Одним Словом

Глава 19

Третье свидание было прекрасно.

Однажды я шла домой, весеннее солнышко припекало голову. Неожиданно, рядом со мной взвизгнули тормоза, и автомобиль резко остановился. Я же шарахнулась в сторону, пытаясь унять пульс.

Из дорогой иномарки вышел молодой мужчина. Виктор был старше меня на шесть лет. Сходу он начал рассказывать историю о моей невероятной красоте, от которой у него снесло башню так, что пришлось уронить педаль тормоза в пол, лишь бы не упустить меня.

Я почему–то представилась Валей, вежливо улыбалась и, двигаясь бочком, пытаясь свалить подальше от настойчивого ухажера.

Но ухажер был настойчив настолько, что, уговаривая пойти с ним на свидание, нечаянно проводил меня домой.

В итоге, под напором молодого человека я сдалась.

И как позже оказалось потом — не зря.

Этим же вечером меня ждал шикарнейший букет белых роз, который пришлось разделить на три вазы и дорогущий ресторан, где я впервые попробовала устрицы и просекко.

Конечно, пришлось признаться, что никакая я не Валя, а Лера.

Виктор был оратором хоть куда. Перспективный стоматолог, он травил шутки весь вечер. В какой–то момент у меня даже заболели скулы от нисходящей улыбки до ушей.

Я ни грамма не пожалела о том, что согласилась на эту встречу.

До того момента, как везя меня домой Виктор не вывалил мне:

— Лерочка, ты потрясающая, — при этом он мягко сжал мою руку. — Как насчет второго свидания?

— Я с удовольствием, — протянула я.

Мозг начал плыть. Толи от выпитого шампанского, толи от дюжины устриц.

— Но я должен предупредить тебя кое о чем, — серьезно сказал теперь уже Витек.

— О том, что дома тебя ждет жена и двое детей? — пролепетала я, начиная глупо смеяться.

Витя заржал во весь голос, а потом сквозь смех сказал:

— Нет, детей у меня нет, — и дальше уже спокойным голосом. — А вот жена да.

Наверное, устрицы как–то влияют на слух? Ведь влияют же, да?

— Ты женат? — переспросила я, пытаясь сфокусировать взгляд на дороге.

— Да, Лерочка. Надеюсь, ты не против?

А дальше пошла сказка, которую рассказывают все женатые мужчины своим любовницам:

— Наш брак давно изжил себя, понимаешь? Жена для меня уже долгое время ничего не значит. Мы вместе, но будто чужие. Поэтому, скорее всего, совсем скоро мне предстоит развод. Будешь рядом со мной в этот не легкий период моей жизни?

Если он и дальше продолжит в таком духе, меня стошнит. Интересно, если я блевану в его машине, как он потом объяснит это своей жене?

— Дорогая, я подобрал бездомную собаку. И ее стошнило прямо в нашей машине.

— Дорогой, но что же это был за пес? И кто додумался кормить его устрицами?

Я некрасиво заржала от собственных мыслей. Не засмеялась, и даже не захихикала. И следом тут же накатила волна тошноты.

— Ой, — я приложила ладонь ко рту. — Останови, Витя. Мне надо выйти.

— Ты даже не подумала! Поверь, я говорю правду.

— Конечно верю, — откидываясь на сиденье сказала я, что–что, а мутило меня знатно. — А теперь останови машину и можешь ехать к жене.

Витек смачно выругался и остановил машину, а я быстро вышла на тротуар и втянула носом воздух.

— Дура! — крикнули мне и свалили.

Отлично. Вот теперь отлично. Осталось понять, где я оказалась в двенадцать часов ночи.

Присев на низкий подоконник какого–то закрытого магазина, я вдохнула свежий и прохладный весенний воздух. Волна тошноты немного отступила, но чуял мой желудок, это был не конец.

Оглянувшись по сторонам, я поняла, что нахожусь в своем районе, примерно в двух кварталах от дома. Эх, всего ничего не довез, но где наша не пропадала? Дойду пешком.

Вдруг передо мной пронесся незнакомый автомобиль, резко затормозил и сдал назад. Прямо дежавю какое–то. Если ко мне начнут приставать, я просто блевану на них, думаю, желание домогаться сразу пропадет.

Но из машины вышла знакомая фигура в черных джинсах и синей джинсовке.

— Лера? — удивленно спросил Никита. — Ты что тут делаешь?

— Дышу свежим воздухом, — глупо пролепетала я.

Друг брата подошел ближе, сел передо мной на колени и вгляделся в лицо:

— Ты бледная, а губы вообще мел. Тебе плохо?

— Ну, есть немного.

— Поехали, домой подвезу тебя, — и начал поднимать меня за талию.

— В машину нельзя, — я покачала головой и уперлась пятками в асфальт и пояснила: — укачает.

— Ясно. Пойдем, проведу тогда. Или может отнести тебя на руках?

— Нельзя.

— Укачает? — спросил он, а я кивнула.

Два квартала мы шли целую вечность. Поэтому за это время я успела рассказать о новом знакомстве, дюжине устриц, которым почему–то не нравилось в моем животе и уроде — Витюше, который оказался женатым козлом.

Заходя в квартиру, споткнувшись об обувь брата и чуть не упав, заматерилась в полный голос.

— Ш–ш–ш, — Никита попытался утихомирить меня.

— Никого нет дома, — пояснила я. — Родители уехали на дачу к друзьям, а Сёмик…если честно не знаю, где Сёмик, но вечером он сказал мне не ждать его.

— Я знаю, где Сёма, — сказал Ник, помогая мне снять куртку. — Он сегодня встречается со своей девушкой и вероятно останется на ночь у нее.

Я уставилась на Ника квадратными глазами:

— У моего брата есть девушка?

Никита несколько раз моргнул и сказал:

— Я тебе ничего не говорил.

— Окей, — выдохнула я.

Именно в этот момент, устрицы, будто почувствовав себя как дома, решили явить миру себя.

Секундный бросок к унитазу и … “О, привет, ребят!”. Хорошо, хоть дверь в ванную успела закрыть перед носом гостя.

После, я не спеша разделась, искупалась, помыла голову и почистила зубы.

Надела свой любимый розовый банный халат и закинула мокрые волосы на спину, не удосужившись их высушить.

Выйдя на кухню, увидела Никиту, который, стоя возле окна с кем–то говорил по телефону. Мне удалось уловить некоторые фразы:

— Сегодня не получится…да, я знаю…прости…в другой раз… раз ты так хочешь…

Я решительно прокашлялась и села на стул.

Друг брата быстро распрощался с собеседницей, а то, что это была девушка, я не сомневалась, и сел напротив меня.

— Я думала ты ушел.

— Как я мог? — Никита грустно улыбнулся. — Как ты?

— Лучше, спасибо тебе. Вряд ли я бы смогла добраться домой самостоятельно.

— Устрицы могут вызывать белковое отравление, их нельзя есть в большом количестве в первый раз.

— Не думаю, что буду их есть еще когда–то, — печально усмехнулась я.

Никита встал, поставил чайник на плиту и начал делать мне чай.

— Никит, ты можешь идти, тебя, наверное, ждут? Я вмешалась в твои планы, прости.

— Лер, если ты не против, то я побуду с тобой немного, убежусь, что все в порядке, — и продолжил после паузы. — Иначе Семен мне не простит того, что я оставил его сестру в беде.

Никита подошел ближе, положил ладонь на лоб и провел руками по моему лицу.

Это движение приносило какое–то умиротворенное удовольствие, захотелось потереться о руку парня.

— Температуры нет, — констатировал Ник и отдернул руку, будто обжегшись.

После мы выпили чай, немного посмотрели сериал.

Я не могла отправиться спать, потому что в горизонтальном положении прилетали вертолеты. Именно поэтому мы уселись на один диван и посмотрели пару серий, постоянно дискутируя на тему того, что вообще происходит на экране.

Проснулась я, почему–то лежа на своей кровати, а не на диване.

Значит, Никита перенес меня, потому что последнее мое воспоминание — это плечо друга моего брата, на которое я пускала слюни, отправляясь в царство Морфея.

Так, свидание с Витьком можно смело охарактеризовать одним словом “Тошнота”.

И это относится не только к устрицам и подкатывающему чувству рвоты, с которым я жила еще пару дней после свидания, но и к предложению парня, стать заменой его жене.

Следующее свидание было с дагестанцем. Батюшки, как меня угораздило?

С Асламом мы познакомились в университете и отправились в “Ваниль”, кафе рядом с нашей альма–матер.

Аслам был отличным парнем, но героем не моего романа, увы. С первого же диалога почувствовались властные восточные нотки в общении, и вообще, как–то резко парень стал нагонять страх. А потом и вовсе полчаса мы ругались по поводу того, что место женщины в семье — уход за детьми и мужем, а учеба и работа — блажь.

Будучи достаточно взрослыми и адекватными людьми, в какой–то момент мы остановились на том, что наши менталитеты слишком разные и разошлись в разные стороны, даже не обменявшись номерами телефонов. Это свидание можно назвать одним словом “Противостояние”.