Валькирии космоса. Книга 7. Ножны для меча

Род и Республика

Вызов коммуникатора больше походил на формальность — потому что после первой же трели исторг из себя голограмму экстренной связи. Это оказалась Романа. Сегодня она опять была чем-то сильно озабочена, как мне показалось, даже больше, чем обычно.

— Кошак, собирайся, через двенадцать минут у тебя совещание.

— Собираться?.. Голограммы же вполне можно развернуть и в гостиной.

— Не подходит. Не меньше десяти мест, плюс — возможность генерации дополнительных пяти-шести проекций. Если бы я знала, сколько народу будет ошиваться у тебя в обычное время, выделила бы помещение побольше… Сейчас уже поздно что-либо менять. Переговоры состоятся в Зале Тактического руководства Боевых групп. Валькирий с собой не бери — нечего им под ногами путаться, там не их вотчина будет. А принцессу возьми, она может пригодиться.

— Что за переговоры? К чему мне готовиться?

— Что за переговоры?.. — с ноткой задумчивости изрекла орденка. — Если бы я знала, о чём вы там договорились с Верховной… В общем, участниц ты узнаешь. А цель — сделать тебя действующим главой республиканского рода… — Высшая сделала намеренную паузу, давая мне прочувствовать всю важность момента. — … рода О'Стирх. Коридор до зала я подсвечу. Выдвигайся немедленно.

Больше никаких комментариев и пояснений не последовало, девочка попросту отключилась. Мне оставалось только ошарашено чесать затылок. Не брать валькирий на переговоры — палка о двух концах. Это ведь моя фракция. Никогда не поверю, что её слово в переговорах не будет ничего значить. Почему Романа перестраховывается? Ради чего?

— Если не ошибаюсь, Милена управляет твоим личным капиталом… — принцесса не стала давить и что-то открыто советовать, но весьма тактично показала суженому, что не просто так зовётся наследной. Мужчине был дан лишь один ненавязчивый совет, но предельно точный и весомый.

— Ты прелесть, девочка! Что бы я без тебя делал! — и уже возникшей на голограмме срочного вызова, ухмыляющейся каким-то своим знакомым Милене добавил: — Ртуть! Ты мне нужна. Немедленно.

— Кошак? Я тут немного не в форме…

— Ми! Это важно. Львица инициировала переговоры по моему статусу с родом О'Стирх. Романа отказалась привлекать валькирий. Но я решил иначе. Переговоры через десять минут, в каком-то орденском зале. Скидываю пространственные координаты.

— Десяти минут мало, — бросила Ми уже на бегу. — Но постараюсь успеть.

Мы же с принцессой, взявшись под ручку, сразу направились по интерактивной стрелке боевого координатора. Инт я намеренно проигнорировал. Нужно пользоваться своими привилегиями валькирии — когда ещё потом доведётся?

С обещанной «личностью», которую я по уверению Романы должен был узнать, мы столкнулись в коридоре, перед входной мембраной Зала. С немалым удивлением я обнаружил здесь Верховную… Хозяйственной Основы Экспансии. Которую столько раз наблюдал по голографу, но ни разу не видел в живую.

— Верховная, — склонился я в уважительном поклоне.

— Меч Республики, — отзеркалила та.

Первым ощущением от поведения девочки была растерянность. Однако когда та шагнула навстречу, резко сокращая дистанцию, и прижалась ко мне почти обнажённым, в несерьёзных ритуальных одеждах, телом, растерянность немедленно перешла в лёгкое ошеломление.

— Не представляешь, как давно я хотела так сделать, — усмехнулась Верховная. — Но всё повода не представлялось. Да и не виделись мы вживую раньше. А что ты такой скованный? И это — герой Республики? По которому до сих пор одна Верховная с ума сходит, а Высшая, напрочь лишённая всяких эмоций, изнывает от ревности и при первой возможности дерёт когтями? Чего такого ты ещё не видел у Верховной, мечник?..

Рассудительность вообще была сильной стороной этой республиканки. Её предельно конкретные и до мозга и костей деловые выступления стали визитной карточкой Хозяйственной Основы вообще. Если Львица чаще была облачена аурой власти, Ведьма выступала апофеозом хитрости и изобретательности, Мама — живой эмоцией, душой Экспансии, то Мышка — так совершенно несерьёзно на первый взгляд прозывалась эта девочка — была овеществлённым выражением хозяйственности. Нет, не прижимистости, но острота чутья этой женщины на выгоду и эффективность тех или иных проектов для материальной стороны жизни Республики стала притчей во языцех.

Мышка парой фраз смогла разрушить весь ореол отстранённости между нами. Уверен: захоти она — и точно так же создала бы непробиваемый ледяной барьер отчуждённости. Но нет, решила поступить иначе. Хотелось верить, исключительно из желания прикоснуться к ожившей легенде Дальней разведки… Поэтому я как можно скорее постарался взять себя в руки, а когда удалось справиться с первым ошеломлением, просто заключил республиканку в свои объятия. Ладони уверенно прошлись по сильной спинке, скользнули по бёдрам, надолго задержавшись на подтянутой попке.

— Вот так-то лучше! — довольно улыбнулась метиллия. — Теперь ты нравишься мне значительно больше!

— Могу понравиться ещё сильней, Мышка, — усмехнулся, выпуская когти.

Надо было видеть, как округлились глаза подвижной метиллии, когда её ягодица оказались в плену звёздного металла. Даже её дыхание на секунду прервалось, чтобы возобновиться с куда большей частотой.

— Кошак! Я, кажется, начинаю понимать, почему тебя не спешит отдавать фракция. У меня когда-то был кот… ещё в молодости, когда в ласточках кондиции повышала… но он почему-то не делал… так. И вообще был каким-то зажатым. Ты же… да, это, наверное, та самая естественность, о которой мне рассказывала Ведьма. Что ж, удивил! Мне приятно!

— Я чувствую, девочка. У тебя даже структура дыхания изменилась. Только ведь никогда не поверю, что ты только из-за ребячества за моей судьбой следила.

— Действительно следила, признаю. Хотя могла бы сказать, что просто хорошо подготовилась к переговорам, — и такой взгляд на меня…

Верховная явно давала возможность оценить откровенность.

— Я… оценил. Спасибо.

— Ну, откровенность за откровенность. Ты ведь не стал тушеваться. А до твоего вопроса… Ты как хочешь: чтобы я правду сказала или тебе польстила?

— Сначала правду, а после можешь и польстить, — шепнул в самое ушко, вызвав у женщины короткий смешок.

— Хорошо! Умеешь же ты быть убедительным, мальчик! В общем, моё чутьё буквально кричит, что мы с тобой ещё не раз и не два пересечёмся. И будет это не постель и не случай — мы будем вместе создавать выгоду для Республики. Считай, я верю в твой успех в Псионе, а потому хочу сразу наладить между нами предельно деловые и откровенные отношения.

— А как же польстить?..

— Знаешь… Если бы фракция за тебя так не цеплялась, я бы нашла тебе применение не только в постели.

Для человека непосвящённого эта фраза вряд ли показалась бы лестью. Но для меня… Слишком долго я прожил в Республике, и слишком хорошо узнал её дочерей. Применение мужчинам им виделось преимущественно в постели. Особенно таким видным функционеркам, чётко понимающим преимущества собственного пола. Признание, что мне, мужчине и бойцу, нашлось бы место в Хозяйственной Основе, прозвучавшее от её главы, было сильным. Оно реально указывало, что девочка видит что-то ценное для своего ведомства в моих кондициях и компетенциях. Это реально льстило.

— Верховная… — запыхавшаяся Милена выскочила откуда-то из коридора позади хозяйственницы.

— Старшая… — ради ответного поклона Мышка даже выпустила меня из объятий.

Несколько секунд женщины обменивались нечитаемыми взглядами. Потом Верховная перевела взгляд на мою спутницу.

— Принцесса… — она даже склонилась чуть сильней, чем того требовалось. — Прошу меня простить, что сразу не поприветствовала. Всё застил твой кавалер. Поверь, девочка, это не от неуважения.

— Верховная… — также достаточно низко поклонилась моя девочка, одновременно демонстрируя, что извинения приняты.

— Ладно, расшаркались, теперь вопрос: Романа сказала, что валькирий не будет. Фракция решила иначе?..

— Верховная, это я попросил Милену присутствовать на переговорах. Это была только моя инициатива.

— Хорошо. В таком качестве — принимается, — сразу всё поняла хозяйственница. — Что ж, она может помочь в деле торга, признаю. Насколько знаю, ты вполне успешно распорядилась наследством этого мальчика?

— Да, Верховная. Все активы приносят регулярный доход. Мой род умеет не только убивать.

— Хороший ответ, Старшая! Смотри, кстати, не упусти хозяйственные перспективы от Псиона. Не замыкайся там только на постели. Это тебе совет от более опытной боевой сестры.

— Спасибо, я запомню, — улыбка, изобразившаяся на челе Милены, была искренней.

— Ну всё, заходим! О'Стирх скоро будут здесь.

Зал действительно оказался большим. Мы все, вчетвером, просто потерялись в нём. Особенно же восприятие сбоило за большим круглым столом, столешница которого представляла собой огромный эллиптического сечения бублик, с внушительным пустым пространством по центру. Стол протянулся на добрый десяток метров, а ширина его столешницы достигала пары метров. Но, как я знал, центр огромного бублика пробудет пустым недолго. Именно здесь «всплывали» самые объёмные и подробные голограммы, адаптированные для работы со всех сторон. Не знаю уж, дойдёт ли до голограмм в нашем случае, но уважение Зал внушал. Наша четвёрка на фоне монументального стола просто терялась. Поэтому люди инстинктивно не стали разбредаться, сбившись небольшой кучкой, почему-то с правой от входа стороны.

Едва расселись, входная мембрана вновь протаяла, пропуская в Зал новую делегацию. Три республиканки, чётко ранжированные по старшинству. Средняя была мне немного знакома по Дню Памяти. Если не ошибаюсь, эта снежка и являлась новой Главой Рода. Сознание услужливо подсказало имя — Воя. Вторая отличалась несколько поблёкшим цветом волос и глазами, которыми, казалось, смотрело само время. Физическая молодость не могла обмануть в её случае. Ну а третья… третьей оказалась хорошо и даже близко знакомая мне Киса.

Вообще, странно. Верховная приходит на совещание совершенно одна, в то время как представители рода присылают сразу трёх своих ставленниц. Почему так? Сразу приходит на ум статус Верховной, как единоличного штаба принятия решений. Со своим интеллектом и опытом она реально заменяет не один десяток дармоедов. Так что Мышка явно не испытывала никакого дискомфорта, приходя на подобные мероприятия без почётного эскорта. Меньше путаница, больше мобильность. Логично для предельно расчётливой Верховной Хозяйственной Основы Экспансии.

Узнав Кису, я поспешил подняться ей навстречу. Опять меня провожал не слишком одобрительный взгляд Ярославы Ясеньской. Не ревность — но всё же, всё же… Встретились мы с рыжей где-то на середине пути до стола. Тепло обнялись. Она вела себя совершенно естественно, будто и не было этих полутора лет разлуки. Поцелуй у девочки вышел очень страстным, в текущих условиях — совсем уж неприличным. Не удивлюсь, если так она сигнализировала своим старшим родственницам, что объект всеобщего интереса занят. Вряд ли ко мне в постель род делегирует целую делегацию… Я же не Верховная, как-никак… Хотя само внимание девочки было приятно. Она не забронзовела за эти полтора года, не посчитала, получив своё, что я теперь на веки вечные её должник. Это настраивало на позитивный лад.

Делегация О'Стирх расселась недалеко от нас, чуть левее. Позиционировать себя вставшими в оппозицию, усаживаясь напротив Верховной, они не спешили. Но сам факт, что по прибытии в Орден О'Стирх обнаружили самую сильную фигуру своей стороны шахматной партии Экспансии — а для производственных родов Верховная, безусловно, была таковой — ощутимо выбил Вою из колеи. Кисе было всё равно, старшая же рода никак не проявила свои чувства. Подозреваю, ей было скорее любопытно, чем неожиданно — ведь власть в роде не на ней. Не её голова будет болеть по итогу торга, автоматически с появлением Верховной переходящего в разряд не рядового события, но события эпохального.

После небольших расшаркиваний Верховная начала речь. Она не стала подниматься, как сделала бы на заседании Совета. Просто заговорила, и все сразу же обратились в слух.

— Думаю, никто не будет против, если по праву старшинства я начну совещание. Марта?.. — вопрос был адресован старшей О'Стирх.

— Ни в коем случае, Верховная. Весь мой род уважает твою мудрость в делах и железную хватку на выгоду. Надеюсь только, эта хватка не сомкнётся на шее моих девочек.

— Я тоже на это надеюсь, Старейшая, — уголками губ улыбнулась Мышка. — Тогда обойдёмся пока без подключения остальных желающих поучаствовать в обсуждении.

На последней фразе женщина красноречиво глянула в мою сторону, показывая, за кем именно стоят желающие посовещаться.

— Также не будем ходить вокруг да около. Республика официально заявляет о вмешательстве во внутренние дела рода О'Стирх.

— Причина? — немного ошарашенная началом Воя всё же высказала эту, как видно ритуальную, фразу.

— Стратегические интересы Экспансии, — выделяя первое слово, припечатала хозяйственница.

— Я… Это очень неожиданно, сестра. Прости мне мою эмоциональность, — склонила голову в поклоне Глава рода. — Мой род связан с вооружениями лишь косвенно. Воинов он также не поставляет Экспансии на постоянной основе. Случаев вмешательства Республики в дела рода за всю нашу историю было только два, да и то это случалось столетия назад… А ты, Верховная, говоришь даже не просто об интересах, но о стратегических интересах… Могу я просить озвучить причины? Хотя бы их открытую часть?

— По нашим законам ты, конечно, можешь спрашивать о причинах… Но и я, как представитель единой власти Республики, могу отвечать витиевато и расплывчато, нагнать тумана… Давай чуть позже вернёмся к этому вопросу. А сейчас я скажу одно: вмешательство обусловлено деятельностью прошлой Главы рода. Более того, если бы всё шло так, как планировала она, вмешательства не было бы. Род сам выполнил бы своё предназначение в деле Экспансии.

— Если так, то… Будет ли уместно вообще ставить вопрос о преференциях и компенсациях?.. — опять Воя удивила. Она ставила вопрос, уместно ли вообще вести торг! Нет, эти республиканки точно утрачивают адекватность, когда речь заходит об Экспансии…

— Ставить вопрос о преференциях уместно всегда, девочка, — теперь Верховная улыбалась открыто, без утайки, — поверь опыту матёрой хозяйственницы!

— Спасибо, сестра, за ценный совет, — опять уважительный поклон. На этот раз к нему присоединились все представительницы рода. — Ещё вопрос. Почему здесь присутствуют эти люди? Большинство из них имеет весьма отдалённое отношение к роду… Если только к его предыдущей главе… Уместно ли обсуждать будущее О'Стирх в их присутствии?

— Заверяю тебя, сестра, в высшей степени уместно. Посторонних, не относящихся к целям обсуждения, в зале нет.

— Тогда я бы хотела, прежде чем говорить о каких-то конкретных преференциях, узнать размер ресурсов, которые может потерять род в случае неуспешности этого стратегического проекта. Исключительно для того, чтобы чётко понимать границы испрашиваемого.

— Принцип пропорциональности?.. Что ж, ты предельно тактична, девочка, что указывает на острый ум. На этот вопрос я отвечу предельно чётко. Речь идёт обо всех ресурсах рода, в чём бы они ни выражались. Включая людские ресурсы, — красноречивый взгляд на этот раз пал на младшую О'Стирх.

— Ничуть не удивлена, племянница, — Старейшая даже не изменилась в лице, разве что усмехнулась довольно. Видимо, на что-то подобное и рассчитывала. — И ты напрасно удивляешься. Ведь речь идёт о стратегических интересах. А это — траты не одного дня, с окупаемостью не в один год.

— Прости, Старейшая, но для меня это действительно неожиданно, — призналась Воя. Девочку ощутимо трясло, она ничего не понимала и, видимо, уже даже не пыталась понять.

— Послушай, тётя, неужели ты так ничего и не поняла⁈ — Киса едва ли не смеялась. — Просто соотнеси состав участников, и ты дойдёшь до причин! Мама бы уже смеялась в голос на твоём месте!

Воя вдруг гордо выпрямилась. Подбоченилась.

— Веди себя прилично, племянница! Ты стоишь перед лицом Республики!

— Признаюсь, девочка, мне тоже сложно сдерживаться, — подмигнула Кисе Верховная, которой её только что пугали. — Мне, наверное впервые в истории этой должности, приходится выступать… свахой.

— Ну, не только перед лицом… — выдала вдруг Милена, внешне сохраняя предельную серьёзность. — Ещё и перед клинком.

Воя, похоже, всё-таки поняла многочисленные намёки. Теперь она в отстранённой задумчивости смотрела на меня. Смотрела спокойно, без гонора или презрения. Да и вряд ли как-то ещё можно смотреть на героя Республики, пусть и мужского пола.

— Я поняла, куда вы клоните, сёстры. Но не понимаю формат. Не понимаю, зачем при столь банальном раскладе здесь присутствует Верховная, да ещё и вопрос стратегических интересов Экспансии… Нет, не сходится.

— Ты прозорлива, Воя. Думаю, твоя племянница такими вопросами не озаботилась, поэтому и ведёт себя столь легкомысленно, — поддержала Главу рода матёрая хозяйственница. — Тем не менее главное прозвучало. Ресурсы всего рода. На какие преференции при таких ставках ты хотела бы рассчитывать?

— Если речь идёт о реколонизации, я бы хотела получить транспортные потоки. Плюс, две звезды на выбор. Если ресурсы рода окажутся истощены, возможность привлечь кредит от Республики… нет, от партнёров рода.

— Что ж, справедливое требование. Но несколько завышенное. Одно солнце — по первому выбору. Второе — после того, как Республика выберет ещё два. Транспортные потоки также могут быть предоставлены, но не в масштабах всего объекта реколонизации. Два солнца, плюс контроль потоков двух систем без права использования солнц.

— Сложно рассчитывать на окупаемость… — протянула Воя. — Должны быть хотя бы четыре смежные системы.

— Позвольте вмешаться в разговор, Верховная, — сидевшая по правую руку от меня принцесса подалась вперёд. Её глаза горели азартом.

— Разрешаю. У тебя есть что сказать, девочка?

— Я, Наследная Принцесса Ясеньская, готова участвовать ресурсами государственной монополии Ясеня. Полагаю, смогу выкупить половину вклада Главы рода. За это хочу второе солнце и первоочередной выбор одной системы транспортного контроля.

— Всего одной?.. — растерялась Воя.

— Да, всего одной. Но не привязанной к выбранному кем-либо из нас солнцу. То есть солнца — отдельно, потоки — отдельно.

И тут Верховная не выдержала. Она откинулась на спинку кресла и расхохоталась. В отличие от остальных присутствующих, опытная хозяйственница явно поняла, о чём идёт речь. Видимо, она даже не сомневалась в возможном выборе принцессы. Но озвучивать причины своей весёлости не стала. Отсмеявшись, она высказалась так:

— В случае успешной реколонизации Республика предоставит четыре системы роду О'Стирх и его партнёрам под транспортный контроль. Плюс, как уже было сказано, два солнца на выбор. Если условия Её Высочества будут приняты, она получит под первоочередной выбор транспортного контроля одну из этих четырёх систем. Остальные три уйдут под выбор Главы рода. Таким образом, род первым будет выбирать солнца, а Её Высочество — контроль транспортных потоков

— Я согласна с названными условиями, — Воя улыбалась. Она, не участвовавшая в реколонизации физически, не могла даже мечтать о получении столь лакомого куска. Пусть и придётся рискнуть ресурсами. Всего лишь ресурсами. Не жизнью. К войне её не готовили — так получилось. Хотя, будь такая возможность… Кто знает? Но война — дело профессионалов, как ни крути. Глупая кровь не нужна никому.

— Республика подтверждает преференции, — чётко припечатала хозяйственница, а потом, тяжело вздохнув, добавила. — Не думай только, девочка, что твой вклад не будет связан с риском для жизни. Пусть не тебе, но… Никто и никогда не получает в Республике прав на реколонизированные миры без пролитой крови. Однако лично тебе, да и Старейшей, лить кровь не придётся. Как ни парадоксально, для этого у вас теперь есть мужчина.

Театральная пауза, и с совершенно изменившимися интонациями Верховная начала своё объявление. Её голос при этом звучал, подобно раскатам грома:

— Внимание! Озвучивается условие вмешательства в дела рода! Отныне и до решения Республики Главой рода О'Стирх объявляется Леон, прозванный Меч Республики!

— Мужчина? Так просто? — задушено пропищала бывшая Глава рода О'Стирх, бледнея.

Остальные представители рода выглядели ничуть не лучше. Разве что Киса рассматривала случившееся как своего рода курьёз, а потому не спешила впадать в панику. Хотя случаи, когда главой рода становился мужчина, за последние столетия можно было пересчитать по пальцам. Одной руки.

— Я вам говорила, сёстры, что если бы была жива Тёмная Мать, всё произошло бы без вмешательства Республики, — пожала плечами хозяйственница. — Именно такие планы просматриваются в перспективе задуманной Высшей комбинации. Но вы получите хорошие условия. И вряд ли кто-то в Республике скажет хоть слово против решения сделать Главой древнего рода Героя Республики, имя которого у всех на слуху последние пару лет. Кстати, ещё и национального героя дружественного нам Планетарного образования Литания.

— В Ясени Меч Республики тоже пользуется уважением, — сочла нужным добавить принцесса. — За спасение лица королевской крови он представлен к высшей военной награде и возведён в потомственное дворянство.

— Должна признать, приятно удивлена твоей прозорливостью, принцесса, — благосклонно кивнула Верховная. — Уже сейчас видно, что ты будешь хорошей правительницей для своей Родины. Полагаю, совместные финансовые и боевые операции с республиканками тоже пойдут ей на пользу, пусть последние пока лишь только с твоим участием. Особенно если я права относительно того, какую систему ты хочешь выбрать для транспортного контроля…

— Они хотели взять меня в гарем безвестного лорда, — хищно оскалилась Ярослава. — Я же сама возьму их на щит. Ни одна тварь не появится на Псио, когда я возьму транспортный контроль над системой! Кстати, Воя, мы потом сможем обсудить твои исключительные привилегии на транспортный доступ к этой системе…

— Так речь шла о Псионе⁈. — бледность опять залила лицо женщины. — И ты возьмёшь себе… одну из планет-прародительниц⁈. Вот я дура! Там же после реколонизации будет не протолкнуться! Транспортные потоки в таком мире — это всё равно, что контроль системы Синергии! Она ничего не производит, но даёт роду O'Мелли астрономические дивиденды!

— Ну почему же сразу дура? — удивилась Мышка. — Просто ты не владела всей информацией. Девочка же воспользовалась представившейся возможностью, которую ты не заметила. Это просто бизнес, сестра, и ничего более. Но с этой пигалицей сойдись поближе. Чувствую, с ней вообще лучше дружить. Вы же ещё не знаете, когда и чем завершится реколонизация Псиона… А эта девочка там точно своего не упустит.

По дороге в наши апартаменты Ярослава молчала. Сложно было что-то прочесть по её лицу, но озабоченность девочки не была для меня тайной за семью печатями: тело тоже способно говорить. И сейчас оно сказало мне куда больше того, что хотела сама принцесса.

В комнате я усадил наречённую в кресло, сел перед ней на пол, обнимая стройные ножки, и заглянул в глаза. Взгляд снизу вверх вышел особенно проникновенным и обезоруживающим.

— Рассказывай, Яра. Не стоит держать в себе. Зачем тогда ещё нужен близкий… друг?

— Друг! — фыркнула подруга, тем не менее несколько приоткрываясь. — Вот я вписалась в это дело, и только позже поняла, сколько подводных камней в этом моём решении!

— Думаешь, мать не одобрит?

— Ха! Мать как раз ногтями вцепится в это предприятие! Вопрос в технической стороне… — она помолчала пару минут, потом выдала как на духу, словно в омут ныряя. — У меня нет республиканских рад. Коммуникации между нашими Планетарными образованиями тоже затруднены, поэтому ввозить и перепродавать в виде ресурсов будет сложно. Но главное — законодательство Республики не предусматривает прямую торговлю с Внешними колониями. Только после реколонизации, да и то в особом, ограниченном, режиме.

— То есть дело в деньгах? Боишься не потянуть?

— Не подумай, Леон… Ясень — очень богатое Планетарное образование. Об этом говорит хотя бы то, что оно можем себе позволить поддерживать замшелый институт монархии… Не спорь! Именно что замшелый!.. Ясень — единственная в Конфедерации полноценная монархия не из-за какой-то особой успешности этого строя. Отнюдь. Монархия — слишком дорогое удовольствие по меркам современной Галактики. Это блажь, социальный нонсенс. Нужно тянуть массу бессмысленных традиций, тратиться на них, поддерживать имитацию монаршего двора. Наряды, балы, приёмы. Да и сама Королева… Помимо дорогих традиций — это ещё и постоянный фактор политической жизни, которого не подвинешь в результате подковёрной борьбы. Максимум, можно передать трон детям или ближайшей родне. Ещё и родня монарха, на которую нужно тратиться… Просто любую социальную систему лучше всего оценивать по затратам на неё, по тратам на власть и элиту в ней. И с этой точки зрения монархия проигрывает по всем статьям. Даже сменяемость элит здесь затруднена, хотя мы и вынуждены над этим активно работать. Самодурство, косность, палки в колёса реальным дельцам от элиты формальной, дутой… Всего этого в нормальной республике нет. Одна из причин борьбы с феодализмом — попытка скинуть всю эту дорогую и малоэффективную мишуру.

Разумеется, мы не смогли бы сохранять её, если бы продолжали бездумно потакать косности традиций. Монархия Ясеня уже давно выродилась в красивую картинку. Королева решает что-то лишь до тех пор, пока это устраивает реальных воротил политики и бизнеса. Ещё она вносит существенный вклад в идейную мобилизацию, служит идеологии нашего мира. Реальная же власть маме не принадлежит. Идейность тут очень важную роль играет, именно благодаря ей реальные правители терпят монарха. Им важно сознавать себя не такими, как прочие дельцы в мирах Конфедерации. В самом деле: кто ещё из их коллег может похвастаться, что трахает Королеву? — на губах Ярославы проступила кривая ухмылка. — Да-да, не дёргайся, это действительно так! Не одни псионцы такие умные… Не они первыми додумались… поддерживать через это свою статусность. Наши ничем не лучше, за тем лишь исключением, что они — свои. И готовы тратиться на традицию.

— Хочешь сказать, всё это только ради… понтов?..

— Именно, любимый, именно! Поэтому в Ясени правят исключительно королевы, власть наследуется по женской линии. Исключений не бывает. Когда-то были… но лишь в моменты ослабления действующей модели или в совсем уж дремучие, по-настоящему средневековые, времена. Теперь — только женщины. Чтобы щекотать ЧСВ наших мужчин. И чем они активней, ярче, красивей — тем лучше, ибо одно дело — трахать забитую королевку, и совсем другое — сильную гордую правительницу. Ну и красивую картинку давать, куда ж без этого… Умирать за монархию куда… статусней… чем за непонятное элите абстрактное народовластие. Монарх — это символ, как у вас — Экспансия. Разумеется, не такой сильный… но у нас и нет таких амбиций, как у Республики. Нам хватает. Но я не про это хотела сказать. Монархия — это дорого, вот что важно. Не всякое Планетарное образование потянет. Ясень — богатое государство, поэтому способно на это. Наши дельцы без вопросов готовы вкладываться, а наши военные… готовы оплачивать красивую картинку и древнюю традицию кровью. Кровь военных родов и лояльность хозяйственников — вот наш фундамент. Поэтому Королева способна аккумулировать серьёзные ресурсы, если запахнет баснословными прибылями. Но то — наши ресурсы, ясеньские. Как их перевести в республиканские — ума не приложу.

— Давно хотел спросить, Яра, — я лихорадочно думал. Самокритичность слов принцессы поражала. В свете них и моя роль становилась куда весомей именно для Ярославы. Она банально хотела вырваться из порочного в полном смысле этого слова круга. Хотела отгородиться мною от тех, кто… имел монархию во вполне буквальном смысле этого слова. Быть может поэтому она так стремилась научиться защитить себя, отчего и меняла тренеров, как перчатки. Однако спросил я о другом. — Ясень — это Королевство или Империя?

— Ясень… это просто Ясень. Без приставок. Всё, что нужно — содержится в этом слове. Кому надо — поймёт. В истории были времена, когда мы именовались просто Королевством Ясеньским. Были и времена, когда мы переросли этот статус и стали Империей, настоящей Космической Империей Ясень. Теперь мы впитали это всё, переросли это всё, и стали просто Ясенем. В этом слове вся наша история. Это, если угодно, квинтэссенция традиции. Никаких помпезных наименований, которыми так кичатся собратья по Конфедерации. Любой ясенец усмехается про себя, слыша зубодробительные аббревиатуры, за которыми на самом деле пытаются скрыть подлинную выхолощенность, бессмысленность содержания. В Ясени содержится вся наша история в сжатом виде. Мы помним и чтим. Поэтому — просто Ясень.

— Видишь, а говорила — только трахают… — теперь пришёл мой черёд криво улыбаться.

Яра ответила такой же улыбкой, она поняла, зачем я задал этот вопрос. И будто только сейчас поняла, что я сижу у её ног, что она в моих объятиях, и вообще давно пора бы выказать своё ответное расположение. Девочка запустила ладонь в мои волосы, взъерошила их. Улыбка принцессы стала ярче, откровенней.

— Но проблема от этого никуда не девается…

— Я решу твою проблему.

— Неужели?.. — полный иронии взгляд пролился на меня.

— Разумеется! Никому не позволено спать с моей женщиной, — сказал с намёком на эмоциональный рассказ Ярославы.

При этом мы оба прекрасно понимали, что речь о другом, поэтому улыбка принцессы стала немного кислой, а вскоре и вовсе превратилась в горькую усмешку. Но я был готов к этому, а потому ударил, когда не ждала:

— Ты знаешь Орлицу?

— Орлицу?.. Нет, не слышала… — растерялась от резкого перехода принцесса.

— Высшая. Отвечает в Республике за силовую часть Хозяйственной Основы.

— Это… как? Ведь Основа — экономическая структура…

— Да, экономическая. Неужели в Ясени нет силовой части налоговой системы? Или антимонопольной, что точней?

— Есть Департамент Короны… Ты хочешь сказать…

— Орлица способна уничтожить любой род. Ресурсы родов не принадлежат им, они — часть Республики и Экспансии. Если род начинает зарываться, начинает саботировать задачи Экспансии, неэффективно использует вверенное ему имущество, включается Орлица. Она изымает, передаёт более успешным и идейным и… карает. Жестоко. Вплоть до стирания Памяти рода из Истории Экспансии.

— Звучит устрашающе.

— Когда я впервые говорил с ней, рядом была старшая крупного влиятельного рода. Орлица позвонила сама. Мне. Пыталась отчитывать… Старшая рода побледнела и затряслась — хотя сидела рядом и не участвовала в разговоре. Орлица — это крайне серьёзно. Это своего рода структура кризисных менеджеров… Вроде бы как раз они участвуют в ситуации управления в Литании… Если какое-то решение существует — она способна его найти.

— Ты думаешь, такая влиятельная… республиканка… станет помогать?

— Мне — станет.

Впрочем, стопроцентной уверенности я не испытывал. Вопрос крайне скользкий и неоднозначный. Во многом — личный. С другой стороны, и трахаться ко мне Орлица прилетала не ради своей Экспансии… На вызов Высшая ответила сразу. Её образ, стоило мне отойти к окну, возник строго напротив. Девочка быстро осмотрелась. Заметила перила у самого панорамного окна, облокотилась на них — видно было, этот жест дублирует её собственное положение в пространстве.

— Здравствуй, Леон, — спокойно начала разговор эта сильная женщина, и вместе с её голосом в сознании всколыхнулась вереница образов.

…Да, она действительно прибыла ко мне на Штарн, как и обещала. Целую неделю мы провели вместе — не считая периодически разрывающих наш тандем кошек — и неделя эта уместила поистине нереальное множество событий! Нет, сами по себе наши выходы в город или походы в гости к местным хозяйственницам событиями не являлись. А вот постоянная борьба, постоянное существование на грани — да. Орлица оказалась крайне тяжёлой женщиной, с давящим, грозящим расплющить и втоптать в пол характером. Даже на фоне прочих республиканок она сильно выделялась в этом своём качестве. Видимо, работа силовика от экономики наложила на неё свой отпечаток — либо такую работу могла потянуть только такая девочка, имеющая соответствующие задатки характера. Они полностью соответствовали друг другу — Орлица и её жуткая функция.

Я бился с этой бестией жестоко и отчаянно. Пожалуй, такого противостояния в моей жизни ещё не случалось. Куда там Мире, с её доморощенной философией мужчины-игрушки! Даже Тина на её фоне терялась… С другой стороны, это были всего лишь разные сферы извращений: у Тины — её вожделенные когти, на которых она вконец помешалась, а у Орлицы — стремление закатать в асфальт своей жуткой харизмой, ощутить полную власть над поверженной жертвой и… хорошенько поглумиться над ней. Не продавила. Не растоптала. Ушла неудовлетворённой — зато вдоволь напилась моей крови и моих нервов. Не будь за плечами других пограничных ситуаций, я бы точно поседел после нашего острого «свидания».

Когти. В тот момент я впервые осознал, что не знаю, как сложилась бы без них моя жизнь. Возможно, женщинам в Республике они не так уж и важны, но мне… Сколько дверей я «вскрыл» ими? Сколько проблем решил? Поля никто не видит и они чересчур разрушительны. Зато когти наглядны и понятны каждому. Пять белёсых, кажущихся призрачными в своей белизне лезвий. Особенно эффектных, когда на белом проступает алая кровь. Только за когти следовало сказать спасибо тем валькириям, которые отбивали меня у Ордена. Без когтей никакая миссия с моим участием не могла быть доведена до ума. И это ощущение сродства и поддержки… И как у бойца, и как у мечника… Именно когти сделали моё рандеву с Орлицей более-менее терпимым.

Да, была кровь. Несколько раз я не выдерживал её давления, и наши стычки заканчивались кровавыми дорожками на её высокой груди. Потом, разумеется, я отходил и мягко, даже трепетно, «зализывал» её раны. Но вместе с болью и кровавыми дорожками проходило и её давящее безумие. Омытое кровью и болью, оно вымывалось и из её души, и мы шли дальше. Впрочем, пришлось когтям в эту неделю основательно поработать и по своему вспомогательному профилю… Орлица вполне оценила мои жёсткие ласки. Даже специально подставлялась под них, провоцируя. И откровенно кайфовала от нашего противостояния и его подлинной вершины — когтей.

Под конец мне удалось даже заслужить уважение этой сложной во всех отношениях женщины. Её последние слова ещё долго звучали в сознании:

— Наверное, только ты и мог это сделать, Меч Республики.

Что она при этом имела в виду, было не до конца понятно. То ли говорила про Литанию, то ли — про наше рандеву, где она так и не смогла одержать убедительную победу. Но вместо гордости я тогда испытал облегчение… А ещё стойкое желание повторить. Кот во мне требовал игры — несмотря ни на что. А такой игры, какую давала эта бестия, не способна была дать ни одна республиканка.

— Рад тебя снова видеть, девочка, — сказал, открыто улыбаясь, проецируя эти свои прошлые, не поблекшие за всё время, ощущения.

— Надо же, действительно рад… — протянула Орлица, с подлинным удивлением считывая моё настроение. Даже приподнялась с подлокотника ради этого!

— Что тебя удивляет?

— Другие обычно… вздыхают с облегчением, когда я убываю, а увидев вновь — трясутся и бледнеют.

— Спасибо за откровенность, Орлица. Но нет, игра с тобой действительно была… достойной. Я вспоминал. Иногда обдумывал, как бы повёл себя в той или иной ситуации сейчас.

— Глядя на тебя, Меч Республики, я лишний раз убеждаюсь, что слова сестёр о твоём потенциале Высшего — не пустой звук… Итак? Чем обязана?

Я не стал продолжать игру, сказано и так было достаточно. Она прекрасно понимала, что звоню не просто так. То, как откровенно и даже проникновенно началось наше общение, само по себе было огромным достижением, на которое никто из нас специально не рассчитывал.

— Орлица, мне нужна твоя помощь.

— Не забывай, кто я, кот, — нахмурилась женщина.

— Это… личная просьба.

— Тем не менее.

— Даже после этого?.. — намекнул я на недельную близость.

— Просто напоминаю: не забывай, — ровный голос, казалось, стал ещё спокойней, и я ощутил вновь проснувшуюся благосклонность, понял, что на верном пути, и мне на это прямо указывают мимикой и голосом.

— Всего лишь совет, Высшая.

— Хорошо, — благосклонность теперь проявилась и в жесте, коротком утвердительном кивке.

— Ты же в курсе, что я теперь — глава рода О'Стирх?

— Да, — в этом коротком слове прозвучало столько подтекстов, что я далеко не сразу смог расшифровать даже незначительную их часть.

— На переговорах присутствовала Наследная принцесса Ярослава Ясеньская, моя невеста…

— Я в курсе.

— Она вписалась в проект ресурсами своей родовой вотчины, Планетарного образования Ясень. Есть только одна сложность…

— Всего одна?.. — приподняла брови в ироничном жесте республиканка. Она уже всё поняла, и теперь откровенно веселилась — на свой лад, разумеется.

— Основная — одна.

— Эта девочка откусила слишком много?.. Столько, что не может теперь прожевать?..

— Нет. Конвертация, — упрямо тряхнул головой, пресекая очередную попытку покуражиться.

— Ладно! Не буду давить. Я поняла проблему. Вот мой совет: залог. У тебя всё?

— Полагаешь, он пройдёт?.. — я даже не обратил внимания на последнюю её реплику, потому что она очевидным образом была частью извращённой игры.

— Получить предмет залога будет непросто, равно как и использовать любой способ его конвертации для переправки в Республику. Поэтому понадобится поручительство. Того, кто станет гарантом получения и обеспечит его исполнение своим авторитетом и своими ресурсами.

Я молча взглянул в глаза республиканки, вопрошая, но в ответ получил отрицательное покачивание головой. Разумеется, она не выступит поручителем.

— У меня есть несколько миллионов радов… — закинул пробный шар.

— А ещё ты — Меч Республики, — согласный кивок. — Один из немногих мужчин-глав крупных республиканских родов. С тобой можно иметь дело.

— Дальняя разведка — как раз та фракция, которая способна провести конвертацию… — протянул я, стараясь понять её логику.

— Не только. Ты слишком абстрактно воспринимаешь символ Республики — свою роль символа.

— Хочешь сказать…

— Да, любая республиканка как минимум увидит в тебе надёжный гранит… сродни памятнику. Только не акцентируй, что убываешь в Псион, это усилит твои акции. Хотя над этим можно и подумать, в некоторых случаях лучше сказать.

— Ты сможешь дать… фамилию… которая не откажет?..

— Нет, — выжидательная пауза, чтобы опрокинуть меня в панику, и сытое довольство, когда это не удаётся. — Дам фамилии. Выберешь сам.

Инт пискнул, принимая пакет. Я нахмурился, несколько потерявшись от такой стремительности.

— Все они — снежки, — и красноречивый взгляд куда-то мимо меня.

Я понял. Сразу. Снежки. Именно снежка стала причиной нашего с Орлицей знакомства. А заодно вспомнил всю цепочку событий и рассуждений Кари О'Лано и её союзницы на Штарне — Илины Ю'Гринд.

— Я могу сослаться… — чуть нахмуренный лобик заставил лихорадочно перефразировать. — На твой… совет?

— На совет — можешь, — и значительно мягче, почти мурлыча. — И никогда не забывай: Республика — твоя вотчина.

Вот так, пара слов, а сколько смыслов! Не забыла ни единой мысли из нашего скоротечного диалога, ни одного нюанса! Даже про Ясень как вотчину Ярославы всегда помнила…

— Тяжело же с тобой, Высшая! — не удержался я от восклицания. От обилия мыслей и подтекстов кипел мозг, даже потоков не хватало — они вообще плохие помощники в психологии, когда дело касается сложностей межличностного общения.

— Леон, если думаешь, что я могу забыть единственного мальчика, которого не смогла продавить, то сильно ошибаешься. Ты мне действительно очень дорог. Дорог всем нам… — весь напор как-то вдруг исчез, теперь со мной была обычная девчонка… ну, в меру, конечно. Обычной Орлица не была даже в своей мягкой, ластящейся ипостаси. Хотя на контрасте с обычным поведением её в такие моменты можно было даже назвать медовой.

— Всем нам?..

— Разумеется, милый! — голографические пальчики бестии прошлись по моим волосам, пытаясь их взъерошить. Безуспешно — голограмма такими возможностями не обладала. — Кто же откажет тебе в такой малости? После того, как на тебя сделаны такие ставки? Республика действительно твоя вотчина. Ты сейчас на самом острие нашей общей Экспансии. Заметь: на острие всей Экспансии, а не чьей-либо персональной. И если ты решил поддержать свою женщину, да ещё и ту, которая является для тебя ключом к Псиону — ты получишь любую помощь от сестёр по Экспансии.

— Кнут и пряник?.. — усмехнулся я, не проникшись её прочувствованной отповедью.

— Почему сразу кнут? Только пряник. Медовый, — и обворожительная улыбка, напрочь лишённая любых подтекстов.

— Кнут был до тебя. Стол, — пожатие плеч.

— Это внутрифракционные заморочки, — махнула рукой девочка. — Напомнить, кто выбрал за тебя фракцию?..

— Не надо. Я сам выбрал. И сам отвечаю за свои решения.

— Вот и славно, милый… Про снежек только не забывай, — новое поглаживание волос, обворожительная улыбка, намекающий взгляд, и голограмма прелестницы тает в воздухе, будто была всего лишь сном.

С завершением сеанса связи я смог, наконец, выдохнуть. Проделал короткую медитативную практику. А пока я этим занимался, рядом возникла Ярослава. Прижалась плотно-плотно, уложила головку мне на плечо — прекрасно зная, как я отвечу на столь откровенный знак внимания. Я и ответил. Стиснул принцесску в объятиях, а ощущение щемящей нежности вымыло из души остатки бессмысленных рефлексий.

— Что, тяжело? — мягко спросила девочка.

— Орлица — очень сложная женщина, даже в сравнении с другими республиканками. Позже я расскажу тебе, как мы… познакомились.

— Не надо, милый. Я и так видела достаточно. Словно вторая Тина.

— Ты и это почувствовала?

— Да. Я хорошо тебя изучила.

Подхватив подругу на руки, я донёс её до ближайшего креслица. Уселся сам. Посадил девочку себе на колени. Пробежал взглядом по столу.

— Нальёшь мне вина?..

Принцесса и не подумала артачиться. Гибко поднялась. Нашла бокалы и запотевшую бутыль. Сноровисто вскрыла её. Разлила. И, присев на краешек стола, дразня ступнёй внутреннюю сторону моего бедра, лукаво заявила:

— За твоих женщин!

Я аж подавился заготовленной фразой. Уставился на подругу. Глаза Яры смеялись, на губах играла задорная, немного коварная улыбка — и от неё словно солнце растекалось по роскошным пшеничным волосам, заставляя их светиться отражённым светом. Я невольно залюбовался юной прелестницей.

— Я же вижу, что ревнуешь… — протянул, зарываясь рукой в густые пряди.

— Ты прав, — свет померк, уступив место скупой сосредоточенности. — К валькириям я уже привыкла, а к этим… Ничего не могу с собой поделать, ощущаю в… функционерках… угрозу. Каждая из этих Высших легко может разлучить нас. Только взглядом поведёт, и всё сразу закончится. И это бесит!

— Они слишком умные, эти девочки. Там всё очень сложно. Не поведёт.

— Пусть не поведёт! Но может же? Может! Значит — угроза! И я ревную.

— Успокойся. Возьми себя в руки. Общаясь с ними, я не стану любить тебя меньше.

— В этом-то и проблема, Леон! Никак не могу привыкнуть, что ты на самом деле любишь всех… с кем спишь! Это сюр какой-то! Так не бывает! — и вдруг понурилась, остывая. — Но так есть.

— Знаешь, милая, в Республике по-другому не получится. Тут всё проще… и сложней одновременно. Вряд ли я бы смог решить сейчас твой вопрос, не сойдись в своё время с Орлицей. А сейчас… мне нужно будет связаться с ещё одной девочкой.

— С которой ты спал… — понимающе кивнула Яра.

— … С которой я спал. Ты сама проницательность, — подмигнул принцессе. — Очень милая и отзывчивая снежка. Глава крупного республиканского рода. Когда-то я оказал ей одну услугу… Правда, кое-что стребовал в ответ. И это был не секс, — снова подмигнув, почувствовал, как женщина дёрнулась, будто от пощёчины. — Заставил её род послужить Экспансии Полновесной колонии. Мы неплохо поладили тогда. И сейчас договоримся.