(Не)правильная

Глава 1

Я практически не пью. Нет, серьезно. Мой организм устроен как идеальный механизм самоуничтожения: два бокала — и я уже ловлю зайчиков, а утром голова трещит по швам, словно в ней поселилась футбольная команда. Но в этот раз… в этот раз мне хотелось именно этого. Отключения.

— Давай, давай, не тормози! — Катя сунула мне в руку третий по счету коктейль с ярко-оранжевым зонтиком. — Забей ты на них. Достойны они того, чтобы ты тут слезы лила?

— Я не лью, — соврала я, делая большой глоток. Жидкость обожгла горло приятной апельсиновой горечью. — Я отдыхаю. Расслабляюсь.

— Правильно! — подмигнула Юлька, кивая в сторону танцпола. — Лучший способ забыть старую любовь — найти новую. Хотя бы на одну ночь.

Я поморщилась. Их энтузиазм был заразительным, но где-то глубоко внутри сидела та самая мерзкая, ноющая тоска. Та, которая заставляет прокручивать в голове одну и ту же картинку: дверь спальни, приоткрытая ровно настолько, чтобы свет из коридора упал на кровать на которой в откровенной позе слились мои уже бывшие жених и лучшая подруга.

Предательство. Какая банальщина.

Мы вышли на танцпол, и я позволила музыке взять верх. Бас бил прямо в виски, выбивая оттуда дурацкие мысли. Я закрыла глаза, двигаясь в такт, чувствуя, как алкоголь растекается по венам, делая тело ватным, а сознание — удивительно легким. Я танцевала для себя. Руки вверх, волосы рассыпались по плечам, бедра в такт ритму. Это было похоже на маленькую личную революцию.

А потом я увидела их. Обычная парочка: он что-то шептал ей на ухо, а она запрокидывала голову, обнажая длинную шею, и смеялась. В этом смехе не было ничего особенного, но меня накрыло. Волна такой острой, щемящей жалости к себе, что перехватило дыхание.

«Буду всю жизнь одна, — пронеслось в голове. — Не найду никого потому что кругом предатели. Так и буду ходить по клубам с подругами и смотреть на чужие счастливые лица».

Дура. Какая же я дура. Разве я о таком мечтала? Я мечтала о тихих вечерах с пледом и фильмами, о запахе свежей выпечки по воскресеньям, о том, чтобы просыпаться в крепких мужских объятиях. А вместо этого я здесь, в этом шуме и грохоте, пытаюсь утопить обиду в коктейле.

Я опустила голову, почувствовав, как к горлу подступает ком. Катя и Юлька куда-то исчезли, растворились в толпе, и я осталась одна посреди этого безумного веселья. Одинокая скала посреди бушующего моря.

— Ты как? — голос прозвучал прямо у уха, заглушая музыку.

Я вздрогнула и подняла глаза. И замерла.

Передо мной стоял высокий красивый мужчина. Очень высокий. Мне пришлось запрокинуть голову, чтобы увидеть его лицо. Широкие плечи, темная рубашка, расстегнутая на две пуговицы, и такая расслабленная, уверенная поза, словно он здесь хозяин.

А лицо… Лицо показалось мне странно знакомым. Где-то я уже видела эти скулы, эту легкую небритость и глаза — темные, с прищуром, в котором читалось что-то насмешливое и одновременно изучающее.

— Потанцуем? — он улыбнулся уголком губ, заметив мой взгляд.

— Ну попробуй — выдохнула я, махнув рукой.

Он рассмеялся. Глубоко, хрипловато, и этот смех вибрацией отозвался где-то в груди.

— Смелая. Позволишь?

Не дожидаясь ответа, он сделал шаг вперед, сокращая расстояние. Его рука легла мне на талию — осторожно, не настойчиво, давая мне возможность отстраниться. Я не отстранилась. Алкоголь, танцы, тоска… какая разница? Его ладонь была горячей даже через тонкую ткань топа, и это тепло было приятным. Таким настоящим.

Мы начали танцевать. Сначала просто в такт, потом он притянул меня ближе, и я почувствовала запах — древесина, цитрус и что-то пряное, мужское. Голова пошла кругом. Или это коктейль дал о себе знать? Или это он?

Его бедра двигались в унисон с моими, медленно, чувственно. Мои руки скользнули ему на плечи, пальцы нащупали твердые мышцы. Он не был худым. Он был сильным. Настоящим.

— Тебя кто-то обидел, — произнес он, наклоняясь так близко, что его губы почти касались моего виска. Это был не вопрос. Утверждение.

— С чего ты взял? — пробормотала я, чувствуя, как по спине бегут мурашки.

— В твоих глазах такая тоска… — он чуть отстранился и посмотрел на меня в упор. — Что хочется сделать все, чтобы она исчезла.

Я должна была сказать что-то умное, отшутиться или сделать шаг назад. Но алкоголь и этот безумный ритм сделали свое дело. Я смотрела на его губы. Четкий контур, нижняя чуть полнее верхней. Мне вдруг отчаянно, до дрожи в коленях, захотелось прикоснуться к ним. Забыться. Почувствовать себя живой.

— Потанцуй со мной, — прошептала я, хотя мы и так танцевали.

— Я только этим и занят, — ответил он, и его рука на талии слегка сжалась.

Музыка сменилась на что-то тягучее, медленное. Я закрыла глаза, прижимаясь к нему всем телом. Его дыхание коснулось моей шеи, и я выгнулась, подставляясь этому легкому касанию. Все мысли вылетели из головы. Не было больше предательства, не было страха остаться одной. Было только «здесь и сейчас». Его запах. Его руки. Его близость.

Я подняла голову. Наши взгляды встретились. В его глазах плясали блики клубных огней, и что-то в них было такое, от чего мое сердце пропустило удар. Мне так захотелось поцеловать его… Захотелось до головокружения, до сладкой боли в кончиках пальцев.

Я потянулась к нему, сама не веря в свою смелость. Он замер, давая мне право выбора. Его взгляд скользнул по моим губам, и я увидела, как потемнели его глаза.

— Ты уверена? — спросил он тихо, и в его голосе не было спешки. Только вопрос.

Вместо ответа я провела кончиками пальцев по его щеке, чувствуя легкую щетину, и приподнялась на носочках.

Мир перестал существовать в ту секунду, когда наши губы встретились.