Несси, или Тайна черной пирамиды

Глава 19 Решительность и хитрость

Огромное каменное чудовище искало Несси среди ветвей. Земля содрогалась при каждом шаге истукана. Девочка в страхе затаилась на дереве. Она боялась пошевельнуться и выдать себя. Но каменный монстр, казалось, чувствовал, где прячется его добыча. Он раздвигал деревья, словно кусты, и неумолимо приближался к ней. Его жуткие ручищи тянулись к перепуганной Несси… Девочка не выдержала и сорвалась с места. Ужас погнал ее в самые густые заросли джунглей. Она отчаянно прорывалась сквозь сплетения лиан, пока неожиданно не ударилась плечом о толстый сук. Несси взвыла от боли и… проснулась.

Над девочкой стоял сэр Хьюго Баткинс и хлопал ее своим желтым крылом по плечу.

— Уф! — только и сказала Несси. — Это вы, сэр Хьюго… какое счастье! — Она никак не могла оправиться от своего кошмарного сна. — Если бы вы знали, сэр, какое страшное чудовище мне приснилось…

— Тише, тише. Быстрее летим отсюда, — взволнованно прошептал попугай.

— Куда? — удивилась Несси и огляделась по сторонам. — Но здесь же никого нет, чего нам бояться?

— Быстрей, тебе говорят! — завопил на нее благовоспитанный сэр Хьюго. — Иначе нам крышка! И тебе и мне!

Озадаченная девочка быстро поднялась в небо, едва поспевая за попугаем.

— Ф-фу, — облегченно вздохнул Хьюго, отлетев как можно дальше от поселения желтых. — Ну, кажется, оторвались. Теперь можно присесть.

И они опустились в раскидистую крону высокого баобаба, хотя, может, это дерево называлось как-нибудь по-другому. Но Несси решила, что баобаб очень подходящее для него имя.

— Я спас тебя, крошка, — важно заявил сэр Хьюго. — Ты теперь обязана мне по гроб жизни!

— Я ничего не понимаю, — обиженно сказала Несси. — Вы меня вчера бросили, сэр, в самый неподходящий момент. И сейчас непонятно, зачем мы улетели из деревни желтых. Я, между прочим, хотела выяснить, что произошло с моими спутниками.

— Ну-ну, — слегка смутился великий предводитель, — согласитесь, моя милая, что мне, священной желтой птице, преследовать вместе с вами черных разбойников было равносильно самоубийству!

— Все равно, — продолжала настаивать девочка. — Я вижу, что на вас нельзя положиться. Вы можете в любой момент испугаться и бросить меня в беде.

— Это на меня нельзя положиться? — подскочил попугай. — Да я только что спас тебя, рискуя собственной жизнью! Я так и думал, что ты вернешься к желтым за своими приятелями, и все равно не побоялся прилететь и предупредить тебя.

— О чем вы говорите? — рассердилась Несси. — Я ничего не понимаю. Вчера ночью я прилетела в деревню, пока желтые спали, пробралась в барак, но он оказался пуст. Я подумала, что вряд ли моих спутников успели принести в жертву, скорее всего, они убежали. И я решила остаться, там до утра, чтобы выяснить, что будут делать обезьяны, когда обнаружат побег. Все равно я бы не смогла найти моих друзей в темноте. Потом я спряталась на дереве и сразу уснула. А утром вы: летим! скорее!

— Стоп-стоп-стоп, — перебил девочку сэр Хьюго, — ты действительно ничего не понимаешь, поэтому я, безусловно, прощаю тебе твою неблагодарность и сейчас объясню, что произошло…

Попугай удобно развалился на ветке, закинув ногу за ногу. И неожиданно снова перейдя на «вы», торжественно продолжил:

— Вы ошибаетесь, прекрасная крылатая иноземка! Ибо, когда вы на закате прилетели в эту деревню, в ней никто не спал.

— То есть как? — не поняла Несси.

— Безусловно, никто не спал. Потому что здесь уже никого не было. Желтые покинули свое поселение сразу после битвы, если, конечно, вы позволите мне так охарактеризовать наши с вами боевые действия. И пленников они, естественно, увели с собой.

— Так значит, Водолей и Хансен не убежали… — разочарованно протянула девочка.

— Увы, нет.

— А почему желтые ушли из деревни?

— Ну, видите ли, — замялся попугай, — мы с вами были несколько неосторожны и не учли их религиозных чувств. В общем, они решили, что мы оскорбили их святыню.

Увидев в глазах девочки недоумение, Хьюго приложил крыло ко лбу, словно пытаясь поймать мысль, затем встряхнулся и продолжил:

— Помните яйца, которыми мы столь удачно воспользовались в нашем сражении? Все дело в том, что эти плоды у желтых считаются священными. Шестипалые ежедневно кормят ими своего идола, это его основная пища. Реже им попадаются подходящие для жертвы животные — красные, черные, бурые или серые. В этих случаях желтые подкармливают свое божество этими несчастными созданиями. Кстати, вероятно, и вашего друга они тоже приняли за какого-то черного зверя. Согласитесь, он мало похож на человека… Меня только удивляет, почему они не принесли в жертву коня. Ну да, наверное, просто не успели.

Несси печально покачала головой.

— А ведь это вы, сэр Хьюго, подсказали мне кидаться плодами яйцедерева, — упрекнула она попугая. — Знали, чем это кончится, и все равно посоветовали!

— Безусловно, посоветовал… — вздохнул Хьюго. — Понимаете, мадам, таков характер… Разошелся и сам себя не помнил!

— И к тому же, от кого это вы меня только что спасали, если в деревне никого нет? — ехидно спросила девочка.

Тут сэр Хьюго подался вперед, выпучил глаза и, понизив голос, зловеще произнес:

— Не шутите так, крошка. Тут уж я вас действительно спас. Ужасные вещи происходят в покинутых деревнях. Питекантропы очень редко бросают свои поселения, но если это все же происходит, лучше держаться от таких мест подальше. Дело в том, что когда шестипалые уходят, они, естественно, перестают кормить своего идола. А он, хоть и каменный, не может жить без пищи. И тогда проголодавшийся истукан начинает сам себя кормить. Он притягивает к себе пролетающих мимо птиц, забежавших в деревню зверей и вообще все живое. Нам с вами крупно повезло. По-видимому, этот брошенный идол еще не успел проголодаться. Иначе бы нам ни за что не уйти от него.

Несси сразу вспомнила свой кошмарный сон и поняла, что сэр Хьюго, пожалуй, и вправду спас ее от верной гибели.

— Ах, простите меня, пожалуйста, — взмолилась она. — Мой милый сэр Хьюго, я была так несправедлива к вам!

Польщенный попугай растроганно проворковал в ответ:

— Ну что ты, что ты, крошка. Это, безусловно, мой долг. Я ведь обещал заботиться о тебе!

— А куда же теперь ушли желтые? — спохватилась девочка. — Ведь мне непременно нужно спасти Водолея и Боба. Сэр Хьюго, я надеюсь, что вы поможете мне найти их и выручить.

Тут Несси заметила, что попугай как-то сник. Он стряхивал со своих перьев несуществующие пылинки и прятал глаза. От его недавней важности не осталось и следа.

— Что случилось? — удивилась девочка.

— Видишь ли, милое дитя, я не знаю, где твои друзья, — трагически воскликнул попугай. — Я не посмел полететь за желтыми, потому что они разжаловали меня. Вот, полюбуйся… — Хьюго расправил крылья и повернулся к Несси спиной.

Солнечный свет падал ему на спину, и девочка разглядела, что сэр Хьюго имеет довольно потрепанный вид. Было похоже, что совсем недавно кто-то задал ему хорошую взбучку. А грязные потеки на крыльях попугая говорили о том, что ему пришлось подвергнуться нешуточному обстрелу.

— Они что, тоже бросали в вас яйцами? — догадалась Несси.

— Да всем подряд бросали! После того, как ты улетела, а желтые стали собираться в дорогу, я, как обычно, взлетел на макушку истукана, чтобы поприветствовать свой, так сказать, народ… Но они так разозлились! Ты бы видела. Попадись я им в лапы, они бы уже не посмотрели на мой священный цвет, и, безусловно, скормили бы меня своему камню.

— Бедный сэр Хьюго, — искренне посочувствовала Несси, — я понимаю, что мне неудобно вас просить о помощи после того, что случилось, но скажите хотя бы, в какую сторону они ушли?

— Ничего, ничего, крошка, — приободрился попугай. — Мне теперь нечего терять. Я разжалован, и у меня ничего нет. Так что давай вместе искать твоих приятелей!

Хьюго и Несси взмыли над лесом. Пока они высматривали внизу желтых, пленивших Боба и Водолея, девочка рассказала попугаю о случившемся в поселке черных.

— Не знаю, как мне их спасти, — сетовала она. — Там Лис за забором, где-то здесь Хансен, Водолей и кони под охраной. Может быть, вы, сэр Хьюго, придумаете что-нибудь? Вы все-таки великий ученый…

— Можешь не сомневаться, — опять заважничал Хьюго. — Я каждый день придумываю что-нибудь новое. Смотри, смотри, — завопил он, — не твои ли друзья там внизу?!

Девочка действительно разглядела Боба и рыцаря, привязанных к дереву. Вокруг суетились шестипалые.

— Так вот куда они перебрались, — затрещал Хьюго, — видишь, даже камень новый уже обтесали. Какой он маленький, его еще кормить да кормить!

Несси внимательно рассматривала новый лагерь желтых. Дикари уже успели обнести поляну каменными глыбами и усердно трудились над сооружением домов. По-видимому, часть желтых воинов отправилась на охоту, потому что в лагере их было очень мало. «Гоняют где-нибудь бурых или черных», — подумала девочка.

Она увидела, как возле самого забора несколько обезьян потрошили огромную суму Боба Хансена. Радостно и изумленно рыча, они доставали оттуда пузырьки, пентакли, пучки трав, колокольчики, заработанные в Чохе золотые монеты и прочие бесценные богатства бедного Хансена.

Сам Боб со слезами на глазах наблюдал за этой сценой. Ругаться он не мог, так как желтые крепко завязали ему рот. По-видимому, продавец пентаклей уже успел надоесть им своей бесконечной бранью. Рот Водолея не был завязан, но рыцарь угрюмо молчал. Несси показалось, что он совсем потерял надежду на спасение.

Рядом с сумой Боба валялись и остальные вещи путников, изодранные и поломанные.

— Этим обезьянам ничего, кроме дубины, нельзя давать в руки, — сердито фыркнула девочка.

— Да, безусловно, дикий народ, — поддакнул Хьюго, с интересом наблюдая за происходящим в бинокль.

— Хорошо, хоть мечи целы, — сказала Агнесса, заметив аккуратно сложенное в стороне оружие, к которому никто не подходил. Вероятно, желтые боялись страшных мечей своих пленников.

— Стоп! — медленно, словно в раздумье, произнесла она. — А что, если выкрасть Альмаран и отнести его Лису? Он такой сильный! Я думаю, что мечом он сможет разломать деревянный забор. И черные вряд ли посмеют препятствовать священному зверю… А? Сэр Хьюго, как вам моя идея?

— Идея? — невнимательно переспросил попугай, увлеченный содержимым сумки Хансена. Великий ученый буквально не отрывал взгляда от желтых, примеряющих пентакли. Несси подумала, что сэр Хьюго, наверное, и сам был бы не прочь порыться в сумке, набитой всякой всячиной.

— Сэр! — Опять рассердилась девочка. — Да вы меня совсем не слышите?!

— Ах, пардон, мадам! Я все слышу, но не представляю, каким образом мы сможем выкрасть меч. Во-первых, он тяжелый, во-вторых, вам придется спускаться за ним на землю, где вас либо поймают, либо подобьют. А в-третьих, если я буду вам помогать… — тут попугай выпучил глаза от страха, — меня снова закидают всякой дрянью, и на этот раз так основательно, что я не смогу отмыться до конца своих дней… Нет, нет и нет! — вот вам мой ответ.

— Конечно, сражаться таким мечом я бы не смогла, но поднять попробую. И момент удобный. Вот если бы кто-нибудь отвлек желтых…

— Хо-хо, жди у моря погоды! Пока это на них нападут или еще что-нибудь.

— Ну почему обязательно нападут, — настойчиво сказала девочка, уже продумавшая свой план до конца.

— А что же, по-вашему, может их отвлечь? — поинтересовался попугай.

— Не что, а кто.

— Ну и кто же этот «кто»? — воскликнул великий ученый.

— Вы, сэр Хьюго, — твердо ответила Несси.

Попугай шлепнулся на спину, задрав ноги вверх, и закатил глаза, показывая таким образом свое отношение к предложению Агнессы.

— Ни-ког-да, — отчеканил он.

— И вам не стыдно?! — с негодованием воскликнула девочка. — Вы, бывший ученый, ведете такой унизительный образ жизни. Вырываете зачем-то из хвоста голубые перья и питаетесь остатками обеда желтых. Да где ваша мудрость? Вы ничуть не похожи на сэра Хьюго! Вы похожи на самого настоящего трусливого попугая! Вы вот ругаете дикарей, что они такие-сякие, ничего не понимают, письменности у них нет. А вы, хоть и образованный, грош вам цена, потому что вы прячетесь в кусты, когда у вас просят о помощи. Я уверена, что настоящий Хьюго Баткинс поступил бы на вашем месте совсем не так. Вот!

Несси замолчала и отвернулась, уже жалея про себя, что так жестоко отчитала настращавшегося Хьюго. Попугай нахохлился. Потом повздыхал, потом потоптался на месте и наконец прокашлялся и спросил:

— Что я должен делать?

Несси пристально взглянула на своего неожиданно преобразившегося собеседника. Он совсем перестал кривляться, очевидно, девочка задела бывшего ученого за живое.

— Ну хорошо, слушайте, — сказала она и быстро изложила ему свой простенький, но рискованный план. Сэр Хьюго многозначительно одобрил его. После этого Несси перелетела поближе к мечам, а попугай пересел на самое богатое плодами яйцедерево.

— Только бы он меня не подвел, — шептала девочка, — от попугаев можно ожидать чего угодно. Вот возьмет и снова потихоньку улетит.

Но ее опасения оказались напрасными. Сэр Хьюго с громким свирепым гиканьем взлетел над деревней. Он метко запустил спелым яйцом в маленького обтесанного каменного идола, так что сочная мякоть потекла по плоской физиономии истукана. Затем попугай начал выделывать в воздухе такие замысловатые коленца, что Несси раскрыла рот от удивления. «Как бы опять не переборщил», — подумала она, наблюдая за кривляющейся в воздухе желтой птицей.

Дикари, ошарашенные нахальной выходкой разжалованной птицы, злобно взревели. Они оставили забаву с пентаклями и, сгрудившись около новорожденного каменного божка, принялись закидывать Хьюго всем, что попадалось им под руки.

Мешкать было нельзя, и Несси, ловко спикировав, быстро подхватила один из мечей и снова взмыла в воздух. Она даже не решилась ничего крикнуть связанным приятелям, так как боялась привлечь внимание желтых. Она лишь ободряюще махнула пленникам рукой и скрылась в ветвях. Желтые не заметили Несси. Она пристроила меч на массивном суку и начала высматривать попугая.

Положение Хьюго оказалось более чем серьезным. Он метался в воздухе, едва успевая увертываться от тяжелых камней и увесистых орехов. Было заметно, что бывший ученый вот-вот окончательно выбьется из сил и упадет вниз.

— Сэр Хьюго! — что есть силы закричала Несси. — Улетайте! Меч у меня!

Но ее голос потонул в оглушительном реве шестипалых. Девочка пыталась еще несколько раз докричаться до Хьюго, но, увы, он ее не слышал.

Наконец великий предводитель крылатого воинства и сам сообразил, что пора завершать операцию. Он прекратил маневрировать и резко взмыл вверх, но в этот момент ему вслед со свистом взвился камень и сильно ударился прямо в грудь. Попугай дернулся и начал терять высоту, как самолет, у которого неожиданно заглох мотор. Он из последних сил сопротивлялся падению, но, видимо, удар был слишком сильным, и отважный сэр Хьюго летел прямо в руки торжествующего врага.

— Он погибнет из-за меня, — мелькнуло у Несси в голове. Недолго думая, она оттолкнулась ногами от ствола дерева и еще раз спикировала вниз. Попугай, кувыркаясь, падал прямо на истукана, еще немного, и он бы с размаху хлопнулся о камень. Но девочке удалось подхватить его прямо на лету.

Желтые, предвкушавшие падение Хьюго, не ожидали такого поворота. Они вновь схватились за камни, но было поздно. С трудом удерживая тяжеленного попугая, Несси уже летела прочь от деревни. Град стрел провожал ее, но ни одна не попала в цель. И девочка в первый раз с благодарностью подумала об амулете, который, похоже, и в самом деле хранил свою хозяйку.

Отлетев на безопасное расстояние, Несси села на ветвь гигантского дерева с огромным дуплом. В дупле было сухо и уютно. Несси затащила туда сэра Хьюго и уложила его на охапку сухих листьев. Хьюго Баткинс слабо пошевелился, издав протяжный беспомощный стон.

— О-о-о, — протянул он. — Умираю!..

Несси, не зная, как облегчить страдания своего помощника, вынула из кармана платок и принялась размахивать им перед клювом попугая.

— О-о-о… Это ты, Агнесса? — Хьюго приоткрыл левый глаз. — А-а-ах. Похорони меня в каком-нибудь тихом уголке, куда не ступала нога обезьяны… И пусть на моей одинокой могиле всегда цветет лотос…

Сердце девочки разрывалось от жалости к великому ученому. В ее горле стоял комок.

— О-о-о… — снова протянул попугай. — Вспоминай обо мне хоть иногда, отважная девочка… Возьми на память мое перо. Жаль, голубых больше нет, они мне нравились больше…

Несси не выдержала и заплакала навзрыд. Слезы стекали по щекам и капали на пожухлые листья. Сэр Хьюго приподнял голову и, поглядев на рыдающую девочку, удовлетворенно воскликнул:

— Ну ладно! Я, кажется, передумал умирать.

Несси перестала всхлипывать и, протирая заплаканные глаза кулачками, удивленно уставилась на Хьюго. Попугай бодро вскочил на ноги и отряхнулся от листьев.

— Ну что тут такого? — заворковал он как ни в чем не бывало, прочитав недоумение в ее взгляде. — Ну, поболел немного, залечил свои боевые раны, зализал их, так сказать, и снова жив-здоров и готов к новым подвигам! Только не сию минуту, — поспешно добавил он. — А разве так приветствуют героев? Эх, ты! — в шутку пристыдил он Несси.

Девочка улыбнулась и бросилась обнимать великого предводителя крылатого воинства.

— Как вы меня напугали! Я думала, они вас убили! Они так рассвирепели, когда вы начали их дразнить!

— Что значит дразнить?! — возмутился попугай. — Я официально вызвал их на бой!

— Вызвал на бой? — удивилась Несси.

— Безусловно. Я же не первый день наблюдаю за их повадками, — невозмутимо ответил Хьюго. — У них есть свой язык. И вот этот сумасшедший танец, который я проделал в воздухе, означает… Ну, как бы это сказать… Вызов на бой. В общем, это все равно, что бросить перчатку в лицо сопернику.

— Вот как? — Несси задумалась. У нее в голове промелькнула отчаянная мысль. — Сэр Хьюго, а если, например, я хочу не вызвать, а, наоборот, повести их на бой. Это можно сказать на их языке?!

— Запросто! — воскликнул бывший ученый. И тут же продемонстрировал еще один вызывающий танец.

— У вас настоящий талант, — восхищенно похвалила девочка. — А меня вы смогли бы научить такому танцу, сэр Хьюго?

— Ну, это ведь не так-то просто, — заважничал попугай. — Попробовать, конечно, можно. Только зачем тебе это, отважная Агнесса?

— У меня есть план! — торжествующе сказала Несси. При этих словах Хьюго вздрогнул, очевидно, вспомнив последствия недавнего плана девочки. Но она, словно не замечая этого, продолжала: — Кажется, я теперь знаю, как можно спасти моих товарищей. Вот только бы найти какой-нибудь старый потухший костер…

— Кострище? — спросил попугай. — Это можно. Но нам ни к чему бы лишний раз опускаться на землю. И потом, зачем тебе это?

— Я думаю, — заговорщическим тоном произнесла Несси, — что, если вымажусь сажей, черные обезьяны примут меня за какое-нибудь священное существо, и я смогу подлететь к ним поближе.

— Ну вот, — обиделся сэр Хьюго. — А говорила! Не собираюсь быть священной птицей, не хочу занимать ваше место! Не думайте, моя милочка, что священной птицей может стать всякий, кто пожелает. Это работа то-онкая…

— Но у меня же есть вы, сэр Хьюго, — подлизываясь, сказала девочка. — Правда, ведь вы научите меня, как надо себя вести?…

Попугай сразу раздулся от важности и заломил за спину крыло.

— Ну что ж, пожалуй, можно попробовать. Но учтите, мадам, с меня довольно, к черным я ни ногой, вернее, ни крылом.

— О нет, сэр Хьюго, — поспешила успокоить его Несси. — Я полечу к ним сама.

— Тогда за мной! — скомандовал повеселевший попугай. — Я знаю одно замечательное дерево. Чтобы стать черным, как головешка, достаточно разок натереться его корой. Полетели! Ты будешь самой черной в мире крылатой девочкой!

И весь остаток дня Несси и сэр Хьюго готовились к новой рискованной операции. Попугай помог ей вымазаться с ног до головы в черный цвет. Затем под придирчивым руководством великого ученого она выучила замысловатый танец обезьян и даже попыталась несколько раз гикнуть, как это делали шестипалые. Когда все приготовления были завершены, Несси и Хьюго вернулись за спрятанным в ветвях Альмараном. Осторожно выглянув из ветвей дерева рядом с лагерем желтых, девочка с негодованием обнаружила, что Водолей до сих пор скручен лианами, а Боба шестипалые заставили расчищать площадку перед маленьким безобразным истуканом.

— Ну, погодите! — шепотом погрозила Несси желтым и сжала кулачки.

— Ну-ну, не горячись… — тоже шепотом успокоил ее сэр Хьюго. — Скоро ты им задашь! Если, конечно, мы дотащим твоему другу эту железяку.

И они потащили тяжелый Альмаран, взявшись за меч с двух сторон. Лететь было неудобно, Хьюго то и дело издавал громкие стоны, но, однако же, меча не отпускал. Вскоре девочка и попугай достигли деревни черных. Они спрятали Альмаран, а сами стали устраиваться на ночлег.

— Или я сумею завтра спасти своих товарищей, — сказала Несси, сворачиваясь калачиком в дупле, — или мы уже никогда не выберемся из этого проклятого круга.

— Поверьте, милая моя, в этом нет ничего ужасного, — отозвался попугай, прикорнувший на ветви под дуплом. — Вдвоем нам с вами будет очень весело, это безусловно, — затараторил он.

— Ну хватит, — серьезно прервала болтовню девочка. — Завтра тяжелый день.

И она уснула.