Не та девушка

Глава 35

Утро опять начинается с потрясений.

Гретта заказала себе платье по последнему писку моды. По крайней, мере, в этом уверила ее швея: «Эффектное и актуальное! Глаз не оторвать!»

Меня на примерке не было. Поэтому сейчас рассматриваю одеяние сестры и изо всех сил пытаюсь скрыть свое разочарование.

Розовые воланы и рюшечки с золотыми блестками визуально увеличивуют и без того пухлую фигурку. Но даже, если бы сестра была тоньше эльфийки, это платье — все равно сущая безвкусица! И самое печальное, званый обед запланирован на сегодня, перешивать платье некогда. И новое не закажешь…

— Ну как? Красота, да? — сияет она, рассматривая себя в высоком зеркале.

Где красота? Где?! Такое чувство, что мы смотрим на разных людей! Мягко замечаю:

— Думаю, швее не совсем удался изначальный замысел. Давай-ка пройдемся по твоему гардеробу! Уверена, там найдутся более подходящие…

— И не подумаю! Мне нравится быть ярче тебя. Ты вон себе заказала какое-то скучное, неинтересное… А у меня красота, баснословных денег стоит!

Мне бы махнуть рукой, предоставить ей идти, в чем пожелает, но я искренне хочу сестре помочь. В конце концов, с трудом убеждаю ее поменять платье на более элегантное. Обещаю в утешение накрасить ее и причесать… Как будто я не сделала бы этого, облачись она в ту розовую катастрофу!

Пока накладываю освежающую маску на ее лицо, интересуюсь между прочим:

— Гретта, почему ты отказалась от проверки браслетом? Постеснялась Хродгейра?

— Этого нелюдя? Да мне плевать на него! Причина в другом… Помнишь, мы с тобой ходили ночью в кабак?

— Да, — удивленно подтверждаю. Как такое можно забыть?

— А я не помню! То есть помню, что мы там были, а что случилось после того, как бешеный Эйрик вынес меня на плече из таверны, не помню! Я давно тебя хотела спросить, но подходящей ситуации все не находила… Ты же рядом тогда была, да? Ты не бросила меня в тот вечер?

Ее большие карие глаза умоляюще вчитываются в мои. Сейчас она выглядит настолько трогательной и ранимой, что хочется обнять и покачать ее на ручках. Утешить, как маленькую. Беру ее за похолодевшие от волнения руки, заверяю:

— Ничего у вас не было. Ты, умничка моя, огрела Эйрика по голове. Тот потерял сознание и вскоре после этого мы уехали домой.

— Слава Великому! Я надеялась, что ты именно это и скажешь! Но… Ты уверена, что я его не убила? Ну, безумного льва… Эйрика.

Закрываю на миг глаза. Фокусируюсь. Вспоминаю тот вечер. Бронзовые волосы в траве и… стон! Он явно стонал. Значит, был жив. Я киваю:

— Уверена. Он был жив.

— Хорошо, — щеки Гретты наливаются краской. — Я бы не хотела убивать такого мужчину. Признаться, я даже не уверена… Ладно! — она натуженно улыбается, — К чему это я на пороге удачного замужества вспоминаю невесть что!

Больше мы к этой теме не возвращаемся. По уверениям Гретты, наведение красоты требует полного расслабления. Хотя на мой взгляд, она боится откровенничать. Не со мной даже, а с собой, в первую очередь.

Когда наступает мой черед спуститься в блюдо омовения, — круглый, глубокий металлический сосуд, захожу за ширму, скидываю с себя одежду и с наслаждением погружаюсь в ароматную, слегка остывшую воду.

Едва успеваю покончить с омовением, как за дверью начинается суета. Слышны крики слуг, топот ног, а потом в комнату Гретты врывается Рыська и истошно вопит:

— Пожар, госпожа! Пожар! Спасайся, кто может!

Вместе со служанкой в комнату врывается едкий дым, от которого ужасно слезятся глаза. Успеваю порадоваться, что накраситься мы еще не успели.

— Ханна, быстрей на выход! Спасайся! — кричит сестра и сразу выбегает за дверь, подавая наглядный пример.

Мне бы сделать вид, что я напугана. Побежать вместе со всеми наружу, охая и ахая. Но я раздета и мокрая с ног до головы. Пока высушусь и в платье оденусь, пройдет целая вечность. Полуголой бегать по коридорам — нет уж, увольте!

Поэтому, прикрывшись простыней, распахиваю окно и не торопясь, начинаю одеваться.

Как мы и договаривались, Хродгейр устроил фальшивый «пожар». Раскидал по второму этажу пучки подожженного белолиста. Его стебли ужасно дымят, но по-настоящему загореться не способны даже в пламени дракона.

Если все идет по нашему плану, прямо сейчас отчим пытается спасти свой артефакт от пожара, а Хродгейр тайно за ним наблюдает.

Как я и рассчитывала, скоро дым рассеивается. Это полукровка погасил пучки трав и убрал их, заметая за собой следы. Еще пол часа — и от «пожара» не останется даже следа.

Все сочтут этот дым знаком от духов, дружеским напутствием хозяевам вернуться на истинный путь. На этом инцидент будет исчерпан.

Мы уже вчера вечером договорились с Хродгейром, в какое время встретимся в холле. Я не видела его весь день, ведь большую часть дня провела с Греттой в ее покоях.

Сестра заряжена оптимизмом, и этот настрой отражается в блестящих карих глазах и приподнятых уголках улыбчивых губ. Сегодня она выглядит прехорошенькой.

Девушка настолько уверена в себе, что не возражает, даже когда я принимаюсь наводить себе несложный марафет. Закалываю пышные волосы в форме бутона цветка и на губы наношу розовый блеск гуариды. Одеваю платье на чистое тело, а на шею тонкое серебряное колье, мамин подарок. Вот и все. Я готова!

Наступает время садиться в карету, мы с сестрой, приодетые и накрашенные, спускаемся в холл. На входе замечаем двух мужчин, повернутых к нам спиной.

Один из них очевидно отчим. Он нацепил свой мундир советника — наверняка, желает своим импозантным, представительным видом перещеголять сира Крёза. Надо признаться, мундир и правда ему невероятно идет. Подчеркивает горделивую осанку и широкий разворот плеч. Кажется, мама впервые увидела его именно в этом одеянии.

Несмотря на то, что отчим сегодня хорош, второй мужчина его превосходит. Он намного выше. Своим могучим сложением, выправкой и цветом волос один в один напоминает Хродгейра, в остальном же является его противоположностью.

Одет в кольчугу тонкой эльфийской работы. Он явно не беден, опрятен и ухожен. По непринужденным жестам видно, он чувствует себя в своей тарелке даже в обществе отчима. Этот незнакомец так сильно притягивает внимание, что я чуть не слетаю с лестницы, оступившись.

Когда я ойкаю и хватаюсь покрепче за перила, мужчина оборачивается. И, вскоре восстановив равновесие, я… с изумлением таращусь в янтарные глаза стоящего передо мной красавца.

— Хродгейр? Ты?!

— Ты обворожительна, — произносит он с легким поклоном. Восхищения в его глазах, похоже, не меньше, чем в моих.

Я ожидала, что полукровка на званый обед явится в том же виде, что обычно, и теперь никак не могу оправиться от потрясения. Кожа, очищенная от глины, выглядит так… по-человечески нормально! Так вот каков он вне стен замка? Или это разовое исключение в честь сегодняшнего мероприятия? В честь меня? Прежде, чем успеваю прийти в себя, раздается сердитый окрик отчима:

— Ты заставила меня нервничать, Ханна! Мы опаздываем. Это недопустимо.

Едва заставляю себя прикусить язык. Вины моей в опоздании нет. Почти. Сначала случился «пожар». Потом Гретта в последний момент замазала платье ярко-красным фруктовым соком, и нам срочно пришлось искать ему замену. Однако спорить с отчимом себе дороже. Поэтому как всегда, кротко извиняюсь:

— Прости, сир. Это больше не повторится.

— Разумеется, не повторится. Больше я не собираюсь выводить в свет безответственную, расхлябанную девицу! Так что наслаждайся. Это твой первый и последний раз, — и повернувшись к Хродгейру, добавляет ядовито, — Ваш первый и последний раз.