лерой поближе. Только без фанатизма, прошу, — преждевременно осаждаю мать, которая умеет быть квочкой-наседкой. — Дай Лере свободу действий, а то я знаю тебя, завтра же примчишься помогать стирать шторы и генеральную уборку делать.

По горестному вздоху мамы понимаю, что именно это она и планировала.

— Но, Давид, сынок, я здесь несколько месяцев не убиралась, Лере будет сложно одной справится со всей квартирой.

— Если Лера не справится, она вызовет клининговую компанию. Но, так и быть, можешь помыть посуду, пока мы будем собираться. Нам через полчаса нужно выехать, чтобы все успеть. Заодно подвезем тебя до дома.

— Хорошо-хорошо, — радуется мать, что и ей нашлась работа.

Я подталкиваю Леру к выходу.

— Мне кажется ты к ней слишком строг. Она не обиделась? — спрашивает Лера, когда дверь в спальню закрывается за нашими спинами.

— Если не осадить ее сейчас, она все то время что я буду находится в командировках, будет сюда ездить, устраивать уборки, стирки, перебирание хлама и не даст тебе выдохнуть. Мама женщина старой закалки и будет искать работу даже если все здесь заблестит от полероля. А тебе, насколько я помню, еще неделю желательно большую часть дня в постели находится. Ты лекарства, кстати, приняла?

— Конечно, — кивает Лера.

— Отлично. Тогда собираемся и…

Из кухни послышался какой-то неясный звук.

— Вот, что я тебе говорил? Она уже закончила мыть посуду и сто процентов добралась до протвиня в духовке.

— Я его не помыла после того как запекала курицу, — стыдливо произносит Лера с расширенными глазами.

— Не волнуйся, она только рада этому.

Через полчаса мы всем семейством покидаем мою квартиру и загружаемся в машину, которую водитель Смоленского судя по всему пригнал к моему дому. Внедорожник Леры тоже рядом.

— Погоди, заберу из своего автомобиля сумочку, — говорит она, пока я нащупываю ключи от своей тачки под капотом.

— Машина у Лерочки дорогая, да? — застывает рядом мать, провожая взглядом мою жену.

Я поворачиваю голову, щурюсь от солнца.

— Да, не из дешевых.

Щелкаю брелоком, снимая с блокировки машину.

— Родители богатые? — интересуется мама, когда я открываю перед ней заднюю дверцу.

— Отец. Мама у неё умерла.

— Ясно. Наверное, стоит сначала сделать ремонт, а потом звать их в гости. Как думаешь? — доверительно сообщает она, я же закатываю глаза.

— Мам, знакомиться будем в каком-то ресторане. Так что не стоит ради этого затевать ремонт, прошу тебя.

— Хорошо-хорошо, я просто предположила, — скрывается она в салоне, а я уже наперёд знаю, что когда с командировки вернусь, у нас дома уже во всю начнётся ремонт.

Не мешало бы наверное и в своей квартире его организовать. Все времени нет, даже совместную стройку с Даниилом забросили. А впереди лето, хорошо было бы у реки его провести как планировали. Правда Лера в этот отдых никак не вписывалась.