Одним Словом

Глава 24

Три месяца назад

У Семена появилась Карина. Шумная, смешная, суетливая, настоящая и невероятно красивая девочка.

Карина заканчивала учебу на медицинском, была амбициозна и открыта.

Свадьба этих двоих была уже делом решенным и планировалась на начало лета — идеальное время для свадеб.

Наверное, именно в этот момент я поняла, что тоже хочу. Не замуж, вовсе нет. Я хочу, чтобы на меня смотрели так же, как Сёма смотрит на Карину. Чтобы, идя домой, я знала, что меня ждут. Чтобы скорее бежать туда. Чтобы общие мечты и планы. Чтобы ипотека на двоих и споры — какие же обои лучше поклеить?

Можно ли расценивать как отчаяние то, что я попросила Сёму познакомить меня с кем–нибудь? Наверное, да.

— Значит так, его зовут Макс. Двадцать восемь лет, холост, детей нет, ведущий архитектор с нашем бюро. Будет ждать тебя сегодня в восемь вечера в кофейне в центре города, ну знаешь, которая возле театра?

Брат наставлял меня по телефону, пока я возвращалась на автомобиле к себе домой. Глянула на приборную панель — шесть вечера. Отлично, успею привести себя в порядок и доехать до нужного места.

— Ты мой номер телефона оставил этому Максиму?

— Да зачем? Там и обменяетесь, я ему твое фото показал, этого достаточно. Он тебя узнает и подойдет.

— А мне не хочешь его фото показать? Может он урод?

— Обижаешь, Лер. Неужели ты думаешь, я тебе орка подсуну?

— Нет, конечно, Сёмик. Просто понятие привлекательности у женщин и мужчин разное.

— Так, женщина, иди, собирайся и топай в кофейню, там все и узнаешь.

Дома привела себя в порядок, уложила волосы красивой волной и подкрасилась. Надела любимые черные джинсы, которые красиво облегали бедра, бежевый кашемировый свитер и такого же цвета пальто. На ноги удобные ботинки на устойчивом каблуке, на запястье любимый цветочный парфюм.

В кофейню решила поехать на такси, чтобы не заморачиваться с парковкой в центре города и оставить себе возможность заказать алкоголь — а вдруг и вправду орк придет?

В заведении мне понравилось, оно было невероятно уютным. В вечернее время тут сидели в основном парочки, поэтому ощущалась особая, романтическая атмосфера.

Я немного опоздала и была удивлена, когда в кофейне не увидела ни одного одинокого и скучающего парня. Неужели не придет?

Ближе к девяти стало ясно — не придет. Номера телефона этого самого Максима у меня не было, брата беспокоить не стала. Ехать обратно домой? Ну уж нет. Решено — гулять, так гулять, неужели я зря старалась, прихорашиваясь перед зеркалом?

Вот так я и сидела, одна с бокалом вина. Окно в кофейне было красиво украшено иллюминацией, создавая какое–то новогоднее настроение. А за окном прогуливались парочки и компании друзей. В центре города всегда кипит жизнь — неважно, сколько сейчас времен и какая погода за окном.

Почему Максим не пришел? Не могу сказать, что меня это сильно расстроило, но немного странно выходит. Возможно, я не понравилась ему в жизни, на фотографиях мы все равно другие.

Ну да Бог с ним, все что ни делается — делается к лучшему.

— Лера? — меня окликнули, пока я исследовала улицу за стеклом.

Неужели Максим явился, не запылился?

Но нет, на меня смотрел Никита.

— Привет, Никит! — я действительно обрадовалась парню, поэтому встала и приобняла его, а в ответ меня сгребли в крепкие объятия.

Он друга брата пахло свежим ароматом парфюма, кожей и отдаленно сигаретами. Ник курит? Никогда не видела этого, хотя мы не особо встречались в последнее время.

— Ты тут одна? — спросил друг брата.

— Да, а ты? — я заглянула ему за спину, но не увидела никого.

— Да, решил прогуляться вечером и зашел за кофе. Тебя узнал в окне и уже не смог пройти мимо. Можно я присяду? — спросил он.

— Конечно!

Перспектива провести этот вечер в одиночестве вовсе не пугала, но пообщаться с кем–то всё же хотелось.

Никита расположился напротив меня, посмотрел на мой сиротливый бокал вина, заказал официанту то же самое и сырные закуски.

— Ты голодна, может, хочешь перекусить? — опомнился он.

— Нет–нет, я просто наслаждаюсь вечером, а есть я не хочу.

— Ты ждала кого–то? — спросил Ник, заглядывая мне в глаза.

В приглушенном свете помещения цвет глаз парня казался и вовсе каким–то темным, практически черным.

— Вообще–то да, — немного скривилась я. — Но он не пришел.

— Не может быть! — удивился Никита.

— Пофиг. По правде говоря, я не расстроилась. Это должен был быть коллега Семена, но видимо, что–то пошло не так, — немного помялась, сделала маленький глоток вина и сказала то, что не могла удержать в себе. — Я рада, что пришел ты.

Если Никита и удивился, то виду не подал. Лишь внимательнее всмотрелся мне в лицо каким–то совершенно новым взглядом, под которым хотелось тонуть и спросил:

— Правда? — я кивнула. — Почему?

— Потому что с тобой легко, — я пожала плечами. — С кем–то не знакомым пришлось бы открываться и рассказывать о себе. А с этим у меня в последнее время проблемы, — созналась я и махнула рукой.

— И я рад, что встретил тебя.

Теперь уже настал мой черед задавать вопрос:

— Почему?

— Потому что я не хотел проводить этот вечер в одиночестве, а с тобой мне всегда было хорошо.

Официант как раз принес Никите бокал с вином и поставил посередине тарелку с разным сыром.

— Не так уж часто мы и общались, один на один я имею в виду, — я улыбнулась. — Всего лишь каких–то пару раз.

— Пару блюд, — тоже улыбнулся Ник. — Да, только этого уже достаточно, чтобы понять, как мне приятно твое общество.

Толи вечер оказался располагающим, толи это выпитое вино так подействовало, а может быть просто человек напротив был мне приятен и по–своему дорог, но внутри меня разлилось теплое и какое–то чисто женское удовлетворение.

— Тогда давай выпьем за нашу случайную встречу! — произнесла я тост и чокнулась бокалом с парнем.

В этот момент я поняла две вещи.

Первая — я четко осознала, что Никита мне нравится. Не как хороший мальчик, не как друг брата и даже не как случайный собеседник. А как мужчина, как парень. И тут дело даже не в его привлекательной внешности и не в крепком теле, за которым хочется прятаться.

Все дело во взгляде, которым он смотрел на меня, ведь так не смотрят на сестру лучшего друга.

Его взгляд обволакивал, обнимал, раздевал, гладил. В нем не было ничего дружеского и приятельского. Он смотрел так, как мужчина смотрит на женщину, которую хочет.

И вторая — в этот самый момент понимания, меня это ничуть не испугало.

Черт возьми, мне двадцать шесть лет! Я самостоятельная и уверенная в себе девушка. Девушка, которая выключила свой здравый смысл. Девушка, которая уже несколько лет не испытывала никаких романтических встрясок. Девушка, которая была немного пьяна.

— Расскажи мне, чем ты сейчас занимаешься? — я решила перейти в безопасную зону и спросить Никиту про его работу.

— Сейчас я работаю шеф–поваром в ресторане “Мое море”. Слышала про такой?

— Конечно! Это одно из лучших мест в нашем городе! Мы там несколько раз проводили корпоративы у крупных банков. Там классная кухня, да и вообще администрация работает отлично.

— Этот ресторан и вправду так хорош, как кажется. За напускным лоском скрывается отличный и достаточно дружный коллектив. Мне нравится там подход к меню и само оснащение кухни, на нем вообще не экономят, поэтому работать — одно сплошное удовольствие.

— Что значит подход к меню? — заинтересовалась я.

— Каждые три месяца блюда в меню меняются. За это отвечает шеф–повар, управляющий и администратор. То есть, каждые три месяца я отпускаю на волю свою фантазию и начинаю экспериментировать и создавать что–то новое. Таким образом, постоянным клиентам не приедается одно и то же.

— Погоди, а как давно ты там работаешь? Мне брат ничего не говорил об этом.

— Дай подумать, пять месяцев, — задумчиво ответил Ник.

— Точно! Моя помощница Маша месяца два назад нахваливала мне ваш ресторан. Говорила, что–то про божественного шеф–повара и божественную еду! — воскликнула я.

— Все так, — лукаво улыбнулся Никита, вызывая во мне ответную улыбку. — Приходи к нам, я тебе устрою дегустацию.

— А вот возьму и обязательно приду!

— И приходи. Завтра.

— Завтра? — переспросила я.

— Да.

— Так скоро?

— А чего тянуть? Ресторан закрывается в полночь, приходи часов в одиннадцать? Задержимся после закрытия.

— Тебе не влетит за это?

— За то, что я кормлю людей? Ты будешь удивлена, но мне платят за это, — и подмигнул.

— А я вот возьму и приду! Займешь мне столик?

— Самый лучший. За это и выпьем! — довольно кивнул Ник и протянул ко мне свой бокал.

— За что? — спросила я, протягивая свой навстречу.

— За самую вкусную еду, которую ты завтра попробуешь.

— А ты самоуверен.

— Так и есть.

Мы допили остатки вина, Никита рассчитался за нас двоих и предложил пройтись по центру.

Время близилось к десяти вечера, поэтому народ еще гулял, наслаждаясь осеним вечером. Центральная улица кишила кофейнями, кафе, барами, сувенирными магазинами, бутиками, поэтому мы прогуливались, рассматривая нарядные витрины и вдыхая морозный весенний воздух.

Парень шел рядом со мной, засунув руки в карманы кожаной куртки и изредка касаясь меня плечом.

— Никит, я помню, в квартире у Семена ты говорил о том, что хочешь что–то организовать, но пока не можешь сказать.

— Так.

— У тебя получилось то, что ты задумал?

— Лер, специально для тебя приоткрою немного занавес, — ответил он, снова касаясь плечом, от чего меня повело в сторону.

Никита не растерялся, взял мою руку и положил в изгиб своей.

— Так мне будет спокойнее, — улыбнулся парень, глядя мне в глаза. — Ты не против?

Я буду не против даже если ты понесешь меня на руках.

— Нет, — вместо этого ответила я. — Так что там с занавесом? Ты не закончил.

— Это будет заведение, чуть позже узнаешь какое, обещаю. Мне нужен был инвестор, проверенный и надежный. И я нашел такого. Мы уже нашли подходящее помещение и скоро закончим там ремонт.

— Ух ты, здорово, поздравляю тебя! Погоди, а вы уже думали, как будете проводить открытие?

Парень усмехнулся и снова заглянул мне в лицо.

— А ты вообще, когда–нибудь перестаешь думать о работе?

— Я живу ей, — просто отмахнулась я. — Так и что? Кто вам будет организовывать открытие? Или вы думали просто открыть двери и сказать: “Заходите гости дорогие!”?

— Этот вопрос мы еще не обсуждали, но вот я сейчас тебя слушаю и понимаю, что не все продумал. Возьмешься за это?

— Шутишь? С удовольствием! Даже скидку сделаю. Когда примерно открытие?

— Думаю, через пару месяцев.

— Не много, конечно, времени остается. Обдумай, готов ли ты отдаться в наши руки и позвони мне, — полезла в сумку за визиткой и протянула ее Никите. — Вот, держи. Звони или пиши на любой номер, у тебя же нет моего номера?

— Нет, откуда? Я уже готов отдаться в твои, то есть ваши руки и готов обсудить все нюансы. Но лучше это сделать после того, как уедут рабочие. Хочу, чтобы ты посмотрела, что у меня получилось.

— Конечно. Заодно и узнаю, в каком направлении ты решил развиваться. Название уже есть?

— Да, “BakerуStreet”.

— Это будет пекарня?

— Не совсем, — усмехнулся Ник.

— Ладно, не буду больше тебя пытать.

— Не хочешь зайти куда–нибудь, выпить горячего? Ты продрогла, — сказал парень и отвел от моего лица прядь волос.

Я и вправду начала дрожать несмотря на то, что была одета достаточно тепло. Вот только дрожь эта была вызвана отнюдь не холодом, а слишком близким присутствием кое–кого.

— Хочу. Пошли в бар, пропустим еще по стаканчику?

И мы пошли в бар.

Людей внутри было немного, музыка играла не сильно громко. Мы разместились за барной стойкой и сделали заказ — два бокала вина.

Брутальный Никита в кожаной куртке, сидящий в темном баре с бокалом вина выглядел странно.

— Почему ты на меня так смотришь? — спросил он.

Что ему ответить?

Потому что ты красавчик? Потому что меня тянет к тебе? Много причин, почему я смотрю на парня, но озвучить я могу только одну.

— Ты, бар и бокал вина смотрятся немного странно.

Никита на секунду задумался, оглянулся по сторонам и ответил:

— Я и забыл, что на родине все по–другому. За год в Италии я полюбил вино, а там, как ты знаешь это — напиток чуть ли не главнее, чем вода.

— Точно. Никит, а у тебя сейчас есть кто–то? Ну, девушка, подруга? — два бокала вина и теплое помещение бара сделали свое дело.

Я расслабилась и осмелилась задать вопрос, который интересовал меня весь сегодняшний вечер.

Парень внимательно посмотрел на меня и ответил.

— Нет, Лер. У меня никого нет.

— Прости, просто я о твоей личной жизни вообще ничего не знаю, вот и подумала, может у тебя дома семеро по лавкам, а ты тут со мной, — я попыталась исправить ситуацию и начала оправдываться, но, кажется, делала еще хуже такими фразами.

— Я понимаю, все в порядке.

— Ну а вообще же была? — этому столику, пожалуйста, больше не наливать.

И чего я удумала, лезть к парню со своими расспросами? Но, с другой стороны, мне было дико интересно, что же там было у него. Считайте это бабским загоном.

— Серьезные отношения были в Испании, — после недолгой паузы ответил Никита.

— Почему вы расстались? — раз уж парень начал колоться, я не могла отступить назад.

— Мы встречались месяцев восемь, даже жили какое–то время вместе. Она наша соотечественница, переехала туда вместе с родителями давно, лет десять кажется, назад. Мы разошлись, потому что не любили друг друга.

— Понимаю, — опустила голову я.

— Правда? — удивился Никита, а я кивнула. — Ты о ком?

— Ты его не знаешь, хотя, о чем я, ты знаешь только Валеру.

— Кхм, — помялся Ник, — возможно, мне немного Семен рассказывал про твоих, ну знаешь, парней.

— Что? — возмутилась я. — Мужики! Хуже баб сплетничаете.

Никита, улыбнувшись, выдохнул и ответил:

— Не могу никак оправдать нас, прости, — и развел руками. — Расскажешь?

— Расскажу, если закажешь мне еще бокал.

— Уверена?

— О, да!

Передо мной появился новый бокал с вином, а в глазах Никиты появилось нетерпение. Хуже баб, я же говорю.

— Мы с Мишей были полтора года вместе. Я его не любила. Вернее любила, но …

— Как друга, — закончил вместо меня парень, а я кивнула. — Погоди, вы же собирались пожениться?

— Да. И если бы Миша не сделал мне предложение, я бы, наверное, до сих пор была бы с ним и не решалась расстаться.

— Печально.

— Бывает. Надеюсь, сейчас он счастлив, потому что время со мной, особенно в последние месяцы были ужасным.

— Все ошибаются, это нормально, — пожал плечами Никита.

— Давай выпьем за ошибки. Чтобы они всегда нас приводили к победам.

— Отличный тост!

И мы чокнулись бокалами, а потом я чуть не чокнулась от близости друга моего брата. Надо повторять себе как мантру: друг моего брата, друг моего брата, друг моего брата, черт возьми! И не забывать ни на секунду об этом.

М–м–м но как же хочется попробовать — какие на вкус губы Никиты?

— Лер, пойдем, прогуляемся, после выпитого спиртного хочется проветриться. И ты вроде живешь тут рядом, где–то?

— Надо через парк пройти. Проведешь меня домой?

— Конечно.

И мы пошли. Никита, как и раньше, положил мою руку в изгиб своей и рассказывал мне интересные случаи из заграничной жизни. А я слушала, впитывала и просто наслаждалась сегодняшним вечером, каким чудесным он получился. Забыто несостоявшееся свидание, потому что на место ему пришла совершенно неожиданная встреча с замечательным парнем.

Я точно могу сказать, что это лучшее свидание за последние несколько лет!

— Никит, — я остановилась как вкопанная.

— Что? — отозвался парень.

— Слышишь запах?

— Ты про запах мяса прошлогодней свежести?

— Именно. Хочу ее.

— Лера, нет. Прошу тебя, только не ее.

— Только ее и хочу, — мой живот заурчал так громко, что аж закружилась голова.

Или она закружилась от головокружительного запаха шаурмы, который дразнил меня и звал к себе.

— Ты как хочешь, а я пошла есть шаурму.

Никита громко вздохнул, но согласился:

— Ладно.

Возле будки, где готовили шаурму, стояла очередь, и я посчитала это хорошим знаком. За плохой едой ведь не будут стоять в очереди?

— Две большие, пожалуйста, и побольше картошки и соуса! — сделала заказ я.

— Лер, ты же знаешь, что это не соус, а самый дешевый майонез?

— Не нуди, а то вторую тебе не дам.

После того, как нам отдали заказ — две шаурмы размером с башенный кран, мы расположились на лавочке и начали это есть.

— М–м–м это пища богов! — воскликнула я. — Ну скажи же! Скажи, что тебе тоже нравится!

— Это вкусно, я не спорю.

— Видишь! Видишь! А ты не хотел.

— Ладно, сдаюсь, — махнул рукой Никита. — Подожди, ты испачкалась.

— Где? — спросила я с набитым ртом.

— Вот здесь, — и провел большим пальцем по моей нижней губе.

Это было волнительно, сложилось ощущение, что парень хотел сделать кое–что другое, что–то более неожиданное. Например, слизать соус своим языком?

Нет, все же третий бокал вина был лишним.

— Ешь, — вернул меня в реальность голос друга брата.

Я продолжила поглощать свою шаурму, но больше не ощущала ее вкуса. Она казалась пресной, а вот внутри меня начал подниматься жар.

Мы пошли через парк, в сторону моего дома. Сама бы я в ночное время ни за что не рискнула совершать такую прогулку, ведь парк был старый, плохо освещенный и безлюдный.

Мы болтали обо всем на свете, когда сзади услышали шаги.

— Воу воу. Доброй ночи, голубки, — я обернулась и увидела трех парней, которые явно очень сильно хотели пообщаться с нами.

— Че надо? — Никита сразу подобрался и задвинул меня за свою спину.

А прятаться за его спиной и вправду потрясающе! Я немного прильнула к нему и схватилась одной рукой за талию, а второй прижала посильнее сумку.

— О, борзый попался, — сплюнул один тип, доставая из кармана нож. — Закурить не найдется?

— Не курим, — пискнула я.

— А это мы сейчас и проверим. Ваха, — он дал команду бородатому, — загляни–ка цыпе в сумочку, там наверняка припасено что–то для нас. А может и не только в сумке, но и в штанишках найдется интересненькое, — мерзко облизал губы и цыкнул мне.

Пока я вспоминала азы самообороны и анализировала содержание сумочки, поняла, что перевес сил явно не на нашей стороне.

Где–то на дне сумки лежал перцовый баллончик. Отлично. Только одна проблема — вот скажите, какой смысл покупать баллончик для самообороны и укладывать его на самое дно, туда, куда быстро никогда в жизни не дотянешься? Засунула внутрь руку и начала искать необходимое.

Интересно, а Никита умеет драться? Потому что я — нет!

Тем временем гопник, именуемый себя Вахой, двинулся в нашу сторону. Фу–у, какой мерзкий тип. Глазенки блестят, взгляд противный.

А дальше все произошло молниеносно.

Первое — я узнала, что Никита драться все–таки умеет. Второе — в мою руку лег прохладный металл баллончика.

Одним ударом мой защитник отправил Ваху в нокаут. Секунду гопники стояли шокировано, а потом разом кинулись в нашу сторону. Тот, который с ножом, пугал меня больше всего, и он явно был настроен решительно.

Завязалась драка, где двое набросились на одного — Никиту. Тот, к счастью, умело отбивал атаки и не подпускал ни одного из нападавших ко мне.

Но, где это видано! Во–первых, бой–то был нечестный! Трое на одного, где это видано? Во–вторых, у меня в руках чуть ли не орудие массового поражения. И третье — я что, какая–то барышня кисейная? Не буду отсиживаться в сторонке, пока рыцарь вступается за мою честь, ведь я сама себе рыцарь! Без страха и упрека! ДА!

Схватила удобнее баллончик в руку, подобралась поближе к третьему гопнику и подставила тому подножку. Последний завалился на землю, только чудом не утянув меня следом за собой.

Пока Никита разбирался с гопником–номер–один, тем, который с ножом, я тоже времени зря не теряла, подскочила ближе к тому, который только что грохнулся на землю, и распылила ему в лицо все содержимое баллончика.

Гопник заорал, даже нет, гопник завизжал, схватился за лицо и начал кататься по земле.

Забойная штука, хочу я вам сказать. Потому что, несмотря на то, что я мгновенно отошла от парня, как можно дальше, во рту начало першить и глаза заслезились.

В этот момент меня резко схватили за руку и потянули за собой. Убегая от места происшествия, обратила внимание на гопника с ножом, который сейчас лежал на земле. Он точно был в сознании, но встать не мог.

На одном лишь адреналине мы добежали до моего дома за минуту, как мне показалось. И только стоя в дверях подъезда, я обратила внимание на лицо Никиты.

Из видимых повреждений — рассеченная бровь.

— Тебе надо обработать рану, — сказала я и, взяв парня за подбородок, попыталась сильнее вглядеться лицо, ища другие повреждения.

— Куда ты полезла? Ты же понимаешь, что могла пострадать? — крикнул на меня Ник и перехватил мои руки, сильнее сжал.

На лице парня заходили желваки, он был очень зол.

— Я не могла просто стоять в стороне и смотреть, как тот тип с ножом махает им у тебя перед лицом, а второй так и норовит напасть из–за спины.

— Я бы справился сам, — взволнованно, но уже спокойнее сказал Никита.

— Конечно справился, Рембо! Я просто немного тебе помогла.

— Никогда больше не влезай в мужскую драку. Обещай! — настаивал он.

— Да не буду я никуда больше лезть, хорошо! — я бы согласилась сейчас на что угодно, внутри меня бушевало черное море из–за адреналина.

Никита устало выдохнул и притянул меня к себе, крепко обнимая. Я же и сама прильнула к нему, обвила руками за талию, а лицо положила грудь парня, вдыхая уже знакомый запах духов и сигарет, слушая сильное биение сердца.

Стоять вот так — просто обнимая, разделяя на двоих сегодняшний вечер было безумно, просто невероятно прекрасно и волнующе.

Где–то на задворках возникла мысль о неправильности таких объятий, о том, что Никита младше меня и ничего из этого не выйдет. Но я отмахнулась от нее, поудобнее уложила голову на груди у парня.

Возможно, в этот момент адреналин схлынул, оставляя после себя бессилие, потому что я практически обмякла в руках Никиты.

— Никит… — позвала я.

— Лер? — отозвался он.

— Пойдем, обработаем тебе бровь.

— А что с ней? — спросил друг брата, отодвигаясь от меня и касаясь рукой своего лица, вымазывая пальцы в кровь.

— Идем, — я взяла парня за другую руку и потянула в подъезд.

Он не сопротивлялся, лишь сильнее сжал мою ладонь.

— У тебя уютно, — сказал Никита, осматриваясь в моей квартире.

— Спасибо. Иди сюда, — я притянула его за руку и усадила на высокий стул возле барной стойки.

Сама вымыла руки, достала аптечку и начала искать то, что нужно — перекись, бинт и пластырь.

— Сиди ровно, — сказала я, располагаясь между его ног.

Сложила бинт в несколько раз и обильно смочила его перекисью.

— Сейчас будет щипать, — предупредила я и приложила бинт к ране.

Никита немного скривился.

— Прости, я не знаю правила оказания первой помощи при рассечении брови, — и пожала виновато плечами.

— Все в порядке, заживет. Мне не впервой.

— Правда? — удивилась я.

— Да, только не проси рассказать.

— Хорошо.

Убрала бинт и подула на рану, а затем взяла пластырь и аккуратно приклеила его, чтобы не задеть поврежденные ткани.

— Никит, спасибо тебе. За то, что вступился за меня и не бросил в беде.

— Разве могло быть иначе, Лер? — спросил он, а я пожала плечами.

Я стояла близко к другу моего брата. Не позволительно близко, хочу я вам сказать. А еще я не заметила, когда Никита положил свои руки мне на талию?

Сейчас они отдавали жаром, посылая по телу волну мурашек и завязывая узел внизу живота.

— Лер.

— Никит.

Отбрасывая все сомнения, мысли, переживания и события сегодняшнего дня, я обхватила лицо парня руками, опустила голову ниже, и первая поцеловала его.

Губы Никиты были мягкими, теплыми и потрясающе сладкими. Он целовал меня нежно, чувственно, аккуратно исследуя мои губы и язык, как будто боялся спугнуть. Я сделала то, о чем мечтала уже несколько лет — запустила руку в волосы парня и немного потянула их в кулак.

Между нами возникло электричество, притяжение, страсть. Парень, не разрывая поцелуй, встал, и прижал меня к стене. Нежно провел губами по шее, зарываясь своими пальцами мне в волосы.

Резко пришло осознание того, что я делаю и с кем. Мозг подавал сигнал SOS и кричал: Друг брата! Друг брата!

Распахнула глаза и оттолкнула Никиту, а сама прижала пальцы к пылающим от поцелуев губам.

— Тебе лучше уйти, — хрипло сказала я.

— Лер, подожди… — севшим голосом начал говорить Ник, но я его остановила.

— Не надо. Просто уходи.

— Я обидел тебя? — нахмурился парень и попытался ко мне подойти, но я отступила в коридор.

— Господи, нет! Ты друг моего парня, ты младше меня, уходи, прошу! — мой голос начал срываться на писк.

— Я младше тебя всего–то на три года, а не целое столетие, что за бред! — теперь уже начал срываться он, продолжая попытки подойти ближе.

— Просто уходи, пожалуйста.

Клянусь, если сейчас не останусь одна, у меня будет панический приступ.

Никита потер лицо, выдохнул и взглянул на меня:

— Этот разговор не закончен. Ты и я, мы оба знаем, оба чувствуем это. Я не отступлюсь.

Развернулся, снял с вешалки куртку и, хлопнув дверью, ушел.

А я сползла по стене в коридоре и дала волю слезам. Выплакала свое смятение и незнание, что теперь делать дальше, адреналин от нападения, а заодно и кидалу–Максима.