Не чужие

Глава 42. Лера

Знакомство с мамой Давида стало для меня полной неожиданностью. Она оказалась приятной женщиной и я очень надеюсь что мы подружимся. Мне было немного неуютно под ее пристальным изучающим взглядом, а еще я немного злилась, что своим появлением она испортила наше первое утро в роли жены и мужа. Но эту злость я сразу же спрятала глубоко внутри, так как понимала, что это неправильно.

— Я, наверное, завтра вернусь на занятия, — говорю я, когда мы с Давидом остаемся в салоне вдвоем. — А на следующей неделе я улетаю в Берлин, — словно извиняясь произношу, искоса поглядывая на мужа.

— Угу, — он задумчиво смотрит на дорогу, выворачивая руль вправо, словно и не слышит моиз слов. Скорее на автомате кивает. — У тебя много вещей? Я что-то не подумал, стоило, наверное, позвонить в компанию которая занимается перевозками.

— Я заберу сегодня самое необходимое, а остальное потом перевезем. Но, в любом случае, у меня не так уж и много коробок, — вздыхаю я. — Вот если бы мастерскую пришлось менять, тогда да, без грузовика не обойтись. Кстати, а ты после командировки не мог бы выделить для меня свободный день?

Я хитро прищуриваюсь, в ожидании его ответа.

— Зачем?

— Только не смейся, — предупреждаю его.

— Не буду.

— Пообещай.

— Обещаю.

— И не отказывайся сразу.

— Вот этого обещать не могу. Зависит от твоего предложения.

— Я хочу нарисовать тебя, — смущенно отвожу взгляд в сторону.

Из горла Давида вырывается смешок и мне становится обидно.

— Ну, если так хочешь…

— Обнаженного. Всегда мечтала попробовать срисовать с натуры обнаженное тело мужчины, — быстро добавляю я и замечаю как брови мужа удивленно ползут вверх.

— Боюсь, мои сослуживцы засмеют меня, если узнают что я позировал нагишом.

— Они не узнают, обещаю, — игриво произношу я, касаясь его руки.

— Поговорим об этом когда я вернусь, — не даёт определенного ответа Давид, но меня радует и это. Потому что не отказал.

Перед нами показывается дом отца. Охрана пропускает нас без вопросов. Скорее всего папа уже дал распоряжение пропускать машину Давида.

Погода сегодня невероятно теплая, я засматриваюсь на двор, пытаясь осознать что мой дом теперь не здесь. Так странно, когда впервые сюда приехала — ненавидела все вокруг, хотела сбежать обратно, а сейчас отчего-то грустно покидать его.

На пороге нас встречает папа. Они с Давидом обмениваются рукопожатием, меня же он обнимает и целует в щеку.

— Все хорошо, дочь? — взволнованно заглядывает в мои глаза. Скорее всего вспоминая в каком состоянии вчера уезжал из ресторана Леонов.

— Да, не волнуйся, — заверяю его.

— Тогда ты поднимайся к себе, а мы пока с Давидом поговорим о делах.

Несмотря на спокойный и дружелюбный тон отца, меня напрягают его слова. О чем еще он собирается наедине с Леоновым разговаривать? Мой отец сложный человек, наделенный властью, и он привык приказывать всем вокруг. Мне не хочется чтобы между ним и моим мужем случился какой-то конфликт. Даже несмотря на то, что к отцу я никогда не питала безграничной любви.

— Иди, Лер, я поднимусь к тебе, — подталкивает меня к лестнице Давид, давая понять что все нормально.

К себе в комнату поднимаюсь с тяжелым грузом на душе. Достаю чемоданы и начинаю складывать в них свои вещи. Все время прислушиваюсь к звукам в доме, оглядываюсь на дверь, в надежде увидеть Давида. Но того нет. Слишком долго как для обычного разговора.

Последним я собираю принадлежности для купания своего котенка, который переедет к Давиду вместе со мной. Посреди комнаты собрался целый ворох пакетов, коробок и чемоданов. Когда говорила Давиду что у меня не так много вещей я, кажется, преуменьшила. Сама не ожидала что за несколько лет успела обрасти таким количеством хлама.

Мужа я так и не дождалась, поэтому беру кота, прижимаю к груди и спускаюсь вниз сама.

Давид стоит у окна, задумчиво вцепившись во что-то взглядом. Моего приближения не замечет, поглощённый своими мыслями.

— Я готова, — привлекаю к себе его внимание.

Он достаёт руки из карманов, смеряет меня тяжелым взглядом и кивает.

— Иди в машину, я сам справлюсь. К тому же тебе противопоказаны физические нагрузки.

— Хорошо, — не спорю с ним, потому что замечаю неладное. Я так хорошо успела изучить этого мужчину, что достаточно одного взгляда в его глаза и сразу ясно — он чём-то очень озадачен.

Обратно возвращаемся в какой-то напряженной тишине. Я пытаюсь завести разговор, но мыслями Давид где-то далеко. Он время от времени одаривает меня хмурым взглядом, крепко сжимая пальцами руль.

— О чем с папой говорили? — изображая беззаботность спрашиваю я.

— Ни о чем таком, — с заминкой отвечает он и резко тормозит, чуть не пролетев на красный светофора. Он после разговора с отцом сам не свой.

С заднего сидения из-за резкого торможения доносится звук удара. Из моих коробок что-то высыпалось. У нас весь багажник завален моими вещами. Позже придется мне самой еще раз поехать домой, чтобы забрать оставшиеся пакеты.

— Ясно, — нервно постукиваю пальцами по коленке.

Котенок, свернувшись калачиком спит у моих ног. Мне бы его беззаботность.

— Лида с Женей в гости ко мне хотели прийти, нам к контрольной нужно подготовиться, ты не против?

Вспоминаю о том, что подруги весь день ко мне напрашиваются. Им конечно же не учеба важна, а подробности наших с Давидом отношений. Но ему об этом знать не обязательно.

— Это теперь и твой дом тоже, поэтому не стоит спрашивать такие глупости.

— Спасибо.

В городе почти нет трафика, поэтому обратная дорога занимает немного времени. Леонов достает из машины коробки и чемоданы, ставит их рядом с лавочкой во дворе. Я остаюсь внизу, пока он носит их в квартиру. На четвертый этаж. Без лифта. Один.

Обратно он возвращается без куртки, мышцы на его руках напрягаются под черным гольфом, когда он поднимает очередную сумку с вещами.

— Еще одну ходку придется сделать, все сразу не заберу, — говорит он. — Не замерзла? Посиди в машине.

— Нет, нормально. Погода сегодня хорошая, никаких туч и дождей. Подышу немного воздухом.

— Ладно. Я тогда быстро.

Фигура Давида исчезает в темноте парадной, а через десять минут мы уже вместе входим в нашу квартиру. Весь коридор заняли мои вещи. Я отпускаю котенка на пол, тяжело вздыхаю.

— Похоже, мне не придется скучать в твое отсутствие. К концу твоей командировки как раз разгребу это все.

— Если не найдешь места — скажешь. Купим комод или шкаф небольшой присмотрим.

Давид закрывает входную дверь и поворачивается ко мне.

— Закажу нам обед. Мне скоро на ЖД вокзал ехать.

— Мне провести тебя?

— Не стоит, — отмахивается он. — Ты что будешь?

— Салат какой-то, мне диету приписали.

— Хорошо.

Давид достает из кармана телефон, набирает службу доставки, скрываясь за дверью ванной комнаты. Я прислушиваюсь к его разговору, параллельно пытаясь понять с чего начать. Наверное, нужно сначала достать одежду и сложить ее в шкаф. Или лучше найти свободное место в шкафу и оценить поместится ли там все.

Мы обедаем, а через несколько часов я уже остаюсь в квартире одна. Поцеловав на прощанье мужа, закрываю за ним дверь и сразу же чувствую пустоту внутри.

В квартире слишком тихо. Чем занять себя здесь не представляю. Это место для меня все еще ощущается чужим.

Я отписываюсь подругам, что завтра можем встретиться, сама же сажусь прямо на пол в коридоре со страхом смотря на необъятные чемоданы, ящики и пакеты. Куда это все поместить? Площадь жилья Давида намного меньше чем наш второй этаж.

Спать ложусь уже после полуночи. Поглядываю на телефон, отсчитывая часы от отправления поезда Давида. Получается, ему еще часа три ехать. Отправленное ему сообщение с пожеланием спокойной ночи так и осталось неотправленным. Связи нет.

Я тяжело вздыхаю и поудобней устраиваюсь в пустой постели. Котенок запрыгивает ко мне, мурлычет прямо на ухо, успокаивая и убаюкивая.

Утром я просыпаюсь от вибрации мобильного телефона. Сонно тянусь к тумбочке, но увидев кто звонит — глаза резко распахиваются и я забываю о том, что за окном еще только светает.

— Алло, — голос после сна все еще хриплый и тихий. В горле пересохло.

— Доброе утро, — бодро говорит Давид, который после долгой дороге, кажется, даже не устал. — У тебя все хорошо?

— Конечно. Ты рано, — взглянув на часы, произношу я.

— У меня потом времени может не быть набрать тебя. Нормально устроилась? Нужно что-то?

— Нет, все хорошо.

— Отлично. Я совсем забыл тебя предупредить, сегодня вечером в город мой друг приезжает, он обычно у меня всегда останавливается. Надеюсь, ты не против если он поживет у нас? Заодно поможет тебе там.

— Конечно нет, — выдавливаю из себя.

Жить с посторонним мужчиной в небольшой квартире для меня странно, но это отличный шанс познакомиться с кем-то из друзей Давида. А еще, возможно, узнать о нем побольше.

— Его зовут Игнат, он будет где-то к восьми, заодно и мне спокойней будет, зная что за тобой присмотрят. Мне пора уже, завтра скорее всего позвоню. Пока, — на заднем плане послышались голоса и шум улицы.

— Пока. Скучаю, — потягиваюсь на кровати и улыбаюсь.

Я осматриваю комнату и у меня в который раз появляется желание здесь все изменить. Вот если бы обои переклеить, кровать под другую стену передвинуть, новый шкаф купить — стало бы намного уютней. Интересно, Леонов не будет против?

Еще какое-то время я лежу под одеялом, но когда солнце беззастенчиво начинает лупить в окно, приходится подняться. Сон давно испарился.

Я готовлю завтрак, принимаю душ. Скоро должны прийти девочки, поэтому заказываю доставку из ресторана и бутылку хорошего вина. Настроение прекрасное. Впервые за много дней я чувствую себя счастливой и свободной.

Звонок в дверь раздается около двенадцати дня. Я спешу открыть, это подруги.

Улыбка с моего лица слетает сразу же как натыкаюсь взглядом на Лиду.

— Господи, не знала что до сих пор существуют такие дома. Лифта нет, в подъезде воняет. На это ты променяла роскошный особняк? — протискивается она в квартиру, с выражением брезгливости на лице, за ней следует Женя, тяжело вздыхая и закатывая глаза.

Лида родилась с золотой ложечкой во рту. Их семейный бизнес основал еще дед, поэтому что такое жизнь обычного человека она никогда не знала. В отличие от Жени, семья которой разбогатела лет семь назад. До этого они, кажется, жили в такой же панельке как и Давид.

— Дам-с, подруга, все намного печальней, чем я предполагала, — Лида оглядывает тесное пространство коридора, а мне становится обидно и за себя, и за Давида, и за всех тех людей которые годами копят деньги, чтобы купить такую вот квартиру.

Но подруге этого не объяснить. Она совершенно из другого мира.

— Нормально все, не утрируй, — вступается за меня Женя, смотря на меня извиняюще. — Это обычный среднестатистический дом в городе.

— И именно поэтому я и рассталась с Егором, — поучительным тоном произносит подруга, поднимая вверх указательный паоец. — Успешный мужчина — залог счастливой беззаботной жизни. К тому же мужчина должен быть по статусу не ниже чем женщина. А от этих грубых солдафонов ничего не дождешься, — высокомерно заключает она и мне впервые хочется вцепиться за эти слова в ее волосы и выбросить из нашей с Давидом квартиры к черту.

Я не могу дождаться когда подруги уйдут. Впервые у меня такое. Они кажутся здесь лишними, раздражают меня своими разговорами. Ладно, не подруги, а “подруга”. Я всегда любила и Лидку и Женю, ближе них никого у меня не было, но иногда люди переступают грани и касаются того, чего не следовало.

Именно это и сделала Лида.

Поэтому когда за ними закрылась дверь, я была безмерно счастлива, а еще эмоционально выжата, словно лимон.

И только я вздохнула от облегчения, решив остаток дня потратить на то, чтобы поехать в мастерскую и упаковать картины для перелета, как на всю квартиру прозвучал противный звук дверного звонка.

Я схватила ручку и быстро вывела на листе еще один пункт к тому что нужно купить в наше с Давидом жилье. Новый дверной звонок. С камерой.

Я посмотрела в глазок и нахмурилась.

— Кто там? — громко спросила я.

Судя по всему это друг Давида, но стоит убедиться наверняка, перед тем как открывать дверь незнакомцу.

— Я Игнат. Давид должен был предупредить о моем приезде, — прозвучал низкий мужской голос, от которого мурашки по коже пробежали.

Я открываю дверь и натыкаюсь взглядом на широкоплечего парня. Он в легкой куртке и футболке под ней, которая очерчивает рельефные мышцы живота и груди. На ногах берцы. За спиной объемный рюкзак.

На голове короткий ёжик, взгляд чёрных глаз словно душу изнутри выедает своим холодом.

Такого ночью в подъезде увидишь и с жизнью попрощаешься мысленно.

— Проходи, — отступаю назад и Игнат заполняет собой тесное пространство коридора.

До этого я считала что Давид довольно таки крупный мужчина, но этот настоящий великан по моим меркам.

— Я Лера, но ты это и так понял.

Скрещиваю руки на груди, неловко переминаясь с ноги на ногу.

— Приятно познакомиться, — он оглядывается по сторонам, рассматривая обстановку, словно здесь впервые. Хотя это не так. — Где мне можно будет расположиться? Вещей, как видишь, не много.

— Идем, покажу. Если ты голоден, могу разогреть ужин, — предлагаю я, проведя его в небольшую гостиную.

— Нет, спасибо, пока откажусь. Уже успел перекусить.

Игнат кладет рюкзак на пол, сам же не обращая на меня никакого внимания, подходит к окну. Слегка отодвигает занавеску, оглядывая двор.

Мне становится неуютно рядом с ним. Странный друг у Леонова. Серьезный и хмурый. А еще пугающий. Не представляю как с ним проведу в квартире столько времени.

— Что-то не так? — спрашиваю его.

Он поворачивает ко мне голову.

— Проверяю нормально ли припарковал свой автомобиль. Я отдохну с дороги, если ты не возражаешь.

— Конечно. Если что-то понадобиться — дай знать, — спешу сбежать из комнаты.

Я нахожу свой телефон и на всякий случай отправляю мужу сообщение, что его друг у нас. Если он ему доверяет, то и у меня не должно быть поводов сомневаться в порядочности этого. Игната. Давид вряд ли пустил бы к себе кого попало.